Глава 9

Амен вошёл слишком тихо и даже какое-то время стоял, просто наблюдая за работой своего писаря. Ему не хотелось прерывать её процесс работы. Он видел, как менялись эмоции на её лице, как она хмурилась и даже, чтоб вышло всё идеально, высовывала кончик языка. Сейчас же, он просто не выдержал и, воспользовавшись её отдыхом, подошёл ближе. — Ты весь этот час была здесь? — он изогнул в удивлении бровь, посмотрев в её записи. — Да, господин. — Эва испуганно дёрнулась. — Получается, и ужин пропустила. Снова. — уже нахмурившись, Амен облокотился на стол бедром. — Я не специально. И не голодна вовсе. — не обращая внимания на его открывшиеся формы, Эвтида смело подняла глаза на белесого. — Уже темнеет. Хватит с тебя на сегодня. Проведу до дома. — оттолкнувшись, хрипло произнёс эпистат. — Не стоит. — девушка отмахнулась и поднялась. Ноги и тело отозвалось лёгкой, колючей болью от долгого сидения. Её колени подкосились и, если бы не вовремя подхвативший за талию Амен, Эва бы просто свалилась на пол. — С.. спасибо. — дрожащим голосом поблагодарила и опустила взгляд на его крепкие руки. — Проведу. — настойчиво повторил охотник и, убрав ладонь с её талии, отошёл в сторону. — Амен.. — она неуверенно поправила складки своего платья и вскинула голову. Эпистат в ожидании склонил голову набок. — Если не столь затруднит, не мог бы найти продолжение сей истории? — девушка кивнула на свиток. Какая дерзость, чтоб обычный писарь и просил о чём-то главного охотника? Что-то резко переключилось в Эве. Она смело обратилась к эпистату за такой простой просьбой, но в то же время, очень важной для неё. — Даже не знаю. Я спрошу у местного писаря, — Амен удивлённо улыбнулся лишь кончиком губ. — Не думал, что так понравится. Её резко захлестнули странные ощущения, что она могла чувствовать лишь рядом с Исманом и никем более. Сам факт, что Амен не отогнал девушку сразу, уже вызвал в ней трепет. Она должна избегать его всеми силами, ни в коем случае не сближаться и точно ни о чём не просить. Но, Эвтида, сама того не замечая, слишком часто могла позволить себе какую колкость подле него. В то же время, она смущалась и даже чувствовала некую неловкость, как сейчас. Я тоже не думала.. Но, мне кажется, что в них я найду разгадку. Эвтида вошла в хижину, в которой тускло горел свет. Сам Амен к себе не ушёл. Он встретился со своим отрядом и принялся совершать внеплановый ночной обход.       Тинис. Дворец Менеса Второго Фараон долго крутил в руке подписанный им свиток. Приказ гласил, что всех, кто причастен к чёрной магии — необходимо истребить. Нет жизни черномагам на этом свете. Особенно, из-за бродившей по красным землям хвори, которая не даёт покоя всем лекарям Верхнего Египта. Распоясавшиеся шезму совсем от рук отбились. Несмотря на то, что под светлым крылом Менеса Второго находились свои придворные шезму, остальных было велено стереть с лица земли. Они не были достойны жить. Не были так чисты и не приносили ничего благого, одни лишь хвори и убийства. Люд всё ещё считал, что черномаги из Среднего Египта наиболее склонны к миру, но что касалось Верхнего... Там всё было немного иначе. Нижний и Верхний вечно находились в конфликтах из-за магии. Больше всего охотников всегда посылали в Фивы, а оттуда уже и по другим городам и мелким поселениям. Сидя у себя на троне в Тинисе, фараон даже и не беспокоился насчёт своего здравия, ведь был окружён, якобы, светлой магии, хоть и от тех, кто являлся учеником тёмной. Менесу более важно было отгородить себя и своих подданных от смертельной болезни. Ему жутко не нравилось, что уже пало не малое количество жителей, а сделать что-либо с этим он ничего не мог. Но была ещё одна причина немилости Правителя к шезму. Когда-то, когда люди сами обращались за помощью к черномагам, когда сам фараон мог вопросить их о чём пожелал — ходила по земле Великая царица. Имя ей было Нейтхотеп. Правила она вместе с мужем своим и бед не знала. Красоты не отнять, настолько кожа была бела, что сверкала на солнце. Мудрости и величия ей также не занимать. Слишком переживал за неё Менес, хоть и знал, что лишь его была. В первый месяц Половодья, захворала прекрасная Нейтхотеп. Были вызваны лучшие лекари Греции, ибо лекарство там развито чутка сильнее. Не могли понять они, в чём же