Часть 47. Решение.

«Я вернусь туда. Очевидно, я должна вернуться. Я не могла просто забыть отца там. Не могла». Лана поняла, что с ее сознанием кто-то провернул фокус. Гипноз или волшебство, которое мгновенно рассеялось здесь, в объятиях Олега. Был ли тот мир иллюзией? Грязная одежда, уставшее тело… все не то, это не доказательство. Образцы. – Олеж, я в порядке. Нужны контейнеры. Срочно принеси. В здании есть кулер, возьми десяток пустых стаканчиков. Хотя… погоди. – Девушка поняла, что хочет пить. В информационном центре вид взъерошенной и чумазой девушки привлек внимание, но не более. Лана выпила 4 стакана воды, после достала из рюкзака завядшие и потрепанные растения, разложила их по стаканчикам. Олег сообразил и ловко сделал что-то типа крышек, сплющив несколько стаканчиков. – Довезешь меня до Сеула? – Лана обнимала своего парня, практически висела на нем. – Я посажу тебя в автобус и поеду следом. В дороге отдохни спокойно. Второго шлема нет. Пойдем, пока отдохнешь и поешь. Олег отвез Лану до кафе при отеле, где как раз начался завтрак. – Как ты меня нашел? – Я почувствовал, что с тобой что–то произошло. Взял билет и прилетел. Сон нашел твой байк, я приехал. – Олег улыбался. Парень был одет как турист или рейнджер – куртка, штаны, рюкзак, трекинговые ботинки, альпеншток. Как будто собирался сам обыскивать горы. Этот парнишка… как всегда надежный и невозмутимый. Как будто это было так просто и само собой разумелось. Лана улыбалась ему в ответ. – Я была в странном месте… – Лана начала рассказывать свою историю, медленно, стараясь ничего не упустить. Достала из рюкзака плакат. Олег молча слушал. История была невероятной, фантастической, пугающей. Конечно он верил Лане безоговорочно. Потому решил пока ничего не говорить, дожидаясь ее выводов и анализа. – Вот так, Олеж, Я много думала, на что это похоже. Это будущее. Или его версия. Нужно многое проверить, сделать анализы. Сама я в порядке. Небольшое раздражение слизистых. Конечно, первым делом проверить радиацию. Стоило бы поместить меня на карантин, но похоже в том месте вирусов и бактерий не должно быть. Я даже насекомых не заметила. Высокая концентрация озона или что–то другое. У меня нет гипотезы которая объясняла бы такое небо и такие грозы. Надо… сделать анализы, убедиться в безопасности и вернуться. Найти людей или записи о том, что произошло. – Хорошо, я займусь, пока отдохни. – Олег был спокоен и лаконичен, улыбаясь ей. «Эта его улыбка. Как тогда, в КФУ и после. Он всегда так улыбается, когда нервничает. Милый. Такой хитрец». Пока Лана дремала на столе, ожидая автобус, Олег нашел частную медицинскую лабораторию для проверки здоровья Ланы и договорился. Придумал хорошую легенду – подозрение на отравление промышленными отходами. Не было необходимости пытаться делать что–то самим. Профессиональные токсикологи в Сеуле сделают все лучше. В провинции Канвондо нашлась бы клиника и лаборатория, но Лана казалась уверенной и чувствовала себя хорошо. Олег не стал паниковать и доверился ей. Олег ехал следом за автобусом. Его навыки вождения байка были довольно посредственными. Экзамен сдал, но опыт нулевой. Странно, но сейчас это его выручило, помогло меньше переживать. Вместо мысленной суеты и нервов ему пришлось сосредоточиться на поддержании скорости и дистанции. Через два часа, в Сеуле, Олег так же следовал за такси. Он порядком устал, а Лана, наоборот, немного отдохнула. В лаборатории для сдачи анализов они использовали легенду о производственных отходах и раздражении слизистых. Это позволило так же заказать анализ почвы и растений, собранных Ланой. Олег поехал на парковку, оставил байк и вернулся на такси. Лана сообщила родственникам что все в порядке и сняла отель. Прежде всего, требовалось помыться, выспаться, а после поговорить. «Как в старые времена. Старые добрые времена» – думала Лана. Ее мужчина, ее мальчик, ее