Часть 32

Глухая боль сковала голову. С трудом разлепив глаза, Джейн обхватила голову руками и приподнялась. Вокруг всё та же картина, тусклая и унылая. Деревянный потёртый стол, печка, отбрасывающая пятно света на пол, серые простыни, которыми был застелен диван. От всего пахло сыростью и пылью, в углу свисала плотная паутина, в которой запуталась сороконожка, почуявшая тепло. Когда-то белый потолок в чёрных пятнах копоти и грязи. Хлипкие окна пропускали морозный воздух, но в хижине всё равно было достаточно тепло. Джеки суетился на импровизированный кухне, его матрас располагался в нескольких шагах от дивана. Она попыталась сесть, но тело не позволяло. В мыслях полный бардак, во рту пересохло, а мышцы неприятно болели, как после изнурительной тренировки. — Проснулась? — лучезарно произнёс парень, услышав скрип дивана, — Как самочувствие? Джейн нахмурилась и провела ладонью по лицу, — Паршиво, — хриплый голос резал даже её собственный слух. Она звучала, словно сломанное радио. По памяти девушки, настолько сильного похмелья она не испытывала никогда. По мере выпрямления её тела, голова начинала кружиться, словно карусель, а желудок ныл от голода и посылал характерные позывы тошноты. Позыв усилился, когда она накрыла лицо ладонью и почувствовала странный резкий запах. — Что за херня? — настороженно произнесла она, — В какое дерьмо я успела вляпаться? Ладонь была липкой, на коже, будто, застыл какой-то белый налёт, запах едкий и специфичный, — Наверно, слюней напускала во сне, — невозмутимо ответил парень, передавая девушке стакан с жидкостью. Джейн понюхала вторую ладонь, она ничем не пахла, — Не похоже, — с подозрением ответила она, — Слюни так не воняют, — чистой рукой она приняла стакан и, не задумываясь, сделала несколько внушительных глотков, желая освежить рот. Но предполагаемая вода почему-то начала обжигать язык, горечь окончательно пробудила её и Джейн отлипла от стакана, — Что это? Джеки невинно улыбнулся, — Чтоб полегчало, — он пожал плечами, — Выпей ещё. — Убери, — фыркнула девушка, — Я больше не могу это пить. Она свесила ноги на пол и облокотилась на колени, руки блуждали в волосах и пытались прогнать ноющую боль. Кожа покрылась мурашками, всё тело дрожало от озноба. Порция алкоголя только усилила неприятные ощущения. — Если тошнит, могу принести ведро, — Джейн отрицательно кивнула, — Выпей ещё, тебя отпустит. — Какое сегодня число? — отстранённо спросила она, зажмуривая глаза. В голове разрасталось знакомое мерзкое чувство, разрыва или пропасти. Она потерялась во времени, заблудилась в пространстве, казалось, прошла целая жизнь, а Джейн этого не заметила. Нет. Она прожила тысячи жизней и ни одну не запомнила. Джеки молчал, продолжая заниматься своей вознёй, вопрос девушки пролетел мимо, — Удивительно, что ты так себя чувствуешь, вчера ты была живее всех живых, — лепетал он, — Я и подумать не мог, что ты можешь так отрываться, — он вскинул бровями, — Ты была на высоте, мне особенно понравилась сцена в церкви, — Джейн не понимала ни слова, — Хотя и с той брюхатой девкой ты тоже неплохо расправилась, — он выдержал паузу, — А тебе, что больше всего понравилось? Джейн отлепила ладони от лица, — Какая церковь? Какая девка? О чём ты говоришь? — Ты не помнишь? — с искренним изумлением произнёс парень. Она пробормотала что-то невнятное себе под нос, пытаясь встать. Ноги ватные, будто отделены от тела, — Какое сегодня число? — повторила она. Джеки изобразил задумчивый вид, — Тридцатое. — Декабря? — Джейн прибывала в ужасе, — Тридцатое декабря? Он сдержанно кивнул. — Сколько я нахожусь здесь? — Джейн сыпала сплошные вопросы, — Я ничего не помню. Почему я ничего не помню? Почему меня так трясёт? От меня воняет, как от помойки, а как я выгляжу...