Часть 39

— Эй, Флок, дружище, — Джейн лениво ковыляла по ступенькам, где на крыльце стоял Флок, оперевшись на колонну, — Как твои дела? Он мельком взглянул на неё, — Пока ты не появилась, было прекрасно. Джейн хихикнула и встала рядом с ним, — Всё по-старому, Флок. Говно так и льётся через край. — Отстань, Эверет, —фыркнул он, — Иди, куда шла. — Я то пойду, конечно, пойду, — она полезла в карман, — Не сделаешь для меня кое-что? — их глаза встретились и вцепились друг в друга, — Закинь ка это письмецо в ящик, а завтра лично удостоверься, что Микаса получила его в руки. Она получила утвердительно кивок и тупой абсолютно пустой взгляд и пошла в корпус. Слабые. Какие же они все слабые. Никто не сопротивляется, не противится её словам. Остальные людишки хотя бы иногда открывали рот, несмотря на внушение, боролись и пытались. А эти, эти даже мысленно не задаются вопросами. Почему такие слабаки и трусы имеют право называться солдатами. Кого они защищают, если сами себя защитить не могут. — Приветствую, товарищи, — громко выпалила она, раскинув руки по обе стороны в дверях столовой. Время позднее, а столовая полна солдат, наверно, сегодня выходной день, Джейн не могла точно вспомнить. Пальто распахнулось и взору солдат предстала грудь, прикрытая нижним бельём. Глаза Джейн по кругу блуждали по комнате, окидывая взглядом каждого. Голова наклонена, из-за чего взгляд выглядывал из под бровей. — И откуда она в таком виде? — Кто бы, что не говорил, но сиськи у неё, что надо. — Я даже здесь чувствую вонь перегара, как же плохо она выглядит. — Из больнички сбежала? — У неё такой взгляд, будто она щас стрельбу устроит или поножовщину. Она не могла вспомнить ни одного имени, сидящего в столовой солдат. Все превратились в безликую безымянную массу. С губ сорвался смешок, от чего взгляды присутствующих напряглись. — Знаете, я всегда так мечтала сказать, как сильно я вас всех ненавижу, — вдруг произнесла она, продолжая смеяться, — Ненавижу всем своим сердцем, каждого из вас ненавижу, — рука потянулась в карман и вскоре взору солдат был представлен серебристый револьвер, который Джейн подняла над головой. — Что это, блять, такое? — Какого хуя происходит? — Кто-нибудь, что-нибудь сделает? — Пиздец. — Я вас насквозь вижу. Я вижу всё, что происходит в ваших жалких головёнках и мне хочется выбить вам мозги, чтобы прекратить это, — револьвер метался по сторонам, — Страшно? Вы боитесь меня? — курок щёлкнул, — Боитесь меня? Джейн, которая и слова лишнего не скажет, не то, что убьёт? Боитесь отброса, которого вы долгие годы терзали и который слишком долго терпел? — она наставила дуло револьвера на первого попавшего солдата, — Правильно делаете. Внезапно её шею захватила чья-то мощная и сильная ладонь, а руку, держащую револьвер кто-то резко заломал за спину. Рот накрыли ладонью и потащили прочь из столовой, оставляя солдат до смерти напуганными и растерянными. Её тело толкали вверх по лестнице, силой держа руку за спиной. Она хрипела и тяжело дышала, но особо не сопротивлялась. — Что это было? Капитан грубо запихал её в комнату и толкнул от себя, от чего Джейн завалилась на пол. Револьвер был откинут в сторону. — Я тебя спрашиваю, что это было? — А себя спросить не хотите? — она подняла взгляд, гордо улыбаясь. — Где ты была? — когда Джейн выпрямилась, капитан во всей красе мог видеть её полуобнажённый вид, — Почему ты без рубашки? Она вальяжно скинула пальто на пол и скользнула к капитану, — А вы разве не знаете? — руки нежно обняли за плечи, — Я то думала, вы установили за мной слежку и уже давно осведомлены, где я была, что я делала и у кого теперь моя рубашка. Джейн потянулась и подарила капитану Леви смазанный поцелуй в щёку, но он оттолкнул её. — Да, что