Наруто. Пубертатные наблюдения

У Наруто было стойкое ощущение, что он чего-то не понимал. Первый год путешествия с извращённым отшельником прошли для него под эгидой вопроса: почему он так зациклен на женщинах? Почему не уделяет всё время тренировкам? У него ведь столько возможностей! А он книги пишет. Женщины как женщины, даже не Сакура: волосы обычные и разговаривают как-то гладко слишком. Без единого тычка. Наруто нужны были тренировки — скрутить расенган посильнее да понять, что-там-внутри. Но на втором году странствия он прозрел. — Извращённый отшельник, зачем ты пишешь? Наруто было 14 и ему было искренне интересно. Настроения по-обыденному подтрунивать не было. Старик сидел за столом и что-то увлечённо записывал. С умозаключениями у Наруто было туго, особенно в сфере человеческого поведения. Но проведя бок о бок целый год с извращённым отшельником, он начал ловить закономерности в его поведении. Сам по себе он был внутренне молод: тянуло старика на приключения и новые впечатления. В них входили и… свидания. Если это так можно было назвать. Каждый раз, когда они приходили в новое поселение, Джирайя умудрялся найти новую женщину. Относительно постоянную — Наруто даже успевал к ней привыкнуть. И все они были разными. Первая, Уми, примерно ровесница старика. Стройная, не скрывающая своего возраста женщина, вроде бы бывшая замужем за местным казнакрадом. Теперь ждёт его из тюрьмы и тихонько ведёт дела. Джирайя подластился к ней по поводу какой-то информации о местной группировке бандитов, и всё закрутилось-завертелось. В подробности Наруто не хотел вдаваться и предпочитал их выкидывать из своей памяти. Потом была Кайра. Чужеземка возраста Шизуне. Полноватая и красивая женщина, она держала своё хозяйство на краю деревни и давала странникам ночлег. Так Джирайя с ней и познакомился. Пребывали они там бесплатно и кормили их отменно. Третья была совсем молодой, только окончившей медицинскую академию, медсестрой. Латала Джирайю после стычки, на которую Наруто не взяли, и искренне влюбилась без памяти. Этот момент Наруто был непонятен, но он и не 20-летняя медсестра, чтобы размышлять. Момент был вот в чём: после каждого путешествия Джирайя садился за бумагу и пропадал на весь день. Наруто догадывался, что так извращённый отшельник собирал материал для своих мерзких книжек, но читать всё-таки не начинал. — Фиксирую впечатления. — Описываешь, как ты с ними?.. — Наруто поджал губы. Его разбирала неловкость и какой-то неуместный смех. — Об этом мы с тобой позже поговорим, Наруто-кун. Он зачем-то сделал акцент на последнем слоге.

