Часть 71 Деймон

Лейна с тревогой ждала у входа в туннель, скрестив руки под грудью, обнимая себя и кусая губу. Он приказал Караксесу оставаться рядом с ней на случай, если ей всё-таки станет плохо. Вся эта ситуация была странной. Он никогда не слышал, чтобы всадник испытывал боль своего скакуна. Это не имело смысла. Караксес был ранен много раз, и почти все ранения, которые Деймон мог вспомнить, были нанесены, когда всадник был прямо на его спине. Деймон никогда ничего не чувствовал. Не так, как описывала Лейна. Кроме того... Он никогда не слышал, чтобы другой дракон вёл себя так по отношению к кому-то, кто не был его всадником, как Кровавый Змей накануне. По крайней мере, казалось, что он знал, что происходит, и как помочь Лейне. Что вызывало свои вопросы. Было ли это просто потому, что он так хорошо её знал? Или потому, что она носила его ребёнка, и Караксес понимал это? Желал ли он защитить ту часть своего всадника, которую он чувствовал в ней? Было очевидно, что именно связь с Вхагаром причиняла Лейне боль. Может быть, близость к другому дракону, прикосновение к нему каким-то образом мешали связи всадника с его скакуном? Может быть, поэтому драконы так ревностно относятся к своим всадникам, когда связь между ними установлена? Тем не менее, он никогда не слышал, чтобы дракон причинял всаднику боль. Вхагар была чрезвычайно недовольна с тех пор, как они оказались на Севере. И все же, несмотря на это, она справлялась с их присутствием на Стене и даже за её пределами с гораздо большей грацией, чем расстроенный Морской Дым или даже нерешительный Караксес. Возможно, реакция других драконов была предупреждением. Возможно, что-то в магии, удерживавшей весь этот лед, каким-то образом повредило ей. Но... Если это так, почему Караксес и Морской Дым, которые больше всего пострадали на Севере, сейчас в порядке, а Вхагар показывает признаки болезни? Он начал напевать колыбельную, приближаясь к драконице, и продолжал петь, подойдя к ней и протянув руку, чтобы коснуться её чешуек. Они были не холоднее, чем он ожидал. Если что, она была теплее, чем Караксес. Он нахмурился при этой мысли. Она всегда была теплее, или это был один из симптомов её болезни? Он продолжал держать руку на её чешуйках, пока искал её голову, спрятанную где-то в плотном комочке, образованном её телом. Ему, конечно, не хотелось лазать по ней в таком состоянии, но, похоже, ему пришлось это сделать. Её голова была совершенно не видна. Он прервал пение, чтобы проклясть про себя, упершись в неё и подняв ногу, чтобы начать подъём, а затем был вынужден поспешно отскочить от хвоста, хлестнувшего по нему, чтобы обернуться вокруг Вхагара, а затем снова по нему, когда он попытался подойти ещё раз. Значит, это не совпадение. Это предупреждение. Вхагар был вторым драконом, на котором он поднимался в небо. Он проводил на этом драконе и рядом с ним больше времени, чем на любом другом, за исключением Караксеса. Она никогда раньше не нападала на него без явного приказа своего всадника. С ней явно что-то было не так. Вопрос был в том, что именно. Это точно не было смешным изменением. Изменчивость пламени едва ли можно было применить в случае, когда Вхагар явно страдал и испытывал боль. Вернувшись к Лейне, он нахмурился, погрузившись в раздумья. –Давай просто понаблюдаем за ней несколько дней и ещё раз просмотрим книги. – Его слова были не очень утешительными, но... Караксес не выглядел особенно обеспокоенным состоянием Вхагар, поэтому Деймон решил, что, вероятно, нет повода для чрезмерного беспокойства. Однако, если в ближайшие дни состояние Вхагар не улучшится или даже ухудшится, он может ещё пожалеть о том, что настроил против себя Рейниру. Им, возможно, понадобится библиотека на Драконьем Камне и, вероятно, драконьи