Новая рана, Часть 2

КСОКСОКСОКСОКСОКСОКСОКСО — Доброе утро, Поппи — Альбус с улыбкой поприветствовал школьного целителя в своем кабинете, закончив читать письмо которое он получил всего несколько минут назад.  Гостья знала что нужно подождать, пока Дамблдор закончит свои дела, прежде чем беспокоить его. Он был важным человеком, и любая почта которую он получал в такое раннее утро обязательно была срочной. По крайней мере, так она рассуждала. Однако она была потрясена, когда пожилой мужчина с серьезным выражением лица закончил читать, прежде чем сжечь письмо и повернуться к ней. — Что я могу сделать для тебя сегодня утром, Поппи? – Спросил Директор, к концу предложения вызвав свое обычное веселье, к облегчению переживающего стресс целителя. — Сэр, Гаара проснулся около часа назад. Вы просили меня уведомить вас. — Ах да, я почти забыл о мистере Гааре. Дамблдор солгал безупречно. На самом деле он ни о чем другом в ту ночь не мог думать. Фактически, письмо которое он получил, было из Министерства, чтобы информировать его о том что ни одно описание или имя Гаары никогда не было записано в какой-либо документации в магическом и в маггловском секторе. Директор получил ответ на свой запрос в тот же час, используя свое значительное влияние в Министерстве Магии. Они все изучили, и оказалось что мальчик даже не находился под наблюдением, к которому автоматически добавлялись все несовершеннолетние волшебники дети. Это невероятно беспокоило великого волшебника, поскольку это означало что на его шахматной доске появилась неизвестная фигура, и он не знал черная она или белая под слоем песка. Альбус понял, что сделал паузу в своих мыслях, поэтому продолжил свое предыдущее заявление вопросом: —Как у него дела сегодня, Поппи? — Ну, ему намного лучше, и судя по тому что я могу сказать он выздоравливает невероятно быстро. Ведьма-медсестра выглядела счастливой от этого открытия, обнаружив что многие травмы полученные прошлой ночью уменьшились, а в некоторых случаях исчезли. Она не могла объяснить как это произошло, кроме как отмахнуться от этого, как от еще одной диковинки которая, казалось окружала ее нового пациента. — Я кратко поговорила с ним, и он рассказал мне что упал с гиппогрифа в полете. Кроме того, он сказал мне что его невозможно исцелить, потому что он проклят. — Он упомянул каким проклятьем?— Дамблдор внимательно следил за происходящим, надеясь разгадать загадку Гаары. — Боюсь мы особо не разговаривали, поскольку он немой. Но он кивнул, когда я спросила не проклятие ли это. —Спасибо, Поппи. — Альбус улыбнулся, молча обрабатывая информацию на потом. — Что-нибудь еще? — Нет, ничего, сэр. — Хорошо, пожалуй я сопровожу тебя в лазарет, чтобы поговорить с ним Взмахнув палочкой, различные свитки на древнем деревянном столе начали собираться или прятаться в ящиках и сундуках по всей комнате, а Дамблдор поднялся на ноги и пошел за своим доверенным медиком в больницу, чтобы, наконец, получить результаты и ответы. — О, и Альбус, — сказала Поппи, проходя по коридору, — Я обнаружила, что мистер Поттер и двое его друзей преследовали Гаару посреди ночи. Вероятно разбудили бедного мальчика. Дамблдор добродушно усмехнулся предсказуемым выходкам золого трио. — Не волнуйся Поппи, я уверен что мистеру Поттеру и его друзьям было так же интересно, как и всем нам, кто наш новый студент. Мадам Помфри не могла не заметить, что несмотря на слова Альбуса, он невероятно быстро шел к ее рабочему месту. Медсестре было трудно угнаться за своим боссом. Он поворачивал на каждом угле так быстро, как только мог. Дамблдор считал что не было особой спешки, чтобы добраться до Гаары. У него просто было множество мыслей, которые заставляли его волноваться и торопиться. Дамблдор достиг дверей лазарета на целых шестьдесят секунд раньше своей доверенной медицинской ведьмы. Он решил не объявлять о своей победе в тихом забеге, поскольку это казалось немного по детски, поэтому он решил просто съесть еще один лимонный шербет в качестве своего приза. Пыхтя, Поппи пришла увидев как Альбус ест уже вторую конфету, прежде чем пройти мимо него, слегка раздраженная его очевидными детскими выходками и пройти в свой лазарет. Дамблдор молча последовал за ней, в блаженстве посасывая свое сладкое лакомство. Старик был менее чем удивлен, обнаружив Гаару сидящим в постели после того как ему рассказали о серьезности травм, полученных мальчиком накануне вечером; Он бы солгал если бы заявил, что ожидал такого скорого пробуждения невысокого подростка. — Доброе утро Гаара — Весело сказал бородатый седовласый мужчина, приближаясь к молчаливому подростку, который смотрел на него с тонкой осторожностью.  Рыжий ответил на приветствие кивком — почти все на что он был способен в данный момент, учитывая его приглушенный голос и нежелание использовать свои способности к песку для такого тривиального ответа.  — Я рад видеть что ты хорошо выглядишь, ты нас всех обеспокоил. Гаара снова кивнул — молчаливая благодарность столь же неискренняя, как и беспокойство в старческом голосе профессора. —Мне нужно получить у Северуса несколько зелий. Надеюсь, ты не слишком утомился. — Тихо сказала Поппи, прежде чем выйти, кивнув Альбусу, который с улыбкой отмахнулся от нее. — Гаара, я надеялся что мы сможем повторить нашу небольшую беседу, состоявшуюся на днях — Сказал пожилой мужчина, садясь на ближайший стул. Прикованный к постели мальчик тихо вздохнул, готовясь к одной из своих нелюбимых игр: «Уклонение от вопросов». Игре для сварливых шиноби, не подходит для детей младше трех лет. Батарейки продаются отдельно.  