Чужеземка

Я медленно поднялась. У Смерти были все шансы расправиться со мной за эти мгновения, но он ими отчего-то не воспользовался. На его губах заиграла выжидающая усмешка, возможно, ему было интересно посмотреть на мои действия, полагая, что они будут слишком ничтожными. Его голос прозвучал в каждой клеточке моего тела: — Я питаю любовь к жизни, особенно я люблю забирать её у людей, ценящих то, чем владели. Я как можно равнодушнее испустила короткий смешок. Смерть оступился возле меня и демонстративно поморщился, словно от боли. Но выражение лица быстро сменилось на безумное. Опасность обостряла чувства и стимулировала мозг. Каждый мускул моего тела был напряжён, словно натянутая струна, а в груди стучало сердце, словно адский барабан. Предстоящая битва обещала стать самой значимой в моей жизни, и хоть страх сжимал горло, во мне росло нечто большее - азарт. Мысли, словно вихрь, проносились в головe, планы складывались в комбинации, которые могли стать ключом. Я представляла каждое движение, каждую преграду. В этот момент осознание своей уязвимости только подстёгивало меня. Я понимала, что за пределами страха скрывается возможность стать чем-то большим, чем просто собой. Я быстро схватила меч, лежащий у моих ног. Сам по себе он был бесполезен, но если я дарую ему свою силу, что-то может получиться. Одним резким движением направив меч и замахнувшись, я полоснула острием по его руке. Никакого эффекта, кроме лязга металла по железу это не принесло. Смерти и не стоило ничего делать для того, чтобы медленно убивать меня. Он мог просто находиться рядом, и через несколько секунд жизни во мне не останется. В груди сдавило и я, слегка ссутулившись, потерла солнечное сплетение. Это ощущение было мне не знакомо, но кое что напоминало. Момент, когда мир вокруг кажется слишком громким и перегруженным, когда мысли, словно черные тучи, собираются над головой, создавая атмосферу тревожной неопределенности. Я попыталась сделать вдох, но воздух был тяжелым, поэтому я прерывисто вздохнула, стараясь избавиться от этой атмосферы скорой смерти, которая словно прилипла ко мне, от которой не удается просто так избавиться. Порыв холодного ветра внезапно ударил в лицо, словно невидимая рука. Началась метель - белоснежные вихри закружились вокруг, пряча знакомые лица в пелене снежного покрова. Щеки обжигало от колючих снежинок, врезавшихся в кожу. Холод пронизывал до глубины души, а руки немели от бессильной борьбы с этой температурой воздуха. Из меня утекала жизнь, словно песок сквозь пальцы. Каждая секунда казалась вечностью, а моменты осознания того, что силы покидают мое тело, наполняли душу страхом. Все тело тряслось, слабело, словно выворачивалось наизнанку, оставляя лишь пустоту и глухую боль. Я пыталась сопротивляться, но энергия иссякала. Я медленно умирала, теряя силы и это было страшнее боли - осознание того, что жизнь, которую я знала, уходит, а я остаюсь, чтобы наблюдать за этим. Внутри росло бессилие, обволакивающее каждый сантиметр моего существа. Смерть сделал тяжелый шаг вперед, сокращая расстояние между нами. Это ощущение, когда желудок прилип к позвоночнику, трудно описать словами. Внутри разыгрался жестокий шторм: органы сдавлены, перемешаны в кашу, и просто существование тела приносит дискомфорт. Сердце бьется быстрее, будто пытается освободиться от этого колючего пузыря, а в голове кружатся мысли о том, что же послужило причиной и как её обойти. Поднялась метель. Ветер трепал мои волосы во все стороны, а холод заставлял бесконтрольно дрожать. Небо затянуло серыми облаками, снег застывал на моих губах, покрывая их колючей корочкой льда. Если я сейчас ничего не сделаю - он меня убьет. Это заставляет вложить все силы в то, чтобы сконцентрироваться. Перекидывая меч в другую руку я чувствую, как моя энергия накапливается в воздухе, словно перед бурей. Меч описывает дугу, обтекая Смерть. Я концентрируюсь на каждом вдохе, осознавая, что каждое движение обретает четкость и точность. Я выдыхаю, доверяя телу и инстинктам, которые за годы тренировок стали моими верными спутниками. Вокруг меня мир замедляет свой ход, и кажется, что каждое мгновение - это возможность для нового движения, новой стратегии. "Мастерство не только в технике, но и в способности предугадывать движения