***

Что ещё Наруто заметил: была у Джирайи слабость на сильных женщин. Пожалуй, всех его пассий объединял внутренний стержень. Наруто не мог осознать, понимает он саннина или нет. До момента. — Не теряй фокус! — раздалось у него под ухом почти что рыком. Наруто даже опомниться не успел, как Сакура уложила его на лопатки и придавила к земле. Как же она его отхуярила. Они увиделись буквально пару часов назад и решили, что после почти трех лет разлуки им нужно размять кулаки. Наруто изначально не ожидал от этого дружеского спарринга ничего сверхъестественного. Побегать, подурачиться и поболтать с Сакурой — спарринги с ней всегда были чем-то из разряда активного отдыха. Встав в стойку, он включился в поединок процентов на двадцать. И сам не заметил, как ему жестоко прописали в кабину. Пришлось уворачиваться, скакать, прыгать по вздымающимся камням. Только он хотел скрутить на руке расенган, под руку прилетал ошметок скалы. Недооценил Наруто противника и теперь лежал под ним ничком. Что тоже было неплохо. Сейчас он мог разглядеть суровость этой уже девушки. Ощутить крепость и силу мышц, которыми она давила его в землю. — Недооценил меня, а? — Сакура говорила это с какой-то сердитой серьезностью и вызовом в глазах. Она смотрела на него сверху вниз, руками оперевшись по обе стороны от его головы. «Волосы отрасли», — заметил Наруто выпадающие из хвоста розовые пряди. Когда Узумаки стукнуло 14, он постепенно начал понимать Джирайю и его любовь к женщинам. Неожиданно ему тоже стало интересно на них смотреть. Раньше он понимал, что женщины — слабое место мужчин. Они вводят их в транс, гипнотизируют, ослабляют и даже ставят в неловкое положение. С такими мыслями он применял Извращённое дзюцу: оно было эффективно в 85% случаев. В какой-то момент он понял, что оно может сработать и на него. Разговаривать об этом с Джираей было бы логично, но как-то гордость не позволяла. Наруто столько смеялся над ним и его книжками, что теперь обращаться за консультацией было как-то тупо. Значит, будем действовать своими методами. Тайком Наруто практически выкрал один из томиков Ича-Ича. Джирайя в этот момент крепко спал и точно ничего не понял. Дело оставалось за малым. Прочитать. С этим у Наруто дела шли туго, но он вооружился фонариком, забрался на крышу, как это любил делать Какаши-сенсей, и принялся поглощать знания. А они не то, что бы полились, они хлынули рекой! Милые словечки, фразы для заигрывания, изощрённые подкаты, флирт разной степени тяжести, почти-прям-инструкции, где и как нужно трогать, позы… Когда солнце встало, Наруто ощущал себя другим человеком. Он убрал фонарик, посмотрел на рассвет, немного помолился и вернул книгу оттуда, откуда взял. На 15-й день рождения Джирайя всё грозился отвести Наруто в дом блаженства, чтобы тот стал по-настоящему взрослым. А у Наруто появился страх. — А что, если я не смогу быть достаточно… ну… это самое, — он почесал затылок, отодвигая от себя стопку и придвигая рамен. — Рас-ко-ван-ным. Джирайя задумался. Пацан перед ним уже сильно походил на мужчину, хоть и хмелел только от одного запаха саке. Ну, что поделать, шиноби должен быть подготовлен к любой обстановке. Его самого в 13 лет за стол посадили. И ничего, вон! Не об этом. — Как в третьем томе Ича-Ича? — спросил отшельник и осушил стопку одним движением. — Да, прям как там! Это когда Юта не смог… Стоп. У Наруто закипела башка. С умозаключениями у него было туго. — Ты всё знал! — Наруто аж привстал и выпучил глаза. Да как же!.. Да он же!.. — Конечно, я знал! Ты оставил слишком много улик. И помятые страницы, и слезами там накапал, и ками чем ещё. Но я не осуждаю. Парень должен становиться мужчиной когда-то, — Джирайя хмыкнул и хитро улыбнулся. — Скажи, интересно же я сделал в конце? Наруто опустился обратно. Его шок сменился другой, более приземлённой эмоцией. Как же ему хотелось б… бл… — Интфещно! — это Наруто прокричал уже в конце коридора. Позже они всё-таки поговорили чуть серьёзнее. Оказалось, что в эротических романах извращённого отшельника всё слегка романтичнее, чем в жизни. И опасаться чего-то Наруто смысла нет. Всё когда-то будет, и будет, скорее всего, неловко и стрёмно. Такая терапевтичная настройка легла на подкорку пятнадцатилетнего Наруто. Сейчас он ощущал, что всё-таки романтика в этом есть. Сакура выглядела так, как он даже боялся представлять. Красивая, сильная и грозная — такая она ему нравилась. Он всегда её такой и видел. — У тебя сильный удар, — в его голосе звучало неуместное смущение. — У тебя сильная грудь, — у неё дёрнулась рука. Наруто заметил. Как будто она хотела что-то сделать. — Сложно пробить. «Потрогать?» — пронеслось в мыслях, пока он не услышал свист рядом. Торс опустел: прохлада неприятно заменила тяжесть и тепло чужого тела. — Какаши-сенсей! — Есть для вас задание.