с тобой происходит? — он чуть повысил голос, — Это всё из-за утренней ситуации? Из-за того, что я рылся в твоих вещах, ты теперь решила стрельбу устроить? Обязательно сходить с ума из-за такой мелочи? Джейн истерично усмехнулась, она не вынесет больше ни слова. Схватив первое, что попало под руку, графин с водой, она со всей силы швырнула его об стену. — Мелочи? Мелочи, капитан? — кричала она, — Для вас это мелочи? Да вы хоть понимаете, что натворили, — под руку попался стакан, который с криком тоже полетел в стену, — Когда все остальные меня предали, когда все остальные показали свои истинные лицы, вы, — она ткнула в него пальцем, — Вы, капитан, были единственным, кому я могла доверять, единственным, кто не вызывал во мне омерзения и ненависти, — он попятился назад, — Единственным, кого я могла назвать человеком, — новая волна злости и ярости заставили её швырнуть вазу, — А вы взяли и растоптали, растоптали меня. — Это не так, Джейн, — он подался вперёд и попытался дотронуться. — Вы очередной предатель, жалкий и лицемерный предатель, — она толкнула его в грудь, — Я ненавижу вас и всё, что с вами связано. — Не говори так. Пожалуйста, успокойся, Джейн, — он снова попытался успокоить её, — Просто послушай. — Нет, это вы послушайте, — она вдруг улыбнулась, крик сменился на обычный ровный голос. Руки перестали искать, что бы ещё такого схватить и разбить о стену. Она медленно подошла к капитану, будто никакого скандала и истерики не было несколько секунд назад. Это их обычный вечер, а крики и психи не более, чем прелюдия. Джейн мягко положила свои руки на плечи капитана и всем телом прижалась к нему, обвивая шею. Без грубости и без агрессии. Она опустила голову и уткнулась лбом в его грудь. Хорошо. Так хорошо чувствовать его, так хорошо нюхать его запах, так хорошо быть рядом. — Джейн, — на выдохе произнёс он и нерешительно обнял её, думая, что истерика позади — Я не хотел, чтобы так получилось. Я не хотел ничего плохого. Всё, что я… — Я скажу, что вы насиловали меня. Дыхание капитана перекрыл тяжелый острый камень, вставший поперёк горла. Тело разом оцепенело, руки, обнимающие девушку, намертво застыли. — Что? Она шмыгнула носом и отпрянула от его груди, поднимая холодный бесчувственный взгляд на капитана, — Я пойду и расскажу всем, что вы пользовались нестабильным психическим состоянием своей подчинённой и принуждали её спать с вами. — Что ты несёшь? — он усмехнулся, — Что ты такое несёшь? — Да, капитан, — невозмутимо произнесла она, немного отходя назад, — Так и расскажу. Вы запугивали меня тем, что сдадите в дурдом, если я откажусь. Пичкали сомнительными препаратами, чтобы я была более податливой. Вы водили меня по барам и гостиницам под предлогом помочь найти виновников, а потом и вовсе потеряли всякий стыд и насиловали меня прямо в своём кабинете, — капитан махал головой, отрицая, отгоняя слова девушки от себя, — И мне поверят, будьте уверены. Жан подтвердит тот факт, что подмешивал мне таблетки по вашему приказу. Образ доблестного и честного героя, спасителя всего мира резко разрушится. Вы станете подонком и мразью, которая пользовалась невинной, слабой и больной девушкой. Кто бы мог подумать… — Зачем? — обессилено спросил капитан, — Зачем ты всё это говоришь? Зачем ты всё это делаешь? Джейн приблизилась, капитан стоял, боясь сделать лишнее движение. Она снова обхватила его плечи, будто слов сказанных ею пару секунд назад не существовало. Джейн подтянулась и коснулась губами его уха. — Ты не сделаешь этого, — неуверенным голосом произнёс он, — Я не верю, что ты способна на такое, только потому что я один раз оступился. — Сделаю, — шептала она, — Я не буду ждать и сделаю это прямо сейчас. Она расслабленно оттолкнула его и