Глава 12

Голова так сильно болела, будто по ней проехались несколько раз повозкой. Эвтида сидела на краю своей постели, утонув лицом в своих ладонях. Кажется, что ещё немного и она просто начнёт выть от боли. Девушка совсем не помнила, как очутилась в доме. Последнее, что всплывает в памяти так это то, что они с Рэймссом, изрядно выпив, обдумывали план по поимке наставника и… Всё. Провал. Пьяная темнота. Не выдерживая, она падает на спину и сворачивается в позе эмбриона. Солнечные лучи, проникая сквозь открытые окна, слишком резали глаза. Дия должна была уже вот-вот вернуться со снадобьем. Было такое чувство, будто её уже нет не один час, уж слишком долго не возвращалась. Эва вдруг осознала, что эпистат всё это время был в библиотеке. Она резко вскочила.. и лучше бы этого не делала. Всё перед глазами поплыло, а к горлу подкатила тошнота. Амен нас убьёт.. Если не прибьёт, то точно накажет! Рэймсс, чтоб его! Ощупывая стену, девушка добралась до окна и втянула носом свежий, но слишком тёплый воздух. Дверь распахнулась, принеся с собой лёгкий сквозняк и шумно дышащую Дию на пороге, словно та бежала. — Чего стряслось? — Эва окинула девушку удивлённым взглядом. — Если не учитывать того, что Реммао из меня хочет сделать ковёр — всё прекрасно, — протянув подруге флакон обезболивающего, она схватилась за волосы. — Почему? — заливая в себя жидкость, Эвтида скривилась от горечи. — Во-первых, он думает, что я была с тобой вчера ночью. Во-вторых, я видела, что Рэймсс был в ссадинах! Ты рассказала ему?! — глаза Дии наполнились влагой. — Я… — некромантка отвела взгляд в сторону. — Мы выпили. Я не ведала, что говорю и я не думала, что Рэймсс полезет с этим к Реммао! — она шустро залезла в свой сундук, в поиске наряда. — Полез и получил за это. Знает, что вы знаете и теперь покарает меня. — Кареглазая обхватила себя за плечи и поплелась к кровати. — Не покарает. Мы должны поймать его первыми, — выуживая вчерашнюю покупку, Эвтида придирчиво осмотрела светлое платье со всех сторон и, кивнув, надела его на себя. — Как? — содрогаясь от нахлынувшей печали и горечи, Дия грузно упала на постель. — Подключим охотников и подставим Реммао, — буднично ответила Эвтида, подводя глаза сурьмой. — Говоришь так, будто раз плюнуть. Не подумала, что он и нас утянет за собой? Охотники прознают и убьют всех разом! Во потеха будет... — Не говори глупостей, — Эва закатила глаза и заплела волосы в две свободных косы. — Он подставит нас, Эва. Я знаю. Реммао утянет всех на дно, если мы пойдём против него. После уговоров Дии не трогать это дело, Эвтида замяла своё решение на какое-то время. Вообще, она действительно хотела подставить Реммао за то, что он сотворил с Дией. А если он мог такое учудить с ней и поднять руку на родного брата, то что может сделать с Эвой? С той, которой он почти, как отец… Она не знала ответа, но и представлять ничего не хотела, ведь лезли лишь кровавые картинки. Выходить Эва из дома тоже не планировала. Слишком повела себя ночью не хорошо, напившись и перемыв косточки обо всех подряд. Но, как бы долго она в доме не сидела, голод незамедлительно даёт о себе знать. Голова болела не так, как при пробуждении, а тошноты и вовсе как не бывало. Потому, собравшись с силами и духом, Эвтида направилась в трапезную. Озираясь по сторонам, она так сильно боялась наткнуться на фигуру эпистата, что даже не заметила, как именно дошла до общей столовой. Столы не были так сильно забиты, ведь время завтрака уже давно прошло. Девушка взяла ранний обед и заняла столик. — Ну и видок у тебя, госпожа, — Эва дёрнулась от внезапного голоса прямо напротив. Она подняла взгляд и наткнулась на усмехающегося Ливия. — Амена не видел? — понуро спросила Эва, осмотревшись по сторонам. — Его сложно не заметить, — со