Часть 8. Неловко вышло.

Миновала ещё одна неделя, как всё страшное осталось позади. Леон, Клэр и Шерри жили втроем. Как настоящая семья. Совместные завтраки и ужины проходили в вежливой, и очень приятной атмосфере. Клэр и Леон выполняли обещание — просто быть рядом и поддерживать друг друга. Ради Шерри.  Иногда друзья просто сидели перед телевизором с миской попкорна и смотрели фильм, изредка переговариваясь. Иногда играли в скрэббл. Такие вечера нравились Клэр больше всего, ведь ей, наконец, удалось хоть в чем-то превзойти Леона. Соперничество было в ее крови, благодаря старшему брату.   Леон ужасно играл в скрэббл. Он оправдывался, что английский не его конек, так как больше любил в школе точные науки. И на каждый матч-реванш настраивался как на последний решительный бой, от которого зависела вся его жизнь. Однако это, к безмерной радости Клэр, не помогало ему победить. Пусть Леону и не хватало навыков, но играл он азартно, с полной отдачей и частенько смешил Клэр и Шерри оригинальной орфографией и явно выдуманными словами. Кроме скрэббла Леон и Клэр играли еще и в шахматы. И тут он был сильным соперником. Но иногда поддавался Клэр, чтобы лишний раз услышать её восторженные крики о том, что она выиграла.   Вскоре Клэр заметила, что с нетерпением ждет вечеров в обществе Леона, и рассердилась. В первую очередь на себя. Как бы она ни старалась защитить себя и не влюбиться в него, он все равно изловчился и проник за ее толстую броню. Это чем-то напоминало автомобильную аварию: видишь, что она произойдет, но никак не можешь предотвратить неизбежную катастрофу. Однако Клэр старалась сохранить хоть какой-то контроль над ситуацией. Как только время подходило ко сну, она вставала и уходила в комнату. И в следующий раз они начинали игру или кино там, где остановились в предыдущий вечер.  — Нет! — возразила Клэр. Они с Леоном снова сражались в скрэббл. Оба сидели на полу, а игральная доска стояла на низком журнальном столике между ними. Шерри сидела напротив них и записывала заработанные очки в блокнотик.   — Я еще как против! Нет слова «Мармелате», и ты хорошо это знаешь.  — А я говорю, что есть, — беспечно пожал плечами Леон. — Ты не хочешь, чтобы я получил бонусные очки и утроил свой счет, поэтому и возражаешь.  — Конечно, не хочу, — согласилась Клэр. — Сто семьдесят восемь очков за несуществующее слово?! Да вот еще! Я тут не в поддавки играю.  Леон по-мальчишески улыбнулся, и Клэр отвернулась, отчаянно стараясь не поддаться его очарованию.  Поворчав для вида, Кеннеди убрал свои буквы с доски.  —  Вообще-то, это итальянское слово, переводится - джем, — пробормотал он. Клэр закатила глаза.  — Вот и используй его, когда будешь играть с итальянцем.  Леон рассмеялся так радостно и беззаботно, что у Клэр перехватило дыхание. Похоже, с каждым днем он все больше расслаблялся…   Кеннеди снова сосредоточился на доске. Он что-то пробормотал и погладил подбородок, обдумывая свой следующий ход. Наконец, он остановился на слове «лестница», но разместил его на доске так неудачно, что оно принесло ему всего восемь очков. Шерри ехидно хмыкнула, записывая его жалкие баллы, а потом Клэр со сладкой улыбкой указала на букву «т», с которой Леон мог выложить слово «таблица». Затем она использовала ту же букву для слова «торкрет», которое благодаря удачному расположению принесло ей тридцать девять очков.  — Что это за слово? Имена собственные запрещены! — недовольно буркнул Леон.  Клэр, не сдержавшись, хихикнула, взяла словарь, нашла определение слова и показала другу. Тот внимательно изучил описание, что-то тихо сказал и снова склонился над доской.   