болезнь царицы. Надумал Менес Второй во дворец призвать одного не мало вестимого шезму — Бадра. Не ведал тогда Правитель, на что нарекает свою жену. Шли ночи, пролетали дни. Казалось, что Бадр исцелял Нейтхотеп. При каждом его присутствии — ей становилось легче. Но стоило ему покинуть стены дворца, царицу охватывали страшнейшие страдания. Заметил это Менес и приказал проследить за деяниями Бадра. После увиденного, было принято казнить черномага. Владел он онейромантией и каждый раз, приходя в покои Прекрасной, одаривал её снами сладкими, охмурял, но и силы отнимал, хоть и даровал часы радости. К превеликому несчастью, пала таки царица Нейтхотеп, ослабшая, но всё также при красе. С тех самых пор, ни одному шезму не было прощения. Охотники с превеликим удовольствием устраивали казни, ловили каждого черномага, отнимая у них последний вздох. Единственные, кто выжили, были под опекой фараона. Они учились при нём, доказывая свою преданность и верность. Огромные врата, ведущие из одной залы в другую, распахнулись. Неспешно вышагивал один из писарей царя. Завидев его, Менес отложил все свои свитки и вскинул голову. — Мой царь, прошу выслушать и не велите избить палками. — взмолился вошедший юноша и опустился на колени. — Одобряю визит. С чем пожаловал? Вести благие иль вновь одна беда? — фараон взмахнул рукой, приказывая писарю подняться на ноги. — Вести из Фив, мой царь. — нервно пробормотал парень, разворачивая полученный свиток. — Докладывай. — Охотники, что были посланы вами, продолжают выискивать черномагов и бороться с хворью. Были взяты образцы воды и доставлены в Пеллу. — Не густо. — Менес Второй нахмурил брови и покачал головой. — Это единственное, что передал верховный эпистат. — пролепетал писарь, сворачивая послание. — Свободен. — фараон вновь взмахнул дланью. Юноша откланялся и спешно покинул тронную залу. Стоило дверям вновь сомкнуться, как взгляд Повелителя опустился на свиток с приказом.       Фивы. Жилище Амена — Так ты же отвёл её, говоришь. — Тизиан опёрся спиной на стол. — Уж вела себя странно. Видел взгляд её? Затравленный будто, — Амен покачал головой. — А с телом Пеллийский решил сам расправиться. Не слушает и толкует, что сам всё знает. — Лекарь, ведь, главный не просто так, Амен. Дай им время. — Нет у нас времени. От хвори ещё полегло двое. — белесый шумно отпил и с грохотом поставил чашу на стол. — Утром необходимо сплыть в Сет-Маат. Найти ещё тела, коих хворь забрала. Обыскать дома, допросить. Тизиан хорошо разбирался в делах охотников, не зря выбран был младшим главнокомандующим. Он мыслил широко, старался использовать логику и исключать все случайности, опираясь лишь на подтверждённые факты. В отличии от его друга — Амена. Вот уж он привык отталкиваться от увиденного или найденного. К любой мелочи докопаться, способной вывести охотника на его жертву. — Да, — эпистат кивнул головой. — Соберём всю шайку их вместе, кроме старшего. Проще будет. Завтра и займёмся распределениями, сейчас нужно ещё обход сотворить. — Как скажешь, — Тизиан ухмыльнулся и оттолкнулся от стола. — От работы твоего писаря глаз не оторвать. — внезапно начал он. — Что имеешь в виду? — Амен прибрал чаши и кувшин сладкого пива. — А то не вижу. Старается она, знаешь для кого? Эпистат вскинул бровь и замер, в ожидании продолжения друга. — Не томи. — раздражённо бросил в ответ. — Тебя, Амен. Она старается для тебя. Сравни что было до встречи и после. — Бредешь. — Хах, нет, друг мой. Сам говорил, чудная она. — Тиз распахнул дверь и вышел на улицу. Поговорить надобно с Эвой. Тот случай в Гермополе не забыл я, но и она может почуять неладное. Зашугаю ещё. Присмотреть надо. — Может и прав. Может и хек в голову ударил. — Амен скинул с себя накидку и закрыл дверь. — Соберу остальных. — хитро улыбаясь, Тизиан похлопал друга по плечу и ступил в жилища охотников. Домой ушла, как же. А разговор с наставником, не уроком ведь был. С самого утра Эвтида находилась в библиотеке со своими остальными товарищами-писарями. Рем диктовал быстро, чтоб набить руку и обучить своих учеников подстраиваться под любые ситуации. — Невыносимо. — простонала Дия, встряхнув рукой. — Долго ещё нам этим заниматься? — Рэймсс прохрустел шейными позвонками и скучающе подпёр рукой подбородок. — Отставить