24. Последняя капля

      Уставшие и потрёпанные Дон и Леди Барнс зашли в гостиную. Молчание между ними было наполнено таким напряжением, что казалось – поднеси спичку – и всё взлетит на воздух. И её протяжный тихий стон это сделал. — Что случилось?! — За долю секунды Баки оказался рядом, осторожно касаясь локтя. — Ты всё-таки поранилась?.. — Нет! Я в порядке!.. — Осознав, что слова её больше походили сейчас на рычание, девушка взяла паузу на несколько секунд, чтобы подышать. — Прости. Нервы ни к чёрту в последнее время… Я просто только сейчас поняла, что мне нужно было ехать к Ванде. — Заче… Ах, действительно. Такие вещи не стоит сообщать по телефону, ты права… Сейчас? — Сейчас. — Посмотрев на часы с очевидной тоской в глазах, девушка тяжело вздохнула и взъерошила и без того растрёпанные волосы. — Ей нельзя нервничать. — Ну, неужели нервная ночь может оказаться такой уж фатальной? — Нахмурившись, Барнс окинул взглядом потрёпанный и не совсем чистый вид жены. — Она беременна… Сегодня узнали. А на таком раннем сроке… — Сжав на секунду переносицу, Морган решительно тряхнула головой. — Боюсь, «фатально» – очень удачно подобранное слово. — Бе… Беременна? От Питера?.. — Зависнув на пару мгновений, Баки внезапно задал следующий вопрос очень уж неуверенным тоном. — С этим… Всё хорошо?       Улыбнувшись его тактичности и страху сказать что-то лишнее, девушка быстро подошла к мужу и невесомо прикоснулась к широкому плечу. — Всё отлично, да. Но мне действительно нужно сказать ей это лично… — Судя по тому, как резко загорелись надеждой её глаза, в очаровательную голову пришла какая-то идея. — Я возьму с собой Пьетро. Думаю, как раз он и сможет остаться, чтобы правильно поддержать сестру. А я смогу вернуться домой. — Тогда скажи ему, что мы его отпускаем на то время, что ему нужно. — Сжав губы, он коротко кивнул. — Джеймс…       Напряжение в его теле можно было потрогать пальцами. Но Морган постаралась просто прикоснуться, чтобы облегчить это состояние. Несмотря на то, что всё прошло точно по составленному плану… Она не могла избавится от гнетущего чувства вины. — Нет! Нет, Мор… — Отшатнувшись, Барнс нервно передёрнул плечами, пытаясь успокоиться. — Никогда, слышишь?! Больше… Больше никогда…       Баки резко приблизился, хватая жену за плечи – и пытаясь не трясти её, хоть очень и хотелось. — Джей, я… — Смиренно позволяя себя держать, она осторожно положила свои руки на его напряжённые ладони. — Прости. — Ты хоть… Ты хоть понимаешь, каково это?! Можешь представить… — Прикрыв глаза, он прижал девушку своей груди, не давая возможности ответить. Одна рука судорожно поглаживала её растрёпанные волосы. — Что это такое… Доверить жизнь того, кого ты любишь… Тому, кого ненавидишь?! — Прости… Прости меня… — Голоса Морган почти не было слышно из-за того, что она до сих пор прижималась к мужу. — Знаю!.. Знаю, как тебе тяжело… — Но… — Замерев на секунду, Баки тяжело вздохнул, изучая взглядом потолок. — Но это ведь ещё не конец, да?..       Теперь замерла и девушка. Сердце сделало пару лишних ударов в минуту. И ей пришлось отстраниться, чтобы иметь возможность заглянуть в его глаза. Как бы тяжело ей это ни давалось в последнее время. — Джеймс… — Дождавшись, пока муж отвлечётся от изучения лепнины, она осторожно положила ладони ему на плечи. — Ты прав. Это ещё далеко не конец.       Не выдержав гнетущего напряжения, Баки обхватил её лицо руками и поцеловал. Так резко, так отчаянно, словно это была его последняя возможность. И она ответила ему тем же, отчаянно цепляясь за него.       Шаг, сделанный Барнсом назад, стал его первым шагом на пути к тому дивану. Или к тому, в чем они оба так нуждались сейчас. Сейчас, когда жажда была на грани нужды. Сейчас, когда спираль событий сжалась так сильно, что казалось, что нет возможности даже вздохнуть.       Одежда оказалась на полу слишком быстро. Судорожные, полные облегчения выдохи показались слишком громкими. Единение было до безумия острым. В этот момент их не осмелились бы потревожить не то что обитатели дома, а даже само время, бегущее так стремительно. — Знаешь… Мне… Мне плевать, что со мной будет!.. Я готов… На всё!.. Правда… Только… — Не переставая двигаться и сжимать её тонкую талию, Барнс словно заклинание говорил слова так быстро, как позволяло сбитое дыхание. — Только заклинаю! Ты… Должна быть… Жива!       Пожалуй, последовавший за этим женский крик можно было счесть её согласием.

