Часть 1 В ожидании встречи

      Эдвард ждал Дашу на углу в тихом переулке возле её университета. Сегодня девушка заканчивала раньше обычного, и он, наконец, смог вырваться к ней. Напряжённо было в последнее время, приходилось сидеть в офисе чуть не ночами, забывая про сон. Как хорошо, что это закончилось, а то и так уже утром Эдвард, посмотрев в зеркало, не узнал себя. Словно бы стал ещё бледнее, почти светился. Ну точно, настоящий вампир, как его тёзка из знаменитого сериала.       — Только клыков не достаёт, — сказал он с горькой иронией и отправился к Даше, как и всегда, не встречая её у дверей института, а стоя чуть вдалеке, как было у них заведено.       Сегодня у неё только три пары, значит, совсем скоро она придёт. Эдвард во все глаза смотрел на ворота, пока не увидел её хрупкую фигурку, летевшую прямо к нему, она шла, едва касаясь асфальта, словно летела. Такая тоненькая, лёгкая, с летящими за ней длинными золотыми волосами, шёлковый сарафан с фиолетовыми цветами подчёркивал её нежность и эфемерность. И такой милой она выглядела, что Эдвард не удержался и, шагнув ей навстречу, тотчас прильнул губами к её губам и несколько минут не мог остановиться. Нельзя сказать, что такие яркие проявления чувств на людях были для них нормой, скорее наоборот. Но сейчас у Эдварда было оправдание — он не видел Дашу несколько дней и очень сильно скучал.

***

      Даше казалось, что день тянется на редкость медленно и занятия никогда не закончатся. Несмотря на то, что она любила учиться, сегодня мысли витали вдали от лекций. Ведь она так давно не виделась с любимым. Оба были заняты и не могли найти время для встречи. Дашу это обстоятельство сильно расстраивало. Она была настолько влюблена, что хотелось проводить с любимым всё время, даже минута без него казалась вечностью. Когда любишь, сердце рвётся к объекту одержимости, вдали от него жизнь кажется серой и бессмысленной. Причём Даша понимала, что это временное явление, так будет не всегда, ведь они находятся в одной стране, их не разделяют километры. В любой момент можно встретиться. Но из-за огромной занятости обоих, именно это и не представлялось возможным, и вот уже богатое воображение девушки рисовало картины вечного расставания. Снова казалось, что она в Бразилии или, что ещё хуже, в психиатрической клинике, и Эдвард никогда её не найдёт.       И вот сегодня у них, наконец, должно было состояться долгожданное свидание. Даша весь день летала на крыльях эйфории. Ведь нет чувства прекраснее, чем когда ты влюблена и знаешь, что скоро увидишься с тем, кто заставляет сердце биться быстрее. Единственное, что омрачает радость — это медленный ход времени, кажется, оно замирает и не двигается, как будто специально дразнит влюблённых, зная, как они нетерпеливы и только и мечтают поскорее оказаться в объятиях друг друга. Время издевается над девушкой, которая каждую минуту смотрит на часы, хмурится, понимая, что встреча с любимым ещё не скоро. Разве сейчас есть дело до занятий? Она даже не слышит голос преподавателя, которым является её мать. Она тоскливо ждёт конца лекций. Если бы было возможно, ушла бы прямо сейчас, но не может, ведь Эдвард ещё на работе.       — Доченька, ты хорошо себя чувствуешь? — спросила Катя, подойдя к Даше после лекции. Она внимательно всмотрелась в лицо дочери.       — Да, мама, всё отлично, — немного нетерпеливо ответила Даша, — просто есть человек, которого очень люблю и давно не видела. И вот сегодня мы должны встретиться, но время идёт так медленно, — в голосе послышались капризные нотки, какие по привычке часто проявлялись в разговоре с матерью, когда девушка снова ощущала себя избалованным ребёнком.       — Маленькая моя, — сочувственно ответила Катя, обнимая её, — очень понимаю тебя, зайчонок, но подожди ещё немного, скоро увидитесь.       — Но я уже не могу, — всё так же капризно ответила Даша, — минуты считаю, мне так плохо без него, мам, если бы ты знала, — Даша задумчиво посмотрела в пространство. Сердце действительно тоскливо сжималось, скучая по любимому.       Малышка Алиса, как будто почувствовав настроение сестры, легонько пнула её, толкнувшись в живот матери.       — Пинается, — рассмеялась Даша, — ой, ты моя крошечка, давай поцелую, — и она поцеловала живот Кати.       Выйдя из аудитории, они решили зайти в кафе выпить горячий шоколад с круассанами. Было уютно и спокойно. Даше всегда так становилось рядом с матерью, которая всегда её понимала и во всём поддерживала.       — Как вкусно, — улыбаясь, сказала девушка, — хотя с твоим не сравнится. А помнишь, вот недавно, когда Эдвард у нас был и болел, — она улыбнулась, — ты сварила ему горячий шоколад с корицей. Он так удивился, думал, что, узнав обо всём, ты его убьёшь, но никак не будешь кормить. Тебе ещё пришлось сказать, что шоколад не отравлен, и он может спокойно пить, — они рассмеялись от воспоминаний.       Катя смотрела на счастливую дочь и понимала, что очень долго скрывать её вторую жизнь от отца не получится. За версту видно, как Даша сияет, а её глаза — будто открытая книга, в которой можно легко прочесть, что же она сейчас чувствует и думает и где находится большую часть времени. И с кем. Но что оставалось делать матери? С предостережениями насчёт возможных проблем Катя уже опоздала, вернее, нет, сказала их всё не один раз и Даша их поняла. Но стоит человеку влюбиться, как все их благие намерения летят в тартарары. Воздействовать на разум тут можно и не пробовать, осталось лишь наблюдать и мягко направлять, например, сейчас. И Катя сказала дочери:       — Ты уже придумала что-то интересное для этой встречи?       — Ещё бы! Надеюсь, ему понравится! — с воодушевлением воскликнула Даша и начала рассказывать горячо и бурно. Катя слушала и улыбалась, потом подвела итог:       — Ему понравится, я точно знаю! И даже могу помочь, пошли!       Катя и Даша отправились ни куда-нибудь, а на ближайший рынок, где продавали одежду для небогатых слоёв населения. И тут же принялись увлечённо рассматривать ассортимент.       — Вот это, я думаю, отлично подойдёт твоему Эдварду, — произнесла Катя с энтузиазмом, разворачивая тёмно-зелёные спортивные брюки, такую же футболку с листиком конопли на животе и чёрно-белые кеды, а в довершение образа нашла на соседнем прилавке болотного цвета кепку с большим козырьком.       — Мама, ты что? Эдвард такое и щипцами не тронет, предпочитает от кутюр! — картинно возмутилась Даша.       — В этом и кайф, деточка! — не уступила ей Катя. — А вот и наряд для тебя!       С этим словами женщина сняла с вешалки джинсовые шорты до колен, синюю майку в цветочек и лёгкие шлёпанцы того же цвета. Против такого Даша не возражала, она любила переодеваться, и этот вариант был очень даже хорош, пускай только и Эдвард оценит её идею.