Осколки жизни

Утром я не проснулась. Либо я так утомилась, что уснула, либо утро просто не наступало. Возможно, из-за того сбоя в равновесии. Я открыла глаза и снова обнаружила, что за окном слишком темно. Цикл бесконечной ночи? Я потёрла глаза и уставилась в потолок, освещённый тусклым свечением восковых свеч. Для меня даже стало привычно просыпаться здесь, в этой кровати, в этой комнате. Внутри больше не было ярого желания сбежать, хотя я бы хотела. Но оно стало походить не разумное желание, осознанное. Я не хотела делать глупости или поступать безрассудно. Я ещё пару раз быстро моргнула, смотря в одну точку на потолке. В комнате не так холодно, как последние дни. Это вынудило меня обратить внимание на окно. Оно так же открыто нараспашку, как и раньше. Но снега нет. Я не слишком охотно приподнялась и взглянула в него: облака, луна, пара одиноких звёздочек и вдалеке шум водопада. Воздух не кажется холодным, скорее прохладным, летним. Я подошла и положила ладошки на подоконник, опираясь. Выглянула, рассматривая ночной пейзаж открывшийся мне. Вдохнув и прикрыв глаза, я отчётливо ощутила желание погрузиться обратно в сладкий сон, укутавшись одеялом. Из-за бесконечной ночи и отсутствие часов в комнате, я не могла знать наверняка, сколько прошло времени и сколько я спала. Но одно я могла знать наверняка: мне всё ещё хочется спать. Возможно, я бы поддалась этому желанию, будь я в другой ситуации, Но сейчас кажется, что определено: нельзя спускать контроль с происходящего. Может я и не особо что-то контролирую или вообще ничего не контролирую. Но иллюзия контроля даёт мне ощущение небольшой безопасности. Мне было неприятно это признавать, но со временем здесь мне стало более менее спокойно. Я больше не просыпалась с желанием сбежать, не просыпалась в холодном поту, не просыпалась от кошмаров. Даже первые мысли после сегодняшнего пробуждения казались безобидными и спокойными, уже не такими как пару дней назад. Я сразу понимала, где нахожусь, что тут делаю и что примерно ждёт меня сегодня. Даже сон кажется более крепким, впервые после сна я вновь готова укрыться одеялом и спать дальше. Как бы оно там ни было, я всё же отошла от окна и легла на кровать. Уснула, укутавшись в тёплое одеяло.

┈┈───╼⊳⊰ 𖤍 ⊱⊲╾───┈┈

Открыв глаза, я моментально ощутила присутствие и чужой взгляд на себе. Я вздрогнула и резко подскочила. Голод стоял прямо напротив кровати у дверей, с абсолютно спокойным видом рассматривая спящую меня. В моих округлённых глазах возник один большой знак вопроса. — Я отпускаю тебя — привычный холод в голосе сейчас казался более неживым. Более серьёзным. Я оторопела. Прижалась к спинке кровати и ошарашено мотнула головой. — Что? — Возвращайся к себе, — с тлеющей сигареты Голода упал пепел, который он по видимому забыл стряхнуть, — прямо сейчас голос прозвучал с таким напором, что я, не успев ничего понять вынуждена была подчиниться. Голод буквально пронзил меня серьёзным ледяным взглядом и сделал шаг назад, отступая. Он не замечал, как с его сигареты вновь упал пепел. Я поднялась, откинув одеяло в сторону, и разгладила складки на своём белом воздушном платье. Я быстро заправила волосы за уши, замечая, как Голод пристально наблюдает за мной. С собой у меня ничего не было, так что долго собираться мне не пришлось. Медленными шагами направилась к двери, у которой, словно статуя, стоит всадник. — Дай мне руки — он кинул тлеющую сигарету прямо на пол и затушил ногой. Я ощутила приторный запах ментоловой сигареты, доносящейся до меня с каждым его поспешным выдохом. Я недоумевающе взглянула ему в глаза, не осмеливаясь вообще что либо спрашивать. Всадник протянул обе ладони и словно моментально закрыл глаза. Протянув руки, я накрыла тёплыми ладонями его холодные. Всё произошло слишком быстро, поэтому я закрыла глаза, так и не успев ничего понять или спросить.

