Часть 70 Лейна

Её муж поцеловал её и ушёл, чтобы заняться своими делами, в том числе встретиться с Леди Долины, а Лейна осталась одна. С тех пор как они поселились в Красной Крепости, её всё чаще оставляли одну, и ей это ничуть не нравилось. У неё мурашки бежали по коже, поднимался желудок, стены сжимались, и вдруг она не могла дышать. Ей нужно было выбраться отсюда. Она наощупь нашла потайной проход и бросилась бежать, бежать, бежать. Когда она выбежала на яркий солнечный свет и её ударил запах морской воды, она упала на колени в песок и опустошила желудок. Затем она жалко упала на бок и позволила слезам, катившимся из её глаз, падать на песок. О боже, голова болела так сильно, что ей стало плохо. Её сотрясала дрожь по всему телу, и она снова опустошила желудок. С трудом оттолкнувшись, она перевернулась на спину и уставилась в безоблачное небо над собой. Усталость. Она была так, так устала. Между одним морганием и другим она заснула. Порыв жаркого воздуха разбудил её, и она резко открыла глаза. Глядя на голубое небо над собой, она чувствовала только боль и растерянность. Голова пульсировала тупой болью, отголоском более сильной боли, которая уже прошла. Она прикоснулась к ней рукой, и на неё посыпался песок. Почему она лежала на песке? Она поднялась на локти и тут же вырвала, когда мир вокруг неё закружился. Тепло прижалось к её спине, когда она рвала, и её желудок наконец-то успокоился. О, какое облегчение. Она откинулась назад и растаяла от тепла. Даже головная боль начала стихать. Ещё один поток горячего воздуха подул прямо над её головой, и она нахмурилась и наклонила голову, чтобы посмотреть вверх. Она моргнула, а затем моргнула ещё раз. Она смотрела в ноздрю дракона. Что, вероятно, означало, что она прислонилась к пасти дракона. По-видимому, закрытой, но всё же. Всё её тело напряглось, а панический ум заработал на полную мощность. Дракон недовольно зарычал, когда она напряглась, и она постаралась расслабиться. Это был Караксес. Она, конечно, никогда не была так близко к нему без его всадника, но он точно не причинит ей вреда. Конечно. Без тени сомнения. Она постаралась не отскочить от него так быстро, как только могла, а сделать свои движения медленными и намеренно заметными. Он не двинулся за ней, и она с облегчением выдохнула, поднимаясь на свои неустойчивые ноги. Она не видела Вхагар. Почему она не удержала Караксеса подальше от неë? Обычно она не позволяла другим драконам подходить так близко к Лейне без протеста. Она не позволила бы Лейне подойти так близко к другому дракону, не выразив довольно громкого протеста. Вопреки своему здравому смыслу, она сделала шаг назад к Караксесу с протянутой рукой. Он не шелохнулся, не напал на неё и не отошёл от неё. Её ладонь коснулась его теплой морды, и оставшееся в ней напряжение растаяло. Она радостно рассмеялась, проводя рукой по его красным чешуйкам. Деймон никогда в это не поверит! Она наклонила голову набок. Её желудок полностью успокоился, а головная боль прошла, когда она погладила Кровавого Змея. В приступе безумия она прижала лицо к его морде и поцеловала его. Он позволил ей. Он позволил ей. Кровавый Змей. Она смотрела на него с изумлением. Оторвавшись от него, она обошла его, чтобы поискать необычно тихую Вхагар. Она была на другой стороне бухты, как можно дальше от входа в туннель, не покидая при этом бухту. Лейна нахмурилась, глядя на неё. Она никогда не видела Вхагар такой маленькой. Её хмурый взгляд только усилился, когда головная боль вернулась с новой силой, сопровождаемая тошнотой, и она снова упала на колени, схватившись за голову, но пока сдерживая рвоту. Караксес толкнул её мордой в спину, а затем крепко прижался к ней, пока она стояла на коленях, и боль утихла. Снова. Она повернулась, чтобы подозрительно посмотреть на него. Прижав руку к его чешуе, она поднялась на ноги и посмотрела на Вхагар. Она отпустила Караксеса и решительно двинулась в сторону драконихи. Спустя всего несколько шагов она снова упала на колени, а Караксес с интересом наблюдал за ней, пока она корчилась на песке. Стиснув зубы, она боролась с бунтующим желудком и протянула руку в сторону Кровавого Змея. Боль исчезла в тот момент, когда он прижал свои чешуйки к её ладони. Она снова встала на ноги, не отходя от Караксеса, и уставилась на Вхагар, а по её массивному телу пробежала дрожь. Её массивное тело, скрутившееся в самый маленький комок, на который оно было способно. С Вхагаром что-то было не так. С Вхагаром что-то было не так, и Лаена чувствовала это. Оглянувшись на вход в тоннели, она тяжело вздохнула, полная сомнений. Это было не так далеко. Она покусала губу. Как ей заставить Караксеса сопроводить её туда? Вернувшись в Красную Крепость, она прополоскала рот, смыла песок, переоделась в чистое платье и снова почувствовала себя человеком. На самом деле, она чувствовала, что всё в порядке. Но это было не так. Что-то было очень, очень не так. Она направилась к сундуку с их книгами. Деймон страстно ненавидел «Неестественную историю» септона Барта, но заплатил за экземпляр этой книги баснословную сумму на первый день именин Лейны после их свадьбы. Это была одна из книг, которые путешествовали с ними повсюду. В ней должна была быть какая-то информация о том, что