противника", - как когда-то говорил Эрагон. Вмиг земля затряслась, покрываясь трещинами, словно хотела исторгнуть из себя нас всех, но так же быстро успокоилась. Странное чувство тревоги охватило сердца каждого, когда под ногами зашумело, и земля начала показывать свою мощь. Казалось, что сама природа бунтует против нашего существования. Но так же внезапно, как началось это землетрясение, всё стихло. За спиной Смерти на поле боя я заметила Ади, он подлетел слишком близко. Чья то атака откинула его на несколько метров, приблизив слишком близко к нам. Смерть вынул свой меч и прорезав им воздух, взглянул на Ади. Демон опустился на колени. Чёрный дым, струящийся из его тела, напоминал о том, что он на грани исчезновения. Каждая клетка, каждый мускул казались истончёнными, как будто что-то съедало его изнутри. Взгляд его потемнел, в нём читалась нестерпимая боль утраты и усталости. Казалось, его кости, истерзанные аурой меча Смерти, готовы были рассыпаться в пепел, растворяясь в бескрайних просторах забвения. От охватившего меня страха за жизнь Ади, меч выскользнул из влажной ладони, и лишь в последний момент я успела его подхватить в сантиметре от земли. Едва я начинала думать о том, что Ади сейчас погибнет, что я, вероятно, даже не смогу его спасти, мне становилось плохо. Сердце сжималось от страха, и в ушах раздавался гул, словно вся вселенная пыталась напомнить мне о том, как бывает плохо, когда ты не уверена в своих силах. Картинки о том, как он страдает, всплывали в голове и когда я открыла глаза, не могла избавиться от ощущения безысходности, ведь эта картинка происходила в реальности. Я знала, что должна оставаться собранной, но тревога и паника бурлили внутри, как волны в океане во время шторма. Если попытаюсь оттащить его и спасти - Смерть разом убьет обоих. Я увидела, как Ади смотрит на меня своими большими, доверчивыми глазами, догадываясь, о чем я думаю и мотает головой, чтобы я не наделала глупостей, и это было одновременно и радостью, и печалью. Мне нужно было отвести Смерть в сторону, подальше от Ади и остальных. Аура его меча в прямом смысле стирает в пепел всё, что оказывается рядом. Темное свечение, исходящее от лезвия, как будто притягивало тьму, поглощая даже воздух. Нужно было отвлечь его, чтобы дать Ади и остальным время уйти. Смерть был непредсказуем и на меня лилась холодная волна решимости, ведь я должна была сразиться с его липким, затхлым, убийственным присутствием. Смерть просто махнул мечом в воздухе, в метре от моего лица, и в этот миг всё вокруг словно взорвалось. Звук от взмаха острия напоминал свист ветра, но был намного более зловещим. Воздух, пронзённый его движением, будто резал мозг, оставляя за собой холодное ощущение. Глаза защипало, словно кто-то облил их кислым раствором, и я невольно зажмурилась, пытаясь избавиться от этого жгучего недомогания. Голова гудела так, будто в ней зазвучал хор мелодий, каждая из которых несла в себе крик гибели. Острая боль в переносице заставляла щуриться, как будто мир вокруг стал слишком ярким, слишком реальным. Я упала на колени, не в силах открыть глаза и убрать это жжение. Опираясь на тактильные ощущения, я протянула руку, ощупав холодную рукоять собственного меча и сжала его в ладони. Кровь заливала глаза. Второй рукой, тыльной стороной ладони я стерла кровь с глаз, открыв себе обзор, залитый красным. Я взглянула вниз и на мгновение замерла. На снегу начали появляться бордовые капли. Этот яркий цвет контрастировал с чистотой снега. Я смахнула кровавые слезы с собственных глаз, осознавая, что внутри меня разгорелся шторм, который невозможно затушить. Так он и выглядел: мир, который искривился и погрузился в хаос. Слёзы, смешанные с кровью, щипали щеки, но даже это не могло отвлечь меня от ярких пятен, расплывающихся в сознании. Каждый боец, каждый силуэт вокруг казались призраками, отголосками того, что было когда-то. Я могла услышать гулкие шаги Смерти, приближающегося ко мне. Сердце колотилось в сотню раз быстрее, контрастируя с шагами, которые приближались, но в этот момент я чувствовала себя почти освобождённой - как будто вся тяжесть мирских забот ушла в тень. Я выжила, и теперь, когда я снова могла видеть, я взглянула на Смерть. Ади и какой-то парень, попытавшийся оттащить его, замешкались всего на