┈┈───╼⊳⊰ 𖤍 ⊱⊲╾───┈┈

Вечернее, розоватое зимнее небо. Мы оказались посреди того же заснеженного поля, где были последний раз. Голод отпустил мои руки, слегка помедлив. Я моргнула пару раз, рассматривая небо. — Лети вниз, потом справа увидишь остров Голод сделал шаг назад и блеснул изумрудными тоскливыми глазами. Я медленно осмотрела его, на что всадник воткнул пристальный взгляд в меня. Напряжение и волнение проскочило по всему моему телу. Я не решившись ничего спросить, молча кивнула. — Давай — указывая взглядом в нужном мне направлении, отрезал всадник. Он выглядел таким напряжённым, холодным и циничным, что я решила ничего не делать и не говорить, а просто сделать то, что он просит. Сделав шаг назад, я расправила крылья. Они со звуком рассекли воздух. Голод в последний раз взглянул на меня и кивнул. Я, немного присев, взмахнула крыльями и поднялась ввысь. Я даже уже забыла, как это - летать. Мне показалось, словно я взлетела впервые, ведь за последние дни я научилась жить практически без крыльев. Взлетев вверх, я замерла в воздухе и обернулась. На поле уже никого не было. Со странным саднящим чувством в груди я выдохнула и направилась в том направлении, которое мне указал Голод. Пролетая облака, хлопья снега и розоватое небо, я слегка улыбнулась, очарованная свободой и красотой. Я понятия не имею, почему он отпустил меня, но сейчас это не имеет значения. Главное, что я могу вернуться в Орден.

┈┈───╼⊳⊰ 𖤍 ⊱⊲╾───┈┈

Мой полёт был не слишком быстрым, но и не долгим. В какой-то момент, когда хлопья снега перестали таять на моих тёплых щеках, а закатное небо стало темнеть, я увидела островок справа. Улыбнулась и вдохнув полной грудью, направилась туда.

┈┈───╼⊳⊰ 𖤍 ⊱⊲╾───┈┈

Приземлившись и ощутив землю под ногами, я заметила, что все суетятся, мельтеша из стороны в сторону. Первой меня заметил Эрагон, он распахнул руки и крылья, быстро преодолевая расстояние между нами. В следующее мгновение я оказалась в тёплых объятия Серафима. — Вики! — вскрикнула Мими и сложив крылья за спиной она в спешке примчалась, — ты в порядке! О Шепфа! — она заключила меня в крепкие, радостные объятия. Я засмеялась, подхватывая её настрой и обняла её так же крепко. — Вики! — заметив меня, Семи, Ади и Дино стремительно окружили меня, обнимая все вместе. Это наверное, было самое прекрасное мгновение. Так по родному, так по дружески. Мы просто стояли и обнимались. Я даже не знаю, сколько прошло. Они шутили, пихая друг друга и заливаясь смехом, а я просто была счастлива быть с ними. Когда я обернулась, то заметила остальных. Мамон, Эльза, Ребекка и Винчесто стояли, скрестив руки на груди, и улыбались. Ребекка стирала выступившие слёзы с глаз, на что я даже нахмурилась, не понимая такой бурной реакции. Когда друзья выпустили меня из объятий, Ребекка с улыбкой облегчения сцепила руки за моей спиной, обнимая. Это казалось мне странным, ведь это совсем ей не свойственно. Винчесто подошёл следом, положил руку мне на плечо, радушно улыбаясь. — Мы очень рады, что ты в порядке Я улыбнулась, подавив смешок. — Ну и заставила ты всех нас понервничать — вдалеке прозвучал голос Эльзы, покуривающей трубку. Я лишь кивнула, виновато усмехаясь. Мне бы хотелось думать что так будет всегда. Что это мгновение продлиться целую вечность. Мне бы хотелось остаться в этом мгновении и просто наслаждаться беззаботностью. — Они направляются сюда! — чей-то крик позади раздался так громко и с таким страхом, что мне показалось, жизнь разделилась на до и после. Лица всех моментально сменились, радостные улыбки ушли, глаза заблестели страхом и тревогой. Я непонимающе оглядела всех, ощущая, как стремительно нарастает волнение. — Держимся плана! Быстрее! — Эрагон вскрикнул и взмахнул крыльями так, что на нас полетели все мелкие камни с