смешком выдал Ливий, усаживаясь на скамье напротив. — Но, нет. Не видел ещё. — подпёр рукой голову. Так бы узнала, в каком он настроении. Остаётся только гадать... — Случилось чего? — без удивления спросил парень. — Нет, — шустро ответила Эва и выпила залпом мутное содержимое стакана. — Вот теперь увидел, — Ливий осклабился, переводя взгляд за спину девушки. Эвтида тотчас замерла, боясь шелохнуться. Рука с посудой так и осталась в воздухе. По лопаткам пробежался ток и неимоверный холод. Спиной почувствовала, как он смотрел на неё. Казалось, его гнев чувствовался даже на расстоянии, настолько он озлоблен был. — Он… — зная, что эпистат за спиной, она всё равно тяжело вздохнула и, сглотнув, медленно опустила стакан на стол. — Правильно, не то разольёшь, — не успевает даже закончить вопрос, услышав его голос почти что над самым ухом. — Господин.. — стараясь улыбнуться, а не дрожать всем телом, обратилась она к Амену, слегка повернув голову. — Выспалась? — белесый навис над ней, опёршись на стол руками, буквально создав крышу. — Не буду мешать, — быстро выпалил Ливий, напоследок кинув сочувствующую улыбку Эве. — Да, — шумно сглотнула девушка, почти пропищав ответ. Он был настолько близко, что Эвтиде стало слишком неловко. Щёки налились пунцовой краской. Она чувствовала, как громко бьётся его сердце, как играют крепкие мышцы. — Накажешь? — прошептала шезму и кинула взгляд на его побелевшие костяшки. — За что конкретно? — уточнил Амен и одной рукой взялся за её подбородок. Светло-янтарный взгляд пробежался по обманчиво расслабленному лицу охотника, задержался на губах, что искривились в ухмылке. — За распивания с Рэймссом или за коварный-господин-верховный-эпистат-заставляет-переписывать-эту-ересь? — перекривив часть ночного возмущения Эвы, белесый ещё ближе приблизился к её лицу, почти навалившись на девушку грудью. Если бы не рука, что так сильно упиралась в стол, он бы уже давно просто лёг на девичью спину. Аромат граната пьянил, вскружил голову, отсекая лишние мысли. — Слышал таки.. — всё также шёпотом проговорила она в его губы. В ответ Амен опалил её горячим дыханием, когда издал тихий утробный смешок. — Слышал... — парень закатил глаза. — Эва, у меня слишком развит слух. Да и вы особо так не беспокоились о тишине. — чуть сильнее сжав её подбородок, он склонил голову набок. — Амен, мы… — не успела она договорить, как её губы утонули во вкусе фиников и вина. Он пьян? Исфет, да что творит же?! Так умело и нагло, верховный эпистат, даже не боясь осуждений и косящихся взглядов прохожих, вторгался своим языком в её рот. Сминал её губы своими, слегка прикусывая и оттягивая. Не так Эва представляла себе первый поцелуй в своей жизни. Она не совсем понимала, что ей делать. Так хотелось ответить искренним влечением или влепить пощёчину, наплевав на его статус. Но, здравомыслие завопила оглушающим писком, потому она полностью развернулась к нему лицом и постаралась отпихнуть от себя грузное тело Амена. Он отстранился довольно быстро и застыл. Языком провёл по своей нижней губе, всё ещё ощущая вкус девушки. Нахмурился и резко перевёл взгляд на её пылающие глаза. Эпистат действительно выпил вина с Тизианом. Выпили они совсем ничего, но почему тогда Амен не мог полностью контролировать свои действия? Почему пришёл к ней и решил завладеть вот так, слишком вызывающе и грубо? В обычной трапезной, на виду у многих жителей. Глаза Эвтиды налились непониманием и обескуражено взирали на бездействующего охотника. Впервые она не почувствовала себя загнанной жертвой, а той, кто имел малую, но власть над страхом всех шезму. А, может, это ей так казалось? Лишь иллюзия? Лишь его наваждение? — Не накажу тебя, пока. За одно уже ответила. — На мгновение помутневший взгляд эпистата вновь ожесточился. Складывалось