***

      Когда их пропустили в Башню, даже не попытавшись выяснить цель визита… Более того – едва ли не вытянувшись по стойке смирно… Морган лишь усмехнулась. Какое же удачное совпадение, что юный Старк так доверчиво попросил её помощи в подборе новых людей… Очень удачное.       Стоило лифту выпустить её, как она увидела заплаканные глаза. Ванда почти рефлекторно дёрнулась в её сторону, явно ожидая увидеть Питера. Буквально секундное узнавание, за которым последовал ступор. Взгляд метался с Леди Барнс на замершего за её спиной брата, лицо которого было слишком серьёзным. — Нет… — Больше похожее на всхлип слово, дало понять, что она всё поняла. Да, признать ей будет сложно, но… — Нет! Пожалуйста, нет… Ведь… Ведь нет же?..       Морган лишь тяжело вздохнула, виновато глядя на молодую девушку. Сообщать такие новости… Хорошо, что она взяла с собой Пьетро. В конце концов, между близнецами всегда существовала особая связь. И, пожалуй, больше никто бы не смог сказать столько нужных и правильных слов. — Это произошло сегодня вечером, когда они выходили из здания… — Близнец бросился к сестре, обнимая и прижимая к себе. Рука судорожно гладила её спутанные волосы как когда-то в детстве, словно пытаясь отвлечь от того горя, что затапливало сейчас сердце. — Ведьмочка… — Нет! — Вырвавшись из крепких объятий, Ванда посмотрела на брата почти сумасшедшим взглядом. — Не называй меня так!       Такое родное и бесконечно любимое прозвище стало тем самым триггером, что взорвало пузырь ступора. И, вцепившись на мгновение в собственные волосы, она бросилась к ногам Морган, падая на колени и обнимая ей ноги. — Ванда… — Растерявшись, она словно застыла, не зная, как поступить. Глаза нашли такого же замершего в ступоре Пьетро.       А после… Ванда завыла. Так, как воет раненный зверь, потерявший стаю. Так, как воет животное, наполненное леденящим душу отчаянием и потерявшее смысл жить. Хрипло, срываясь на безумный хрип и надрывая голосовые связки.       Морган осторожно опустилась на пол. Так и не отцепившаяся от её коленей девушка почти легла на пол, сворачиваясь калачиком и подтягивая колени груди. Как маленькая, беззащитная девочка, потерявшая разом все опоры в жизни. Осторожно разжав ей пальцы, Барнс всё-таки подтянула её, укладывая на свои колени и мягко поглаживая по спине. — Я знаю, милая… Знаю… Это нормально, кроха, плачь. Так будет хоть немного легче… — Прекрасно понимая, что слова бессмысленны, Мор всё равно продолжала говорить тихим, ласковым голосом. — Ты не одна… Ты справишься, а мы тебе поможем… Знай, что мы тебя не бросим с этим всем… — Он… Его… — Словно исчерпав все силы, Ванда даже не говорила – хрипела на грани слышимости, прерываясь на сиплые, судорожные вдохи. — Его больше… Нет… — Знаю, это несправедливо… И неправильно, понимаю, милая. — Не переставая гладить девушку по спине, Барнс начала её немного укачивать, не поднимая с пола. — Но часть его навсегда останется с тобой. Ты ведь понимаешь, как важен этот ребёнок. Что именно он навсегда будет ниточкой, которая свяжет твоё сердце с Питером?..       Под двумя внимательными взглядами Ванда рефлекторно прижала ладонь к своему животу в защитном жесте. И подняла наконец-то осмысленные глаза. — Этот ребёнок… Он ведь незаконнорождённый. — Нахмурившись, она попыталась заставить губы перестать дрожать. — Он… Он будет не нужен… Никому. — Не вздумай так говорить! — Молчавший до этого Пьетро вскинулся, подходя ближе. — Как минимум он будет нужен тебе! И мне! — Вот видишь… Эт… Этот ребёнок уже нужен. У него есть чудесная мама и замечательный дядя… И, осмеюсь заметить, крайне влиятельная тётя. — Мягко усмехнувшись под двумя распахнувшимися взглядами, Морган покачала головой. — Так или иначе, этот малыш… Мой племянник или племянница. А что касается его фамилии… У тебя будет свидетельство о браке. Не переживай. — Но, Леди Барнс, ведь Пит не хотел… — Ванда. — И пусть прозвучало резко, Морган не собиралась давать даже возможность поспорить с ней. — Пит любил тебя. И это ваш ребёнок. Так что вы фактически были семьёй. А Старки никогда… Не отказываются от семьи.       Всхлипнув, девушка снова прижалась к Мор, стискивая изо всех сил. Пьетро, под одобряющим взглядом, сел рядом, аккуратно поглаживая сестру по спине, как делала до этого их Леди. А Ванда продолжала оплакивать свой рухнувший мир.

