Босс O-17

Тяжёлое женское дыхание наполняло пустоту. Стук каблуков чётко отскакивал в абсолютной тишине — в той тишине, что не давала отдохнуть даже от собственного сердцебиения. Человек метался туда-сюда, открывая двери почти наугад. В очередной раз распахнув новую… Аудит: — Ахх! Пожалуйста, только не эту сцену! Если бы вам довелось оказаться в этом огромном кабинете, вас бы повергли его монотонные, уходящие ввысь стены из тёмного дуба. Всё пространство растекалось круглой формой, укрытой ярко-бордовым ковром. По центру стоял массивный тёмный стол с компьютером, бумагами, ручками. За ним сидел мужчина лет тридцати — глава отдела. На рабочем столе красовалась рамка с женой и двумя детьми. Мужчина выглядел подавленным, уставившись в монитор. Сзади послышался щелчок. Он обернулся, не увидел ничего особенного и снова опустил взгляд на экран. — А-А-А-А, ТВОЮ МАТЬ! Аудит сияла своей цифровой головой, вылезая прямо из монитора. Она казалась чересчур весёлой даже для себя, но её появление всё же говорило о сегодняшнем дне что-то важное. — Ну привееееетииик!! Милыйй! — пропела она чуть похотливым голосом, прежде чем исчезнуть и появиться сзади. В руках у неё был бокал красного вина, который вместе с её нетвёрдой походкой булькал и плескался. Она сделала ещё глоток и теперь смотрела на мужчину сверху — взглядом своей «страсти». — Охрана, быстро в мой кабинет! — прорычал босс в явном бешенстве. — Ооо! Я смотрю, вы скучали по мне, сразу всех созвали. Как мило! — Аудит запрокинула бокал, отбросила его в сторону и положила свои цифровые руки мужчине на плечи, нежно поглаживая. — По тебе никто не скучал, тварь! — Хохо, правда? Как жаль, милый... — она вдруг оказалась лежащей на столе перед ним, подперев подбородок руками. — Документ о Цепи… Так сложно, наверное, содержать машину, уничтожающую миры? — Она медленно провела пальцем по стопке бумаг. В комнату влетел отряд охраны, но никто не понимал, зачем их вызвали. — Это Аудит! Нам нужно как-то отследить её сигнал. Боже, она же не аномалия! Сейчас она… мерзость! — кричал босс, поднимаясь с кресла. Работники засуетились по комнате, разворачивая оборудование. — Посмотри на них… все такие беспечные… подчинённые, а ты такой главный… — Аудит встала и подошла к нему соблазнительной походкой. — Такой сильный… докажи свою силу! Оборудование заискрилось, все замерли в недоумении. Теперь Аудит была видна каждому — она замерла в эпичной позе. — Посмотрите на него! — она указала в сторону босса. — Пытается поймать праведника, а сам? Выключает лампочки на панели с подписью «Вселенные»! — Ты знаешь правила игры! — А ещё я знаю, как плохо бывает по ним играть. — Её тон сменился на ледяной. — На кой ты вообще пришла? — холодно спросил босс. — Показать многослойную этическую игру. — Лицемерная ты сука. Что же тогда про моих детей расскажешь? — Ты же сам учил их: «Любопытство — двигатель прогресса». Они просто оооочень заинтересовались работой папы. Жаль, что твои люди так ревностно охраняют твои секреты даже от семьи. — И? Разогнать их сама не смогла? Это же ты допустила! Спасла всех, кроме них! — Деспут вечности! — Она снова посмотрела на подчинённых. — Вам не надоело быть расходным материалом в его уравнении? Он считает жизни в терминах «приемлемых потерь». Интересно, в какой колонке значитесь вы? Дроны подлетели к головам подчинённых, готовые, по-видимому, убить. Подчинённые переглянулись и не смогли вымолвить ни слова. — Готов убить всех в этой комнате, чтобы и дальше уничтожать миры? — Аудит вонзила в него пронзительный взгляд. — Разошлись все. За работу. — Рабочие начали расходиться. Аудит и босс остались наедине. — И чем же ты лучше меня, «ведущая»? — Тем, что я смотрю правде в глаза. А что насчёт Цепи? — Мы оба знаем, что ты её не получишь. — Эй! Посмотри мне в глаза! — Аудит широко распахнула их в своём безумии. В них отчётливо читались янтарные, манящие глаза. — И скажи, что ты видишь! — Я вижу лишь цинизм. — А я — абсурд! — Ты представляешь, сколько раз я тебя в мыслях убивал? — Знаешь, странно, но я никогда не чувствовала себя такой живой, как когда кто-то искренне желает мне смерти. Это интимно... — произнесла она с напускной театральностью. — Ты когда-нибудь расскажешь, почему ты их не спасла? Что тебе помешало? Или ты специально? — Твои трудяги были быстрее… Хватаешь одного за руку, пытаешься увести, и… тот стреляет в меня, но мажет! Вхыхвхвх! А потом пуля прилетает ей в затылок!