мгновение, но этого хватило, чтобы у меня появилась возможность вытащить их из столкновения. Ади выглядел растерянным, его глаза искали поддержку, а парень явно был настроен агрессивно, придерживая его за плечо. Я вскинула руку, сконцентрировав всю энергию и направила её на Смерть. В следующую секунду прозрачный барьер встал между нами и остальными, ограждая его от всех. Этот момент казался вечностью, когда время остановилось и всё вокруг потемнело. Я чувствовала, как поток силы бурлит в моих венах, наполняя каждую клетку моего тела, но в то же время я боролась с тем, чтобы прямо сейчас не упасть замертво. Смерть, обычно всепроникающий и неумолимый, теперь словно оказался заключенным за стеклом, будто сама идея гибели была отдалена от остальных. Я не знала, сколько продлится это противостояние и насколько долго я смогу держать нас за этим барьером от остальных. Свет, исходящий от барьера, лениво переливался, как ветер на поверхности воды, отталкивая тьму, которую Смерть приносил с собой. Я сосредоточилась, крепче сжимая ладонь в кулак, как будто это могло усилить мою решимость и мощь. Взгляд мой встретился с пустыми глазами Смерти и в тот миг я поняла, что он слегка удивлен. Крики заблудших душ, которые он собирал на своём пути, звенели в моих ушах, но я не могла позволить им сломать меня. Теперь вся его сила и аура были направлены лишь на меня. Я поднялась с колен. Ледяное небо нависало над головой, а вокруг царил полный хаос из которого только и слышались звуки битвы. Обзор застилал красный цвет, переливаясь и покрывая зрение пятнами крови. Я сделала выпад вперед, попробовав проткнуть его живот мечом, но лезвие лишь с треском отскочило от его железной брони. В тот момент, когда я ожидала увидеть ярость и страдание на его лице, я услышала лишь тот же самый звук, напоминающий удар по металлу. Моя атака была стремительной, но безрезультатной. Я почувствовала, как сердце забилось быстрее: меч в моих руках стал не более чем бесполезным оружием против него. Каждое движение казалось тщетным. Без промедлений я сконцентрировала всю энергию в рукояти меча, чувствуя, как тепло разливается по лезвию, превращая его в живое оружие. Внутри меня бушевали эмоции: страх, решимость и неукротимая жажда победы, незнание, сработает ли это. Мгновение замедлилось, когда я резко замахнулась, а затем произвела выпад. Меч, раскалённый добела, с лёгкостью проткнул плечо Смерти, оставляя за собой черный след на его железной одежде, словно вонзая искру в вечную тьму. В этот момент я почувствовала, как вокруг нас замерло время - тишина нарушалась лишь звоном моего меча, входящего в холодное тело противника. Смерть, вдруг остановившись, посмотрел на меня с недоумением. Его уверенность в собственной неуязвимости дала трещину. Он не ожидал, что кто-либо сумеет его хотя бы ранить. — Мне не суждено было встретить сопротивление от слабой души. Я ощутила, как в моё сердце вновь возвращается сила. В то же мгновение прозрачный барьер, ограждающий нас, разрушился, соединяя нас с полем битвы. События развернулись так стремительно, что время словно замерло: шум, запах и крики вновь смешались в один вихрь хаоса. Металлический запах ударил в нос. Смерть отвлекся на мгновение и это стало для меня шансом. Сосредоточив все свои силы, я почувствовала, как внутри меня собирается энергия, готовая вырваться наружу. В воздухе ощущался электрический заряд, который, казалось, вспыхнул, как молния в темном небе. Я выпустила разряд тока, окрасившегося в красный цвет, и увидела, как мощные потоки энергии вырвались на свободу, обжигая все на своем пути. Это сладкое и одновременно тревожное чувство заставляло замирать моё сердце. Теперь каждый выбор, каждое движение имело значение. Я замахнулась еще раз, на этот раз собирая силу в другой руке, одновременно нанося удар мечом и через мгновение выпуская из второй руки заряд мощной энергии. Вокруг меня воздух зашипел. Меч, сверкнув в лучах разгоревшегося на секунду солнца, оставил за собой ослепляющую дугу, а энергия, собранная в правой ладони вырвалась наружу. Смерть зловеще усмехнулся и сделав шаг вперед, поднял свой меч, собираясь перерезать мне горло его кончиком. Его глаза светились холодным блеском, полным предвкушения, он явно наслаждался самим процессом. В этот момент адреналин