***

      Обычно шумные и готовые на всё ради сенсации журналисты в этот раз сидели в зале для прес-конференций Башни Старков в непривычной тишине. Лишь отдельные группы переговаривались между собой оглушительным шёпотом, ловя неодобрительные взгляды коллег.       Само собой, дело было не в уважении к чужой скорби – и уж тем более не в каком-то мифическом чувстве такта. В конце концов, приходя в эту профессию, они навсегда забывали – если когда-либо знали – подобные определения. В этот раз новости и слухи, курсирующие последние сутки по городу, были настолько шокирующими, что ни у кого не находилось слов.       Впрочем, стоило у кафедры появиться небезызвестной Леди Барнс, как зал словно взорвался. Ослепительные вспышки фотографов с задних рядов, вопросы и выкрики с каждого места. Жадные до сенсации писаки даже повыскакивали со своих мест, готовые толкаться локтями и выгрызать право на вопросы.       Спокойного взгляда тёмных глаз и медленно вскинутой тонкой руки хватило для восстановления порядка. — Вы все прекрасно знаете, что произошло вчера вечером… И в первую очередь мы хотели бы поблагодарить вас за то, что пришли на эту экстренную конференцию. — Сдержать вежливую маску и не скривиться от отвращения в этот раз почти не потребовало у Морган никаких усилий. А застывший за её плечом Джеймс лишь придавал уверенности. — Однако я хотела бы напомнить вам о взаимном уважении. Вы понимаете, какое горе упало сейчас на плечи моей семьи. Во избежание нелепых слухов и пересудов мы готовы поделиться с вами информацией и ответить на некоторые вопросы… Тех же, кто будет нарушать порядок или проявлять откровенное хамство, служба безопасности будет вынуждена удалить из зала… Вместе со всеми коллегами.       Тяжёлый взгляд девушки напомнил присутствующим даже не её отца. Сейчас все почему-то вспомнили, какой тяжёлой в своё время была карающая длань Говарда Старка, первого из Железных Старков. Вероятно, дело отчасти было в замерших за спиной девушки массивных мужских фигурах Дона Барнса и его верного Капитана. Или же в проникших и стоящих по периметру помещения экипированных солдатах. — В первую очередь хотелось бы затронуть, пожалуй, самый животрепещущий для вас, как жителей города вопрос, касающийся соглашения домов. — Морган пришлось взять небольшую паузу, чтобы вновь добиться тишины, нарушенной поползшим по залу шёпотом. — Кто бы ни задумал организовать вчера это подлое, во всех смыслах бесчестное покушение… Смело могу сказать, что своей цели он достичь не смог. Соглашение было подписано.       Волной разошедшийся гомон был ожидаем, поэтому Мор терпеливо ждала, пока новость уляжется. И первая же поднятая рука позволила ей одобрительно кивнуть. — Здравствуйте, репортёр Джей Джон Джеймсон, «Дейли Бьюгл». В первую очередь хотелось бы узнать, действительно ли так называемое соглашение не было создано под давлением со стороны Дома Барнс, как явного выгодоприобретателя? — Со своего места поднялся худой, словно состоящий из острых ломаных линий мужчина с залысинами и старым блокнотом в руке. — Не сочтите за грубость, но после вчерашнего вечера вы остались единственной представительницей утратившего свою власть Дома.       Выслушав, девушка лишь лениво взмахнула пальцами, успокаивая уже двинувшегося от стены мужчину, явно вознамерившегося вывести наглого журналиста. Покачав головой, Морган довольно отметила, как нервно вздрогнул писака, заметивший все эти движения. — В первую очередь вам стоило бы принести свои соболезнования… Но будем считать, что каждый из вас уже сделал это своим присутствием. — Улыбнувшись едва заметно и чуть устало, она почувствовала в этот момент лёгкое прикосновение к пояснице. Сердце невольно кольнуло от этого безмолвного «я рядом». — Что касается легитимности… Нами были соблюдены все требования необходимых протоколов. На соглашение, как того и требует