нытьё! — наставник ударил кулаком по столу и тяжело вздохнул. — Бездельничаем? — голос Тизиана прозвучал в сопровождении с кашлем Дии. Эвтида напряжённо посмотрела по подругу и погладила её по закрытому плечу. — Порядок? — тихо спросила янтароглазка. Дия кивнула и, ещё прокашлявшись, но уже чуть слабее, опечаленно улыбнулась. Что это с ней? Неужто… Охотникам необходимо было записать людей в отряд. На выполнение этой задачи, вызвался Рэймсс. Девушки удивлённо наблюдали за тем, как Тизиан диктовал парню имена и тот, медленно кивая, записывал их на пергамент. В доверие войти пытается, точно. Амен прошёлся по ученикам взглядом, на пару секунд задержавшись именно на Эвтиде. После будто утратил интерес и качнул головой на выход. — Все нужны сегодня. — сказал эпистат перед тем, как выйти из храма. Реммао провёл хмурым взглядом своих учеников. Тёмные тучи покрыли небосвод впервые за несколько столетий. Будто сам Бог Гор наслал свой гнев на мирный люд за какое-то неповиновение. Эвтида, как и все остальные, вскинула голову к верху и удивлённо округлила глаза. Амен задумчиво потирал подбородок, рассматривая каждый участок чернеющего на очах неба. — Не к добру.. — пробурчал он и потёр пальцами переносицу. — За что Боги гневаются? — Амен, начнём? — Тизиан раскрыл пергамент и в ожидании посмотрел на главного охотника. — Да. — отчеканил белесый. — Отряды выстроены, как и были. Только Анбу и Хор меняются местами, — Тиз пробежался глазами по списку и кивнул. — Пора выдвигаться. — По лодкам. Как бы Эва не держалась за края их тростниковой лодки, её качало из стороны в сторону. Из-за погоды изменилось состояние вод Нила. Никто не мог понять, с чем же была связана такое странное состояние природы, что было совсем не свойственно для сих земель. Тизиан обговаривал дальнейшие планы действий с другими охотниками, а вот Ливий, на удивление, вёл беседу с верховным эпистатом. — Трясёшься так. — улыбаясь, Исман подсел к Эвтиде поближе. Он посмотрел туда, куда глядела Эва и покачал головой. — Не суетись так. — парень приобнял её за плечи. Дия, почёсывая свою руку, о чём-то разговаривала с Рэймссом. Она боязливо поглядывала на лодку эпистата, будто боялась, что заметит. — Ей всё хуже. — девушка прикрыла веки и положила свою голову на твёрдое плечо её названого брата. — Тебя иное гложет, не так ли, Эва? Слишком уж хорошо тебя знаю. — И это тоже. Боязно за неё и себя. Мы с Рэймссом на задании были, — тихо проговорила она и вздохнула. — А на следующий день — заявился в то место эпистат. — Совпадение. Не высек же тебя, значит не по твою душу явился, — Исман взял Эву за руку и пригладил её костяшки большим пальцем. — Но прошу тебя, Эме, — он обхватил её лицо своими ладонями и заглянул в бездонный янтарь. — Осторожной будь. — Буду, Исман. Ты же знаешь, что… — Эвтида запнулась, переведя взгляд за спину Исмана. — Что? — он обернулся и мигом подскочил к Дие. — Что происходит? Рэймсс держал Дию за запястье, словно поймал на воровстве. Девушка испуганно поджала губы и с каким-то смирением глядела на свою оголённую кожу руки. Её тонкий длинный рукав платья сложился гармошкой у плеча, что позволяло рассмотреть то, чего раньше не было. Пятна. — Дия? — тихо проговорила Эва, слегка поддавшись вперёд, чтоб лучше разглядеть следы. Ибога… — Предупреждал тебя? — прошипел Рэйм, откинув руку девушки в сторону. — Я.. завязываю. — потирая запястье, Дия повела плечом, чтоб ткань вновь прикрыла её кожу. — Завязываешь.. — Рэймсс закатил глаза. Эва словила напряжённый взгляд Амена и шикнула на свою громкую компанию. — Давайте позже разберёмся с этим. — проговорил Исман, возвращаясь на своё место. Прибыли отряды довольно быстро. Несмотря на качку и поднимающийся временами ветер, они спокойно высадились на береге Сет-Маата. К ним тут же вышел староста поселения и, поклонившись, повёл к жилищам. — Дия, Протей и Хор, направляйтесь к старшим лекарям за новой информацией, — начал отдавать приказы Амен, когда они остановились у самого начала жилого комплекса. — Пеллийский, Эва и Тизиан, пройдёте к главному фиванскому некрополю. Думаю, Ливию не составит труда всех туда провести. — Конечно. — главный лекарь кивнул в ответ. — Исман, Анбу, Рэймсс — вы со мной. Будем проверять жилища, — Амен нахмурился и резко взглянул на Эву. — А