впечатление, что Амен даже отрезвился. — Это как вообще понимать? Нормально всё?! — девушку отпустил шок и она смело вскочила перед белесым, не боясь даже и голоса повысить. — Вполне, — ответил он с нахальной ухмылкой, будто ничего и не было. Но губы.. они-то всё помнят. Всё ещё остался его привкус сладкого финикового вина и немного, совсем капля горечи. — Невыносим, господин! — шустро сделала к нему шаг и ткнула пальцем в грудь. — Не забывайся, Эва, — понизил голос Амен, перехватив её кисть. — Мог ведь и у себя в доме положить. — эпистат ухмыльнулся, склонив голову набок. Так значит… — Ты перенёс меня?.. — неуверенно, хоть и знала ответ, спросила. — Да. Рэймсс ушёл из библиотеки рано утром. — И что ты.. — она сглотнула вязкую слюну с огромнейшим усилием, — делать намерен? — Твоим наказанием будет, — его лицо оказалось слишком близко к её, — поездка со мной в Мемфис. — Ч-что? Но.. это же так далеко! — пролепетала Эвтида, стараясь отстраниться. — Зачем? — Проверить надобно одну вещь. Вернее, несколько, — белесый сам сделал шаг назад, полностью выпуская шезму из своей зоны действия. — В повозке расскажу. Ушей слишком много. — напоследок ухмыльнувшись, эпистат развернулся и направился в сторону своего жилища. Более суток в поездке. А если наедине с ним? Что ещё учудить сможет?! Сердце всё ещё пыталось пробить грудную клетку. Девушка проследила за размашистой спиной эпистата вплоть до момента, как она пропала за домами. Его фигура даже не смогла затеряться в толпе. Она уж слишком сильно выделялась белым ярким пятном на фоне всех остальных. — Здравствуй, Эва, — только хотела некромантка сделать шаг к храму, как её заставил застыть на месте невозмутимый, но такой змееподобный голос наставника. — День, Реммао, — буркнула, развернувшись. — Чего-то хотел? — Хотел, — по-доброму улыбнувшись, мужчина схватил девушку за локоть и сам поволок в сторону храма Амона-Ра. — Не рыпайся, иначе хуже будет. — почти прошипел, склонившись к её уху. Эва предприняла несчастную попытку освободиться, дёрнувшись в сторону, на что получила хлёсткую пощёчину. Шипя, она покорно, — а как иначе? — вынужденно шла рядом. Место удара первые несколько секунд отдавало пульсирующей болью. Сейчас же, когда они протискивались через рыночную площадь, щека не болела, но осталось красное пятнышко. Реммао хмурился, поджимая губы. Осматривался, словно ожидал кого-то увидеть или наоборот, надеялся, что никто не увидит. Всё настойчивее тянул за собой, не на миг не ослабив хватку. Где все? Где мой Исман? Где же Рэймсс или.. Амен… Пусть увидит! Пусть накажет потом! Эва хотела уже захныкать от досады, что, как назло, когда все так нужны — никого нет! Толкнув девушку внутрь храма, он заставил её пройти чуть дальше, в саму библиотеку, за стеллажи. Туда, куда почти не проникал солнечный свет из окон и было так пыльно, что сразу видно — сюда никто не доходит. Девушка чихнула и потёрла нос. Реммао встал в проходе, полностью загородив собой свет. Его тёмная фигура казалась такой устрашающей и жуткой, что Эвтида хотела забиться в самый угол. Но что-то вынуждало её стоять на месте, стойко выдерживая его озлобленный взгляд. Не впервой. — Дрянная девчонка! Что ты, что подружка твоя! С самого начала говорил, что дело гиблое, чтоб не связывались ни с кем! — процедил сквозь зубы наставник и сделал шаг, вынуждая Эву таки отступить на один назад. — Но, пф, кто же послушал?! — он протянул руку, явно намереваясь схватить Эвтиду за плечо. Но, она продолжала пятиться, считая секунды до столкновения с пыльной стеной. — О чём ты, Реммао? Прошу, одумайся! Никто же плохого ничего не совершил. — Момент настал. Её лопатки больно встретились с твёрдой стеной. В ловушке. Дыхание были слишком рванным. Реммао ничуть не замедлился. Всё