закон, была наложена резолюция трёх политических центров нашего мира. А на самом подписании присутствовали сразу два независимых наблюдателя. — Да, но… — Попытавшегося было перебить девушку Джеймсона заставил замолчать один лишь её тяжёлый взгляд. — Что касается второй части вашего вопроса… Фамилия Старк не будет предана забвению, как многие могли подумать. Я с большим уважением отношусь к истории семьи, из которой вышла. — Мягким жестом она осторожно подозвала чуть ближе к кафедре Ванду, до этого стоявшую за широкой спиной Роджерса. — К сожалению, все официальные объявления планировались после подписания соглашения, поэтому информация для вас может быть действительно эксклюзивной… Разрешите вам представить юную Леди Ванду Старк.       Служба безопасности напряглась, не зная, как им реагировать на буквально разорвавшуюся криками толпу. Вспышки снова ослепляли, никто не считал нужным понижать голос. Ручки строчили по блокнотам так быстро, что казалось, что они вот-вот загорятся. Кто-то переживал, что диктофоны не справятся, кто-то – что не хватит бумаги.       Баки лишь покачал головой, как и его жена чуть ранее. Они знали, каким будет эффект и ждали его. — Мой брат был известен своей скромностью и явной нелюбви к публичным выступлениям, поэтому церемония прошла по-семейному тихо. Его жена человек ещё более скромный, тем более ещё не переживший такую страшную потерю. В связи с этим прошу вас понять и принять её нежелание давать сейчас какие-либо комментарии. — Тихий голос девушки заставил толпу замолчать, чтобы не пропустить ни одного слова. Сама она тем временем мягко сжала дрожащие пальцы новоявленной родственницы, кивком отвечая на её благодарную улыбку и позволяя обратно скрыться в тени. — И тем не менее Ванда – полноправный член нашей семьи. И, как урождённая Старк, я не потерплю никаких нападок на неё. Выступая против Леди Старк знайте, что вы выступаете против Дома Барнс.       Тихие вздохи показали, что предупреждение было услышано. Следующие вопросы, касающиеся будущей политики Барнсов и грядущих изменений, были очень осторожными. Пока журналисты вновь не дошли до личной темы. — Леди Барнс, скажите… Как вы справляетесь с утратой? — Симпатичная молодая девушка с тёмными кучерявыми волосами, уже задававшая ранее вопрос про экономические изменения, вновь подняла руку. — Многие считали, что вы не были слишком близки с покойным Питером Старком, однако его смерть последовала практически сразу за именитой четой… — Я… Благодарю за этот вопрос. Мы с Питером… Возможно, между нами когда-то были недопонимания, которые вполне естественны между братом и сестрой, однако… — Почувствовав, что голос предательски дрогнул, стоило ей вспомнить широко распахнутые глаза лежащего на асфальте брата, Морган невольно качнулась назад, натыкаясь на мужа. — Мы с Питером любили друг друга… И... — Здравствуйте. — В момент, когда её голос снова дрогнул, Баки вышел вперёд, обнимая супругу в поддерживающем жесте. — К сожалению, вы правы. Моя жена за короткий срок потеряла слишком много близких людей. Это чудовищная, страшная утрата. И, думаю, вы должны понимать, что принять и пережить подобное возможно только при наличии невероятного по своей силе духа. — Дождавшись понимающих и сочувствующих кивков, Барнс нахмурился, а в его голосе прорезались стальные ноты. — Со своей стороны хочу сказать, что наши люди поймали того, кто совершил это омерзительное нападение. И я готов дать слово, что мы узнаем, кому и зачем всё это было нужно. А сейчас… Прошу нас простить. Мы ещё раз благодарим вас всех за то, что пришли.       Всё так же, не разрывая объятий, чета Барнс направилась к выходу за своими спинами, сопровождаемая своими приближёнными людьми. На крики и вопросы журналистов, посыпавшиеся им вслед, они не обратили никакого внимания. В конце концов, служба безопасности прекрасно знала свою работу.