хозяин снова мыл ее в душе. Все так же бережно и серьезно, как и тогда, в их первой квартире. Казалось бы, совсем недавно, но как же все изменилось. Их внешность, их тела, их мысли. Ее парень носит бороду и длинные волосы, его щеки впали, скулы обострились, взгляд стал серьезнее и спокойнее. Он сильно похудел, стал рельефным и гибким. Всего за год превратился из юноши в мужчину. Лана мыла его такими же спокойными и уверенными движениями, как и он ее. Их обычный ритуал после разлуки – изучить друг друга. Ужин был доставкой – пицца и кимпаб. Олег напомнил Лане принимать побольше антиоксидантов, пить зеленый чай, рутин и витамин С для лечения отравления озоном. После ужина, обнимая своего парня в постели, Лана поняла как сильно устала. Она вдыхала его запах, гладила его тело, распаляя себя, раскачивая свое либидо – что бы на следующем вдохе снова сублимировать его. Ее либидо таяло, утекало как вода в песок. Лана была в отчаянии. Видимо Олег понял ее состояние. Он улыбнулся, усадил девушку, заглянул в глаза и начал медитировать. «Конечно. Наш цигун. Наша лестница в небо. Как я могла забыть», – удивилась Лана, чувствуя, как теплый ком в животе расширяется и вскипает, наполняя и согревая все тело. Вскоре ее охватил уже знакомый восторг. Он был здесь, с ней. Вместе они сильны и непобедимы. Через несколько минут Лану наполнило чувство легкости и силы. Все пережитое ею не было таким уж трудным. Она не устала. Усталость была лишь психологической иллюзией. Цигун изгонял ее страх, холод ночи, вкус озона и ветвистых молний, атакующих горы. Казалось, было что–то чуждое, и теперь она изгоняла это их общим теплом. Олег видел, как быстро его невеста приходит в себя, согревается и снова становится энергичной и сильной девушкой. Медитируя с ней, ощущая ее возрождение, Олег тоже был на подъеме. Они увидели в глазах друг друга одобрение и зов, руки скользнули по телам, начиная их новую пьесу, новую главу, новую ступеньку на их бесконечной лестнице. В этот момент оба думали об одном: «Это уже не секс. Нечто большее, нечто важное, нечто значительное. Еще один шаг вперед. Теперь это никогда уже не будет сексом. Это наш путь, бесконечная и великолепная лестница. Сексуальная игра стала вызовом и испытанием души». Проснулись рано. Теперь нужно было столько всего обсудить и сделать, но Олега ждал самолет, а Лану занятия. Все планы, все идеи оставались для звонков и переписки. Сейчас, в последние минуты вместе, в этом номере они не могли оторваться друг от друга. Снова и снова касаясь друг друга, они, казалось, вызывали искры. Олег знал, что Лана чувствовала точно так же. Оба копили чувства, изучали тела друг друга, искали. Это было похоже на совместное решение головоломки, состоящей из двух тел и разумов. Каждый раз, находя это сочетание, эту последовательность чувств и движений они не успокаивались, а еще больше увлекались этой игрой. Их время вместе закачивалось, но это не вызывало тоски грусти. Им так многое нужно было сделать, узнать, испытать. Что бы потом поделиться и продемонстрировать свои достижения как трофей. В тот день кое-что изменилось. Два студента, один в Токио, другая в Сеуле часто улыбались. Как будто и не было ни разлуки, ни учебы, а только сплошные розовые облака. *** Вечером Лана написала Олегу. «Я знаю о чем ты хочешь спросить. Долго думала. Доказательств нет, есть лишь интуиция. Как–то так: 1. Как будто кто-то мне помогает это делать. Этот «кто-то» так же немного играет с моими мозгами и чувствами. Возможно, это побочный эффект вмешательства. Это влияет на меня. 2. Я могу туда сходить и вернуться. Возвращаться сложнее и проще одновременно. Это как упасть в прорубь. Я вернулась, находясь с тобой рядом, как будто взялась за руку. Иначе я не понимала куда плыть. 3. Я могу взять тебя с собой. Я не уверена, смогу ли тебя вернуть. Ты нужен мне здесь. 