хлестнул по венам, и я поняла, что времени на раздумья нет. Я прогнулась и в то же время отпрыгнула в сторону, чувствуя, как остриё меча провело легкую линию воздуха рядом с моим лицом. В душе раздался крик страха, но тело сработало без колебаний, инстинкты сражались за жизнь. Из моих пальцев потекли черные струи энергии, словно дымка, окутывая Смерть. Я чувствовала, как сила пронизывает моё тело, накапливаясь в каждом миллиметре кожи и, наконец, выплескивается наружу. Черное зарево сгустилось в узоры, обвиваясь вокруг его фигуры, все более чётко становясь её частью. Смерть внезапно опустил взгляд, наблюдая за тем, как дымка окутывает его плечи. Каждая струя энергии пульсировала, как сердце. Я знала, что это как метание зубочисток в стену, но мне нужно было время. Неожиданно для самой себя я заметила, как из моих ладоней резко вырвалась красная дымка, а кончики пальцев покрылись алым цветом. Я почувствовала, как в воздухе зафиксировалась напряженность, словно мгновение стало вечностью. Смерть оцепенел, он замер и уставился на меня, в его глазах застыло удивление. Красная дымка закружилась вокруг меня, окутывая не только тело, но и мысли, наполняя их странной энергией. Она напоминала огонь, поглощающий кислород, шепча о мощи и власти, которые теперь были в моих руках. Я не понимала, в чем причина его удивления и как такая эмоция у Смерти вообще возможна, но и задумываться об этом времени не было. В тот момент все мое внимание было сосредоточено на том, чтобы окутать его полностью. Я ощущала, как странные, но знакомые чувства переполняют меня, наполняя воздух вокруг мной. Удивление Смерти продлилось недолго, и в следующее мгновение я отскочила, уворачиваясь от его меча, вновь и вновь ощущая, как холодный металл пронёсся мимо. В этот миг страх переплёлся с адреналином, заставляя сердце биться быстрее. Я успела отклониться в сторону и меч лишь слегка задел мою одежду, оставив за собой рваную полосу ткани. Мой взгляд метнулся к противнику. Я знала, что необходимо действовать быстро, чтобы не дать ему шанса на следующий удар. Вырвавшись из его досягаемости, я почувствовала, как мощный поток энергии наполнил меня. Я отдавалась назад, избегая удара его меча и резко сдвинулась вбок, уходя от острия. Но Смерть схватил меня за запястье, и это, полагаю, означало отдать концы прямо сейчас. Хрустнула кость, кажется, моя собственная. Не отпуская запястье, Смерть нагнулся, склоняясь ближе ко мне. Ноготь, острый и блестящий, невзначай рассек сломанную руку, оставляя на моей коже тонкую, красную линию. Я подавила скулеж, ощущая биение сердца в горле. В мгновение в его глазах загорелась ярость и мне стало ясно, что сейчас он меня убьет. Он настроен решительно, полагаю, ему наскучило смотреть на мои попытки. Страх, казалось, сдавил мою грудь, и я застыла, как если бы весь мир замер в ожидании. Я резко махнула крыльями, успев отбросить себя назад, надеясь вырваться из его хватки, но Смерть был быстрее. Мгновение - и его холодные пальцы еще крепче захватили мою руку, дробя кость. Он вывернул мне руку, откидывая в сторону, и я почувствовала, как земля скользит из-под ног. Перед глазами смазано проносилось поле битвы, небо, поле, небо, а затем я с глухим стуком ударилась о ледяную землю, обжигая ладони. В ушах раздавался оглушающий шум, крики, звуки сражения, гул мечей и тяжелых доспехов. Вокруг метались фигуры, словно тени, их лица и эмоции были неразличимы в пелене метели. Одним рывком я попыталась встать, но ноги не слушались. Прислоняясь к холодной земле, я старалась собраться с мыслями. Я ощутила, как собственная кровь хлынула в глотку. Все громче звучали крики и стоны и я знала, что нужно действовать, нужно выжить. Смерть схватил меня за ногу, резким рывком поднимая и намереваясь расшибить о землю. В эту тревожную секунду, когда его холодные пальцы обвились вокруг моей конечности меткой хваткой, мне стало ясно, что у меня нет права на слабость. Я быстро среагировала, собрала всю свою внутреннюю энергию и выпустила поток обжигающего горячего тока, направляя его на Смерть, и почувствовала, как он на мгновение растерялся. Я воспользовалась этой секундой и тяжело взмахнув крыльями, вырвала свою ногу из его захвата. Порыв ветра откинул меня назад и я вновь упала на ледяную землю. Теперь уже я