двинулась к двери, но капитан успел схватить её за запястье. Сильно и грубо, так, как не делал никогда ранее. Джейн даже пискнула, когда всё её тело оказалось прижатым к стене. — Я не выпущу тебя, — хватка на запястьях сжималась, — Я не позволю тебе так нелепо всё разрушить, Джейн, — она не сопротивлялась и казалось даже наслаждалась процессом, — Что с тобой происходит? Я не верю, что ты готова оболгать меня только потому, что я рылся в твоей комнате, я не верю. — Ваша вера или её отсутствие ни на что не повлияют, — она смотрела с гордостью, — Вы сами во всём виноваты. — Да, я виноват, — согласился он, — Но ты никуда не пойдёшь, пока мы не обсудим это, — он с такой силой заковал её запястья, что его собственные руки трясло, — Если потребуется, я свяжу тебе руки и ноги и прикую к кровати. Прикрыв глаза, Джейн довольно простонала, — Вот значит как, — ехидно произнесла она, поддавшись телом вперёд навстречу капитану, — Вы же знаете, мне такое нравится, — она прикусила губу, — Давайте, свяжите меня, прямо сейчас. — Успокойся, Джейн, — прошипел он. — Давайте, капитан, — настойчиво просила она, — Я хочу, чтобы вы связали меня. Хочу быть такой беспомощной и слабой перед вами. Хочу, чтобы только вы пользовались мной, — она томно прикрыла глаза, — И вы тоже этого хотите, я знаю. — Я хочу, чтобы ты пришла в себя, — он подтянул её к себе, а потом рывком прижал обратно к стене. Джейн заскулила, — Да, ещё. Давайте, ударьте меня, капитан, мне нравится. Он непоколебимо держал её у стены, крепко стиснув руки. Ударить хотелось. — Я знаю, вы хотите, — мурлыкала Джейн, — Хотите успокоить в своей манере, хотите усмирить меня, как делали это раньше, но что-то вам мешает, — она обвела взглядом его застывшее лицо, — Обстановка не благоволит, верно? Вы ведь искренне хотите решить проблему, хотите, чтобы я вас выслушала, а затем простила. Тем более, обвинения в изнасиловании на вряд ли поднимут ваш член, — она усмехнулась и выдвинула бедро вперёд, — А нет. Всё-таки поднимут. Но капитан не поддавался на её сомнительные соблазнения. Его взгляд холодный и неприступный проедал девушку, а она смотрела в ответ, улыбаясь, будто издевалась. Джейн больше ничего не говорила, лишь хлопала глазками и мило улыбалась, делая вид, что успокоилась. И когда она ощутила мимолетное освобождение своих рук, Джейн со всей силы навалилась на капитана, тем самым откидывая его в сторону. Капитан отшатнулся, но быстро схватил девушку за талию, однако Джейн хватило нескольких секунд свободы, чтобы успеть схватить револьвер лежащий на полу. Она пихнула капитана в живот и резко развернулась, наставляя револьвер в его сторону, — Ещё шаг, — с улыбкой выпалила она, — Ещё один шаг и я выстрелю. Капитан замер, — Опусти пистолет, — осторожно произнёс он, держа руки у головы, — Опусти, сейчас же. С губ девушки слетел смешок, громкий и яркий, — И не подумаю, — вдруг, она крепко сжала рукоятку револьвера и медленно начала уводить от капитана, — Я не в вас буду стрелять, — холодное дуло коснулось виска девушки, — А в себя. Курок щёлкнул, глаза капитана широко распахнулись, а тело парализовало, —Джейн… — Сыграем в рулетку, — задорно выпалила она, лаская холодной сталью свою кожу, — Я выслушаю и поговорю с вами, если все выстрелы будут холостыми, договорились? — Нет, — резко ответил капитан, — Опусти сейчас же этот чёртов пистолет. — Давайте так, — задумалась она, — Я не помню, сколько конкретно пуль осталось в барабане, но сойдёмся на пяти выстрелах, — палец лёг на спусковой крючок, — Пять холостых выстрелов и мы поговорим. — Нет, не надо, — капитан выставил руки перед собой, но сделать шаг к девушке не решался, — Пожалуйста, Джейн. Джейн закрыла глаза. Щелчок. — Один есть, — голос девушки не