земли, поднимая пыль. Его белый трёхглавый ворон последовал за ним, каркая. Мамон, быстро поцеловав Эльзу, следом взмывая ввысь. Все в спешке начали расправлять крылья, даже не оглядываясь и не теряя времени. Я тревожно посмотрела на Мими, напуганную происходящим. Дино и Ади быстро взлетели, отрываясь от земли. Перья Семи ударили мне в лицо, когда он молниеносно направился за ними. От взмаха крыльев Винчесто меня чуть не снесло порывом ветра. Все за долю секунды взлетели, расправив крылья. — Мими! — я буквально вскрикнула, не понимая что мне делать и что происходит. Словно вокруг разбушевался смертельный ураган, ветер от взмахов крыльями откидывал мои волосы назад и заставлял жмуриться. — Быстрее, летим — брюнетка расправила крылья и пригнулась, чтобы взлететь. — Куда? Мими! Что происходит? — мои глаза судорожно забегали по её лицу. — Бегом, Вики, взлетаем скорее! Я в спешке расправила крылья и как только Мими взлетела, я быстро направилась за ней. Я огляделась, все буквально со скоростью света улетали с острова в разных направлениях. Сердце бешено забилось.

┈┈───╼⊳⊰ 𖤍 ⊱⊲╾───┈┈

Когда мы приземлились, я поняла, что сейчас был самый разгар дня. Но красные тучи настолько заволокли всё небо, что солнца было почти не видно. Оно пробивалось сквозь кровавые облака, отчего всё вокруг покрылось красным цветом. Передо мной в огромный круг выложены камни. По углам расположились тлеющие красные угольки. Повсюду обрушенные статуи, здания, осколки от некогда стоящих здесь статуй. Всё вокруг превратилось в руины. Солнце закрыла Луна. Но вся эта картина проходила на Апокалипсис больше, чем на солнечное затмение. — Это жутко — Голос Мими вырвал меня из размышлений, и я посмотрела на неё. Но ответить ничего не успела. Все бессмертные ангелы и демоны, выстроившись рядом друг с другом, с хмурым и уверенным видом запрокинули головы к небу. Я потупила взгляд и сделала то же самое. На огненном небе виднелись два силуэта, спускающихся к нам. Чума и Война оказались совсем близко, поэтому уже через секунду они с грохотом приземлились в паре метров от нас. Земля задрожала, по телу прошла вибрация. Молния разразила небо поделив его пополам, грохот раздался так громко, что я невольно напряглась. Ладошки вспотели, тело бросило в жар. Неужели это всё вправду происходит? Позади Чумы и Войны показался Смерть. Он медленно, но уверенно подошёл к кругу выложенному из камней. Чёрная аура Смерти мгновенно распространилась вокруг, захватывая и доходя до каждого из нас. Я сглотнула. — Пора — первым голос подал Смерть. Дрожь и боль в груди ударили с новой силой. Этот голос в прямом смысле высасывал жизненную энергию и звучал как самый настоящий голос смерти. — Не будем испытывать её терпение Чума воинственно взглянула на Смерть, улыбаясь уголками губ. — Ты прав — она склонила голову и ухмыльнувшись, посмотрела на ритуальный круг в центре. Моё сердце забилось чаще, отдавая в виски тупой тошнотворной болью. Я прикрыла глаза, на секунду позволяя себе сконцентрироваться. Я даже не имею представления, как использовать свою силу. Если бы я только знала. Но я не представляю, как ею владеть и на что я теперь способна. Я выдохнула, всё ещё держа глаза закрытыми. Мне нужно время. Я должна собраться и ощутить в себе хоть что-то, что позволит мне понять, как использовать способности. На это нужно время, но и его у меня нет. Я постаралась вообразить, как яркий золотой свет разливается в районе солнечного сплетения. Ещё пять секунд мне понадобилось, чтобы представить тепло от него. Я снова сглотнула и, невольно нахмурившись, напряглась изнутри, чтобы ощутить хоть каплю этой силы. Но времени у меня всё меньше. И концентрации тоже. Я выдохнула и постаралась внушить себе, что сила раскроется, когда наступит опасность, что она