Тем не менее, Гаара медленно кивнул головой смиряясь с этим фактом. Могло быть и хуже. — Гаара вспомнил свою самую нелюбимую игру из детства: «Прикрепи кунай к Джинчурики». — Были некоторые опасения относительно тебя мистер Гаара. Точнее, твоего прошлого. Теперь я понимаю, что возможно я поторопился с принятием тебя в школу, учитывая, что я почти ничего не знаю о твоем прошлом. По правде говоря, Альбус не любил лгать, более того он ненавидел лгать откровенно, но когда дело доходило до защиты школы и волшебного мира, у него не было выбора. Гаара активировал свой песок и позволил ему сформировать в воздухе естественную форму шара, готовый ответить на любой заданный вопрос, хотя то, как на них будут отвечать, все еще зависело от самого Гаары. — Ну, я полагаю, мой первый вопрос должен быть: какова твоя фамилия? Ты никогда не упоминал ее раньше — Сказал Дамблдор, перечисляя в своей голове все что он хотел узнать до конца утра. Песок без промедления образовал слова: «Собаку но Гаара». Дамблдор обратил внимание на необычную приставку «не» перед именем. [[[[ Заметка от переводчика: 'но' между 'Собаку' и 'Гаара', на английском значит нет/не. Дословно — Собаку не Гаара]]]] — Значит, Гаара твоя фамилия и Сабаку имя? Или Сабаку твоя фамилия, а Гаара твое имя? Качает головой. — Хорошо — утвердил Альбус, почти удивленный. У мальчика было иностранное имя, он написал его наоборот, но он также понимал и писал по-английски совершенно бегло. [[[ Заметка от переводчика: В европейских странах имена произносят в определенном порядке: имя потом фамилия]]]] Гаара был не слишком доволен тем, что его имя назвали наоборот, но проигнорировал неприятный комментарий, сосредоточившись на том чтобы его лицо оставалось пустым, а шар песка появился из слов. — Итак, я думаю, мой следующий вопрос будет - ...откуда ты? Гаара на мгновение остановился думая о подходящей полуправде, которую можно было бы сказать навязчивому человеку перед ним. Когда он определился с правильными пропусками в правде, слова появлялись в воздухе по предложению за раз.  «Я из деревни песка». Однако этот ответ не устроил директора. — Из какой ты страны? « Мы называем это Страной Ветра.» — А как иностранцы назвали бы твою страну?  « Я не знаю.» С точки зрения спрашивающего, это было утомительно, но это его не остановило.  — Как ты сюда попал? « Профессор Снейп привез меня сюда из Хогсмида.» — А как ты попал в Хогсмид? Рядом нет никаких пустынь, — Дамблдор дважды подумал над своим последним заявлением, вспоминая все секретные места волшебного мира. « Меня перевезли сюда » Если бы Гаара мог сказать это утверждение, то оно стало бы скорее вопросом. —Откуда? «Из моей родной страны» Альбус, человек известный во всем волшебном мире своим терпением и силой воли, казалось проигрывал эту битву, поскольку его водили кругами.  — Хорошо. И еще, есть ли у других людей в твоей стране такие же способности, как у тебя? — Альбусу нужно было знать, насколько опасен Гаара и есть ли другие, кто может представлять подобную угрозу. Ответу было уделено столько же внимания, сколько и вопросу, поскольку Гаара пытался придумать правильный ответ. В любом случае он может пострадать. Если он заявит что ни у кого больше нет такой способности манипулировать песком, они могли бы счесть его большей угрозой и напасть на него, в то время как если он скажет что у других есть сила, они могли бы напасть на него из страха перед их расой. Это было сложно, пока он не придумал идеальный по его мнению ответ. Правда. «Я не знаю». — Ясно. Твои люди знают, что ты здесь? Они могут волноваться. — Дамблдору нужен был ответ на этот вопрос больше, чем на любой другой, поскольку это определяло бы уровень угрозы мальчика, помимо той поразительной силы которую он показал ранее. Реакция Гаары говорила сама за себя, но всё равно не отвечала на вопрос. Это пронизило директора до костей, как и всех, кто бы мог это увидеть.  Гаара улыбался. « Наверное, кто знает? » Трудно сказать что он чувствовал в этот момент. — Гаара, как именно ты передвигаешь песок? Я не видел, чтобы ты прикасался к своей палочке с тех пор как ты вошел в школу, и проффесор Люпин сказал мне, что у тебя ее даже не было до того как тебя отвезли к Олливандеру перед началом семестра. Гаара сдержал еще одну ухмылку по поводу того, насколько неподготовленным может быть даже такой старый и опытный директор. Он даже не заметил как Гаара возился с палочкой под рукавом с тех пор, как он получил ее. Это было не что иное, как некомпетентность. «Мне не нужна палочка, чтобы перемещать песок». — Это очень впечатляет! — Дамблдор продолжил, улыбаясь, —Мне также нужно спросить о том, что вчера сказала о тебе профессор Трелони. « Извините . Я ничего не знаю о том, что она сказала. А вы? » Гаара говорил полуправду, поскольку он мог только догадаться только о некоторых основных ссылках в пророчестве, но общий смысл все еще был неясен. Дамблдор был по-настоящему впечатлен в тот момент, поскольку знал что умный мальчик перед ним вынуждал его ответить.  — Грустно сознавать, что никто из нас не знает что это значит. И последнее, мистер Гаара. Не мог бы ты впредь не носить с собой на занятия тыкву? Учителя не считают это уместным Дамблдор сказал это с оттенком опасения, поскольку на вопрос имелся очевидный ответ, который как он сам знал, будет отрицательным. « Нет. » Нет, Альбус не ожидал такого ответа. Речь шла о реакции в его мимике. — Ну что ж это было занимательно. Большое тебе спасибо. Я рад, что мы смогли узнать друг друга немного лучше, Гаара — Альбус улыбнулся, и мальчик сидевший напротив него заметил как в его глазах вспыхнул огонек, словно свет фонарика отразился на него. У Гаары внезапно возникло то же чувство, которое он испытал, когда раздражающая шляпа пыталась прочитать его мысли прошлой ночью. Старик не удивился, когда даже такой сильный легилимент, как он сам не смог проникнуть в разум мальчика. Хотя он не приложил слишком много усилий к своей ментальной атаке, поскольку никогда не забудет реакцию сортировочной шляпы на то что находилось внутри разума Гаары. « Не пытайтесь залезть в мою голову. » Эти слова образовались из песка, удивив получателя, поскольку его редко если вообще когда-либо, ловили на том, что он копался в чьих-то мыслях. —М-мои извинения. Это моя старая привычка. — Дамблдор встал ненавидя то как сильно болели его колени, и кивнул головой в дальнейших неискренних извинениях. — Боюсь, мне пора возвращаться к работе. — заявил