Начало тёмного. Глава 13.

Первый поворот. — Дядюшка, а почему у меня нет мамы и папы? Две аккуратные косы, заплетенные домовиком, спадали на плечи, пока светлые передние пряди лезли в глаза. Приталенное, легкое летнее платье голубого цвета хорошо смотрелось на маленькой девочке, а босоножки мило дополняли её внешний вид. Подняться по лестнице. — Они бросили тебя, моя лилия. Ты должна злиться на них. — уверял её мужчина в возрасте. — Но я не хочу злиться на них..почему они меня бросили? — широкие карие глаза уставились на единственного родственника, готовые вникать и верить каждому его слову. Дойти до конца коридора. — Они не хотели иметь ничего общего с магией, такой как ты. Твой отец выродок маглов, а твоя мать даже не поступила в учебное заведение, где бы её должным образом обучили магией. — выплевывал он каждое слово, буквально пропитывая их ядом ненависти и презрения. Пройти мимо три раза. — Они…они плохие? — уточнила та. — Ты можешь доверять только мне, Лиззи. Я тебе никогда не солгу… Но он солгал, рассеивая грань реальности. Кому теперь можно верить, а кому нет? Что делать, когда всё, во что ты верил, в миг стало чем-то бесполезным? Открылся проход. Выручай комната встретила ведьму потоком холодного воздуха. Её трясло, ноги подкашивались после каждого шага, а сердце пронзало сотня осколков. Что, что чёрт возьми произошло? Фотография родителей на полке Поттера, взрыв комнаты Мародеров, крик Сириуса. Вспышка. И она стоит тут, на пороге Выручай комнаты, смотрит на задумчивую фигуру Регулуса, что молча разглядывал ночное небо. — Уходи. — прошептал он, даже не проворачиваясь. Спина его сгорбилась, словно прямо сейчас он несет на себе груз не меньше трех тонн точно. Бледные руки нервно постукивали по подоконнику. Лиззи ему не ответила, лишь вступила на его территорию, принимая его правила. Парень наконец обернулся, вскинув бровь. Он провожал её ленивым взглядом, изредка вдыхая воздух. — Где твоя обувь, Элиз? — Обувь? — удивленно моргнула она. Грин-де-Вальд опустила взгляд вниз — на свои ноги. На ней и вправду не было обуви. Были лишь голые стопы и пару ссадин, которые ровно до этой секунды она не замечала. Если честно, девушка понятия не имела, куда делись каблуки с её ног. Элизабет обессильно пожала плечами и тяжело выдохнула, обнимая себя руками из-за нарастающего холода, красная накидка костюма совсем не помогала. Парень неодобрительно покачал головой и достав палочку из переднего кармана, одним легким взмахом руки трансфигурировал некогда накидку Красной Шапочки в тёплый свитер. Холод отошел на второй план, но гнев на дядю нет. Но была ли это ярость? Может, это всего лишь страх неизвестности? Малышка Лиззи лишь боялась действовать дальше, всю жизнь исполнять приказы дяди были легко, даже здесь она была из-за него. Составить план по его нахождению тоже было вполне выполняемо, но последние пять месяцев Грин-де-Вальд была одна, действовала так, как считала нужным. И она чувствовала ту свободу, которая никогда не посещала брюнетку. Элизабет всегда знала кем является, кому доверять и что делать, но было ли это правдой? Может ли она быть уверенна во всём происходящим, особенно сейчас, видя слишком много упоминаний родителей в стенах школы, зная об обмане. И главное… Хочет ли она найти дядю теперь? — Чего застыла? Садись, раз уж пришла. — Регулус закрыл окно и указал рукой на свободное кресло. Только сейчас ей хватило сил осмотреть какой облик на сей раз приняла Выручай комната. Это была спальня. В выдержанных тонах. Одна двуспальная кровать, две тумбочки по разные её стороны, письменный стол и стул. Плакаты каких-то игроков в Квиддич и пожалуй, единственное сильно бросающее в глаза, огромный портрет четы Блэк. Это была спальня Регулуса. — Как-то у тебя дома гнусно. — промычала кареглазая. — У меня вопрос. — парень сделал вид, что не услышал последнюю реплику Слизеринки, хотя та отчетливо видела, как он закатил глаза. — Спрашивай… Грин откинулась на спинку кресла, рассматривая лицо Блэка под светом луны. Выглядел тот не очень. Грим за пару часов успел потечь, оставляя разводы на лице и пятна на белой рубашке. Волосы взлохмачены, а тёмные круги под глазами сейчас особенно видно. — Ты хочешь вступить в ряды Тёмного лорда.. — мычал он как-то неуверенно. — Если бы он приказал тебе убить твоего отца магла, ты бы смогла