***

      Автомобиль, довольно резко затормозивший перед крыльцом особняка, сегодня ждали с особым напряжением все его обитатели. В конце концов, этого посетителя, так рьяно выпроваживаемого ранее, в этот раз сюда пригласили сами. Именно по этой причине Локи Лафейсон в этот раз шёл неторопливо, практически вальяжно. — Здравствуйте. — Стоило гостю войти в парадные двери, перед ним словно из неоткуда возник Коулосон, учтиво показавший кистью руки в сторону тёмного коридора. — Вас ожидают в малой гостиной.       С удивлением отметив, что провожать его не стали, мужчина уверенно двинулся в нужном направлении так, словно проходил этот путь не один раз. Несмотря на позднее время, свет не горел. Лишь редкие светильники на стенах позволяли не натыкаться на стоящие вдоль стен вазы.       Локи не отпускало ощущение, что весь дом словно готовится к чему-то… Страшному, ломающему… Впрочем, он прекрасно знал – к чему именно. И это знание позволяло ему не обращать внимания на пляшущие на стенах тени, на ощущение скользящих по нему внимательных взглядов.       Он знал, что в сейчас – он хозяин положения.       Небольшая и тоже слабо освещённая гостиная встретила его приятным травяным ароматом и внимательными взглядом карих глаз. Иронично, как в одно мгновение он ощутил, как расслабились плечи. Сейчас, под этим тёплым мягким взглядом, что когда-то давно вызывал лишь только насмешку и презрение, он почувствовал странную уверенность. Словно наконец-то всё встало на свои места. — Локи… — Позволив мягкой улыбке скользнуть по губам, Морган поставила на небольшой стеклянный столик исходящий паром чайничек и кивнула в сторону кресел. — Проходи, Джеймс скоро будет.       Хмыкнув, Лафейсон оценил, как была расставлена мебель в комнате. Кресла, обычно стоявшие треугольником, явно специально переставили к его визиту. Дождавшись, пока девушка опустится на одно из стоявших рядом сидений, он без лишних раздумий сел в соседнее, оставляя кресло напротив пустым. — Что?.. — Заметив её приподнятую бровь, Локи мягко хмыкнул и пожал плечами. — Сегодня всё закончится… Какой смысл скрывать? — Да… Сегодня всё закончится… — Тряхнув волосами, Морган позволила себе улыбнуться. — Ты прав.       Насладиться собственной правотой ему помешал по-кошачьи тихо вынырнувший из темноты коридора Дон Барнс. Бросив скользящий взгляд на сидящих рядом, он без заминок занял свободное кресло и приветственно кивнул гостю. Только не смотреть на жену – не получалось. В последнее время он постоянно ловил себя на том, что любуется ей, не в силах наконец-то насмотреться.       Самодовольная улыбка наглого европейца никак не уменьшала тихое желание выбить ему все зубы одним ударом. Но – нельзя. Он не мог подвести так любимую женщину, пообещав ей… Даже сейчас, понимая всё… Не мог.       Чуть поведя плечами в желании сбросить растущее напряжение, Морган терпеливо и молча разлила чай по маленьким изящным чашечкам. — Ну… Могу вас поздравить, не так ли? — С улыбкой отпивая горячий напиток, мужчина щурится от удовольствия, обращаясь демонстративно к девушке. — А что с его девчонкой? Уберёшь после родов? — Нет. — С напряжением наблюдая за мужем, гипнотизирующем так и стоящую на столе чашку, она выдаёт односложный ответ. — Она может доставить кучу проблем… — Зелёные глаза Локи так же не в силах оторваться от замершего Дона. — А твой папаша, как никак, отлично обкатал схему появления идеального наследника. — Идеального… И мёртвого. — Холодная усмешка почти идёт к её острым чертам, когда Джеймс наконец-то берёт свою чашку в руки. — Моё здоровье не настолько сильно подорвано. И мой наследник… Будет только моим. — Но… Как же… Это правда?! — Откровенная надежда в голосе Лафейсона заставила Баки на секунду сжать пальцы на несчастном фарфоре так сильно, что он едва не треснул.       