Редфилд заметила, что челка упала ему на лоб, и ей до смерти захотелось смахнуть ее назад.  —  Леон, тебе не кажется, что кому-то пора спать? — сказала она, отвлекая себя от безумного желания прикоснуться к другу.  Ее слова привлекли внимание Леона. Он поднял голову от доски и широко улыбнулся.  Шерри умоляюще посмотрела на друзей. Ведь ей совсем не хотелось спать, и наблюдать за увлекательной игрой было куда интереснее.   — Ну, можно еще 20 минуточек?   Леон бросил взгляд на часы.   — Нет. Уже поздно. Тебе ещё надо в душ. Пока моешься, пройдёт много времени. Мы пока с Клэр всё соберем.   — Да, ты пока иди, а мы всё соберем, – поддержала Леона Клэр и засмущалась.   Частенько ей казалось, что он хочет быть вместе с ней наедине подольше.  — Хорошо, — Биркин встала с пола и нехотя поплелась в ванну.   Леон взял мешочек от настольной игры и начал аккуратно складывать в него фишки. Клэр ему помогала. Их взгляды встретились. Контроль над собой начал теряться. Они сидели очень близко, наблюдая друг за другом.   Скажи что-нибудь Клэр, иначе я не смогу сдержать себя, — подумал Кеннеди.  — А вот и последняя! — радостно сообщила Клэр и потянулась к Леону за деревянной фишкой, лежащей у его ног.   Ее пальцы коснулись его колена, когда она поднимала букву. Он почувствовал, что его тянет к ней.   — Да, — прошептал он. — Последняя.   Кеннеди наклонился чуть ближе. Его рот был лишь в миллиметре ото рта Клэр.   Одна его часть чувствовала себя обманщиком. Он не сдержал себя. Но другая часть рядом с ней чувствовала себя как дома.   Редфилд оцепенела, когда губы Леона нежно прижались к ее губам. Они ничего не просили, а просто знакомились с их очертанием.   Кеннеди ласково обнял ее лицо, ладони обхватывали щеки, а кончики средних пальцев коснулись ушей. Он стал целовать ее с большей настойчивостью. Его губы теперь уже не изучали, а требовали, и, наконец, с тихим вздохом Клэр ответила на поцелуй. Сладкий на вкус язык Леона с оттенком пряного тепла от их ужина, прошелся по ее рту, прося впустить. И она сама, до боли желая этого, открылась для него. Стремясь, чтобы Леон был еще ближе, Клэр зарылась руками в его мягкие густые волосы и притянула его к себе. Он с радостью откликнулся и начал целовать ее пылко, даже жадно. По крайней мере, так ей чувствовалось. По силе эмоций этот момент затмевал все, что она испытывала раньше. И для Леона, судя по тому, как он дрожал, тоже. Он держал её лицо, обхватив подбородок руками, целовал её, как будто она была чем-то нежным и драгоценным, чем-то, что он так любил и оберегал.   — Ребята, я забыла пи-жа-му...   Они виновато отпрыгнули друг от друга.  — А что это вы тут делаете? — прищурив глаза, Шерри поставила руки в боки.   — Да вот, почти всё собрали. — Леон стал запихивать доску в коробку, но у него ничего не получалось. Его так трясло, что коробка в руках ходила ходуном.  Клэр растерялась, не зная, что ответить. — Да, мы всё уже собрали. Она взяла из рук Леона коробку. Её тоже потряхивало, но не так сильно, как его, поэтому ей удалось всё сложить на место.  Шерри быстро сбегала за одеждой. И перед тем, как скрыться за дверью ванной, сказала:  — Я, если что, буду мыться долго. Минут тридцать. А лучше сорок.   — Шерри!  — в один голос произнесли её имя Леон и Клэр.  Лицо Клэр залилось ярким румянцем.   — Неловко вышло, да? — Леон поправил волосы и посмотрел на Редфилд пронзительным взглядом, который, казалось, проник прямо в душу, и улыбнулся… Застенчивый смех Клэр разорвал напряжение, повисшее в воздухе.