это сделать? Мир замер, запуская бесконечную цепочку мыслей в уже пораженном разуме Элизабет. Миллион вопросов уже ломали её голову на протяжении всего вечера, а теперь еще парочку добивают её. — Мёртвых нельзя убить, Регулус. Так хотелось вырваться из её лживого рта, но она не позволила. Должна держаться до конца. Ни единая живая душа не должна знать, а если узнает, то надо убить. — Зачем же Тёмного лорду мой отец? — брови взмыли вверх, а глаза остановились в ожидающем прищуре. — Блять, не отвечай мне вопросом на вопрос, Элиз. — рычал парень сквозь плотно сжатые зубы. — Выполнишь его приказ или нет? Если бы судьба распорядилась по другому, будь у нее любящий отец и мать, смогла бы она так поступить с родными? Смогла бы сидеть в кругу чистокровных и общаться о бесполезности маглов? Нет, наверное нет. Но у неё другая жизнь и другая роль на шахматной доске. — Выполню. — холодно выкинула она, лицо не выражало не одной эмоции кроме тупого безразличия. Комнату снова накрыла мёртвая тишина. И так под луной в ночь тридцать первого октября произошло то, что поменяло всё. — Пойдём со мной на ужин в честь Рождества, Тёмной лорд будет там. — это не было предложением, скорее сухой факт, не требующий согласия или отказа, то, что должно произойти. — Почему бы тебе не взять Барти или еще кого-нибудь? — Розье, Кэрроу и Вэнс и так приглашены на ужин. — пожал плечами он. — Барти, он… не сможет присутствовать там. Есть кое-какие причины. О причинах парень конечно же умолчал, вызывая внутренние недовольство Элизабет, она хотела знать всё, абсолютно всё. Но мысли о встрече с тем, кто в теории виноват в пропаже дяди, затмили всё остальное. Ужин, о котором она узнала ещё чуть больше месяца назад мог воплотиться в реальность, и она будет там. Будет стоять напротив Волон-де-Морта и врать даже ему. Врать. Врать. Врать. — Ладно, тогда… — начала девушка. — Я проинформирую тебя позже, Грин. — не дал договорить ей Регулус. Где-то сверху послышалось тикание часов. Три часа ночи. С начала вечеринки прошло пять часов. Последний час она не помнила. Время. Его было мало, недостаточно. Лиззи начала было вставать с кресла, но почувствовав боль от ссадин, осела назад с недовольным лицом, лениво прикрыв глаза. Это раздражало, понимание о том, что даже собственный разум скрывал от неё что-то. Разве может быть всё так сложно? «Ненавижу всех! Ненавижу!» — эхом отдалось признание об стенки рассудка. Легкая невесомость накрыла Грин-де-Вальд. Открыв глаза она вскрикнула от удивления. Регулус Блэк несет её на руках. Ёбанный Блэк. — Что ты делаешь? — попытка вырваться оказалась неудачной из-за стальной хватки парня на её талии. — Ты не дойдешь до гостиной. — пробурчал он. — Обувь трансфигуровать сложнее. Больше она ничего не посмела ему сказать. Ком в горле не давал. Так они и дошли. Снова молча, погруженные каждый в свои мысли. Вновь, ночь проведенная в Хогвартсе для Элизабет Грин-де-Вальд стала полной открытий и разочарования.

***

Первая неделя ноября прошла ужасно для всех обитателей школы чародейства и волшебства. Причина — Сириус Блэк выполнил своё обещание данное после подрыва комнаты. Страдали все, даже те, кого не было на вечеринке. Особенно тяжко было Слизеринцам. Те, конечно, привыкли к шуточкам Мародеров, но не в таком количестве уж явно. Сначала он повесил ведро с какой-то отвратительно пахнущей жидкостью прям над выходом из подземелий, переворачивая его на каждого выходящего. Потом Джеймс запустил заклинание на их стол в Большом зале, заставляя бурлить кашу всех присутствующих. А потом по нарастающей на протяжений всей недели. Только лишь Римус как обычно пытался держаться от это всего в стороне, снова беря на себя роль единственного разумного человека в их компании. — Ну вот, это последний… — заверила Лиззи, сидя на корточках перед когтевранкой, приклеивая очередной пластырь на нежную кожу рук Пандоры. Очередная шалость навредила и ей. По неизвестной причине десятки сов разбушевались и летали над столом Слизерина, царапая когтями учеников. Пандоре, что сидела в компании кузена и его друзей тоже досталось. — Я ведь говорила, что та идея с фейерверками до добра не доведет… — недовольно простонала Эммелина. Все были с ней согласны, хотя в слух этого не озвучивали. Барти сидел понурившись, стыдливо чеса затылок. Он был горд за то, что сделал на