как я выгляжу? Дерьмо. Дерьмо. Джеки нависал над ней, — Да уж, — протяжно выпалил он, — Случай тяжёлый. — Мне нужно уходить, — Джейн резко поднялась с дивана, перед глазами начало темнеть, а ноги с трудом держали вес её тела, — Завтра...завтра приезжает...а я... — она подняла встревоженный взгляд на парня, — Я до сих пор не протрезвела? Нет, это не опьянение, — по телу пробежала волна дрожи и Джейн передёрнуло, как от судороги, — У меня, будто, дыра в голове, в голове что-то не так. Она замолчала, прислушиваясь к своему собственному тяжёлому дыханию. Джейн не помнила, но точно знала, что произошло. Что-то настолько ужасное, что мозг отказывался воспроизводить воспоминания. Джеки закатил глаза, её, как ему казалось, необоснованная истерика, раздражала. Двумя руками он обхватил Джейн за плечи, — Прошу тебя, пожалуйста, перестань, — натянуто произнёс он, — Проспишься и завтра будешь, как огурчик. — А сколько сейчас времени? — Джейн не успокаивалась. — Без четверти девять. Джейн скинула его руки с себя и принялась судорожно бродить по комнате, собирая некоторые свои вещи. Она быстро накинула на себя пальто, натянула шапку и, тяжело дыша, искала глазами коробку. Но руки парня снова остановили её и заставили остановиться. Сжимая плечи, он плавно провёл её к столу и усадил за стул. — Не обижай меня, милая, — он стоял рядом, — Позволь хотя бы вручить тебе свой подарок. — Подарок? — изумилась Джейн. На лице Джеки растянулась хитрая улыбка, он скользнул к шкафу, где стояли книги и протянул руку на одну из полок. Круглый серебристый диск луны нависал над городом, лёгкий ветерок кружил снежинки, на улицах царила тишина и безмятежность. Сидя в небольшой, тёплой коморке, Эрен дремал, подперев лицо ладонью. Он планировал именно так провести остаток дежурства, но отчётливый звук чьего-то падения и приглушённый стон заставили его резко пробудиться. Заспанными глазами он принялся смотреть по сторонам в поисках источника шума. — Джейн? — воскликнул он, увидев лежащее в сугробе тело девушки. Лица видно не было, но что-то подсказывало, что это именно она. Ответа не последовало, тогда Эрен выскочил из коморки и поспешил на помощь. Джейн пыталась подняться самостоятельно, но смогла встать только на четвереньки. Рядом валялась коробка, всё содержимое валялось на снегу. Голос Эрена она сразу узнала, поэтому смело нащупала его руки, которые тянулись к ней. — Убери от меня свою бабу, я хочу спать, — каждое слово буквально вываливалось из её рта, — У меня кружится голова, я не пьяная, — нелепая улыбка засветилась на лице. — Джейн? — Эрен крепко держал её за руки, — Ты узнаёшь меня? Девушка засмеялась, — Конечно узнаю, — с абсолютной уверенностью заявила она, — Эрен, ебать того в рот, Йегер. Я не пьяная. Сложно было поверить, что под бледной отёкшей маской находится лицо Джейн. Губы синие и потресканные, под носом небольшая ссадина. Вокруг глаза серые пятна, сальные волосы покрылись инеем и меховая шапка не смогла защитить их от мороза. Рубашка торчала из под пальто, вся в пятнах от грязи и, Эрен был не уверен, крови. Пальцы тряслись, а под ногтями скопилась грязь. От одежды и от неё самой откровенно воняло, Эрен старался не показывать своего пренебрежения, он продолжал крепко держать её за руки. Эрен вяло кивнул, — Ладно, пойдём, — он начал уводить её в сторону корпуса, но Джейн неожиданно возмутилась. — Ты что оставишь свой пост, негодник? — новая волна смеха разнеслась по воздуху, — Я ведь и нажаловаться могу. Эрен не слушал её, то, в каком она была состоянии, могло заставлять её говорить, что