Комната памяти

      Удар. Кровь. Боль. Тишина. Покой.       Очнувшись на прохладной земле, я медленно помотала головой, пытаясь окончательно прийти в себя. Тишина вокруг была почти давящей, и только редкое пение птиц напоминало, что это реальность, а не пустота после смерти. Передо мной простирался огромный шелковистый лес из хвои, такой густой и высокий, что казался сотканным из тумана. Позади был обрыв, уходящий вниз на тысячи километров; дна я так и не увидела. Не понимаю… Мысли путались, взгляд метался по сторонам в поисках хоть какой-то логики. Тело ощущалось странно лёгким, будто весь груз, который я тащила годами, внезапно растворился.       — Проснулась? Аннет, она пришла в себя! — окликнула меня светловолосая девушка. Её белые, словно кристальные волосы сияли, переливаясь в лучах нежного солнца. Полупрозрачные серые глаза напоминали взгляд незрячей, но от них невозможно было отвести взор. Одежда — невесомая, будто перо сказочной птицы; лёгкое сияние ложилось на её абсолютно белоснежную кожу. Но сильнее всего поразили крылья — огромные, пушистые, молочно-белые, как у небесного существа, нарисованного вручную.       — Здравствуй, родная моя, — сказала Аннет и протянула ко мне руку. Её крылья отличались — сероватые, спокойные, словно воплощение слова «нейтральность». А одежда… та же, что и при жизни: дорогой офисный костюм, идеально сидящий на фигуре.       — Тётушка? Но как…? Я ведь… Ты ведь… — слова путались, а голова грозилась взорваться от нахлынувших воспоминаний. Руки дрожали, ноги подкашивались — я едва держалась на ногах.       — Тише, тише, дорогая… — Аннет крепко обняла меня, удерживая, а затем медленно опустила на землю. Сил почти не осталось. Глаза закрывались сами собой. И последнее, что я услышала, прежде чем провалиться в темноту, было раздражённое:       — Аврора, хватит пялиться. Зови своих дружков — нужен лазарет. "Спаси нас… СПАСИ, СПАСИ, СПАСИ!" Тысячи голосов разорвали мой разум, и я, захлёбываясь паникой, резко вскочила с больничной кушетки.       — Спокойно… — лёгкое, почти невесомое прикосновение девушки в белом халате вернуло меня обратно на постель. Я выдохнула, зажмурилась, что есть силы, думая, что это всё-таки сон. Не сон. Реальность. Медсестра, которая варила странный отвар, кружилась вокруг меня, как снежинка, посыпанная лунным светом. Палата напоминала замок средневековой эпохи — готика, колонны, витражи, но внутри царила чистота и благородство Небес.       — Пей, милая. Станет легче. — сестра протянула мне чашу с отваром, от которого шел сладко пряный аромат. Внутри мешанина из цветов и трав, что я не встречала прежде. Хуже точно не будет, подумала и я отхлебнула значительную часть целебного напитка. Вкус был идентичен запаху, сладость, пряность, ничего лишнего и пугающего. В то же мгновение я почувствовала облегчение. Мысли были чисты, а хаос, что царил до этого наконец стал складываться, словно пазл. Я огляделась в очередной раз, чтобы удостовериться, что это всё реальность и хоть как-то понять, что происходит. Дверь распахнулась с гулом, будто ураган ворвался в эту до жути огромную комнату пострадавших. Я перевела взгляд и увидела ту самую девушку, что и в первый раз после моего пробуждения на этой земле. Её глаза блестели, а с уст, казалось, уже не было сил сдерживать, вырвалась важная новость. По крайней мере, мне так показалось, с каким же важным видом прекрасная дама объявилась в лазарете.       — Как ты? Как мысли? Что чувствуешь? Есть тяжесть? Ты помнишь хоть что-то? — поток её мыслей был непрерывен, как вообще человек может так быстро говорить. Да и человек ли она?       — Аврора! Прекрати пугать Агату своим расспросами, разве Аннет это поручила тебе? — медсестра вскинула на беловолосую бестию свой осуждающий взор.       — Да задолбали вы! — фыркнула Аврора. — Не каждый день встречаешь Непризнанных! Дай хоть раз поучаствовать! Или ты опять побежишь стучать Ребекке?       — Смени тон, то, что ты почти Серафим не даёт тебе право грубить и тем более делать, что вздумается!       — А мне казалось, что именно для этого титул и дают, — Аврора лукаво улыбнулась и подмигнула мне.       — Боги… с тобой невозможно разговаривать! — сестра схватила корзину с травами и, явно не в первый раз терпя её выходки, удалилась.       — Достали… — пробормотала Аврора, опуская плечи. — Я не тупая, ясно? Я знаю, как себя вести. Просто… — глаза стеклянно поблестели, будто эмоция прорвалась, но она проглотила её. — …забыли спросить, чего хочу я. Она резко вдохнула, выпрямилась и повернулась ко мне:       — Ладно. Меня зовут Аврора, но ты уже догадалась. Я буду твоей наставницей. Аннет поручила мне провести тебя через всю программу обучения. Так что… придётся терпеть друг друга.       — Аврора, какого хрена происходит? Почему у всех крылья? Что вы вообще за существа? И почему я здесь?! — я почти кричала, пытаясь спрятать страх под слоем гнева.       — Я знала, что столкнусь с копией Аннет, ха-ха. Крылья? Мы ангелы, я и медсестра, твоя тётушка также ангел. Мы несем свет, в отличие от некоторых... — она закатила глаза, словно заранее знала, кто зайдет в комнату. Дверь на этот раз раскрылась тихо, будто кто-то сдерживал привычный порыв. В лазарет вошёл мужчина, на вид лет тридцати, не больше. Но в осанке, в шаге, в каждом движении чувствовалась сила куда старше. Он отличался от Авроры абсолютно всем. Тёмные, густые волосы средней длины падали на глаза, отдельные пряди чуть мешали его взгляду: глубокому, почти чёрному, манящему как пропасть. Крылья — тяжёлые, тёмные, словно сотканные из густой ночи. Одежда же была другого мира: строгий, идеально сидящий костюм оттенка тёмного вина, богатого и опасного, будто он сам был воплощением запретного вкуса. Стиль современный, уверенный, безупречный. И всё это время его взгляд был направлен только на Аврору. Так, будто больше никого в комнате никогда и не существовало. Будто даже воздух между ними имел иной вес.       — Опять достаёшь Непризнанную? Тебе совсем делать нечего? Книжки кончились? Или молиться не за кого? — прошипел он, изогнув губу в издевательской ухмылке.       — Тебя забыла спросить, что мне делать! Какого ху.. Шепфа ты здесь забыл? — оскалилась Аврора в сторону лукавого парня.       — Ай-ай-ай, какие слова знает ангелочек, — он шагнул ближе. — Аннет попросила приглядеть за своей племянницей. Хотела убедиться, что наша святая Аврора справляется.       — Не смей мне врать. Ты знаешь, что я чувствую ложь сразу. К чему эти игры, Рой? — радужка в глазах Авроры вспыхнула, сменив прозрачность на сияние. Холод от её взгляда пробирал даже через тёплые стены лазарета.       — Хотел проверить, не растеряла ли ты сноровку, — он ухмыльнулся. — У тебя же миссия от Шепфа. Не устала носить свой нимб? Тяжело, наверное, изображать святость круглые сутки. — Рой продолжал закидывать тем, что Аврора слышать явно не хотела. Она, вместо того чтобы взорваться, лишь медленно выдохнула и едва заметно улыбнулась.       — Ты в своем репертуаре, Рой. Но мне сейчас не до тебя. Так что… вали, пока я не рассказала твоему прелестному дружку, где ты шляешься.       — Ой, страшно-то как, — он театрально вздохнул. — Люциферу насрать, где я провожу время. Тем более лазарет — ней-траль-на-я территория. Слово он произнёс так, будто вырезал каждую букву ножом.       Аврора снова закатила глаза, демонстрируя максимальное «хватит уже». Но я заметила — искра в её глазах была той же, что и у него. Что-то между ними точно есть. Что-то скрытое. Запретное.       — Эй! — я резко вскинула голос. — Я вообще-то ещё здесь! Может, кто-то продолжит объяснять, что происходит?! Рой наконец-то повернулся. Его взгляд медленно провёл по мне сверху вниз, оценивающе, холодно, слишком внимательно. Он ничего не сказал. Просто развернулся и вышел.       — Наконец-то. Достал уже… Ни минуты покоя, — проворчала Аврора. — Так вот, о чём я? Она повернулась ко мне, сложив руки на груди.       — Рой, как ты поняла, демон. У демонов свой путь, у ангелов свой. А ты… Непризнанная. То есть, прости за грубость, пока что никто. Мне стало неприятно, но Аврора продолжила:       — Ты определишься позже: станешь ангелом или демоном. А то, что Рой здесь так оперативно объявился… говорит о том, что Ребекка сомневается в тебе.       — В смысле сомневается? — я нахмурилась.       — Она бывшая Непризнанная. Теперь — Серафим. Правая рука Шепфа. И, как по мне, у неё паранойя на тему власти. Аврора усмехнулась, но грустно.       — Возможно, кто-то из Ада решил переманить тебя, пока ты не выбрала сторону. Племянница Аннет — лакомый кусок. Тем более после её прибытия власть Ребекки укрепилась. Они вдвоём держат за яйца всю цитадель… включая Ад. Я чуть не поперхнулась.       — Это… звучит как политика.       — Добро пожаловать в Небеса, милая. Я предполагаю, Аннет и Ребекка хотят иметь свою «фигуру» в Аду, если ты выберешь тьму. Но это только догадки. Что у них в головах — одному Шепфа известно. Она выдохнула, на секунду став серьёзной.       — Но слушай внимательно: влияния на твой выбор нам не дали. Я обязана хранить нейтралитет. Но всё, что касается ангелов, устройства школы, твоего пути — я расскажу. Аврора коснулась моей руки и мягко улыбнулась:       — Ты не одна, Агата. Пойдём шаг за шагом.