обязательно проявится, и я сумею с ней управиться. Все члены ордена стояли не двигаясь, молча выжидая. Резкий порыв ветра откинул мои волосы назад, ударяя ядовитым воздухом в лицо. Я резко открыла глаза. Я не сразу смогла сфокусироваться, но смогла разглядеть чёрный силуэт позади всадников. Через пару секунд мой взгляд стал чётким, и я смогла увидеть его. Голод. Мне показалось, что небо стало ещё темнее, а красные тучи стали давить на голову. Чёрные волосы Голода лежали как всегда идеально. Пару прядей бросали назад порывы ветра. Остановившись рядом с остальными всадниками, он тяжело и холодно взглянул на меня. Я захотела улыбнуться ему. Меня моментально окутало ощущение того, что я не одна. Он был не с нами и даже не со мной, но я что-то для него значила. Я уверена, мы оба ощущаем эту особую нить связи между нами. На мимолетное мгновение мне показалось, что есть только мы, ограждённые невидимым куполом от всех остальных. Я вдохнула, и на выдохе уголки моих губ слегка поползли вверх. Я уверена, - моя улыбка казалась усталой, но только сейчас я ощущала себя спокойнее. Голод стоял слева от Чумы, беспрерывно смотря на меня. Мимолетные секунды тишины в нашем куполе вынуждены были истечь. Он не шевелился до этого мгновения. Не меняясь в лице, Голод поднял правую руку и крепко обхватил рукоять меча, находящегося у него за плечом. Он вынул его, и по ушам каждого прошёлся громкий лязг. Затем Голод, рассекая воздух, опустил его остриём к земле. Моё подобие улыбки резко сошло на нет. Я в непонимании нахмурила брови, слегка мотая головой. Надежда в моём взгляде сменилась на потрясение. Голод хладнокровно наблюдал за тем, как волнение накрывает меня с головой. Но в его лице ничего не поменялось: циничный холодный взгляд, спокойное выражение лица и холодная энергетика. Казалось, ясность ума покинула меня, но тут же в чувства привёл дотошный голос Чумы, не позволяя зациклиться на своих мыслях. — Начнём — она оглядела братьев и кинула ядовитый взгляд на Эрагона. Только сейчас я, наконец, осмотрела всех. Справа стояла Мими. В её глазах горела такая ярость и уверенность, что я даже поверила на мгновение в нашу победу. Золотые светящиеся глаза Эрагона выражали ещё более сильную, спокойную уверенность. Мой взгляд блуждал дальше. Я посмотрела на Винчесто, Мамона, Астарота, Люцифера, Ребекку: все были настроены решительно. Даже в глазах Семи сквозила воинственность. Я вернула своё внимание к всадникам, приподнимая голову и выпрямляясь. Вот только я не учла одного: все стремительно слабели, пока напротив находился Голод. Никто не подавал виду, но я видела, как все буквально чахли на глазах. Я замешкалась, глаза забегали, а казалось бы, только ушедшее волнение вернулось. Чума развернулась, делая томительные шаги и подходя к кругу, выложенному из камней. — Пора принять Матерь Жизни как подобает — Чума обернулась и склонив голову посмотрела на нас с Ребеккой — они должны это сделать Чума взмахнула рукой и Эрагон в тот же момент кинулся на всадницу, раскрывая крылья и взлетая вверх. Все напряглись. Это произошло так быстро, что никто не успел среагировать. Смерть неодобрительно качнул головой. Его глаз загорелся ярким красным свечением ещё сильнее. Чума с улыбкой развернулась и схватила длинными ногтями плечо Эрагона. Но тот, в свою очередь, взмахнул огромным золотым крылом и ненадолго сбил всадницу с ног, вызывая у неё волну ярости. Винчесто, не медля, кинулся на Войну, Мамон - следом, а через пару мгновений все, взмахнув крыльями, устремились в самое пекло бойни. Эрагон не прекращал попыток ранить Смерть, но тот уворачивался так ловко, что казалось, у серафима совершенно нет шансов. Смерть восстанавливался намного быстрее остальных, либо же ему совсем не приходилось регенерировать. Винчесто нанёс удар