происходило с Вхагаром. Она ничего не нашла и была готова вырвать себе волосы от разочарования, когда дверь в их комнату распахнулась, и в неё ворвался её муж. Она смотрела на него с открытым ртом, а он ходил по комнате, излучая ярость. Он даже не заметил её. — Деймон? — Он резко остановился и повернулся к ней, и её глаза расширились, когда она заметила красный след на его щеке. Её голос наполнился тревогой, и она бросилась к нему, забыв о книге. — Что случилось? Что ты наделал? Он фыркнул и закатил глаза. –Меня ударили. –Я вижу». — Она медленно кивала головой. –Но почему тебя ударили? Он потеребил лицо и поморщился. –Потому что я не стал отрицать, что ты беременна. Она едва могла поверить своим ушам, и её голос был полон шока. –Моя мать ударила тебя? Он рассмеялся. –Нет. Не Рейнис. Рейнира. Это почти ничего не объясняло. И уж тем более не объясняло, о чём её муж мог с ней говорить, что привело к необходимости отрицать это. Она скрестила руки на груди и подняла брови в ожидании. Вздохнув, он покачал головой. –Я пошёл поговорить с ней о её маленьких язвительных нападках на тебя. Я не хочу, чтобы она расстраивала тебя в твоём положении. – Его глаза отвернулись. Она вздохнула и подошла к нему, улыбаясь и наклонив голову набок, обняла его покрасневшую щеку. –И как это сработало? Он фыркнул. –Очень хорошо, как ты сама можешь видеть. Она была очень раздражена, когда поняла, почему я не хотел, чтобы она тебя беспокоила. –Раздражена тобой? Из-за чего? Он снова вздохнул и прислонился лбом к ее лбу. –Из-за того, что ты забеременела. Она рассмеялась. –Что? Я бы поняла мою мать, но Рейнира? С каких это пор она так заботится о моём здоровье? –Не о твоём здоровье. О моём участии. Смех замер у неё в груди, и она выдохнула в шоке. –Что? Её муж стоял неподвижно, его лоб всё ещё прижимался к её лбу. Его голос был едва слышен. –Когда я отказался выдать наших дочерей за её сыновей, она попросила у меня свою дочь. Я отказался. Сегодня она была в ярости, узнав о твоём состоянии. –Что? – Её голос был едва слышен. Почему он не сказал ей об этом раньше? –Когда? –Она застала меня на турнире перед турниром твоего брата против Коула. Её губы были очень, очень холодными. –Почему ты мне не сказал? Пожимание плечами. Как он мог пожать плечами? –Я забыл. Столько всего происходило, что это вылетело из головы. А она не забыла. Должна ли она почувствовать облегчение от того, что это так мало значило для него? Должна ли она в это верить? –Лейна. Она подняла свои большие глаза, чтобы встретиться с его взглядом, обняв себя за плечи. Она даже не заметила, что отстранилась от него. В его глазах было что-то похожее на отчаяние. –Лейна, я люблю тебя, ты же знаешь. Я бы никогда тебя не предал. Узел в её груди развязался, и она бросилась ему на шею и обняла его со всей силой. Конечно. Он сказал ей об этом после рождения Эймона. Он сказал ей, и она поверила ему. Просто... она просто испугалась. Вот и всё. Она боялась, что потеряет его. Она не могла его потерять. Не сейчас. Никогда. Он обнял её в ответ и шептал успокаивающие слова ей на ухо. Ей не нужно было больше никаких успокоений. Она остановила его, прижавшись губами к его губам, каждый поцелуй был её молчаливым признанием. –Тебе нужно посмотреть на Вхагар. –Хм? Возможно, это было не то, что он ожидал услышать, когда они лежали в постели, а голова Лейны покоилась на его груди, но это было то, что он услышал. –С Вхагар что-то не так, и я не могу быть слишком близко к ней. – Она рисовала узоры на его коже, нахмурившись. –Что? –Он в испуге сел, сдвинув её голову и прервав её рисование, поэтому она тоже села, ворча. –Я думаю, что она больна, и когда я подхожу к ней слишком близко, я тоже заболевала. –Я никогда не слышал о чём-то подобном. – На его лице появилось глубокое недоумение, и она не могла его винить. Она тоже была в растерянности. –Я тоже. – Она вздохнула, уныло. –Я просматривала „Неестественную историю“, когда ты вошёл. Ей не нужно было смотреть на него, чтобы понять, что он закатил глаза, но она не сдалась. –Как ты думаешь…? Как ты думаешь, это может быть просто простуда? На Стене была буря. –Я очень в этом сомневаюсь. – Она тоже никогда не слышала, чтобы драконы простужались, но у неё была небольшая надежда. –Я думала. Перечитав „Неестественную историю“. Вхагар довольно старая, знаешь? А что, если... что, если с ней произошла перемена? Деймон скривил лицо в гримасе. –Изменилась? Она энергично кивнула. –Да. Септон Барт утверждал, что драконы могут менять пол по необходимости. В книге сказано, что они изменчивы, как пламя. Я не верю, что Вагар когда-либо менялась, но что, если это именно так? Поскольку она такая старая? – Потому что, если это было связано с её возрастом, изменение было бы гораздо лучше, чем альтернатива. Взгляд её мужа был резким и неумолимым. –Ты знаешь, что книга Барта полна чуши. Драконы не меняют пол. Вхагар всегда была и остаётся драконицей. – Он выдохнул с досадой. –И всегда ею будет. Помни, что это я убил её, и тогда она тоже была драконицей. Ну, это было хоть как-то утешительно. Вхагар не умерла от старости в сне Деймона. Но если это не было изменением, то что же тогда? Её муж закрыл лицо руками и застонал, увидев её взгляд. –Я обещаю, что завтра посмотрю на неё.