видела, что моё тело лежит в слишком неестественной позе после падения. Я не была уверена, сколько костей у меня переломано. Я направила руку на землю, и в тот же миг из моих пальцев вырвалась электричество, словно молния, разрывающая пространство. Ледяная земля под этим воздействием начала покрываться трещинами на несколько метров вперед. Они расходились, подобно паутине, попутно искрясь от электрической энергии. Я чувствовала, как эта энергия резонирует с самим миром. Каждый треск льда вызывал возбуждение, подтверждая, что я способна на большее, чем когда-либо могла себе представить. Его меч, выкованный из самой тьмы, звякнул, с глухим звуком столкнулся с ледяной коркой земли, оставив на ней глубокий след. Гладкая поверхность треснула ещё сильнее под натиском острия, и меч с глухим звоном провалился в образовавшуюся трещину. Он застрял там наполовину и я уже не знала, хорошо ли это. Аура прошлась по земле, теперь вся энергия меча расходилась под землей, вибрируя и растекаясь в разные стороны. На удивление, вопреки моим ожиданиям, Смерть даже не попытался достать его из трещины, словно не хотел тратить на это время. Вместо этого он угрожающе двинулся в мою сторону и от этого я почувствовала, как по спине пробежали холодные мурашки. Взгляд его был полон безразличия и в то же время невыносимой тяжести, которая давила в груди. Теперь находиться рядом с разломом было опасно, он высасывал жизнь, поэтому я взмахнула крыльями пару раз и отлетела на метр. Это не сильно помогло, аура всё еще тяжело сдавливала виски. Я вскинула обе руки в воздух и земля продолжила покрываться глубокими трещинами, трескаясь под тяжелыми ботинками Смерти. Пальцы вновь налились алым цветом, и пусть мне до этого не было дела, Смерти явно было. Его горящие глаза сменились на еще более яростные и в то же время задумчивые, словно внутренний шторм, бушующий в его сознании, нашел свою точку опоры. Он не отрывал взгляда от моих пальцев, которые источали клубы дымки, заполняющей всё вокруг. Словно его глаза искали утешения в знакомом жесте. В его глазах читалось что-то знакомое, но в то же время зловещее: он искал ответ, который я не могла ему дать. Он оказался слишком близко, моя нога предательски оступилась и застряла в трещине, отняв у меня мгновение. Одно лишь мгновение, которое позволило Смерти приблизиться вплотную. Он сжал моё горло, поднимая в воздух, и в этот миг все вокруг словно остановилось. Сердце бешено билось. Я схватилась поверх его огромной руки, пытаясь вырваться из этой ловушки. Каждый вдох, казалось, не доходил до легких, оставляя липкий холод внутри, покрывающий сознание. — Откуда в тебе её сила? — Ярость и ненависть переплетались в каждом движении его лица. Я почувствовала, как его холодный взгляд прожигал меня до самых глубин души. Он стремился раздавить моё горло в это же мгновение, оставляя лишь безмолвие. Его глаза сверкали безумием, как черные бездны, куда даже свет не осмеливался заглянуть. От него гнилью и смертью, которая, обвивала и меня, заставляя задыхаться. — Её? — Моё горло было сдавлено настолько, что я начала слышать хруст, из меня вырвалось всхлипывание, похожее на хрип. Перед глазами начали плыть цветные пятна. Я сконцентрировалась на своей ладони, сжатой на запястье Смерти и выждав секунду, прошибла его горячим электрическим зарядом. Он не отпустил моё горло, но я смогла пнуть ногой его тело и разрезав крыльями воздух, расцепить его хватку, оттолкнуться, с глухим стуком впечатываясь в землю. Вскинула руку и оградила себя, создавая прозрачный барьер. Чтобы держать его нужно много сил, но попытки противостоять Смерти сейчас отняли бы намного больше, если не жизнь. Смерть усмехнулся и даже не пытаясь пробить защиту или прорваться сквозь барьер, развернулся. Я осознала, что это было необдуманно только тогда, когда он схватил за крыло одного из демонов и со всей мощи впечатал в землю. Я взглянула на череп демона, который сейчас был расколот в луже собственной крови и болезненно закрыла глаза. Смерть внезапно ринулся в атаку, словно буря, обрушившаяся на непокорные берега. Оторвав крыло одному из демонов, он с особой жестокостью наблюдал, как тот, рухнул в бездну отчаяния перед тем, как умер. Не останавливаясь на достигнутом, он размахнулся и с сокрушительным ударом расшиб