Чуме, но та, схватив его за горло, сжала кулак. Кровь хлынула и полилась струями по шее демона, заставлявшего задыхаться. Ребекка кинулась к Чуме, буквально сдирая ей кожу с запястья и откидывая от Винчесто. Из лица Мамона брызнула кровь, когда Война попытался вырвать ему глаза. Ади влетел в спину Войны, с размахом ударив по всаднику. Весь остров наполнился криками, ручьями крови, брызги которых разлетались на несколько метров. И тяжёлой смертельной аурой. Я нашла Мими взглядом. Она отбивалась так же, как и жила. Кокетливо, грациозно, с яростным огнём в глазах, которого я раньше не видела. Дино раздробил палец Чумы, что, кажется, её только раззадорило. Она усмехнулась, и светящиеся белые глаза вспыхнули ярким свечением. Чума растопырила пальцы и, не медля, вонзила когти тому в грудь. Из Дино моментально хлынула кровь. Я словно в страшном, кошмарном и нереальном сне. Сердце стучит в горле, всё тело дрожит, в глазах темнеет. В попытках сфокусироваться на своей силе я не заметила, что Мими вскрикнула, упав без сознания на землю. — Мими! — я бросилась к ней, расправив крылья. Я моментально оказалась возле неё и упала на колени, хватаясь за её запястья. — Сейчас, подожди, сейчас, я уведу тебя отсюда. — Нет — Она бессильно мотала головой, хмурясь. Даже на смертном одре она выглядела прекрасно, цепляясь за жизнь тонкими, тёплыми пальцами. — Мими! — я беспокойно вскрикнула, пытаясь поднять её и не задеть раненых мест. — Я встану, сейчас встану, пожалуйста — брюнетка перехватила руки и схватила меня за запястья, приподнимаясь грудью, — пожалуйста помоги остальным, я буду в порядке Что-то мне не нравилось ни в её голосе, ни в поведении, ни во внешнем виде. Я недоверчиво смотрела на выжидающую демоницу, сгорающая от желания, чтобы я её отпустила. — О Боже, крыло, Мими — я посмотрела на бордово-фиолетовое крыло подруги. Оно было сломано, вывернуто. — Послушай меня — Мими упорно продолжала сопротивляться, из последних сил приподнимаясь. Она не успела договорить, раздался крик Винчесто и мы обернулись. — Нет! Ребекка! Мими шокировано округлила глаза и замерла. Смерть держал Ребекку за шею, повалив на землю и почти раздробив ей всю трахею. Я ошеломлённо замерла на мгновение. Все продолжали биться, кидаться друг на друга, ломать кости, крылья и вырывать глотки. — Нет! — я завопила и стремительно поднялась, намереваясь накинуться на Смерть. Меня схватили за плечо так резко, что я еле удержала равновесие, чтобы не упасть. Мои глаза вспыхнули яростью, и я обернулась, но не удержавшись от напора руки, лежащей на моём плече мои ноги подкосились, и я упала на колени. — Ты умрёшь, — холодно как и всегда, но с нотой сквозящей злости кинул Голод. Он крепко держал меня за плечо, давя на него с такой силой, что мне казалось, я проваляюсь под землю, — ты неопытна и слаба для того, чтобы остановить его. Кажется его злило моё безрассудство, но сейчас мне было не до этого. — Она моя мать! — я вскрикнула, метнув яростный, разочарованный взгляд. Я посмотрела прямо ему в глаза. — Это неважно, — Голод надавил на плечо ещё сильнее, я застонала, — вы обе умрёте Я посмотрела на Ребекку. Смерть всё так же сжимал её горло и вдавливал в землю. По её щекам не текли слёзы, она не кричала, её взгляд просто оставался пустым. Винчесто отбивался от Чумы, стараясь добраться до Ребекки, но, кажется, это длится вечность. Я снова попыталась вырваться, но на этот раз Голод с таким напором впечатал меня в землю, что моя кость на ноге треснула. Я вскрикнула. Подняла глаза и столкнулась с напряжённым взглядом изумрудных глаз. Злость в его взгляде я вижу впервые. — Нет! — Снова крик Винчесто, заглушенный на фоне остальных криков. Смерть сильнее сжал горло Ребекки, и её глаза посмотрели на меня, закрываясь. Эрагон и Дино старались