ближе и ближе оказывался к Эве, пока не замер в паре шагов. — О чём я?! Ты сблизилась с тем, кто глотку тебе во сне перережет. Что, думаешь, не видно, что он о тебе думает? — он склонил голову набок, странно улыбнувшись. — Или ты решила заодно с ним быть? Помилует вдруг, — Реммао сощурился. — Что пообещала ему за молчание? Свою честь?! — рука мужчины оказалась в сантиметре от её лица. Эвтида, совершенно не осознавая до конца, почему наставник так говорит, растерялась. Янтарный взгляд лихорадочно бегал по мрачному лицу того, кого недавно девушка могла считать действительно наставником в жизни, а не просто учителем по урокам шезму. Рука сместилась на нежную шею, отчего Эва всхлипнула и попыталась отодвинуться. Бесполезно. Его хват крепок, хоть и казался Рем щуплым на вид. — Я не сближалась с ним, — проговорила Эва как можно увереннее, но одинокая слезинка всё равно скатилась по щеке. — Я лишь… — она попыталась вобрать в лёгкие воздух, чувствуя, как рука смыкалась всё сильнее. — Его… — вцепилась своими ногтями в его запястье. — Писарь! — Ну, конечно, — рассмеялся и, не обращая внимания на жалкие попытки, лишь продолжал отнимать жизнь. — Дия… Я возлагал на неё огромные надежды! Но, и ей надо было меня подвести. А Рэймсс? Вы его тянете в пропасть! Туда же отправится и твоя душа, Эва, — прошипел ей на ухо. — Рем..мао… — охриплый голос Эвтиды стал слишком слабым и тихим. — Что ты там бормочешь? Уверен, в постели Амена ты была погромче. — Реммао резко убрал свою руку, увидев то, как побледнело лицо ученицы. Эва упала на колени, подняв в воздух клочья пыли. Схватилась за горло, откашливаясь, жадно втягивая недостающий кислород. — У нас не было никакой связи, — смотря на наставника волком, всё также прохрипела некромантка. — Этого мы никогда не узнаем, — закатывая рукава, Рем широко улыбнулся. — Почему ты это делаешь?.. — потирая горло, она попыталась встать, но ноги подкашивались из-за возникшей слабости. — Вы слабые и жалкие. В Гермополе, когда охотники не заявились, вы прекрасно выполняли свою работу. Но, стоило нам приехать сюда… Ты не отлипаешь от верховного эпистата, Рэймсс не… — А ты не подумал, что нам страшно? — опираясь на стену, Эва всё-таки находит в себе силы подняться. — Что из-за охотников, мы и не можем ничего делать?! — Почему я делаю, тогда? — Мы делали с Рэймссом! — продолжала спорить девушка, но тут же пожалела об этом. Звонкий удар и правая щека вновь запылала. Эвтиду аж пошатнуло, но на ногах устояла. — Мало, — отчеканил наставник и схватил янтароглазку за волосы, притянул к себе. — Слышал, что он собирается в Мемфис. Ты с ним? — сжал у самых корней, вынуждая Эву вскинуть голову. Решив промолчать, Эвтида обрекла себя на ещё один удар по щеке. На миг.. лишь на несколько секунд он ослабил хватку, чтоб ударить уже по левой стороне лица. Тут же схватился за волосы. Если бы не коса, он бы точно вырвал небольшой клок. — Отвечай, дрянь, — едко прошипел. — Да… — она обхватила его руку и начала бороться. Отчаянно пыталась наносить мужчине удары ногами, но получила лишь новую порцию боли. Хлёсткая пощёчина, от которой треснула нижняя губа. — Идиотка. Дура! — он отпихнул её тело, словно мусор, в самый угол. Солёная пелена стояла перед глазами, полностью размывая помещение и образ этого... Этой твари. По-другому нельзя назвать, лишь двуличная тварь. Горячая кровь стекала по подбородку, капала на пыльный, грязный, каменный пол. — Что ж.. это можно обыграть и в нашу сторону, — наставник явно подразумевал «свою» сторону. — Моя дорогая, — сделал два шага к девушке и опустился перед ней на корточки. — Сближайся и дальше с Аменом, — обхватив её за окровавленный подбородок, приподнял заплаканное лицо с чёрными разводами от сурьмы. — Чем больше сблизишься, тем проще будет нанести