Тяжело вздохнув, Морган бросила на мужа извиняющийся взгляд. Несмотря на внешнее спокойствие, её почти тошнило от того, как сильно колотилось сердце где-то в горле… Страх. Глубокий, животный, но при этом какой-то… Спокойный. До этого момента она не знала, что чувствуешь, когда… Когда принимаешь подобные решения. — У Ванды… Интересная наследственность. С вероятностью до 87,63% она родит разнополых близнецов. Это с учётом генетики родной матери Питера. — Довольно сверкнув глазами, она буквально впитывала шок, застывший сейчас на лицах обоих мужчин. — Кто бы ни родился у меня в будущем… Ванда подарит ему супруга. Или супругу. — Но… Это же инцест… — Казалось, только сейчас Локи начинал до конца понимать тот план, что она выстроила вокруг них всех. — Дело семейное. Тебе ли не знать, милый Локи… — Заметив понимание на его лице, она лишь откровенно ухмыльнулась. — Да, уже их детям нужно будет искать партию на континенте, вероятно, но… Ничего такого, что не было бы решаемо. — Змея… Какая же ты змея… — Лафейсон честно мог себе признаться, что никогда бы не подумал, что может так откровенно, так искренне восхищаться женщиной.       Улыбнувшись одними губами, Морган медленно подняла со стола свою чашку, обхватив её тонкими пальцами так крепко, словно боялась уронить. Взгляд медленно скользнул по столу и, задержавшись на мгновение на чашке в руках мужа, наконец-то встретился с его глазами.       Её чашка зазвенела, когда из-за трясущихся рук заходила ходуном, стуча о ногти. Казалось, и без того заледеневшее, разбитое на осколки сердце, осколками осыпалось внутри её тела, выстудив последние крохи тепла. Внутри оставался лишь страх. — Джеймс… — Дрожащие губы сейчас жили своей жизнью, не подчиняясь бьющемуся в панике мозгу. — Я очень… Я люблю тебя.       Слова упали в тишину комнаты. Было слышно лишь как скрипит под давлением пальцев изящный фарфор. Его, наполненные смирением… И её. Словно старательно сдерживающие самих себя от фатальной ошибки.       Широкая до измороси по костям улыбка Локи могла бы навести ужас на любого, кто её увидел бы… Вот только на него никто не смотрел. Леди и Дон Барнс были поглощены друг другом, пока их наблюдатель наслаждался развернувшейся драмой.       Джеймс Барнс, не отводя взгляда от жены, мягко улыбался.       А после сделал три больших, жадных глотка.

***

      На кухне мягко горел боковой свет. Атмосфера царила хоть и подавленная, но без лишнего напряжения. Наташа сидела на высоком стуле, мягко покачивая лодыжкой. Печальный взгляд скользил по напряжённому лицу Стива, сидящего напротив.       Когда его брови уже почти сошлись друг с другом, она лишь тяжело вздохнула, подталкивая к нему поближе чашку с горячим чаем. Мужчина раздражённо фыркнул, закатив глаза, но всё же сделал пару глотков, успокаиваясь. — Спасибо, Стив… — Потянувшись, шпионка ласково взъерошила и без того коротких светлый ёжик волос. — За что?.. — Сделав ещё несколько глотков, Роджерс почти растёкся на стуле, стараясь не коситься в сторону коридора. — За то, что выбрал меня… — Наташа мягко обхватила свою огромную чашку с какао, грея о её пузатые бока озябшие пальцы. — И сидишь сейчас здесь… Даже не пытаясь остановить то, что происходит сейчас в гостиной.

***

— Я тоже тебя люблю, Куколка. — Пустая чашка с громким звоном опустилась на стол. — Больше жизни.       Неожиданно тишину прервали редкие, громкие и демонстративно возвышенные хлопки. Они оба перевели взгляд на счастливого Лафейсона. Тот, растянув улыбку ещё шире, повернулся к Морган, потянувшись к ней ладонью. Но та неожиданно поднялась.       Пытаясь понять, что происходит, тот нахмурил брови, но не успел сказать и слова. Вернувшись из темноты, окутавшей стены, она медленно – и немного демонстративно – положила на стол перед мужчиной достаточно пухлую папку. Попутно уворачиваясь от потянувшейся в ласке руки. — Принцесса?.. Милая, что происходит?.. — Осторожно потянувшись к папке, Локи не спешил её открывать, с недоумением разглядывая так и не вернувшуюся в кресло девушку. — Ты приготовила мне подарок в честь нашей победы?.. Неужели мы сможем пожениться раньше, чем закончится твой траур, сладкая?..       Лафейсон, уже не скрываясь, пренебрежительно взглянул на сидящего в напряжении Барнса. Неуверенная до этого улыбка снова стала широкой за мгновение до того, как он открыл папку… И в этот момент почувствовал, как сердце пропустило удар.       