наносить как можно больше урона Смерти, но он словно совсем не ощущал ударов. Я понимала, что времени слишком мало и каждая секунда на исходе. Закрыв глаза, я зажмурилась и постаралась сконцентрироваться. Я должна как-то помочь, но это слишком сложно - думать, торопиться и фокусироваться одновременно. Я ощутила, как ток протекает по моим венам, покалывая каждый сантиметр. Ощутила, как небо ещё сильнее надавило на голову. Ощутила, как стало тяжело и как резко я начала слабеть, но не так, как прежде. Словно я впускала в себя силу, и она покидала меня со скоростью света. Пропуская через себя потоки тока, я старалась сфокусироваться на маме, на её жизненной силе, просто представляя её и её ауру. Голод продолжал удерживать меня. Он не двигался, нависая надо мной. В какой-то момент всё тело ослабло, и я ощущала лишь покалывание и разряды тока, бьющие по каждой клеточке тела, словно пульс. Мне показалось, словно у меня совсем нет тела. Из-за слабости я его не ощущала. Оторваться от этого процесса сложно. Я не понимала, что сейчас происходит, но мысленно представляя образ матери, каждую секунду повторяла себе: "я могу ещё", "нужно ещё", "этого недостаточно". Я не могла остановиться, и с каждой секундой мне казалось, что моё физическое тело покидает меня. Словно сейчас я просто покину его, выбившись из него лёгкой душой. Мне стало совсем тяжело. Я ощутила, что из глаз идут слёзы, но я уже не понимала, плачу ли я. Густые тяжёлые слёзы катились по щекам, капли падали и ударялись о мои руки. Внешние звуки заглохли. Я жмурилась сильнее, до ярких рябящих точек в глазах. Из носа заструилась кровь. Это стало последней каплей. Я начала захлебываться слезами и кровью. Я открыла глаза, и мне показалось, что я сейчас потеряю сознание. В глазах рябило. Вспышки, обилие красного цвета, пульсации, расфокусированное зрение. В попытках сфокусироваться и не испустить дух, я потянулась ладонями к лицу и начала стирать кровь, льющуюся из носа. Пальцами протерла глаза, обнаружив на подушечках пальцев чёрную кровь. Это могло бы напугать меня, но сил не осталось даже на страх. Я хладнокровно стёрла остатки струящейся жидкости с лица. Я взглянула на мать. Она жива. Я округлила глаза, насколько мне позволяли силы. Она всё ещё лежит на земле, и Смерть всё ещё держит её за горло. Но она смотрит на меня. Её взгляд мутный, но живой. Она прикрывает глаза в благодарном жесте и устремляет уверенный взгляд на Смерть. Я изумленно оглядела её ещё раз и на выдохе улыбнулась. Я готова заплакать от счастья. Я смогла. Я справилась. Во мне не было сил даже чтобы встать, но я ощущала такое воодушевление и отвагу, что по моей щеке скатилась слеза счастья. Я забыла про Голода, всё ещё удерживающего меня. Я подняла голову, взглянув на него. Он хладнокровно и сдержанно улыбнулся, кивнув. В этот момент я ощутила целый спектр эмоций. Я уже совсем не разбирала, что чувствую сейчас. Что ощущаю по отношению к нему, что он чувствует сейчас, что мне делать и что будет дальше. Я вряд ли могла ясно мыслить. Мне казалось, я в бреду. Я опустила голову и прикрыла глаза, стараясь не умереть или, как минимум, сохранить рассудок. — Во всём этом нет смысла. Вы должны коснуться книги Голос раздался примерно в метре от меня. Я подняла голову. Смерть стоял прямо перед нами, нависая. От одного его вида мне становилось так тяжело, что казалось, словно я правда умираю. Его массивная одежда и тело сейчас казались такими огромными, что я невольно сжалась, ощущая себя совсем крошечной. — Коснитесь книги, — Смерть посмотрел на мою мать, которую придерживал Винчесто, затем на меня, — возможно, Матерь жизни сжалится над вами и примет во внимание то, с каким упорством вы боролись — Смерть взял книгу из рук Чумы и подошёл к кругу, выложенному из