голову следующего ангела, оставив от него лишь бездыханное тело, которое глухо стукнулось о землю. Особо смелый демон, решивший броситься в атаку, не успел сойтись с ним взглядами. Секунда, и его голова была раздавлена, как скорлупа, под властью рук, полных силы и ярости. Я направила ладонь на Смерть и взорвала пространство, земля треснула и камни полетели вверх, словно от взрыва, как в старых фильмах о катаклизмах. В моей голове наступила полная, оглушающая, звенящая тишина, лишь отголоски удара эхом разносились по округе. Я, находясь в центре этого хаоса, почувствовала, как земля дрожит под моими ногами, а воздух наполнился клубами пыли и мелких камней. Сердце колотилось в груди, адреналин метался по венам и я начала терять сознание - мир вокруг меня становился нечетким. Шум, который только что наполнял уши, постепенно изменился в приглушенный голос внутри. В кромешной черноте, что окутывала сознание, мелькали образы: глаза Голода, смех друзей, улыбка отца. Ощущение невыносимой тяжести, сковывающей тело, давило на меня с непривычной силой, и в этот момент я осознала: я проваливаюсь в темноту.

┈┈───╼⊳⊰ 𖤍 ⊱⊲╾───┈┈

Оглушающий звон в ушах заставил меня открыть глаза. Перед глазами все размывалось, силуэты рассеивались, как дым, а повсюду кружились огненные шары энергии, оставляя за собой следы света. Я осознала, что все еще нахожусь на поле боя и в груди заколотилась тревога. Я приподнялась на локтях, ощущая, как земля дрожит под моими руками, словно живое существо, испытавшее свои последние мгновения борьбы. Сражались не только тела, но и души, и каждый взмах меча звучал как вызов к жизни. К горлу подступала тошнота, ладони жгло от холода, как и всё остальное тело. Мне казалось, я вот-вот потеряю сознание вновь. Вокруг меня царил хаос: звуки битвы, крики и шум ударов словно воссоздавали симфонию страха. Но, чуть приоткрыв глаза, я заметила черный силуэт, выделяющийся на фоне ярости. В метре от меня, среди всего этого безумия, стоял Голод. Я моргнула, напрягая зрение и он быстро оказался в нескольких сантиметрах от меня. Я, еще раз собравшись, сфокусировала зрение на нём, пытаясь разобрать его черты. В воздухе застыла напряженная пауза, словно время вдруг замедлило свой бег. Сердце стучало в унисон с растущим волнением, а мир вокруг словно растворился в этом мгновении: звуки, запахи и ощущения перестали существовать, остались только его глаза. Я ощутила, как ледяные руки касаются моих щек. Руки, еще более холодные, чем температура воздуха. Его взгляд был глубоким и проницательным, в нём читались эмоции, которые трудно было передать словами. В глубине взгляда холодного и отрешенного, сквозит видимое беспокойство. Из его изумрудных глаз, обрамленных черными ресницами, потекла темная кровь, растекаясь по бледным щекам. Каждая капля оставляла за собой след, рисуя на лице мокрые дорожки. С каждой секундой кровь всё сильнее растекалась, капая на снег. Он забрал мою боль, глаза больше не кровоточили, это я поняла в тот момент, когда, стекая густыми каплями с подбородка, она почти остановилась. Его вовлеченные глаза напряженно смотрели на мои ссадины, а холодные и бережные прикосновения щекотали кожу. Руки аккуратно касались больных мест, как будто стремясь уловить не только физическую боль, но и внутреннюю. Ладони Голода переместились на моё запястье. Длинные пальцы сжали руку, вызвав у меня недоумение. Но сразу после я услышала хруст собственной кости, вправляющейся обратно. Затем хрустнуло моё бедро, на которое легла холодная рука. Ледяные порывы ветра раскидали его волосы в разные стороны, обрамляя лицо. На его щеках и подбородке остались высохшие дорожки от темных слез, но снег потихоньку размывал их, казалось, пытаясь смыть все пережитые муки. Вокруг было слишком шумно, но теперь, с приходом Голода всё становилось неважным, казалось, царила тишина. Голод приподнял меня, прижимая к себе. Сейчас он был в два раза холоднее и бледнее, чем обычно, но холод перестал жечь тело. Теперь мне казалось, что я согреваюсь, но знала, что это далеко не так. Отрезвляющий запах ментола наполнил мои легкие. От неожиданности я вздрогнула, мгновенно вернувшись к реальности. — Где ты был? — тихо спрашиваю, вглядываясь в его бледное лицо. Изумрудные глаза Голода сверкают, как драгоценные камни на