Отчёты. Допросы. Показания свидетелей… И, судя по всему, далеко не один видео-файл – бонусом к папке. Захлопнув её дрожащей рукой, он с яростью взглянул на так и не двинувшуюся с места девушку. — Какого… — Сжав кулаки от гнева, он дёрнулся в кресле, врезаясь коленями в стоявший перед ним стол. — Решила не только муженька травануть, но и на меня накинуть поводок?!.. — Такого… Мой милый обманщик. Думал, я ничего не знаю?.. Или ты на самом деле верил, что я осталась той маленькой влюблённой дурочкой, готовой смотреть на тебя вечно с открытым от восхищения ротиком?.. — Голос Морган, напоминавший сейчас огонь в распаленном камине, был гулким, тихим, словно потрескивающим на выдохе. И он завораживал обоих мужчин. — Запомни, Лафейсон… Это не наша – это моя победа. Хотя… Мне даже любопытно, знаешь… Если бы твоя новая принцесса вдруг не захотела бы исполнять роль покорного прикроватного коврика… Как скоро ты бы снова стал вдовцом? — Змея… Подлая змея! — Теперь уже в этой фразе не звучало былого восхищения. Он чувствовал, как его буквально душит переполнявший тело гнев, граничащий с ненавистью. — Ты пожалеешь, что вообще родилась на этот свет!.. — О-о, мой милый Локи… Придумай что-то новое, ты не оригинален… — Заметив, что мужчина нервно расстёгивает уже вторую пуговицу на рубашке, она тихо, почти с шелестом, рассмеялась. — А по поводу моего желания отравить мужа… Что такое?.. Неужели… Стало жарковато?..       В этот момент изумрудные глаза Локи поражённо распахнулись. Он замер в середине движения, так и прижав длинные пальцы к вороту рубашки. Судорожный взгляд метнулся на притихшего в своём кресле Барнса… И ничего не нашёл. Дон сидел с таким же удивлённым выражением на лице, даже не пытаясь этого скрыть. Морган медленно подошла к креслу европейского барона, застывая, возвышаясь перед ним подобно статуе. — Точно такие же отчёты сегодня утром были доставлены в Европу. Пьетро может быть очень шустрым – при должной мотивации… — Опустив голос почти до шёпота, она с удовольствием наблюдала, как по лицу Локи стремительно разливается почти болезненная белизна. — Один из них уже лёг на стол Совета. А другой прямо сейчас внимательно изучает твой импульсивный братец… — Нет… — Обычно бархатистый голос сейчас больше напоминал неразборчивый хрип. — Как думаешь… Тор оценит убийство беременной баронессы?.. А нападки на свою обожаемую Джейн?..       Баки, на которого в этот момент никто не обращал внимания, чуть нахмурился и кивнул сам себе. Последние детали наконец-то начали вставать на свои места… А Лафейсон в этот миг начинал хрипеть, даже не пытаясь что-то произнести. — Там есть всё… Действительно – всё, Локи… Даже доказательство твоей помощи Таносу в своё время. Помощь Старку в переброске оружия. Грязные делишки под носом Тора… И это не говоря уже о твоих преступлениях здесь, в Штатах. — Морган протянула руку и почти нежно взяла неспособного сопротивляться мужчину за подбородок, наслаждаясь тем, как наливаются кровью из лопнувших сосудов его глаза и синеют тонкие губы, на которых начала выступать пена. — Ты действительно верил, что я променяю один ошейник… На другой – только строгий и на коротком поводке? Что я не узнаю о поставленных в кабинете жучках?.. Или что мы действительно не сможем поймать напавшего на нас Скота Лэнга? И не узнаем, о чём именно вы договаривались?..       Сжав пальцы на подбородке крепче и впившись в кожу ногтями, она почувствовала, как плещется в крови нерастраченный адреналин. Она чувствовала лопатками тяжёлый взгляд мужа, но успешно его игронировала. — Как облечённая властью Леди Барнс, я обвиняю барона Лафейсона в организации сговора против правящих Домов. Обвиняю в организации нападения и убийстве Питера Энтони Старка, наследника и Дона Старка. В попытке совершения переворота и незаконном прослушивании Дома Барнс. Приговор за подобные преступления один – смерть. — Резко выдохнув, она сильно, словно брезгливо отбросила чужое лицо. Голова некогда одного из самых прекрасных баронов Европы безжизненно упала на кресло, едва не пачкая его пеной. — Гори в Аду, ублюдок.       Баки завороженно наблюдал, как с этими словами грудь Лафейсона в последний раз судорожно дёрнулась и застыла навсегда.       