Альбус, стоя перед Гаарой. — Прежде чем я уйду, ты хочешь лимонного шербета? После последнего покачивания головой Гаара снова остался один в лазарете, когда директор вышел. Иногда было истинное удовольствие быть одному. Гаара не мог не признаться в этом самому себе, откинувшись на кровати и сожалея, хотя и слегка, о том что отказался от сладости от профессора. Гаара вздохнул, бессознательно возясь со своей палочкой, радуясь что его оставили с ней а не конфисковали как казалось его одежду. КСОКСОКСОКСОКСОКСОКСОКСО В своих самых диких кошмарах наполненных демонами, Гаара никогда бы не смог себе представить что ему когда-нибудь станет настолько скучно, что он будет с любовью вспоминать времена, когда он играл в «Поймай монстра» вместе с хулиганами. В своей бесконечной и нескончаемой скуке Гаара заметил что он думал о многих ужасающих играх, в которые играл в детстве. Хотя жители деревни не называли их играми. Они были смертельно серьезны в своем желании убить его. Гаара начал называть их 'играми' из-за своего ужасающего одиночества и нереализованного желания поиграть или даже побыть с другими хотя бы на кратчайший момент. Однако это закончилось когда уже он начал играть в игры с жителями деревни, вдохновленный "матерью-Шукаку". Тем не менее, возвращаясь к текущей проблеме, Гааре не хватало интереса в унылом и пустом больничном крыле. Его раздражало то что из последних пяти дней, которые он провел в школе чародейства и волшебства Хогвартс, предположительно месте чудес и трепета, последние четыре дня он провел в больничном крыле на постельном режиме. Он пытался уйти один или два раза, но даже его удивительные навыки шиноби не помогли ему ускользнуть от зоркой мадам Помфри, которая несмотря на свой возраст и отсутствие формального обучения, могла не отставать от лучших шиноби. И таким образом, красноволосый ниндзя песка застрял в самом скучном отделе, казалось бы дивной школы магов. Всем посетителям было отказано, ведь большинство из них были любопытными раздражителями которых называли студентами, а некоторые действительно были заинтересованными одноклассниками. В совершенно иной категории оказалось Трио гриффиндорцев, которые казалось были полны решимости получить ответы которых они так жаждали, несмотря на полученное ими наказание и огромное количество баллов, которых они были лишены. Единственным человеком который пытался навестить Гаару, и которого он знал был Драко Малфой. Ему также отказали, поскольку Гаара все еще считался слишком раненым, чтобы принимать посетителей; как бы сам Гаара ни отрицал этот факт. Что касается мальчика с глазами тануки — раз он мог ходить, он был здоров. Настоящие шиноби не жаловались и не лежали в больнице с почти зажившей сломанной ногой, а теперь только с синяком на руке. Они вставали и сражались. Единственным утешением Гаары было то что накануне ему вернули одежду, буквально как новую. Однако по строгому указанию медсестры он должен был оставаться в больничном халате до тех пор, пока его не выпишут. На пятый день ему сказали, что он почти готов к выписке и что его выпустят на следующий день, который как он заметил оказался субботой. Позже в ту пятницу вечером допустили первого посетителя к Гааре, в основном посредством шантажа и угроз. Насколько Гаара мог слышать, Драко угрожал послать сову к своему отцу и уволить медсестру. Хоть мадам Помфри и знала что даже Люциус Малфой не мог ее уволить, и Альбус не допустил бы чтобы ей причинили вред, она уважала тот факт что обычно холодный и отстраненный Малфой который часто не проявлял ничего, кроме злобы к тем, кого он называл 'друзьями', теперь изо всех сил старался увидеть своего нового знакомого в постели больного. Поппи не была такой бессердечной, как некоторые другие старшие в школе. Она видела только хрупкого рыжего мальчика, который в своей жизни много страдал и нуждался в помощи. Это была одна из главных причин, по которой она так настойчиво требовала, чтобы новый студент провел большую часть своей первой недели под ее присмотром. Она ясно видела что не только его незаживающие травмы были серьезными, но и предыдущие также были тяжелыми. У него было множество шрамов по всему телу, что не подобало ребенку его возраста. Она не могла больше видеть, как он страдает. Гаара на самом деле был рад видеть перед собой своего единственного знакомого в ту ночь. До этого он молил о том чтобы увидеть хоть кого-нибудь, за исключением Зеленого Зверя Конохи, чтобы облегчить свою скуку. Драко взял стул рядом с кроватью Гаары и подвинул его ближе, чтобы он мог смотреть прямо на своего сверстника, не желая сидеть рядом с ним, как простолюдин. — Я уже пытался навестить тебя раньше, но та тупая медсестра меня не пустила. Клянусь, это было почти так же плохо, как и позволять этому чертовому придурку Хагриду преподавать уход за магическими существами. — сказал Драко, приводя себя в бешенство от одной этой мысли. — Я разговаривал с отцом, и он сказал что запер бы этого идиота в Азкабане. Если бы он не заставил тебя кататься на этой чертовой курице, ты бы не упал. И если бы не ты, я бы, возможно пострадал. Как бы Гааре не нравилась эта форма общения, он решил, что она необходима, пока он не придумает лучшую. К тому времени как Драко заметил, что песок движется, он уже сжался в комок, и трансформировался в отдельные буквы: « Это не его вина. Не вини смотрителя леса » — О чем ты говоришь? Это была явно его вина, а к тому времени как мой отец… — Драко замолчал, взглянув на новое сообщение, написанное песком. «Возлагать вину на кого-то другого — это слабость». Драко в ярости открыл рот собираясь что-то ответить но вскоре закрыл его. Называться слабым было просто смешно. Он был сыном одного из самых могущественных людей волшебного мира, как он мог быть слабым? «Сильные ведут свои собственные битвы и возлагают вину на себя, как и на тех, кто этого по праву заслуживает». Это полностью заткнуло блондина на минуту или две. Драко никогда прежде не говорили ничего подобного. Конечно, Поттер и его банда называли его слабаком и трусом, но это же они просто пытались его оскорбить, да? Внутренние невзгоды продолжались до тех пор, пока он не нарушил ход своих мыслей, высказав очередную насмешку над своим заклятым врагом.  —Я не думаю что ты это слышал, но того серийного убийцу заметили в Хогсмиде в нескольких милях отсюда. – Начал Драко, и у Гаары уже появилось плохое предчувствие. —Сириус Блэк, вероятно, здесь чтобы закончить свою работу и убить Поттера. Не могу его винить за такую цель. Гаара поморщился и почти сморщил лицо при мысли, что Сириуса заметили. Так ему и надо, он всегда выходил на пробежку, даже когда не охотился. Это был лишь вопрос времени. — Но это не самое странное. — продолжил Наследник Малфоев — Крэбб и Гойл избегали меня всю неделю. С тех пор, как их выпустили из больничного крыла, они были в ужасе от меня и не приближались ко мне.  Если Гаара не ошибался, он мог бы поклясться что услышал легкую обиду в голосе платинового блондина. Эти двое разговаривали, хотя и в основном односторонне в течение большей части часа, прежде чем посетителя довольно насильно вывели наружу, чтобы Гаара мог в последний раз поесть и поспать в лазарете. Последнее о чем они говорили, все еще отдавалось эхом в их головах до поздней ночи из-за возможных последствий, которые оно имело. Гаара довольно скромно спросил Драко во всей своей письменной славе, может ли Драко научить его основам произнесения заклинаний. Драко был ошеломлен тем, что кому-то столь очевидно сильному во многих отношениях, нужна помощь в основах магии. Гаара нерешительно объяснил что он никогда раньше не пользовался палочкой, да и в этом никогда не было необходимости. Из-за травм он пролежал в больнице уже около недели, поэтому не прошел не единого урока с ее использованием. Драко, все еще внутренне заявлявший что его не интересуют такие тривиальные вещи как дружба, принял просьбу под предлогом что это было просто потому что кому-то его уровня нельзя было выглядеть все время одиноким, и поскольку его телохранители дезертировали, ему нужен был новый компаньон. Драко предложил свои выходные, чтобы помочь Гааре тренироваться, чувствуя себя весьма привилегированным, но не с тем чувством, к которому он не был непривычен. Нельзя отрицать, он обещал помочь мальчику, который явно собирался в кратчайшие сроки стать великим волшебником. Идеальный союзник и отличный способ стать примером способностей, обучая великого волшебника. Гаара почувствовал почти чувство радости, впадая в свое самое глубокое состояние удовольствия, при мысли что когда он проснется, он будет свободен от привратника восьмого круга ада, который держал его в состоянии постоянной скуки и полусмерти последнюю неделю. Да да это Шукаку. Некоторые могли бы назвать его мелодраматичным человеком, однако он был человеком который преуспел в военной деятельности, он рос как воин, скрывая большинство своих эмоций. Не помогло и то что как бы он это ни отрицал, Гаара находился под влиянием демона внутри него. Тонко, но верно, Шукаку орал всю ночь на него. Это его и разбудило. КСОКСОКСОКСОКСОКСОКСОКСО Свобода. Славная свобода. Гаара буквально выбежал из лазарета после того как ему разрешили уйти. Перед этим он также поклонился женщине которая заботилась о нем. На выходе, одевшись он привязал песок обратно к себе на спину, где он по праву и находился, после чего восстановил свою песочную броню, которая по-видимому была вырезана с его тела в ту ночь, когда его госпитализировали.  Шиноби высокого уровня с трудом побежал, из-за песка, отягощавшего его из-за зажившей сломанной кости. Его нога хотя и была почти полностью зафиксированная, все еще болела и ныла после недавнего перелома. Из-за этого он немного неуверенно стоял на ногах. Он сразу же направился в свою комнату, чтобы найти Драко. Независимо от того насколько рано это было, хотя это было сразу после шести утра, Гаара был достаточно трудолюбивым ниндзя поэтому не возражал против тренировок на рассвете. Это была новая привычка, вся эта 'тренировка'. Похоже она помогла тому парню с густыми бровями, поэтому он решил что будет тренироваться до тех пор, пока его не признают; как его. Драко, у которого была долгая и скучная первая неделя, посвятил себя полноценному утреннему сну и расслаблению, и решил что вечерком час или два будет обучать Гаару тому как пользоваться палочкой. Драко был богат и привилегирован. Он привык к роскошной жизни и любил каждую ее секунду. Гаара вернулся к входу в гостиную Слизерина и наткнулся на свою первую проблему: Необходимость произносить пароль чтобы войти. Гаара на мгновение обдумал перспективу проложить туннель через вход или через одну из стен, чтобы проникнуть внутрь, но отказался от этой идеи, так как это сделало бы его спальню открытой для любого злоумышленника который мог бы просто войти туда. Итак, теперь он снова борется со своей скукой которая к этому моменту уже стала навыком. Гаара стоял в коридоре в холоде подбрюшья школы, следующие полтора часа, прежде чем один из наиболее прилежных подростков поднялся, чтобы позавтракать в первую субботу учебного года. Бедный парень чуть не упал в обморок, когда утром вышел из своей гостиной, ожидая увидеть только горстку других ранних пташек. Вместо этого он обнаружил устрашающего нового ученика, которого звали Сабаку но Гаара, стоящего снаружи и ждущего вход в общежитие Слизерина. Ему было страшно, но Гааре было все равно проходя мимо напуганого до холода подростка в умеренно теплую комнату, чтобы найти своего временного сенсея. Драко ненавидел много вещей: Грязнокровок, Поттера, Уизли, Дамблдора, Поттера, Гадания, Хагрида, Поттера, Крэбба и Гойла (по состоянию на прошедшую неделю) и Поттера. Но из всех этих непреодолимых зол Драко определенно ненавидел больше всего на свете раннее пробуждение в субботу. Когда его слегка потрясло, он проснулся и подумал о том, чтобы проклясть то ужасное чудовище которое решило украсть его драгоценное время. Но когда он увидел того ужасного монстра, которого теперь идентифицировали как недавно освобожденного