угодно. — Эй, погоди, — скривилась она, — Там мои вещи, — она обернулась и смотрела на выпотрошенную коробку, — Эрен, там коробка, она мне нужна. — Я не могу тащить и тебя и коробку, — не выдержал он. Она усмехнулась, — А давай я возьму коробку, а ты возьмёшь меня, — Джейн запнулась, — Ну, в плане потащишь, я не пьяная. Эрен тяжело вздохнул, но сделал так, как она попросила и вскоре собранная коробка уже была в руках девушки. Медленно они продвигались дальше. — Ты хороший, Эрен, — промямлила она, — Хороший человек, — она икнула. Эрен кивнул, — Ты тоже, Джейн. — Я не пьяная, у меня кружится голова. Последние пару стаканчиков с Джеки явно были лишними, но не обмыть подарок, который он вручил ей, было нельзя. Теперь она вообще перестала чувствовать своё тело, зрение размывалось, а мысли путались и заплетались между собой так, что невозможно было вычленить что-то одно. — Как вы тут поживаете? — пьяным голосом спросила она, — Скучали небось? — Вспоминали каждый день, — воодушевленно произнёс Эрен, — Думали, переживали, как ты там. Джейн фыркнула, — Ага, так и поверила, врунишка, — она мельком взглянула на парня, — Даже спасательную операцию не организовали. — Все понимали, что происходит, — ответил он, — И решили, что будет лучше, если ты переживёшь это по-своему и вернёшься, когда будешь готова. Она хмыкнула, изогнув губы, — Вот как, — голос её поник, — Ну, в принципе, справедливо. Самым тяжёлым испытанием для Джейн пришлась лестница. Ноги с трудом преодолевали небольшую высоту ступенек и если бы не Эрен, она бы давно свалилась кувырком обратно на первый этаж. Руки тряслись и тяжелели, коробка ощущалась, как большущий камень, она с трудом несла её, а Эрен с трудом волочил тело Джейн по этажу. Но спасение для обоих пришло, словно из ниоткуда. — Армин, — воскликнула Джейн, увидев его сонное, но, как всегда доброе выражение лица, — Армин, сукин ты сын, Арлерт. — Армин, — подключился Эрен, — Возьми эту чертову коробку. Парень быстро среагировал, — А что тут...происходит? — Я не пьяная, — с улыбкой произнесла Джейн, — У меня просто кружиться голова. Здесь, в тепле запах алкоголя ощущался особо чётко. Эрен отчаянно качал головой, крепко держа девушку за плечи. — Спать, положите меня спать, — стонала девушка, — Я сейчас сдохну. Парни переглянулись, — В её комнату уложим? — осторожно спросил Армин. — Лучше в нашу, — ответил Эрен, — Микаса отсыпается после дежурства, не надо её будить, а так поспит на моей кровати и Жан будет рядом. Дверь в комнату парней уже начала открываться и тут Джейн завопила. — Да идите вы, — фыркнула Джейн, — Я с этим говнюком спать не хочу, я хочу спать на своей кровати, — она сопротивлялась рукам Эрена, — В мою комнату, сучары. — Я понял, — раздражённо выпалил Эрен, — Только не ори. Как оказалось, обе кровати были пусты и аккуратно заправлены. Следов прибывания Жана внутри не было. — И куда этот недоносок делся? — бурчал Эрен, — Может, хотя бы он смог бы угомонить её. — Или ещё сильнее разозлить, — подметил Армин. Они шли дальше по коридору, где в самом конце была комната девушек. Джейн не терпелось прикоснуться щекой к родной подушке, телом почувствовать свежие хрустящие простыни и накрыться тяжёлым тёплым одеялом. Она сорвала с себя шапку, так как в помещении ей резко стало жарко. Пальто и так было не застёгнуто и она начала вытаскивать руки из рукавов. По мере приближения тело расслаблялось сильнее, предчувствуя желанное блаженство. Но, когда дверь со скрипом открылась, каждый из троицы потерял дар речи. Джейн щурила глаза, пытаясь в темноте рассмотреть хоть что-то. Даже её пьяный расплывчатый взгляд быстро распознал растерянные лица Микасы и Жана, которые явно не ждали гостей, да ещё и в таком составе. — А вот и Жан, — воскликнула Джейн с неуместной радостной интонацией, — Мы тебя потеряли, — все молчали, — Я не пьяная. Тело Джейн теперь висело на плечах Армина, Эрен, не думая, прошёл вперёд, — Это шутка такая? — Эрен...