дрогнул, — Я всё ещё жива, но в любой момент могу упасть замертво прямо вам в руки, — курок спущен, палец на спусковом крючке и снова щелчок, — Второй тоже мимо, — она усмехнулась, — Осталось три. — Джейн, умоляю остановить, — руки капитана тряслись, а голос пропитался отчаянием, — Умоляю, хватит, пожалуйста. Курок. Тяжелый хлопок, — Упс, — выпалила девушка, — Кажется этот выстрел будет заряженным. Палец объял спусковой крючок, — Джейн остановись, остановись, пожалуйста, — серые глаза капитана покрылись блеском, — Пожалуйста, хватит. Щелчок, — Опять мимо, — торжественно объявила девушка, — Вам везёт. Треск курка. Палец прочно стоит на том же месте, — Представьте, как в моей голове появится дыра и из неё будет вытекать бордовая кровь, мои глаза распахнуться и закроются только тогда, когда вы опустите мои неподвижные веки, — вот-вот она нажмёт, — Я больше не поговорю с вами, не обниму вас и не поцелую. У вас осталось две попытки. Щелчок, — Почти всё, — Джейн усмехнулась, — Последний выстрел, — курок взведён, — Честно, мне бы хотелось помереть на ваших руках, чтобы вы до конца жизни винили себя. В секунду тело девушки оказалось прижато к полу. Капитан тяжело дышал, зажимая её руки. Револьвер откатился в сторону. Держа своим весом Джейн прижатой к полу, капитан потянулся к пистолету. Открыв барабан, капитан понял, что всё время он был пуст, в нём не было ни одной пули. На лице Джейн сияла широкая улыбка, глаза источали гордость. — Что же ты делаешь? — револьвер с размаху полетел в стену, — Что же ты делаешь? — Джейн впервые слышала, как он кричит, впервые слышала, как надрывается и ломается его голос от отчаяния, обиды и безнадёжности, — Что ты делаешь? — сидя на ней сверху, он кулаками врезался в деревянный пол, стараясь не попасть ей в лицо, — Что ты делаешь со мной? — по щеке плавно и медленно скользила прозрачная слеза. Джейн прибывала в восторге, — Зачем ты всё это делаешь? Она молчала, поджав губы. — Больная, чокнутая дура, — выпалил он, держа её руки, скомканные на её груди, — Ты просто дура, Джейн. Так издеваться, так издеваться надо мной ни за что, — по щеке скользнула вторая слеза, — Я ничего не сделал тебе, чтобы так измывалась надо мной, играла на моих чувствах, я этого не заслужил, — он тяжело дышал, — Тебе нужна помощь, Джейн и я хочу помочь тебе, потому что ты самое… — Только попробуйте произнести это вслух, — грозно произнесла она, — Только попробуйте плюнуть мне в лицо самой мерзкой и очевидной ложью, прикрытую светлыми чувствами. Она брыкалась, пыталась выбраться, но капитан плотно сидел на ней сверху, блокирую любые попытки выбраться. — Хочешь ты или не хочешь, но сегодня ночью мы вернёмся с тобой в то место, где всё началось, — голос капитана пришёл в норму, — И я заставлю тебя вспомнить и может тогда, твоя голова встанет на место. — Я вас ненавижу, — произнесла она, смотря в его глаза, — Ненавижу. — Ненавидь, — кивнул он, — Я знаю, ты говоришь это специально, — он вяло улыбнулся, — Только, зачем, мне непонятно. — Ненавижу. — Я уже сказал, ненавидь, — он наклонился и их лбы соприкоснулись, — А ты всё равно будешь для меня самым… Капитан снова не успел договорить. В этот раз Джейн заткнула его наглую, как ей казалось, ложь своими губами. Она жадно вцепилась, даря капитану самый бесчувственный и холодный поцелуй. Поцелуй, символизирующий ненависть и презрение, обиду и боль. Но несмотря на всё, капитан отвечал, полной взаимностью во всех движениях и во всех эмоциях. Комната заполнилась тяжелым сбитым дыханием. Оба дышали через нос. Капитан сместил её зажатые запястья над головой и продолжал держать в своих руках. Рвано и небрежно он целовал её губы, поглощая каждую частичку ненависти, каждый выдох омерзения. Джейн