Гаару, он быстро решил не проклинать мальчика смотрящего на него с чем-то вроде презрения, если можно было определить какой-либо эмоциональный сдвиг по стоическому лицу. —Что? — Спросил Драко, еще не достаточно проснувшийся, чтобы соблюдать этикет, необходимый при общении со сверстниками, из-за своего усталого состояния. — Иди спать, раз Помфри выгнала тебя из больничного крыла. — Скомандовал Малфой, переворачиваясь. Гаара не был впечатлен тем что из всех волшебников, которых он встречал, кто-то кого он уважал спал так поздно и вел себя так сварливо по утрам, особенно для гражданского человека; Не то чтобы ему приходилось выполнять какую-то настоящую работу в течение недели. Гаара предположил, что потребуется гораздо больше усилий, чтобы разбудить ворчливого подростка, поэтому он откупорил песок и послал усик, чтобы смахнуть юного волшебника с кровати на пол. Это его и разбудило — И что тебе нужно так рано утром?!— Драко частично вернул себе должное самообладание после того, как поднялся с пола и вытер глаза, понимая что он не уснет снова, если мальчик с тыквой будет иметь к этому какое-то отношение. Гаара поднял палочку и взмахнул ею, показывая свое желание учиться и практиковать ее использование. Это вызвало шокированный и раздраженный взгляд Драко с открытым ртом, который просто предполагал, что Гаара не может найти дорогу в столовую, или что-то еще. Это была бы относительно нормальная проблема, хотя все еще не достаточная причина, чтобы разбудить его. Узнать что новый ученик так рано начал его будить наклоняясь, было все равно что тонна кирпичей упавшая ему на голову, даже две тонны учитывая что Драко вообще согласился обучать мальчика. — Но сейчас семь тридцать утра! — Заскулил Драко, тщетно пытаясь вернуться в свою теплую и удобную кровать, однако его снова поставил на ноги тот же песчаный усик, который он проклинал бы до самой своей смерти… или до полного своего пробуждения. Гаара пристально взглянул на него прежде чем бросить в него одежду, которую блондин сложил рядом со своей кроватью накануне вечером, чтобы у него было еще меньше работы в его самый святой из дней. Все время ворча про себя, Драко оделся, пока Гаара размышлял понадобятся ли ему метательные ножи и взрывающиеся печати. Быстрый взгляд на Драко, который только что упал залезая в брюки, подтвердил что ему достаточно только палочки и вездесущего песка. Через двадцать минут после того как Гаара вошел в комнату, он ушел, а Драко ссутулившись, последовал за ним, но уже в более медленном темпе. К тому времени, когда они достигли гигантской входной двери замка, Драко шел своей обычной снобистской манерой. Единственным признаком его недовольства были темные круги под глазами и почти беззвучное бормотание про себя о том как сильно он ненавидит бодрствовать. Пока они шли, некоторые из фан-клуба Гаары, которые всю последнюю неделю наблюдали за дверями лазарета в надежде увидеть освобождение своего кумира, были потрясены, заметив Гаару и Драко, прошедших мимо них. Каждую ночь их уводили в комендантский час, и каждое утро они возвращались снова, пока им не придется идти на занятия. Те немногие, кто только что направлялся в Большой Зал на завтрак, были поражены увидев не только енотовидный взгляд Гаары, но и у Драко.  Довольно скоро все будут использовать подводку для глаз, чтобы добиться такого же эффекта. Драко не оценил все взгляды и хихиканья, которые он получил, выходя из замка на территорию. Он мог бы поклясться, что слышал как кто-то смеялся ему в глаза. Он не виноват что у него мешки под глазами. Он был уставшим. Чего он не услышал, так это того что они говорили о том, что даже великий и могучий Драко преследовал Гаару. Благородный слизеринец спросил Гаару, могут ли они сначала пойти позавтракать, но тот покачал головой и продолжил идти. По мнению Драко, день обещал быть не самым лучшим. Уставший, голодный и осмеянный.. У него определенно была ужасная суббота. Тем не менее, он предполагал что увидит как вундеркинд учится пользоваться своей палочкой. Они прибыли в уединенное место, покрытое травой, вскоре после того как вышли из ворот замка, пройдя немного дальше чем обычно, чтобы избежать посторонних глаз. Драко встал перед Гаарой и решил начать с того, что знал явно одаренный студент по обмену. —Итак, если я собираюсь учить тебя, мне нужно знать то что ты уже знаешь. — Сказал Драко, ожидая услышать обо всех продвинутых заклинаниях которые знал мальчик, и о том какие базовые он упустил из виду. Гаара пожал плечами, вероятно впервые в жизни. Драко раскрыл рот. После этого поразительного признания потребовалось несколько минут, чтобы восстановить полную работоспособность мозга. Он должен удостовериться в этом: —Ты хочешь сказать, что ничего не знаешь о заклинаниях? — Недоверие в голосе более высокого мальчика было так же очевидно, как и его светлые волосы. Гаара кивнул головой, чувствуя первые признаки смущения. —Ну… Я думаю, нам придется начать с самых простых заклинаний. Подожди, как ты не умеешь использовать магию, ести ты из чистокровной семьи? Гаара снова пожал плечами, что по его мнению, сэкономит время в будущем. — Неважно. — Сказал Драко, не до конца веря в то что ему говорили, но зная что любые слова не принесут ему никакой пользы. — В любом случае, одним из первых заклинаний, которые ты должен был выучить, это заклинание левитации. Драко достал палочку и жестом предложил Гааре сделать то же самое.  —Теперь повторяй за мной: «Вингардиум Левиоса»  — Вздохнул Драко, прежде чем осознать свою ошибку. Он посмотрел на Гаару, который равнодушно смотрел на него, пытаясь скрыть смешок, ожидая когда его наставник уловит свою ошибку и поймет, что он не может говорить. Не говоря уже о копировании его слов.  — ....