4. Почему это произошло именно там? Я не уверена, возможно, это просто безопасное место. Возможно, есть много условий. Я буду искать такие места. Прости, я отвлекаю тебя от учебы. Закажи несколько «капсул времени» и прилетай на выходные, когда все будет готово». Со своей стороны, Олег почти потерял интерес к учебе. Произошедшее было чем–то загадочным, волнующим. Находясь в Токио он мог только разрабатывать идеи и планы. Вся практическая работа могла быть сделана в Корее. Что ж, если он может быть лишь мозгом, он будет. Олег изучал учебники и справочники. Читал и искал информацию. К середине недели были готовы результаты анализов. К большому облегчению, Лана оказалась здорова, ни радиации, ни токсинов, ни тяжелых металлов, ни признаков воспаления. Анализ почвы так же был довольно приемлемым. Однако содержание некоторых элементов в почве было скорее характерно для каких–то отвалов шахт, чем для высоких гор. Странно. «Я поискал возможные климатические модели, – писал Олег. – Как бы ужасно это не звучало, что-то похожее возможно как результат глобального потепления. Например, массовый выброс метана в атмосферу при таянии вечной мерзлоты мог бы превратить значительную площадь Евразии и Северной Америки в аналог озера Маракайбо. Как известно, молнии Кататумбо в наше время генерируют большую часть тропосферного озона. Озон в верней части стратосферы, образуемый солнечным излучением, обычно не смешивается с нижними слоями атмосферы. Это не объясняет цвет неба, зато хорошо демонстрирует, как могла возникнуть такая сильная молниевая активность. В какой-то момент это могло привести к массовым лесным пожарам, что еще больше усугубило парниковый эффект. Вполне возможно, было еще какое-то астрономическое событие, повлиявшее на атмосферу планеты и создавшее такие эффекты в стратосфере. Независимо от причин, такая модель означает, что значительная часть густонаселенных районов планеты теперь непригодна для жизни. Поскольку ты выжила и хорошо себя чувствуешь, можно говорить, что концентрация озона в атмосфере ниже 0,1% и выше 0,01%. Где-то около 0,05% в хорошую погоду или ниже. Такой уровень озона нанесет вред животным и растениям, а так же металлоконструкциям. Кроме того, должны образовываться оксиды азота, что повлияет на почву и воду, так же это вызывает колебание состава атмосферы, в частности возможно снизит количество кислорода. Это не угроза жизни на планете, но большие проблемы для экосистем и сельского хозяйства. Возможно, концентрация озона ранее была выше. Скорее всего, человечество выжило, я надеюсь». Лана читала это письмо и понимала, что Олег, скорее всего, прав. Она там была. Видела как молнии бьют в горы, раскидывая камни и сжигая растения, видела склоны гор без деревьев, чувствовала запах озона и жжение в горле. Подошвы ее кроссовок потрескались, а металлические части одежды окислились. Это был странный и безумный мир. Олег прислал описание «капсулы времени» – герметичного контейнера. В одном будут лежать специальные часы, в другом инструменты, различные предметы, для проверки как работает «капсула времени» с бумагой, электроникой и органикой. Лана прочитала письма, написала ответ. Открыла инсту что бы написать Сюмбель и сделать очередной пост. В рекомендациях всплыл какой-то ролик. Милая, забавная девушка, Сяору, танцевала, излучая игривость и оптимизм. В этот момент Лану, наконец, накрыло осознание. В том будущем этого всего нет. Ни этого прекрасного кампуса Гванак, ни милых косплеерш, ни красивых нарядов, ни байков. Ничего. Буйство стихии и отравленный озоном воздух. Лана машинально свапнула следующий ролик. Текли слезы. В ролике сестры Ким делали забавную романтическую сценку со своим братом. Все исчезнет. Весь этот прекрасный реальный и виртуальный мир в будущем разлетится на куски. Слезы текли. Кровь кипела. Она постарается, она защитит. Найдет способ. Они найдут, вместе с Олегом. Вместе.