хранители, которые там находятся. Он не хотел снова читать книгу Барта, но, возможно, он сможет найти в ней что-то, чего не заметила Лейна. У них были и другие книги о драконах, но, к его вечному разочарованию и отчаянию, ни одна из них не была столь же полной. Они отрывались от книг только для того, чтобы пообедать в детской комнате вместе со всеми детьми. Это было, мягко говоря, оживлённое мероприятие, и они оставались там, пока няни без церемоний не выгоняли их на дневной сон. Он был не в восторге от этого. Он надеялся, что Лейна сможет отвлечься на детей и не будет так сильно беспокоиться о Вхагаре, но ему не повезло. Увы, дневной сон нельзя было нарушать, иначе дети превращались в стаю диких маленьких бесов. Он полагал, что то, что было едва терпимо с двойняшками, больше не было терпимо с тремя дополнительными детьми. Охранники снова передали ему сообщение, в котором его приглашали на заседание Малого совета. Король, без сомнения, будет присутствовать. Он не имел понятия, что послужило поводом для этого, но во время так называемой болезни Визериса заседания не проводились. Десница короля не созовёт его сейчас, не так ли? Это было невозможно узнать. Но если его брат действительно будет там, это будет его шанс. Ему нужно было лишь сформулировать сообщение для уважаемых гостей таким образом, чтобы оскорбление, если король не будет присутствовать или не захочет их выслушать, не было воспринято как слишком серьёзное. Он отправил сообщения с слугами, вырвал у жены обещание не отправляться к драконам в одиночку, а затем поспешил в зал Малого совета, чтобы снова прибыть последним. Тем не менее его брат был там, что уже было первой победой Деймона. Присутствие Рейниры, возможно, не было ещё одной победой, но, безусловно, было поражением для Десницы. Когда его брат одобрил присутствие Старков, Арренов и Талли, общая победа была практически обеспечена. Так или иначе. — Милорд Десница, не могли бы вы распорядиться, чтобы принесли дополнительные стулья для гостей Совета? — Его голос был медовым, когда он обратился к Деснице с приятной улыбкой. Его брат нахмурился, но не высказал никаких претензий. Десница стиснул зубы и тоже подчинился. Ах, радости вежливого общества. Когда все удобно устроились, он продемонстрировал твёрдость и обратился к своему гневно смотрящему брату. –Ваше Величество, как я уже упоминал, леди Аррен, лорд Старк и сэр Элмо прибыли сюда, чтобы обсудить с Вами очень важное дело. Леди Аррен была делегирована мне как магистру законов по прибытии и высказала просьбу поговорить с вами от имени нашего доброго лорда-десницы. – Его улыбка расширилась, как и замешательство на лице его брата. –Поскольку лорд Старк и сэр Элмо здесь, чтобы поговорить по тому же вопросу, было вполне естественно, что они сначала подняли эту тему со мной, и поэтому именно я докладываю вам об этом. Хотя Десница побледнел при появлении троих, он уже пришёл в себя, и на его лице появилась ухмылка, пока Деймон говорил. Это было нехорошо. Он что-то упустил. К сожалению, ничего не оставалось, как продолжать. –В настоящее время в закон о наследовании внесены изменения, которые в значительной степени касаются Долины, Речных земель и, прежде всего, Севера. Король нахмурился и повернулся к Деснице, не дав Деймону закончить. –Разве мы уже не решили этот вопрос? Десница самодовольно ухмыльнулся, когда его взгляд на мгновение встретился с взглядом Деймона. –Действительно, Ваше Величество. –Этот вопрос никогда не обсуждался в Малом совете. – Он проверил. –Обсуждать было нечего. Необходимо убедиться в действительности брака, прежде чем рассматривать вопрос о наследстве. Вы должны согласиться, что без этого любой бастард мог бы претендовать на законность. Реестр уже существует, мы просто расширим его