Прости. Думаю тогда тебе просто придется использовать невербальную магию. Просто представь слова в своей голове и скопируй движения палочки. Это требует большего контроля и гораздо больше навыков, но это не должно быть для тебя проблемой. Итак, представь себе слова «Вингардиум Левиоса» и в то же время взмахните палочкой вот так. Вингардиум Левиоса. — Драко продемонстрировал это на камне, лежащем на земле, подняв его в воздух перед своим лицом, а затем сбросив заклинание отправив его обратно на землю. Гаара с жадным восхищением наблюдал за простым трюком, а затем посмотрел на свою угольно-черную палочку. Размахивая и смахивая ею, Гаара отрабатывал это движение, прежде чем сосредоточить свое внимание на камне размером с голову Хагрида, находящемся в нескольких футах от него.  « Вингардиум Левиоса », — подумал он про себя, сосредоточив небольшое количество чакры в палочке. Взмахнуть и сосредоточиться. Камень начал подниматься примерно на фут в воздух. Драко с трепетом наблюдал, как тяжелый предмет был поднят без малейшего признака напряжения со стороны колдуна.  Валун уже находился на уровне глаз, а Гаара даже не моргнул от напряжения. Однако затем камень начал опасно трястись, и в этот момент Драко подумал что даже держать его так долго было достойно восхищения. Но вскоре после того как начались тряски, раздался мощный взрыв: Камень взорвался прямо им в лицо. К счастью, как всегда песчаный щит защитил Гаару автоматически, и ему потребовалось лишь немного дополнительной чакры, чтобы распространить свою защиту и на своего друга. — Какого черта ты это сделал? — Завопил Драко, проверяя себя на наличие осколков и обломков от камня. Еще одно пожатие плеч было честным ответом Гаары, поскольку он сделал именно то что ему сказали. Он повернулся налево и снова сжал палочку, на этот раз целясь в камень дальше. Красноволосый вложил в него как можно меньше чакры. Он повторил заклинание, и эффект был таким же сильным, как и раньше. — Ты уверен, что произносишь в голове правильное заклинание? — Спросил Драко, почти обвиняюще взглянув на своего "ученика", который выглядел немного смущенным, кивая.  Вести себя так застенчиво — Не в духе Гаары, но все результаты заклинаний были ужасны, даже если это были только два случая. — Ладно, может нам стоит попробовать что-нибудь попроще. — Выдохнул Платиновый блондин, пытаясь придумать самое простое заклинание, которое он знал. Проблема была в том, что он не мог придумать ничего проще, чем заклинание левитации. Даже такие сквибы, как Долгопупс, могли его использовать.   —Ага! — Воскликнул Драко. Палец, который ранее лежал на его подбородке, теперь торжествующе указывал вверх. — Попробуй заклинание 'Люмос.' — Счастливо сказал Драко.  Хоть заклинание и относилось к третьему году обучения, его было удивительно легко выполнить, и чтобы получить хотя бы небольшой проблеск света, требовалось очень мало магии. Драко продемонстрировал заклинание, сказав что Гаара должен вложить туда как можно больше магии, чтобы увидеть, каков его уровень силы. Гаара не видя никаких проблем с оценкой уровня своей 'магии', скопировал движение и направил огромное количество чакры в прочное черное дерево в палочке. Оба подростка ожидали, что шар света будет такой же или меньший чем у Драко. Гаара предполагал, что для выполнения заклинания нужно больше чакры, чем для джутсу. Результат оказался неожиданным. Шар света был ослепительно белым, словно солнце на конце его палочки, которое резко контрастировало с черной стороной самой палочки. Вспышка длилась недолго, ее погасил недостаток концентрации Гаары, когда он отвлекся, чтобы потереть глаза. — Да что, черт возьми, ты делаешь? — Драко был совершенно вне себя от проблем, с которыми столкнулся. —Как ты сделал это с помощью простого заклинания Люмос..?  Заклинание света Гаары было таким ярким. Большинство волшебников тоже могли выполнить такое же яркое заклинание, но сделать это днем, когда солнце высоко в небе.. Драко не мог себе представить. — На этот раз вложи в него как можно меньше энергии… .. Урок длился весь день и прекратился только тогда, когда спазмы желудка вызванные голодом, стали слишком сильными для молодого чистокровного. Вот вам и его идеальная суббота… Следующий день прошел по той же схеме: Драко отчаянно пытался научить Гаару контролировать свою магию и убирать заклинания, которые казались слишком мощными для неподготовленного волшебника. К концу второго дня, когда в Гаару было вложено столько крови и пота, сын Малфоев был близок к слезам счастья, когда Гаара впервые смог поднять в воздух небольшой камень, не взорвав его. Однако потом камень упал на землю, так как внимание хозяина тануки привлекла толпа людей, стоявших вокруг них на довольно большом расстоянии. Они начали аплодировать и восклицать по поводу предположительно частного, достижения. Сейчас Гааре уже не были чужды странные комплименты и толпа фанатов. Они появлялись в его жизни время от времени, начиная с конфликта Конохи и Суны. Но когда он увидел одну незаметную особенность у многих таких наблюдателей, он побежал надеясь что Драко последует за ним. Ужасающей особенностью, которую разделяли многие люди в толпе, была пара нарисованных черных колец вокруг глаз, похожих на те с которыми Гаара родился. Хотя он всегда яростно отрицал что родился с внешностью енота, оправдываясь бессонницей. Он не мог бездействовать, когда на него и его учителя/друга набросился рой фанаток, поэтому он побежал спасая свою жизнь и свое здравомыслие. Когда они, наконец остановились в безопасности в общежитии Слизерина, Драко тяжело дышал, прежде чем спросить: — Кто они? Посчитав этот вопрос достаточно серьезным, чтобы на него можно было ответить, Гаара написал песком одно достаточно простое слово: "Фанатки" — Хах.. Все ясно. Той ночью Драко спал как младенец, безнадежно надеясь, что на следующих выходных он сможет поспать и после семи часов. С другой стороны Гаара надеялся что ни один из его уроков какое-то время не потребует от него использования каких-либо заклинаний высокого уровня, по крайней мере до тех пор, пока он не сможет лучше контролировать свою силу. КСОКСОКСОКСОКСОКСОКСОКСО На следующее утро понедельник начался медленно: Все пытались встать с постели, прежде чем их поглотят одеяла и заставят остаться дома весь день; Как