вечеринке, но последствия от этого заставляли его задуматься «Стоило ли это того?». Эван нетерпеливо ёрзал на месте, а глаза метались по всему телу кузины. Парня еле-еле отговорили набрасываться на Гриффиндорцев. Регулус же лениво перебирал меж пальцев свой галстук, неодобрительно качая головой и соглашаясь под каждым словом старосты Слизерина. Алекто рядом не было, последнюю неделю та предпочитала проводить все свои приемы пищи на кухне в компании эльфов. Сил видеть Розье у неё не было. В тот вечер она застукала Нуар и парня вдвоем страстно целующихся, а найдя она их позже, наверняка бы увидела что-то явно больше, чем просто поцелуи. Эван же ходил и гадал, что вызвало у подруги такую бурную реакцию, в упор не видя её чувства. — Меня это заебало! Надо с этим что-то делать! — возмущенно проговорил обладатель пшеничных волос, резво вставая с каменной плитки на которой сидел, хотя быстро вернулся назад под напором хватки Регулуса. — Ничего мы не будем делать. Поиграют, а потом им надоест. — расслабляя галстук на своей шее, проговорил Блэк. — Ничего?! Ты в своем уме, Рег? Посмотри, даже Пандоре досталось! — размахивал он руками, задевая друзей сидящих рядом. Он бы и глазом не моргнул, не касалось бы это всё его кузины. Розье за шесть лет учебы достаточно привык к болезненным шуткам неугомонных Гриффиндорцев, но стоять в стороне когда его сестру тоже в это втягивают, он не собирался. — Прекрати строить из себя старшего брата. — выдохнула Пандора, о которой всё это время шел диалог, та разглядывала пластыри, а в голове уже воображала, что на них можно нарисовать. — Ты старше всего на два месяца. По заброшенному коридору, в котором они расположились, эхом прошел слабый смех ребят. Всё-таки какие-то подростковые шалости для них не проблема всей жизни и можно найти простенькое решение. Конечно, ябедничать декану не входило в их планы, но вот уговорить его на разрешение открыть ответный огонь они могли. Хотя брали они намного выше, чем декан. Грин-де-Вальд накануне вновь вызвали к директору, уже по понятным причинам, и та вызвалась попробовать уговорить Альбуса, ссылаясь на то, что мужчина похож на человека, что разрешит подобное в рамках дозволенного. — Тогда получается, мисс Грин спасет весь Слизерин? — подшучивал Барти, играясь бровями. — Так и до статуса слизеринской принцессы недалеко! — впервые поддакивала Эмми Краучу. Брюнетка лишь отмахнулась от их рукой, закрывая довольную ухмылку волосами. Всё шло как надо. Так, как хотела она. «Жди, дядя, и я поквитаюсь с тобой за твою ложь.» — родилась мысль в голове ведьмы. Всю неделю голову Элизабет занимали мысли о Геллерте, о его обмане. Попытки оправдывать родственника закончились провалом. Пазлы между собой никак не складывались. Сначала она подумала, что её мать всё таки не училась в Хогвартсе, а знакомство с четой Поттеров и Розмеретой лишь странное стечение обстоятельств, а значит дядя говорил правду. Но контраргументом стала комната трофеев, которую показала Алекто. — Подожди же! Куда ты так бежишь? — звук каблуков прошелся вибрацией по колоннам замка. Впереди бежала Кэрроу, держа подругу за руку и даже не оборачиваясь. За пару минут до этого они сидели во внутреннем дворике, общаясь о невероятной красоте и необычности учебного заведения. Русоволосая просвещала Лиззи о всех потайных ходах, что были ей известны. А когда речь зашла о банальном зале трофеев, лицо брюнетки исказилось в непонимании. Алекто, не долго думая, подхватила девушку под руку и побежала внутрь школы, ничего не объясняя. — Вот. Комната трофеев! — она рукой обвела помещение, состоявшее из множества шкафов, до верху наполненных медалями и грамотами. — Тут даже где-то есть медаль Макгонагалл, представляешь? Брюнетка издала восторженный вздох, осторожно проводя пальцами по блистающим наградам. Их было очень много, около тысячи, если не больше наверное. Но на удивление, расположены они очень удобно, по годам обучения. «Если мама и вправду здесь могла учится, была ли у неё какая-нибудь медаль?» Изабелль Доэрти, в девичестве Грин-де-Вальд, было около пятидесяти лет, когда на свет появилась маленькая Элиз. И по легким математическим вычитаниям Лиззи пришла к выводу, что женщина должна была поступить в Хогвартс примерно в 1920 году. Полка этого года находилась в расстоянии пару шагов. 