удар в спину. Не выполнишь — твоё тело окажется в списке без вести пропавших, как те путники. В глазах Эвтиды проявился не просто страх, а ужас. Дикий ужас, который она уже была не в силах скрыть. Как бы не пыталась казаться стойкой и сильной, у неё ничего не вышло. Маска той бесстрашной и буйной перед всеми Эвы — распалась с треском. Она всего лишь бедная девушка. Он же — мужчина. Явно сильнее и имеющий какие-то многочисленные связи. Но, несмотря на это, Эва не сломлена. — Нет, — вытерев рот тыльной стороной ладони, твёрдо произнесла. Реммао утробно рассмеялся, медленно покачав головой. Занеся руку, он, не задумываясь, ударил её по более целой щеке, оставив почти идентичный красный оттенок кожи. — Не правильный ответ, девочка. — Сжимает её подбородок, точно до синяков, которых теперь будет слишком много. Сделай то, что лучше всего получается — притворись. Шумно выдохнув, Эва зажмурилась. По вымазанным в крови и грязи щекам, стекают слёзы. Шикая от боли, она с трудом кивнула головой. Реммао вскинул бровь и убрал руку. — Хорошо.. — потирая челюсть, тихо изрекла Эвтида. — Хорошо... — растягивая гласные, повторил за ней наставник и отошёл ближе к выходу. — Просто... — она сглотнула подкативший ком из нервов и истерики. — Сблизиться? — уточняя, спросила, не надеясь на иной ответ, который и так знает. — Верно. Просто сблизиться. — Реммао развернулся и вышел из тёмной части библиотеки, на ходу смахивая с одежды пыль. Только теперь шезму смогла нормально выдохнуть. Не боясь испачкаться ещё больше, хотя, казалось, куда ещё больше? — она просто опустилась на твёрдый пол, обхватив колени дрожащими руками. Даже не видя себя со стороны, Эва точно знала, как выглядела. Жалкой. Подавленной. Грязной. Чуточку разбитой. Щёки пылали отнюдь не от смущения. Чувствовала, как они обретали синеватые оттенки — появлялись синяки. Рассечённая губа щипала от каждого прикосновения языком. Кровь больше не бежала, застыла тонкой корочкой. Светлое платье от пыли и грязи стало практически полностью серым. Некромантка потянула на себя подол, чуть приложила усилий и оторвала кусочек ткани. Девушка вытерла, хоть и не полностью, но часть чёрных подтёков. Откинув отрезок в сторону, на негнущихся ногах поднялась и по стенке добралась до солнечной стороны библиотеки. Щурясь от яркого света, она хотела просто поскорее уже выбраться из этого треклятого храма. Дойти до бани, обмыться. Переодеться в свежую одежду и просто вернуться в жизненный строй. Эва, боязливо осмотревшись, опустила голову и спешным шагом, почти перейдя на бег, курсировала к бане, что была так недалеко от дома. По сути, бояться ей было нечего. Реммао ведь отстал от неё, получив утвердительный ответ. Должен был отстать. Но, Эвтиде было совсем не до этого. Жилище было так рядом. Так… От того, что смотрела вниз, даже и не заметила фигуру парня. Просто напоролась, едва не сбив того с ног. — Эва? — увидев состояние подруги, он тут же обхватил её за плечи. Исман… Эвтиду мгновенно настигает волна расслабленности, облегчения и.. подкатывающей истерики. Она прильнула к нему в объятия, обхватив спину. Прижалась так сильно, ибо он был единственным, кто мог её сейчас защитить. Всегда мог. Всегда защищал и был опорой. — Эме, во имя Ра... — Исман гладил свою названную сестру по голове и спине. — Идём, отмыться надо. — совсем нехотя, он отлепил её от себя и повёл в баню, что была у хижины лекарей. Когда помещение окутал лёгкий пар и запах успокаивающих душу палочек благовония, Исман провёл девушку к купальне. Отвернулся, позволив ей спокойной раздеться и развернулся только после всплеска воды, что тут же окрасилась в серые и бордовые оттенки. — А теперь, расскажи мне всё. — Смахнув капельки испарины со лба, снял свою мантию и опустился на каменную лавку.