я сейчас всё... — Вы, блять, так решили пошутить надо мной? — крикнул он и рывком стянул одеяло, что прятало два обнажённых тела. На мгновение время застыло, комната погрузилась в тягучее вязкое молчание. Жан и Микаса судорожно искали, чем бы прикрыться, а Эрен, сжимая ладони в кулаки, стоял неподвижно. Его губы дрожали, а глаза постепенно начинали блестеть. За одну секунду его жизнь перевернулась с ног на голову и от таких поворотов, единственное, что чувствовал Эрен были ярость и ненависть. — Дружище, послушай, — Жан встал и подлетел к Эрену, который встретил его кулаком, стремительно впечатывая его в щёку. Он повалил Жана на пол и сел сверху, продолжая наносить удар один за другим. — Я тебе не дружище, гнида, — орал Эрен, — Какая же ты, блять, тварь, Кирштейн. Сука, сука, сука. Армин аккуратно поставил Джейн к стене, а сам попытался оттащить Эрена в сторону, но тот упорно сопротивлялся и не думал ни на секунду отступать, пока не прикончит предателя. Ненависть двигала каждым его ударом, он ненавидел Жана, ненавидел Микасу, ненавидел весь мир. Гнев такой яркий и очевидный насыщал его кровь и руководил всем процессом. — Блядский ты ублюдок, — вопил Эрен, — Блядский кусок дерьма. Слёзы бесконтрольно текли по его щекам, с каждым ударом кулаки били только жёстче и сильнее. Жан уже лежал без сознания и лишь изредка всхлипывал. — А ты, — Эрен выпрямился и пальцем указал на Микасу, — Ты...ты...просто... — слова с трудом выходили изо рта. Он не мог смотреть ей в глаза, глаза, что клялись ему в любви, глаза, которые когда-то смеялись и улыбались, глаза, в которых он видел своё отражение. Всё в один миг стало ему ненавистно, всё, что он помнил, знал и пережил превратились в сплошной комок грязи и обиды. Любить он больше не мог, всем своим когда-то тёплым и любящим сердцем он хотел уничтожить всё, что связано с ней. — Эрен, пожалуйста, дай мне всё объяснить, — слёзно умоляла она. — Не нужны мне твои объяснения, — рявкнул он, заставляя Микасу заткнуться, — Я бы убил тебя, убил бы прямо сейчас и рука бы не дрогнула, — его голос срывался, — Только такая шлюха, как ты не стоит даже этого, — он накрыл лицо ладонью, смахивая слёзы, — Как ты... как ты...могла? — Эрен, пожалуйста, — голос Микасы ломался от рыданий, — Пожалуйста, я умоляю, выслушай меня, — Эрен не в силах был сдерживать собственные слёзы, которые несмотря на гнев, всё равно обжигали щёки, — Прошу, прости... — Простить? — не веря своим ушам, переспросил он, — Простить тебя? Простить за то, что ебалась с моим другом? Простить за то, что я хотел сделать тебе предложение? Простить за то, что я был идиотом и любил тебя? — она молчала, с надеждой смотря в его глаза, — Интересно, а ты бы простила? Простила бы? — рявкнул он, — Да я не то, что простить, я смотреть на тебя не могу, — его лицо корчилось от ненависти, — Интересно, а ты думала обо мне, когда это ничтожество залазило тебе между ног, — он замахнулся ногой, желая ударить Жана, но промахнулся и со всей силы пнул кровать, — Сука, какая же ты сука, — простонал он, закрывая лицо ладонями. Она нерешительно сделала несколько шагов в его сторону и даже осмелилась дотронуться до его груди, но Эрен мгновенно отшвырнул её руку от себя, — Не трогай меня, мразь, не смей прикасаться ко мне, — прошипел он, — Иди зализывай раны своему ёбырю, — он вдруг зачем-то полез во внутренний