1909…1911…1915…1920! Глазами уже нашлось множество знакомых фамилии однокурсников, кому-то те являлись родителями, кому-то бабушками и дедушками. Но нужной фамилии среди этого года не было. Надо идти дальше. 1922..1924..1925… Брюнетка уж было прошла мимо этого года, пока солнце отраженное от до блеска вычищенных медалей не начало светить ей прямо в лицо, и той пришлось на секунду остановиться, недовольно жмурясь. Наверное, это и называется знаком от Вселенной, ведь именно на этой полке она и вправду обнаружила собственную фамилию, точнее её мамы. Ярче всех светился значок с надписью «Капитан команды Слизерина» обернутый в шелковую коробочку тёмно-зеленого цвета. А чуть ниже имя его обладателя. «Выдан Изабелле Дейдре Грин-де-Вальд за выдающуюся игру в Квиддич и отлично выработанную тактику» — Ахуеть! На Слизерине училась Грин-де-Вальд! — голос Алекто заставил Лиззи вздрогнуть, а подбородок русоволосой закинутый на её плечо, напомнил, что тут она не одна. — Интересно, кем она приходилась Геллерту Грин-де-Вальду… «Сестрой, милая Алекто, сестрой..» — Понятия не имею. — несмотря на внутреннюю нервозность, брюнетка выдавила безразличное выражение лица и пожала плечами. — Смотри, тут еще и папа Поттера, видимо! В паре сантиметров и вправду стояла точна такая же бархатная коробочка, правда в красном цвете, присущим всем представителям львиного факультета, надпись на значке гласила: «Капитан команды Гриффиндора». Серебро значка светилось под лучами солнца, красиво переливаясь. «Награждается Флимонту Олдену Поттеру за выдающуюся игру в Квиддич и доброе сердце» Грин-де-Вальд хмыкнула, проводя кончиками пальцев по холодному металлу. Они познакомились не по случайный обстоятельствам, капитаны двух враждующих команд стали друзьями. Наверное, был большой резонанс в их годы учебы по этому поводу. «Мама всё-таки училась здесь…» — пришло понимание, а вслед за ним ещё одно, болезненная правда, которую так хотелось отрицать и закрыть в какой-нибудь ящик и убрать пылиться в тёмный угол, забыть и не вспоминать никогда. Геллерт врал ей. Родной дядя, которого она правда любила и которому доверяла. О чём еще она могла не знать? «Соврав один раз, человек обязательно соврет еще, Лиззи» — вспомнилась фраза старшего Грин-де-Вальд. Элиз искривилась, до того ей было неприятно осознавать всё происходящее. Она всегда знала кем был её дядя — манипулятор, лжецом, предателей и плохим человеком, но почему то всегда предпочитала думать, что на неё такие его качества не распространяются. Снова ошиблась. — Лиз, когда там тебе к старику Альбусу? — слабый толчок в бок от Барти вернул ведьму в реальность. Та быстро проморгалась и с натянутой улыбкой на лице растрепала волосы слизеринца. — Мм, а сколько сейчас времени? — промычала Грин. — Почти два часа… — озвучила Пандора, сверяясь с наручными часами. Шесть пар глаз в миг уставились на брюнетку, выжидая от той ответа. Сама девушка нахмурилась, пытаясь найти в голове время встречи, даты перемешались в одну непонятную массу, не давая никакой конкретики. Голова разрывалась от нахлынувшей боли, ставшей результатом активной мозговой деятельности. Перед глазами появились щелкающие пальцы Регулуса, кажется кто-то затянул с ответом… — Ну? — уже недовольно произнес Блэк. Это было впервые с той ночи, когда он обращался к ней лично. По какому-то их общему правилу, которого в слух никто не произносил, они обоюдно избегали друг друга. «Элизабет Роберта Грин-де-Вальд вспомни уже, блять!» В ушах послышался отвратительный звон, а после накрыло ощущение, будто прямо по корочке мозгов проводят длинными ногтями. Головная боль ухудшилась. «Директор Дамболдор будет ждать вас в два в своем кабинете, мисс Грин.» — отрывки из вспоминаний пролетели перед глазами, вот Макгонагалл стоит перед её местом в Большом зале и перед всеми вещает данную новость. — В два! Он ждет меня в два! — подпрыгнула она на месте под странные взгляды однокурсников. — Что вы на меня так смотрите? Те переглянулись между собой, Эмми подтолкнула вперед Эвана, чтобы тот выдал их наблюдения. — Ты застыла минут на пять точно. — неловко почесал затылок парень. — А еще глаза у тебя странно потемнели, ты нас напугала… — Ты слишком много проводишь времени за книгами. — поддержала Пандора, уже выводя палочкой загогулинки на своем пластыре. — Тебе нужен отдых, Лиззи. «На войне нет отдыха, Пандора».