фоне безмолвного белого покрова. Чёрные волосы, как тень, обрамляют его бледное лицо, контрастируя с чистотой снега. Всадник аккуратно придерживает меня за талию и помогает подняться. Его руки всё еще придерживали меня, но я уже могла уверенно стоять на ногах. Вся боль ушла. Я выпрямилась, ощутив хруст снега и холодную землю под ногами. Пальцы аккуратно цеплялись за воротник его водолазки. Наши взгляды встретились, и в этом молчании было больше слов, чем можно было бы сказать. Мой взгляд на секунду скользнул по его телу, возвращаясь к лицу, но очень быстро опустился обратно. Под его ногами была кровь, темная, бордово-черная, как густое вино, разливающееся по полу. Кажется, именно этот момент ярко запечатлелся в моей памяти. На его животе была рана, кровь сочилась сквозь черную водолазку. Сердце пропустило удар. Мои глаза широко распахнулись и вернулись к его лицу. — Нет... — впиваясь испуганными глазами в его, я прошептала дрожащими губами. Мои пальцы легли на его щеки, заставляя взглянуть на меня. Этот миг замер в воздухе. Я боялась трогать его, боялась, что сделаю больнее и не знала, за что ухватиться. Словно каждое моё неверное движение могло обернуться катастрофой. Мой взгляд был полон вопросов и я понимала, что на это нет времени. Слова застревали в горле, а сердце теперь забилось в сумасшедшем ритме. Голод выглядел совершенно спокойным, словно дыра была не у него в животе. — Всё хорошо. — Он вяло улыбнулся, коснувшись пальцами моего подбородка и заставил взглянуть ему в глаза. На мой испуганный взгляд он усмехается, что делает черты его безжизненного лица немного мягче. Голод протянул руку и коснулся тыльной стороной ладони моей щеки. Я отпрянула, испуганно вглядываясь в его рану, но его успокаивающий взгляд и легкий кивок быстро заставили меня сделать шаг к нему. Я быстро протянула дрожащую руку к его ране, второй ухватилась за торс, прижимая со всей силы, в попытке остановить кровь. Она текла сквозь ткань водолазки, но он словно не замечал этого, не чувствовал боли и смотрел только в мои глаза. — Посмотри на меня. — его невозмутимость, как и всегда, была запечатлена на лице. Холодный блеск зеленых глаз делал его выражение ещё более неживым. Сквозь пелену накатившихся слёз заглядываю ему в глаза. — Голод… — мне хотелось разрыдаться, кровь не останавливалась, она продолжала течь сквозь мои пальцы, заливая снег под нашими ногами. — Тише. — его грудь вздымается от тяжелого дыхания, а голос успокаивающе обволакивает пространство. — Позволь мне помочь тебе. — теперь уже кристально чистые слезы потекли по моим щекам. — Почему? — Голод резко сомкнул губы, и правда не понимая причину. Он оставался абсолютно безучастным к своей боли. — Ты ранен, тебе больно... — голос предательски задрожал, ком встал в горле, а по щекам заструилась новая волна слез. Его лицо осунулось, но быстро приобрело нотки нежности и удивления. Он не понимал, почему я плачу и с такой силой давлю на его рану, не понимал, почему меня так трясет. — Я буду в порядке. Родной запах ментола наполнил мои лёгкие, снова позволяя забыться лишь на мгновение. — Почему она не заживает? — Я могу забирать боль, но не у себя. — черты его лица исказились в непонятной отрешенной эмоции, а затем изумрудные глаза вонзились в меня. Он молча смотрел в мои глаза, словно размышляя о чем-то важном. И вот, немного погодя, словно наконец поняв причину моего ужаса, с нотками высокомерия в интонации, произнес: — Это меня не убьет. Голод со сквозящим в усталых глазах любопытством смотрел на меня, а затем медленно добавил, как будто только сейчас успел разгадать мои мысли: — Ты меня не потеряешь. — слабая улыбка коснулась его губ, пока взгляд блуждал по моему лицу. — Почему ты так уверен? — я с ужасом смотрела на кровь, сочащуюся сквозь собственные пальцы и на насквозь пропитанную металлическим запахом водолазку. — Я тебе обещал. — он как-то безмятежно, но в то же время обессиленно улыбнулся, касаясь ледяной ладонью моего затылка и зарываясь пальцами в волосы. Его пальцы нежно поглаживали мои волосы и в этот момент весь мир перестал иметь значение. Я уткнулась лбом в его грудь, ощущая спокойствие, исходящее от него. Но в то же время я не могла избавиться от навязчивого чувства страха. С каждой секундой, проведенной в его объятиях, я