карман своей куртки, — А это можешь засунуть себе в задницу. Он что-то небрежно швырнул в сторону без остановки плачущей девушки и стремительно покинул комнату, сбивая Армина и немного задев Джейн. Дрожащими руками Микаса подняла с пола маленькую коробочку, открыв её, из глаз с новой силой хлынули слёзы. Маленькое золотое колечко с белым камнем по середине. Она прижимала коробочку к груди и навзрыд плакала, закрыв глаза. Невнятные бессвязные слова срывались с губ, словно вопли умирающего животного. Армин стоял по центру комнаты, не понимая, что ему следует делать. Жан зашевелился и вроде как пришёл в себя, Микаса продолжала рыдать, только ни тот, ни другая не вызывали в его добром и отзывчивом сердце хоть каплю сочувствия. Его собственный мир разрушился. Всю жизнь он считал их своими друзьями, большой семьёй, которую они выбрали и построили сами, но боль, что переживал сейчас Эрен, он чувствовал на себе самом. И она была сильнее любых дружеских чувств. — Эрен, мой Эрен, я не хочу, не хочу, чтобы он уходил. Я не смогу жить без него. Эрен, Эрен, пожалуйста, пусть это всё будет не по-настоящему. Я не верю, нет, не могу. Отмотайте время, пожалуйста, отмотайте время назад. Микаса не могла остановиться, горечь и сожаления переполняли её. Она разлепила глаза, чтобы проверить, кто остался в комнате, но первое, что она увидела было лицо Джейн. Улыбка растянутая до ушей, довольные горящие глаза, которые наслаждались её горем. Джейн смотрела пристально и теперь не выглядела такой пьяной, какой была изначально. — Я должна, я должна сказать ему о ребёнке. Я не успела рассказать ему. Он не знает. Как же теперь? Что же я наделала? Как я, как я могла так поступить? Как? Джейн продолжала прожигать Микасу взглядом, не в силах сдержаться она усмехнулась и прислонила ладонь ко лбу. Джейн хотела, чтобы Микаса видела это, видела её довольный взгляд, её ухмылку, её смех и Микаса видела. — Тебе бы врача сюда позвать, — холодно выпалил Армин, смотря на Микасу, — Для...для Жана. Он направился к выходу и Микаса застонала, — Армин, пожалуйста, — скулила она, — Не уходи. Но он ушёл, захлопнув дверь. — Прости, Джейн, но тебе сегодня придётся поспать в моей комнате, — его голос звучал безжизненно, — Пойдём. — Я уже согласна на что угодно, — она зевнула, — Только бы поспать. Армин подхватил Джейн за руку и они медленно поплелись дальше по коридору, словно всё случившееся было не более чем галлюцинацией или сном. — А...что сейчас произошло, — к Джейн снова вернулся пьяный голос. Армин глубоко вздохнул, — Я и сам не знаю, — он толкнул дверь вперёд. Кровать Армина была уже расправлена и ждала хозяина, чтобы подарить крепкий и сладкий сон, а вторая пустовала уже очень давно. Сосед ушёл в отставку, а нового так и не подселили, — Сейчас я достану тебе бельё. Подушка, одеяло и даже матрас были голыми, — Не надо, — вяло ответила Джейн и, скинув пальто прямо на пол, завалилась на кровать, — Я...и так посплю. Как только щёка коснулась мягкой подушки, глаза закрылись и долгожданный сон накрыл девушку мгновенно. Не было сил даже думать и как следует прокрутить в памяти недавнее воспоминание, тело расслабилось и растеклось по матрасу. Услышав, что девушка уже храпит, Армин сложил постельное бельё обратно в шкаф и сам упал на свою кровать. Только спать не хотелось. Он сел. Всё тело, будто, зудело и ныло. В отличии от Джейн он был в состоянии думать и мысли его, как вязкая липкая паутина постепенно заполняли всю его голову. Армин поднялся и, удостоверившись, что девушка действительно спит, вышел из комнаты. Его совести хватило, чтобы оставить Микасу, но оставить Эрена он не мог не при каких условиях.