Психология с психоаналитиками. И абсурдными ТВшниками

Идея, запертая во всеобъемлющем разуме, пытается найти свою суть в отсутствии наблюдателей…

Звучит величаво. Ослепительный кабинет. Снова то, с чего всё начиналось. Психолог заканчивал свою лекцию Лиле, а после того, как она покинула кабинет, завертелся в кресле, не зная, куда себя деть. «Время обеда. А я совсем не знаю, куда себя деть, — пронеслось в его голове. — Аппетита после такого нет совсем. Не пойду». Психолог взял ручку с треснувшим колпачком и посмотрел на неё сквозь солнечные лучи. «Жизнь как ручка — постепенно трескается». Он посмотрел на график на компьютере. «Слава богу, хоть сегодня уйду домой пораньше». В комнату без стука ворвался Босс, быстро подбегая к столу. — Ты делаешь особый акцент на Лилей? — Делаю. И мне это совсем не нравится. — Холодно протараторив и положив ручку на стол, психолог встал из-за стола и пошёл к выходу. — Нам без этого никуда, Валентин, никуда. — Босс тоже последовал к выходу. Прошёл весь день. Вечерело. Розовый закат окутал всё небо. Психолог проходил мимо людей, улыбаясь. Шёл он совершенно без цели, мило улыбаясь здоровающимся с ним людям, но улыбка эта была вежливой, неискренней. Его мысли были полностью забиты серым шумом. Выйдя на лестницу, он поднялся на крышу и вдохнул свежего летнего воздуха. — Долго ли ты тут сидишь, вычурная мадам? — не глядя на свой объект, говорил он, наслаждаясь видом розовых небес. Аудит сидела, оперевшись на руки и свесив ноги с крыши, и смотрела на закат. — Долго. Очень. — Чего-то ждёшь? — Тебя. — Вы мне льстите. Что-то случилось, Аудит? — Нет. Просто посмотри вокруг. На эти окна, на эти большие монотонные небоскрёбы… Тысячи людей, занятых в них. И какова цель? Спасай… — Сохраняй, защищай. — Можешь ли ты меня защитить, Валентин? — Я постараюсь сделать всё возможное. — А я тебя не смогу. — Аудит нежно улыбнулась. — Не думаю, что ты должна меня защищать. — И ты прав. — Она вновь взглянула на здания. — Система, которая никого не щадит… никого не поощряет. — Откуда тебе знать? — Я сама в ней работала… пока всё не изменилось. Мир изменился, я изменилась. — Она сделала паузу. — Ты изменился. Это ведь ты заговариваешь ей зубы? — Кому «ей»? — Смитт. — Приходится. Вы с ней похожи. — Я ненавижу враньё. И я знаю, что мы с ней похожи. — Никто его не любит. И я в том числе. — Но «приходится». А если... ты мне всё это время врал? — Будто на то есть причины. — А где доказательства? — Доказательства отсутствия не существует. Бремя доказательства лежит на утверждающем. — Я всё поняла… Извини… но… это тоже придётся сделать. — Что «это»? Аудит растворилась в воздухе. Психолог постоял ещё пару минут и пошёл домой. Стоя в магазине у кассы и вновь погрузившись в своё отчаяние о работе, он принял радикальное решение уволиться. «К чёрту… Не могу больше нести на себе это… Система, система… Абсурд!» Он вышел из магазина и побрёл по тёмным пустым улицам, жуя булочку с кунжутом. Он думал о новом месте работы, о том, что его память сотрут, о том, что он навсегда забудет Аудит… Фонарные столбы проносились мимо. Рядом прошла девушка на каблуках, не удостоив его взглядом. Он сделал ещё несколько шагов. И тут — скрип, треск, стремительная тень, накрывающая свет. Удар. Не успев даже понять, откуда, психолог Валентин был прижат к земле невыносимой тяжестью. Воздух вырвало из лёгких. В глазах потемнело. Последнее, что он услышал перед тем, как сознание погасло, — её голос, звучащий уже не с крыши, а откуда-то сверху, из эфира, будто объявление по громкой связи его личного апокалипсиса: — А теперь к главному! — жестикулировала невидимая Аудит, вещая прямо в его угасающее сознание. — Наше шоу в этом сезоне намечает нового абсурдного героя! Вернее — антагониста! Как всегда, взрывы, манипуляции, падения… Боль становилась всеобъемлющей, мир сужался до точки. — …и абсурд! И тьма.