камней, — возможно, она решит, что вам можно жить. Но ваши жалкие попытки противостоять тщетны. Винчесто стоял так твёрдо, что мать не могла вырваться из его тёплых напряженных объятий. Он не хотел отпускать её ни на шаг. Смерть поднял руку и раскрыл ладонь, развернувшись к Ребекке, призывая её этим жестом подойти и коснуться книги. Мать, заставив одним взглядом Винчесто отпустить её, не медля, двинулась к кругу. Я удивилась. Все стояли и не двигались. Я ожидала, что борьба будет продолжаться, но Ребекка дойдя до ритуального круга просто покорно села на колени. Она подняла голову и взглянула на меня. Смерть сделал то же самое, подняв руку в воздух и буквально приказывая мне встать. Я пару секунд собиралась с мыслями, сглотнула ком и постаралась найти в себе все силы, чтобы встать. Я ощутила пустоту в районе плеча. Голод убрал руку и, выпрямившись, встал за моей спиной. Игнорируя слабость, я поднялась, слегка качнувшись. Найдя опору внутри себя, взглянула на ритуальный круг, в центре которого лежит книга. Решительно направилась вперёд, делая не быстрые шаги. Дойдя до центра, я вступила в круг и опустилась на колени, садясь напротив матери. Она вяло улыбнулась мне уголками губ. Я взглянула на Голода. Он стоял неподвижно, всматриваясь в меня. Он задумчиво оглядывал разрушения и кровавое месиво вокруг, возвращая взгляд ко мне. — Позвольте силе протекать из вас в книгу и обратно. Голос Смерти был самым жутким. Он не мог не внушать страх. Ребекка положила ладонь на книгу, обессилено опуская голову. Я немного помедлила, но всё же повторила за ней, кладя руку на обложку книги. Мои пальцы задрожали, по ним прошлась пульсация и острая боль. Я зажмурилась, ощущая, что от невыносимой боли во всём теле у меня текут слёзы. Я не хотела плакать, у меня не было сил на слёзы, поэтому они лились непроизвольно. Из меня словно выжимали все соки, выкачивали всю кровь со скоростью света. Сердце бешено забилось, дыхание участилось. Прошло несколько секунд, но я уже знала, что не дотяну до конца, сколько бы это не длилось. Даже ещё пяти секунд я не выдержу. Боль резала и выворачивала наизнанку все внутренние органы. Она временно заглушала внешние звуки. Я просто теряла слух и зрение от ослепляющей боли. Тучи сильнее заволокли небо. Молния ударила прямо в центр круга, попадая в книгу. От яркой вспышки света перед закрытыми глазами я обессилено распахнула слипшиеся от слёз ресницы. Моя собственная кровь заполнила мои лёгкие. Я начала захлёбываться. Порыв ветра откинул мои волосы назад. Я попыталась вдохнуть. Книга продолжала высасывать последние силы. Небо рушилось, гремело, яркие всполохи загорались и затухали. Земля дрожала. Камни, выложенные вокруг круга, начали трястись, раскалываясь и отлетая. Я взглянула на мать. Её глаза были закрыты. Возможно, вот-вот она обессилено свалится на землю. Молния вновь ударила в центр книги, ослепляя меня яркой вспышкой. Я последний раз мутным повреждённым зрением взглянула на всех, повернув голову. Сердце замедлилось после такого бешеного темпа. Теперь моё обессиленное тело двигал лишь поток энергии, проходящий сквозь меня. Моё тело стало оболочкой. Все стояли со слезами на глазах и с замиранием дыхания смотрели на нас. Лишь Чума довольно улыбалась. Я увидела силуэт Голода и направила все остатки сил, которых уже не было. и посмотрела в его изумрудные глаза. Я обессилено улыбнулась и последний раз попыталась вдохнуть. Сердце так редко и тяжело билось из раза в раз качая кровь, что невольно ко мне пришло понимание того, что я вот-вот умру. Поэтому смотря на Голода я пыталась рассмотреть его, но сил фокусироваться уже не было. Вдруг сердце остановилось. Я ощутила, что это последние секунды, прежде чем мои глаза закрылись, а тело, словно тряпичная кукла, повалилось на землю.