Когда Морган медленно повернулась к мужу, он подумал, что перед ним настоящий Ангел Смерти. Такой прекрасной – и зловеще опасной она выглядела сейчас. — Это то, что ждёт меня?.. — Что?.. — Моргнув, девушка силой сбросила наваждение и с недоумением посмотрела на мужа. — Я выпил чай минут на… На пятнадцать, примерно, позже, чем он. — Небрежно кивнув на бездыханное тело, мужчина пожал плечами. — До первых симптомов мне осталось… Минут пять. — Джей, я… — Медленно подойдя к нему, девушка завороженно опустилась на колени перед его ногами. — И ты будешь свободна от любого бремени, Куколка… Только... Приведи меня в должный вид для официальных похорон, прошу... Я всё-таки был их Доном. — Потянувшись живой рукой, желая напоследок ощутить нежность её кожи, он мягко погладил её по щеке. — Я отдал все соответствующие распоряжения. Тебя никто не посмеет ни в чём обвинить, любовь моя.       Морган почувствовала, что её ударили… Он продолжал нежно гладить её скулу, но она чувствовала, словно в кожу только что врезалось что-то тяжёлое, сдирающее ее и ломающее кости… Иначе ведь нельзя было объяснить ту боль, что она ощущала. И те слёзы, что текли сейчас по её щекам. — Ты… Ты правда верил, что в чашке яд… — Сглотнув мешавшие дышать слёзы, она судорожно сжала его колени, опираясь, хватаясь за них как за опору. — …но всё равно выпил?.. — Конечно, Куколка, сказал ведь… Больше жизни. Да и… Доверие, сложенное из крови, боли и любви, так просто не утратить. — Осознав, что именно она сказала, он обхватил её лицо, внимательно вглядываясь в заплаканные любимые глаза. — Ты… Ты сказала, что я думал… — Я бы… Я бы никогда… Никогда не смогла… — Мор позволила ему стереть солёные дорожки со своего лица, шмыгая носом. — Как-то мы разговаривали с Лафейсоном… И я ему сказала, что мужчины слишком часто недооценивают женщин… Но ещё сильнее… Они недооценивают их преданность.       Медленно, словно боясь поверить, боясь разрушить происходящее любым резким движением, он потянул её на себя. И с щемящим восторгом почувствовал, как она поддаётся, послушно поднимаясь с пола и опускаясь на его колени. — Мор… — Он и сам был поражён, насколько хриплым и дрожащим был сейчас его тихий голос. Но приготовившись к смерти, поверив в неё… Хотелось пить жизнь как никогда раньше. — Ведь если бы… Ты была бы действительно свободна… Так, как всегда и мечтала… — Джеймс… Я – Леди Морган Барнс. Я твоя жена… И… Я действительно люблю тебя. Ты – моя свобода. Моя надежда. Как бы ни было мне странно говорить это, но… Ты – мужчина, да. И ты стал крыльями, позволившими мне наконец-то взлететь. — Она медленно приблизила своё лицо к его, не разрывая зрительного контакта. — Да и… Как бы я жила дальше в этом мире… Ведь предать своего супруга… Того, кто доверяет тебе настолько, чтобы закрыть глаза и спать рядом… Такие люди не достойны никакого доверия.       Не зная, что ответить на это, он лишь опустил руки на тонкую талию и судорожно сжал. Казалось, слишком давно он брал в жёны боящуюся его до дрожащих пальцев юную девчушку, вжимавшуюся в кожаную обивку сидений и кутавшуюся в его пиджак.       И сейчас, когда его тело потряхивало от пережитого, от мыслей о собственной смерти… Когда он жадно вдыхал воздух с её губ, так доверчиво приблизившихся… Он понимал, что ещё никогда не чувствовал себя настолько живым и счастливым. — Правда ведь, Куколка… — Вспомнив свои собственные слова, он аккуратно скользнул рукой на её затылок, притягивая её голову ещё ближе. — Кому еще доверять, как не собственной жене?.. — Значит… Вместе мы действительно сможем править этим проклятым миром… — Она потянулась к его губам, но внезапно муж её остановил. —Что такое?.. — Тебя ведь не смущает свежий труп за твоей спиной?.. — Вторая рука нежно скользнула по гибкой пояснице. — Честно?.. — Усмехнувшись, она мягко потёрлась кончиком своего носа, о его. — Конкретно этот труп – меня даже радует.       Тихо, урчаще рассмеявшись, он резко притянул её к себе, впиваясь в такие манящие губы. Его, впрочем, теперь тоже ничего не смущало.       Они стали единым целым. Они стали той Мафией, что будет править миром.