ты, записываешь всё, что будет говорить тебе Тизиан. Ясно? Да чего он пристал-то ко мне? — Ясно. — пробурчала в ответ девушка. Разделившись, отряды спешно, до ещё большего ухудшения погоды, принялись выполнять свои дела. — Эпистат Яхмос был очень великим и хорошим человеком при жизни. Его настолько уважали и любили, что после смерти продолжали наведываться к некрополю. — проводя отряд вдоль берега реки, Ливий рассказал немного интересных фактов из жизни бывшего вельможи. — А Ка не осквернит появление людей? Они же покой его нарушает, нет? — Эва вскинула бровь. — Ну потому и не разрешено входить, языкастая. — Тизиан обернулся к девушке. — Верно, — Ливий кивнул. — Почти пришли. Пройдя западную часть Долины Царей, лекарь привёл свой отряд к одному из мест захоронений. — Странно. — Пеллийский почесал подбородок, осмотрев приоткрытый вход. — Закрыт был, как и все. Вторгся кто-то? Кому понадобилось так нагло пробираться в гробницу бывшего верховного эпистата? — Ну.. бойцы вперёд. — Обожди. — Тизиан приблизился ко входу и вскинул голову. Ливий склонился к Эве, тихонько прошептал: — Что это с ним? Приступ прихватил? — Нет, — девушка улыбнулась. — Он обращается к Амону-Ра. Войти собираемся — потревожим покой. Вот он и молитву читает, чтоб не покарал верховный нас. — Зачем? — парень удивлённо уставился на младшего командующего. — Тебе-то какая разница. Не ты ведь занимаешься. — она улыбнулась ещё шире и прошла следом за Тизианом, когда тот закончил и отодвинул в сторону перекрывающий вход монолит. Ливий пожал плечами и вошёл за девушкой, заключая их цепочку. Узкий коридор не вмещал в себя сразу два человека в одном проходе, потому пришлось и далее продвигаться друг за другом. Последней Эвтида никак идти не желала — боялась, оттого шла в середине. Когда они прошли чуть вглубь, Тизиан снял со стены потухший факел. Постучав кремневыми камнями, он создал искру и освещал дальнейший коридор уже им. — Не видно ничего, хоть глаза выколи. — фыркал позади идущий лекарь. — Потесниться хочешь? — в пол оборота головы насмешливо спросила Эва. — А если и хочу. — ускорив шаг, парень взял девушку под руку и невозмутимо продолжил смотреть себе под ноги. — Как это называется?! — Эвтида возмущённо округлила глаза и уставилась на Ливия. — Там темно, а тебе, кажется, одной страшно здесь идти. — ехидно улыбнулся. — И ничего не страшно. На деле же, Эве ещё как было страшно. Она впервые находилась в гробнице, да ещё и в какой. Великого вельможи. Ей ещё не приходилось работать в таких местах, но Реммао множество раз упоминал эти места захоронения, когда рассказывал о некромантии. Эвтиде постоянно мерещилось, что тени от факела на расписанных стенах — это ползающие насекомые. Оттого, у неё начинали чесаться открытые участки тела, словно кто-то по ним ползал. Прошлись неприятные мурашки. Но, от нахождения рядом лекаря ей действительно стало легче. Ливий усмехнулся, но руку убрал, продолжая просто идти рядом. Они прошли коридор и начали спускаться по лестнице. А я думала, что наверху места мало.. На узкой лестнице места хватало едва на два человека. Был бы на месте Ливия Амен, пришлось бы нам не сладко. Эвтида даже и оборачиваться не хотела, знала, что прошли они не мало и весь пройденный путь поглотила темнота. Внизу было намного прохладнее, чем сверху, но на спине у девушки всё равно проступила испарина. — Ну и духота. — она смахнула капельки пота со лба и тяжело выдохнула. — А ты прижмись ещё сильнее. — нахмуренный Ливий явно был недоволен их положением. Казалось, что ступени и вовсе не заканчивались. Эва перестала их считать, когда число перевалило за двадцать. Спускаясь всё ниже и ниже, девушку всё сильнее окутывал страх, что они могут отсюда более и не выбраться. — Скорее, — Тизиан остановился, когда спустился и приподнял руку с факелом вверх. — Так, вы к саркофагу, а я проверю не тронул ли никто богатства. — Есть, командир. — спустившись, Ливий вдохнул не хватающего воздуха. — Эва. — устало обратился Тиз к девушке, на что та лишь закатила глаза. — Да-да, записывать. Помню я! — она поспешила войти к саркофагу, как замерла на месте, когда рука Ливия опустилась на её плечо. — Не торопись. — парень перехватил факел из рук Тизиана, поджёг те, что были на стенах и только потом, они принялись за работу.