бы заманчиво это ни звучало, проведенный в постели день вряд ли мог бы понравиться их раздражительному декану, который в этом году был в очень плохом настроении. Соседи по комнате с волосами красными как кровь, и яркими как солнце, поднимались так же медленно, как и все остальные. Драко будучи обычным подростком, как бы он этого ни отрицал, не мог найти выход из своей кровати, как бы усердно он ни искал. А Гаара был уверен, что разучился вставать, но не хотел проверять свою теорию еще час или около того. В конце концов, после еще десяти минут они отказались признавать реальность того, что им придется встать. Как только оба оказались оказались на высоте своего роста, они поняли что урок на который опаздали бы, если бы они придерживались первоначального плана скивинга, это были бы Зелья с профессором Снейпом. Не то чтобы Гаара боялся этого человека, поскольку он в значительной степени доказал что может защитить себя от заклинаний этого человека, но он уважал то что этот человек был его учителем на данный момент, и не желал так много показывать ему свое неуважение, особенно после того как неделю назад он покрыл лабораторию зелий слизью. Завтрак прошел без происшествий, ведь все ученики были либо слишком уставшими, либо слишком прилежными, чтобы беспокоить кого-либо еще в это время утром. Пока они завтракали, Гаара увидел как Ремус Люпин вошел через черный вход в Большой Зал, выглядя таким же болезненным и бледным, как всегда, чему он мог посочувствовать. Очевидно у него были дела со знакомым, которые не могли долго ждать. Пока Ремус оглядывал Большой Зал, Гаара терпеливо ждал пока его глаза не остановятся на нем. Когда это все таки случилось, мальчик жестом пригласил Люпина встретиться снаружи, натянутым кивком головы. Выйдя из зала, Люпин огляделся по сторонам и нашел мальчика которого искал, в одном из многочисленных укромных уголков замка; Идеальное место для тайных встреч менее уважаемого характера. — Доброе утро, Гаара. Я рад видеть, что у тебя все хорошо. Я хотел приехать и навестить тебя в медпункте, но у меня самого было не самое лучшее здоровье. Люпин выглядел пристыженным из-за своего пренебрежения своими обязательствами, что по мнению Гаары было чрезмерной реакцией, но он не стал зацикливаться на чем-то столь незначительном. " Что делает Сириус? " Песчанный Гаара спросил прямо.  — Полагаю, ты имеешь в виду то что его недавно заметили. Произошедшее несколько дней назад — Люпин вдруг стал выглядеть еще более уставшим при мысли о выходках их общего друга. — У меня еще не было возможности поговорить с ним, но я предполагаю что ему просто было скучно. Он всегда был импульсивным человеком. Доставлял невообразимые неприятности нам четверым.... Гаара снова отключился, когда рассказы о детстве Люпина снова вышли в сеть. Когда Люпин закончил объяснять что-то о вонючей бомбе, Клыкастом Фрисби и что-то о неудачно помещенной семейной реликвии, Гаара вернулся и задал свой следующий вопрос: " Когда я смогу увидеть его? " — Скоро предстоит поездка в Хогсмид, ты можешь использовать ее как прикрытие и тогда встретиться с ним. Однако тебе придется ускользнуть из замка, поскольку у тебя нет подписанного разрешения.  — Сказал мужчина, задумавшись. Ему нужно было подумать о том какой проход для Гаары будет наименее рискованным. Маршрут с Гремучей Ивой мальчику показался немного рискованным, ведь он был таким маленьким и хрупким на вид. С другой стороны, он более чем умело обращался с песком, и до Ремуса доходили слухи, что мальчик также обладает очень мощной магией, пусть и немного грубой. Несколько учителей начали смотреть уроки Гаары вместе с учениками после многочисленных взрывов накануне.  — Проход, по которому тебе следует идти, находится мимо… —Мистер Гаара, я считаю что если вы не поторопитесь, то опоздаете на мой урок, поэтому вам лучше идти — Снейп прервал Люпина с надменным выражением насмешки, которое казалось таким же обычным явлением на его лице, как и болезненное выражение лица Ремуса. — И Ремус, вы полны решимости развратить и без того отвратительного ребенка. Тебя, — Он обратился к Гааре с не чем иным, как с чистым презрением, — Иди на урок, прежде чем я прокляну тебя чтобы ты наконец станешь такого же роста, как и шестилетний ребенок. Гаара был не в настроении оставаться и слушать очередные разглагольствования ненавистного человека, поэтому спокойно ушел призывая свой песок обратно в надлежащее место отдыха. — Тебе бы тоже лучше пойти на занятия, Ремус. — Усмехнулся Северус. Его торжествующий вид превосходства над скрытым оборотнем был уменьшен на несколько размеров, когда он заметил что Люпин смотрит не на него, а в другую сторону. Мужчина высунулся в коридор, мимо растерянного лица Снейпа, и крикнул удаляющейся тыкве Гаары: —Увидимся позже, Лили! Затем Люпин ушел, даже не взглянув на разъяренное лицо Северуса, на свой первый за день урок. Как в первые годы... слишком просто. КСОКСОКСОКСОКСОКСОКСОКСО Урок прошел лучше, чем на прошлой неделе, Гааре на этот раз удалось продержаться до конца урока, не уничтожив ничего большего, чем котел и часть стола размером с котел. Хотя если до встречи со своим старым школьным соперником Снейп казался раздражительным, то после он стал совершенно свирепым. К счастью, остаток дня после неприятного урока зелий прошел для всех участников более комфортно. Даже Уход за Магическими Существами стал для Гаары более счастливым опытом, хотя  ему было бы намного хуже и трудней провести время в классе, учитывая прецедент случившийся на прошлой неделе. Сегодня они наблюдали за стадом единорогов, которые по мнению учителя, слишком любили Гаару. Они безжалостно следовали за ним, несмотря на его молчаливые протесты и призывы применить к ним смертоносную силу. Следующий же день был хуже, чем предыдущий, но это все же намного лучше чем чуть не умереть от падения с сотни футов на лесную подстилку и удариться об каждую ветку дерева по пути вниз. Во второй день в школе Гааре пришлось начать проходить третий курс обучения Чарам без магического таланта и слишком большой силы. Будто достаточно если сказать что в этом семестре в среднем он уничтожал одну четверть обучения в неделю. КСОКСОКСОКСОКСОКСОКСОКСО — Может кто-нибудь сказать мне, что находится внутри этого шкафа?