все больше боялась его потерять. Мысли о его ране пробирали меня дрожью, а запах крови пропитал всю одежду. Я по прежнему держала руку на его ране, пытаясь остановить кровь. Меня затрясло сильнее, и Голод слегка надавил на затылок, заставляя меня вжаться в него. Я прижалась, ощущая, как стучат мои зубы. Сердце колотилось в груди и в ушах стоял гул, словно перед бурей. Это были не холодные порывы метели, что проникали сквозь одежду, а что-то гораздо более мрачное и необъяснимое. Каждая капля, стекающая с моих пальцев вызывала в душе панику. Я чувствовала, как моё тело напряглось, а взгляд блуждал в поисках угрозы. Я должна была что-то сделать, увести его отсюда, посадить, залечить рану, но сейчас просто позволяла ему обнимать меня. — Позволь мне помочь. — не в силах успокоиться продолжила я, — нужно что-то сделать. — Это меня не убьет. — повторил так, словно речь шла совсем не о нём. — Тебе больно, я не могу на это смотреть. — внутренности жгло и крутило, мне казалось, что внутри все умирает и жизнь утекает вместе со страхом потерять его. С каждой секундой металлический запах ударял в нос всё сильнее и от безысходности мне хотелось разрыдаться. Сколько я так простояла, я не знала, но когда отняла ладони от мокрой раны и взглянула на него, я встретила всё тот же взгляд Голода. Он выглядел более чем живым, настолько, насколько это вообще было возможно в данной ситуации. — Мне не больно. — Голод зарылся носом в мои волосы и я почувствовала его шумный выдох, всколыхнувший прядь волос на моей макушке. — Давай отведем тебя в безопасное место? — по моей щеке покатилась слеза, — Голод, прошу, — я стиснула челюсть. — Нет. Голод мягко перехватил мои окровавленные пальцы и поцеловал мне руку. — Не заставляй меня тебя умолять. — я сглотнула, желая прогнать горечь в горле и затравленно попросила, — пожалуйста. Но Голод уже не слушал меня, не смотрел на свою рану, вообще не обращал внимания ни на что. Я проследила за его взглядом и обнаружила, что он был направлен на меч Смерти. — Ты знаешь, что в тебе за сила? — заинтересованно и довольно спросил всадник, возвращая взгляд ко мне. — Во мне их несколько. — Ты сосуд для абсолютно разных, противоположных, особенных сил. — Он едко усмехнулся, возвращая свой взгляд к мечу брата, — а я поглощаю силу. — Что это значит? — Идём. — Голод дал мне руку и я быстро схватилась за нее. Мы за пару секунд преодолели расстояние до меча, пробиваясь сквозь хаос, бездыханные тела и смертельные атаки. Голод взялся за рукоять меча Смерти и одним легким движением вытащил его из разлома. Поднялся еще более сильный ветер, который словно стремился снести всё на своем пути. Земля дрогнула под натиском стихии и треснула вокруг Голода, стоящего в центре. От меча начала исходить совсем другая аура. Она зловеще бурлила, как магма в недрах вулкана, предвещая надвигающуюся катастрофу. Колючий вновь поднявшийся ветер, как упрямый вестник перемен, шептал что-то неясное и лишь Голод знал, что всё это значит. — Что ты делаешь? — Я не понимала, почему он так долго держит меч, так смотря на него. — Не даю его ауре воздействовать на тебя. — каждая черта лица казалась наделённой строгой решимостью. — Ты поглощаешь силы меча? Голод кивнул, а убедившись, что меч безвреден для меня, он передал его мне, вкладывая в руки и слегка придерживая, чтобы я не свалилась вместе с этим мечом на землю в первую же секунду. От разлома в котором только что покоился меч исходил странный жар, словно земля была не во льду, а в огне. — Он весит тонну, не меньше. — хмурясь и удерживая громадный меч произношу я. Голод усмехается, по прежнему не позволяя мне одной держать эту тяжесть, — но зачем ты дал его мне? — В мире есть вещи, явления, которые отличаются от обычного уклада. — Что всё это значит? Он усмехнулся, словно я спросила какую то глупость. Но это была мягкая усмешка, нежная, та, которой он уже полюбил меня одаривать. — Ты могла бы скрыться от этого, прикрыться незнанием и не заходить глубже. Но на самом деле тебе хотелось знать больше, хотелось истинных знаний, тех, что не для всех. — Это так. — я кивнула, понимая, что Голод знает что-то куда лучше, чем я. Понимая, что он знает меня куда лучше, чем я. Голод улыбнулся и задумчиво провел пальцами по рукояти меча, заинтересованно глядя на меня.