почувствовала на своем лице что-то мокрое. Когда оно докатилось до рта, она поняла, что это слеза. Остывшая соленая слеза капитана. Джейн забыла, какие они на вкус, какого это ощущать на своих щеках влагу, какого это плакать. Грудь вздымалась и жаждала прижаться к капитану. Джейн запрокинула одну ногу на его спину и всей силой тянула на себя. Капитан на пределе. Ещё никогда ни одна эмоция не обострялась до такой степени, что он всем телом чувствовал её. Эмоции, что разгоняли жар и насквозь протыкали тело. Он переместил запястье Джейн в одну руку, а второй потянулся вниз и высвободил девушку от ремня, затем от пуговицы и замка. Он не мог вспомнить, когда Джейн успела стать настолько сильной, но держать её в плену и одновременно ублажать он не мог. Ремень быстро сместился к голове и вскоре запястья девушки были скованы тугим кожаным ремешком. На минуту он отстранился от девушки, расправившись со своими брюками он спустил их до колен и вернулся обратно к Джейн. — Ненавижу, — выпалила она сквозь зубы. Пыталась пошевелить руками, но их мгновенно сковывала глухая ноющая боль, — Ненавижу. Капитан закрыл глаза, не слушая и не вникая в её слова. Больно, ему по настоящему было больно. Разведя ей колени, он отогнул в сторону её нижнее белье и полностью лег сверху. В глазах не осталось ни капли теплоты, ни намека на обожание или симпатию. Глаза пропитанные слепой похотью и больным возбуждением. Она желала его, но уже по-другому. Капитан слегка приподнял девушку и запустил руки ей под спину, тем самым обнимая и заключая в ещё более тесный плен. Подвеска в виде солнца сползла и закатилась за шею, падая на пол. Джейн чувствовала на своей коже его горячее прерывистое дыхание. Капитан начал медленно и плавно входить. Бедра полыхали, а промежность окуталась влагой. Джейн поджала губы, старалась не дышать. Капитан вошёл до конца и замер, впиваясь пальцами в её кожу. Он немного отстранился, чтобы взглянуть на неё, Джейн сжала руки в кулаки, напрягла живот и стиснула губы, чтобы только не издать ни малейшего звука. Капитан начал двигаться, сразу быстро и сразу грубо. Деревянные доски под ними скрипели, заменяя стоны девушки. Джейн плотно зажмурила глаза и отвернула голову в сторону, чтобы не слышать тяжелое дыхание капитана. Но он достал из под неё одну свою руку и сжал её лицо, впиваясь в щеки. — Ненавижу, — отчаянно произнесла Джейн, сжимаясь и растекаясь под ним, — Ненавижу. Она быстро закрыла рот, капитан ускорился и теперь ей было тяжелее сдерживать стоны и всхлипы, которые так жаждали вырваться из её горла. Промежность зудела, а низ живота постепенно натягивался и ныл от подступающего удовольствия. Капитан врезался и рассекал её плоть, безжалостно ударяясь о бёдра. Он достал из под неё вторую руку и впился её в задницу девушки, заставляя её наконец вскрикнуть, пусть и от боли. — Ненавидишь? Правда? — он держал ровный напористый темп, — Я заставлю тебя передумать, — несмотря на молчание, несмотря на упрямство, он чувствовал, как Джейн начала сжимать его внутри, — Ты уже близко, Джейн, совсем близко. Костяшки на пальцах побелели от того, насколько сильно девушка сжимала ладони в кулаки. На бёдрах горели красные пятна, оставленные после прикосновений капитана. — Давай, Джейн, — хищно шептал он, — Докажи свои собственные слова, — рука сползла с лица и переместилась на грудь, сжимая её, — Оправдай свое упрямство, — вторая рука освободила кожу бедра и скользнула на промежность, сразу же нащупав самую чувствительную и ноющую точку, — Покажи, как сильно ты меня ненавидишь. Когда капитан начал водить пальцем в такт своим толчкам, она больше не могла терпеть. Её слова обернулись против неё, теперь капитан всеми силами заставит её дойти до пика, заставит её