использование. Деймон сжал губы. –Вы заставите людей, не принадлежащих к вере Семи, посещать септу и клясться Семи, что они женаты. Это противоречит всем принципам религиозной свободы, за которые боролся мой дед, король Джейхерис. Тем самым принципам, на которых основано правление Таргариенов в Семи Королевствах! –Регистрация брака в соответствии с законами Короны едва ли ограничивает свободу вероисповедания. Все жители Семи Королевств свободны в выборе религии и брака. Однако, если они хотят, чтобы их дети унаследовали их имущество, им необходимо зарегистрировать брак в соответствии с законом. –В септе, ты забыл добавить, — Деймон с трудом сдерживал гнев, говоря сквозь зубы. –За определённую плату. –Деймон, не нужно так драматизировать. – Это был его проклятый брат. –Я не вижу ничего плохого в том, что те, кто желает зарегистрировать свой брак, посещают септы для этого. Он закрыл глаза, не веря своим ушам. Его глупый брат знал об этом? И не имел ни малейших сомнений по поводу этого? –Есть небольшая проблема с местами, где нет септов. – При таком темпе он скоро испортит себе зубы. –Если это вас беспокоит, мой принц, то было предусмотрено введение переходного периода в несколько лет, в течение которого существующие браки могут быть безопасно зарегистрированы. Ничто не мешает кому-либо строить больше септов, чтобы удовлетворить потребности законов Короны. Он был ошеломлён. Его охватил ужас. Он должен был ожидать, что Десница будет готова ответить на все опасения, но он не ожидал этого. Это было равносильно призыву Севера к восстанию. Либо они построят септы, либо в глазах других королевств они будут сознательно нарушать законы Короны. Это было не просто стремление к деньгам или влиянию. Нет, это было сделано для того, чтобы полностью устранить Север с политической арены. –Север больше не будет строить септы. – В голосе Старка слышалась тихая ярость, и он не был ничуть удивлён. Однако это было именно то, на что надеялась Десница. Он обратился к своему брату с мольбой. –Ваше Величество, закон ещё не вступил в силу. Ещё не поздно остановить это. Не с тремя Великими Домами, выдвигающими возражения. Десница не осталась в стороне. –И почему же? Закон должен был быть обновлён более месяца назад, мой принц. Срок для консультаций истек ещё раньше. Было достаточно времени, чтобы высказать возражения, но никто этого не сделал. Ваша неспособность как магистра права выполнить свой долг не меняет фактов. –Милорд Десница хорошо знает, что я был на Севере более месяца, оказывая помощь в борьбе с одичалыми, как того требовала корона. – Его голос был холоднее льда. –Корона не приказывала вам этого! Вы уехали по собственной воле, оставив без внимания свои обязанности Магистра законов! – Голос Десницы был возмущён, но в нем слышалась нотка триумфа. Он зашёл слишком далеко. –Я защищал Семь Королевств от внешней угрозы, как того требует мой долг принца крови, драконьего всадника и Мастера Законов. В отличие от тебя, который потратил время на то, чтобы узурпировать ещё больше власти и не смог найти своего внука-наследника. И в отличие от короля, который наслаждался своим гребаным миром и покоем, даже не подозревая, что его старший сын пропал! Между ним и Десницей пролетели смертельные взгляды, и в зале воцарилась ошеломлённая тишина. –Бейлон пропал? Деймон повернулся к брату с недоуменным взглядом. Что? Смущённый, он повернулся к своему хорошему-отцу, но и там встретил такое же недоумение. Десница побледнел как призрак. Лорд-командующий Королевской гвардией деликатно кашлянул в тишине. –Принц Эйгон пропал без вести в последний день турнира. –Я обращаюсь к этому совету и требую от вас правды. Способен ли король исполнять свои обязанности? — гнев в голосе Старка уже не был таким сдержанным.