— Спросил Люпин свой третий курс по Защите От Темных Искусств. — Это Боггарт, сэр. — Заговорила Гермиона Грейнджер, удивив нескольких студентов своим внезапным появлением там. — А может кто-нибудь сказать мне, как выглядит Боггарт?  Учитель-естественник снова задал вопрос своим ученикам, параллельно глядя на лица в комнате; Поттер здесь , Малфой здесь, Уизли здесь, Грейнджер здесь, Лили здесь и еще раз здесь. Все ключевые игроки были здесь и готовы. Они все были жизненно важны поскольку все они были для него так или иначе важны, хотя бы по ассоциации. На прошлой неделе было только знакомство с классом и программой, так что эта неделя стала первым настоящим испытанием его педагогических способностей. — Никто не знает как выглядят боггарты поскольку они принимают форму того, чего больше всего боится самый близкий к ним человек. — И снова ответила Грейнджер, безошибочно декламируя свои безупречные знания большинства научных кругов. — Верно! — Объявил Люпин довольный тем что в пуле молодых умов плавают некоторые базовые знания. — Есть очень простой способ победить Боггарта - смех. Урок продолжался, и слизеринцы начали слушать его так же внимательно как и все остальные, только когда узнали, что им самим придется столкнуться с одним из монстров. Гаару искренне интересовало то чего больше всего боялись некоторые из его так называемых сверстников, включая его самого. Хоть Гаара и думал что знает себя, он честно говоря не мог сказать чего он больше всего боялся. Хотя у него все же было сильное предчувствие на счет песчаного монстра и относительно того, что это могло быть. Мысли Гаары были прерваны звуком граммофона, джазовой мелодией которая заставила учеников войти в ритм, когда они выстроились в ряд и начали смотреть в лицо своим страхам. Произнося заклинание «Риддикулус» они засмеяли монстра, заставив его подчиниться. Гаара стоял позади Драко перед горсткой гриффиндорцев, за что он был молчаливо благодарен, поскольку на самом деле с нетерпением ждал встречи с однохвостым зверем, и он знал что если Гарри Поттер начнёт действовать первым, то Может появиться некий печально известный Темный Лорд, и это просто испортит урок для остального класса. Следующим был Драко который выглядел нервным. Его нервозность переросло в ужас, когда Боггарт превратился в человека которого он боялся больше всего: Превратился в его отца. Высокий и строгий на вид мужчина был одет в яркую мантию и держал еще более острую трость, все время хмурясь на Драко. Вскоре мужчина быстро пошел вперед, к ошеломленному Драко. Сын был так напуган что не смог заставить себя поднять палочку на отца, даже когда отец поднял трость, готовый ударить его по лицу. Гаара осмотрел комнату и обнаружил что половина класса напугана, (слизеринцы), и вторая половина класса смотрела с ненавистью во взгляде, (гриффиндорцы). Оказалось что Боггарты были очень информативными. — Драко, ты знаешь заклинание. — ободряюще сказал Люпин, готовый вмешаться в случае необходимости. — Ридди-Риддик-Риддикулус  — Запнулся защищающийся мальчик, все еще не в состоянии наслать чары. Гаара решив, что не хочет видеть, как отец его друга бьет его тростью по лицу, как бы забавно это ни было, протолкнулся мимо дрожащего подростка, чтобы взглянуть в лицо своему страху. Боггарт вздрогнул, прежде чем подпрыгнуть в воздух и начать трястись и изменяться перед ним. Фигура оставшаяся после изменения, удивительно мягко приземлилась на пол, заставив глаза в черной оправе расшириться. Рот Гаары открылся, и малейший шепот достиг ушей остальных в комнате, превращаясь в простое хныканье при виде… Продолжение следует. КСОКСОКСОКСОКСОКСОКСОКСО Омаке 1 Мадам Помфри уже много-много лет работала медсестрой в Школе чародейства и волшебства Хогвартс. Больше лет, чем ей хотелось бы признавать. И за все те годы что она ухаживала за больными и ранеными среди студентов, у нее никогда не было таких проблем, как с Сабаку-но Гаарой. Ну если не считать случайных попыток побега, какими бы дружелюбными они ни были, в остальное время он молчал как мышь. Каким бы хорошим поведением ни был Гаара под ее опекой, фан-клуб который следил и преследовал его, был не так уж и хорош в этом деле. Попыток взлома было в десять раз больше, чем "попыток" побега на прошлой неделе. Она устала защищаться от безудержной толпы школьниц, количество которых все больше увеличивался как лесной пожар, из-за молчаливого загадочного красноволосого подростка. И только после четвертого дня она наконец начала проклинать студенток, нарушивших ее периметр. Они не были ранены до того как попали в лазарет, но к моменту ухода уже были. Она обращалась только с теми студентами, которые нуждались в немедленной помощи или были вежливы. К сожалению, почти всегда было первое, а Гаара был редким примером второго. Манеры немого подростка были главной причиной, по которой она настаивала на том чтобы держать его под ее опекой гораздо дольше, чем это было необходимо. Другая причина заключалась в том что он был таким маленьким и худым. Она не могла не суетиться из-за него, особенно когда он так яростно отрицал свою потребность в ее помощи. Тем не менее, когда ей пришлось отпустить Гаару по настоянию Альбуса, Ремуса и Минервы, она обязательно сообщила Молли Уизли о Гааре. Она не могла наблюдать за Гаарой, когда он был за пределами Хогвартса куда бы он ни пошел, но она знала что миссис Уизли с которой у нее ранее было несколько дел по поводу ее непослушных детей, наверняка это сделает. На выходе, установив новый рекорд по быстрому побегу из больницы, Гаара поклонился в своей вечно молчаливой благодарности. Помфри огляделась вокруг и слегка прослезилась … наблюдая за ущербом, нанесенным фанатками, а также обильным количеством песка повсюду. Он был таким милым мальчиком, но таким неряшливым.