закричать от удовольствия после слов о ненависти. Он заставит поперхнуться ей. — Всё ещё ненавидишь? — надменно произнёс он, врезаясь и разнося мокрые звуки по комнате, — Ненавидишь меня? Его лицо теперь блестело от пота, но на щеках отчетливо были заметны полоски от двух слезинок. Джейн скулила, не решаясь признать его правоту. Она изо всех напрягала тело и мыслями улетела в другое место, но каждый следующий толчок возвращал её в реальность. — Скажи это, — выпалил он, задыхаясь и сбиваясь с изначально заданного ритма, — Скажи. — Ненавижу, — её взгляд поплыл, а губы расслабленно приоткрылись, — Ненавижу… — тело пронзил спазм, низ живота натянулся до предела и разом отпустил, — Вас… — ноги судорожно обхватили спину капитана и придавливали его вниз, — Ненавижу, — спина выгнулась и с губ наконец слетел стон, которого капитана так долго ждал, что сразу поглотил поцелуем. Он пульсировал внутри неё, чувствуя тепло и тесноту. Его голова упала ей на плечо и он расслабил тело, полностью придавливая Джейн. Он понимал, теперь более чистый и прозрачный разум понимал, что произойдёт, когда капитан слезет с девушки. Оно произойдёт, как бы сильно ему не хотелось обратного. Капитан бы и дальше хотел так лежать, чувствуя беспорядочное биение её сердца, её дыхание, её кожу, её запах. Но Джейн зашевелилась, требуя освободить её. — Развяжите меня. Он отсел, надевая брюки обратно, — Нет, — головой он махал в сторону, — Я уже сказал, что заставлю тебя вспомнить и я это сделаю. Джейн хмыкнула, — Даже после всего, вы продолжаете утруждать себя, пытаться меня спасти, — их глаза встретились, — Я знаю чего вы боитесь, — вдруг произнесла она, — Вы боитесь остаться один, — он молчал, — Боитесь, что если не поможете мне, я исчезну и вам опять придется выносить этот мир в одиночку. И вы готовы на все, терпеть мои крики, мои оскорбления, только чтобы я осталась с вами, но этого не будет. — Это не ты, — капитан опустил глаза, — Это говоришь не ты. — Это я, — ответила Джейн, — И от своих слов я не отрекаюсь. Мне ненавистны вы и ваши жалкие попытки помочь мне. — Я не верю, — прошептал он себе под нос, отворачивая голову. — Уж вы то не подтверждайте мои слова, — фыркнула она, — И отпустите меня. В уголках глаза снова стало влажно, а горло щекотал горький острый ком. Он развязал ремень и небрежно швырнул его в сторону. Джейн быстро переместилась в сидячее положение и первым делом надела штаны. — Я всего лишь хотел, — вдруг произнёс он, — Всего лишь хотел хоть раз в жизни взять ответственность за свои же поступки. Всего лишь хотел кончиками пальцев прикоснуться к счастью, о котором вечно пел Эрвин. Она встала и натянула на плечи пальто. В кармане бренчал металлический футляр с лекарством, который она должна была вручить капитану. Но Джейн не сказала о нём ни слова. — Видно, не судьба, — монотонно ответила она и ринулась в сторону, чтобы подобрать револьвер, — Со мной то уж точно. Бросив мимолетный взгляд, она скользнула к двери. — Куда ты? — Ухожу, — невозмутимо ответила она, стоя к капитану спиной. — Вот так просто? — Вы в безопасности, капитан. Свою задачу я выполнила и ваше знание теперь не обернётся вам пулей в голову, — она стояла неподвижно, — Последнее, что я должна сделать, обезопасить вас от самой себя, — рука легла на ручку, — А для этого я должна уйти. Дверь хлопнула. Капитан оставался сидеть на полу, прожигая взглядом половицы. До него ещё не дошло, что произошло, он не понимал. Не понимал, как себя вести, что делать и что чувствовать. Шаги уносили Джейн дальше по коридору, какое то время он мог их слышать. Затем наступила тишина, такая объемная и громкая, что капитану хотелось заткнуть уши. В голове вертелась лишь одна мысль "это была их последняя встреча"