Глава двадцать третья: «Особенный день для Уильяма»

Спустя полчаса петляний по городу Крис наконец вывел нас к какому-то клубу. Это я понял по громкой музыке и пьяным возгласам. – Пошли! – Кристофер дёрнул меня за руку и поддался вперёд. Но я был против таких мест, поэтому отпустил его раньше, чем он успел сделать шаг вперёд. Он обеспокоенно обернулся. – Тебе там понравится, вот увидишь! Я отрицательно мотнул головой. – Хорошо, – спокойно вздохнул Крис. – Давай так, если тебе не понравится, мы уйдем. Я замер, раздумывая несколько секунд, а потом протянул ему руку. Кристофер довольно улыбнулся, схватил меня за предплечье и потащил внутрь. Мне не понравилось это место с первых же секунд: отовсюду звучала чересчур громкая музыка, звук бьющихся бутылок и чьи-то вопли. Самое странное, что это место чем-то зацепило Кристофера, и он, чуть ли не каждую секунду, поворачивался ко мне с одними и теми же вопросами: «Ну как тебе? Уже вошёл во вкус?» А мне как не нравилось, так и продолжало не нравиться. Я бы, наверное, так и сидел, если бы Крис не заказал нам выпить и не заставил меня попробовать. После пары глотков я уже не выдержал: тут же выскочил из клуба с невыносимым желанием бежать. Не мог больше терпеть. Кристофер мгновенно выбежал за мной. А я, стоя у фонарного столба, еле сдерживал тошноту. – Блять, прости меня за то, что я такой! Я должен был сразу тебя послушать и пойти куда-нибудь в другое место! Прости, прости, прости меня, идиота! – бил себя по голове Кристофер, пока его извинения доносились в моей голове эхом. Я чувствовал себя ужасно, болезненно вспоминая непонятную громкую музыку, неприятный запах пота, алкоголя и никотина, грохот бьющейся посуды и женский голос, подкатывающий к Кристоферу. «Почему ты затащил нас в столь ужасное место?!», «Почему именно меня?!», «Почему именно в этот день?!» – доносилось тем же эхом в моей голове, пока я не почувствовал, как меня выворачивает. Кристофер тут же подскочил ближе, дабы одной рукой придерживать мои волосы, а второй меня самого. На удивление после этого мне стало намного легче. Крис достал из рюкзака бутылку воды и пачку мятных жвачек, протянув всё мне. Я нащупал только воду. – Прости, это всё из-за меня!.. – уже тише продолжил извинятся он. Я опустошил бутылку наполовину и отдал обратно. – Просто отведи меня поесть пиццы и купить новую куртку. – Но зачем? Твой ДР должен быть особенным! – Особенным? Особенным для кого?! – не выдержал я. – Для бармена в клубе? Ахуеть, Уильям первый раз за свою жизнь пришёл пропить всё своё наследство! – Уилл, я же... – попытался перебить Крис, но слова выходили из меня точно так же, как и алкоголь вперемешку с недавним завтраком. – Нет уж, дослушай! Это общество решило, что восемнадцатилетние – это что-то особое, это возраст, когда ты достиг совершеннолетия. А что, если я ещё не достиг своего совершеннолетия? Что, если я его просто не чувствую, не ощущаю?! – я вздохнул. – Если так хочешь сделать мой день рождения особенным, просто дай мне право выбора, своди поесть чертовой пиццы и помоги выбрать куртку на зиму. Это всё, что сегодня сделает меня счастливым. Я достал из кармана трость, разложил и сделал с ее помощью пару шагов. Вроде, не забыл… Кристофер несколько секунд постоял в недоумении, а потом, усмехнувшись и извинившись в последний раз, куда-то направился. Я проследовал за ним. В тот вечер, как я и хотел, мы выбрали мне теплую и удобную куртку и поели пиццу. Последний раз я ел ее во втором классе, когда получил пятерку за «важную» проверочную работу по математике. После этого мама перестала ее заказывать совсем, а мне объяснила тем, что она слишком вредная. Я, в свою очередь, сопротивляться и спорить не стал.