Радуга

Аu: их встреча после побега. Он ненавидел радугу. Эта ядовито-яркая смесь цветов, которая отравила всю его жизнь. Кориолан помнил, что когда вышел в тот день из леса, небо украшала радужная дорожка, идеально лежащая над озером. Тогда он подавил в себе желание самому утопиться в этом озере. В тот день он сел на поезд, думая, что навсегда оставляет в прошлом радужную долину, но она как призрак прошлого, преследовала его везде. Она напоминала о той, кто навсегда осталась в тех злополучных лесах, в заржавелом сердце Кориолана Сноу.

«I am lost, in a rainbow

Now our rainbow, is gone»

-Спасибо мисси… Ма, — оговаривается он, лучезарно улыбаясь и принимая свою тарелку с едой. Он сидит в кругу своей семьи, делясь делами в Академии и своими успехами по работе с Галл. После победы в голодных играх и возвращении домой, ему пришлось вновь подымать своё имя из руин, уверяя всех, что Сноу всегда побеждают, и у него это вышло. Каждый день люди смотрели на него, как на победителя, как на героя, восхищаясь и завидуя. Он обладатель премии Плинта, ученик престижной Академии, победитель и будущее страны. Кориолан всегда мастерски умел убеждать всех в желаемой ему картинке, всех, кроме себя. Каждый день, встав из семейного стола и желая Плинтам спокойной ночи, он целует свою Ма в щеку и жмёт на прощание отцу руку, как примерный и любящий сын. И ему верят все за столом, делая вид, что так и должно быть, что именно он их любимое чадо, их чудо и плод любви. Лишь только одна Тигрис, которая смотрит на него со смесью отвращения и неприязни, оказывается поддаваться его чарам и играть в этот, пропитанный желчью, театр. Она одна за этим столом помнит истинного хозяина и наследника этого дома, и каждый раз за ее спиной Кориолан Сноу видит тень Сеяна Плинта, но это его совершенно не пугает и не тревожит, с этим он смерился. Со своим персональным призраком у Кориолана Сноу встреча назначена в полночь, в его комнате, когда доза морфлинга достигает и без того отравленного сознания, даря каплю фантомного спокойствия. В эти моменты, находясь на периферии сознания, здравый смысл тихо шептал ему: «а себя то ты обмануть не смог, Корио.» Он не знал, что в этот момент бесило его больше: что мысли были чертовски правдивы, или что произносились её голосом? В такие моменты, сидя на полу, оперевшись спиной об стену, он полуприкрытыми глазами ловил ее тень, которая тихим голосом нашёптывала ему режущую правду.

«Overcast, by your shadow

As our worlds move on»

Он не знал, зачем принимал этот чертов наркотик. Морфлинг нужен, чтобы заглушить физическую боль, но Кориолан Сноу оказался мазохистом, который ради призрачного образа был готов терпеть боль, тошноту и желание выцарапать себе глаза. Он ненавидел её, проклинал каждый день, чтобы затем ночью раскаиваться перед ее призраком за приченную боль и предательство. Только тогда он мог признать все свои ошибки. В глубине души он понимал, что всё это неправильно, что голодные игры-ошибка., но именно она привела его к успеху. Изначально он не строил на Люси Грей никаких планов, дистрикты для него были просто людьми, ни больше, ни меньше. Но у судьбы на него явно были другие планы, заставившее его сделать слишком большие ставки, а затем и отдать всё, лишь бы быть ближе к ней. Сноу помнил её прощальный взгляд. Она улыбалась ему, перед тем как исчезнуть навсегда. «Не сахарная, не растаю.» И именно это она сделала, просто исчезла, забирая все краски из его жизни, делая мир вокруг серым. В тот день он её возненавидел, даже был готов убить, но сделал бы он это на самом деле? Если бы она стояла перед ним на коленях, вонзил бы пулю в лоб, чтобы потом сбросить оружие вместе с мертвым телом в озеро? Тихий ответ прозвучал в голове: " нет.» У него бы просто не хватило сил убить то, ради чего он пошёл на всё.

«In this shirt, I can be you

To be near you, for a while»

После очередной дозы наркотика, он достаёт из-под матраса маленький оранжевый сверток, который был когда-то шарфом его покойной матушки. Он хранит его до сих пор, только теперь нежный аромат роз и материнского тепла исчез, отдавая место запаху еловых веток, земли и её тела. Он вдыхая этот аромат глубже, желая почувствовать её ярче, будто она тут, рядом с ним. Завтра утром он вновь будет выполнять свои дела, наблюдать за дикими экспериментами Галл и думать, как бы улучшить ненавистные голодные игр, но сейчас у него есть время для самоанализа и попытки окунуться в такое теплое прошлое.

«In this shirt, I can be you

To be near you, for a while»

*** -Слышал о новом заведении, а Сноу? Не хотел бы составить нам компанию завтра вечером? Говорят, там обитают такие девочки… В Университете часто мелькали разговоры о подобном. Заведения, где дети богатых родителей могут отдохнуть от отеческой опеки и насладиться всеми грехами человечества. Для мужской части это еще была и неплохая возможность развлечься. Проституция в Капитолии была всегда, но в последние годы они стали больше выходить на поверхность, создавая полноценные бордели. И в такие моменты брезгливых, придирчивых парнишек не особо волновало, что они трахают какую-нибудь девчушку из дистрикта 3 или 7, и попадали эти девочки явно не по своей воле туда. Можно было встретить и капитолиек, которые из-за нищеты были готовы пойти на всё. В таких местах равны были все, все обезличены, имели лишь ценник и номерок. Вот оно, будущее Капитолия. -Нет, спасибо, не хочу к 25 годам помереть от какой-то инфекции, — спокойно отвечал Сноу, игнорируя скучающие взгляды одноклассников. -Да ладно тебе нудить, хозяин их тоже не дурак, все девочки проверены, к тому же там теперь можно выбирать, каждую представляют, как на аукционе. И чем это отличается от голодных игр? У каждой девушки свой номер, всех их нарядно одевают, чтобы потом выставить на продажу, как трибутов перед спонсорами. И выиграет та, которая по итогу получит больше денег, дабы прожить подольше. Голодные игры Кориолан в душе ненавидел, поэтому эта идея вызывала у него лишь отвращение.

«There's a crane, knocking down

All these things, that we were»

После занятий он, как обычно, направляется к Галл. Кем же она стала для него за эти годы? Учителем, наставником, товарищем? Он мог доверить ей всё, давно перестав бояться и нервно мыслить от одного её взгляда. Она была его лифтом в карьерной лестнице, которым он с удовольствием пользовался. Кориолан давал себе понять, что если в один прекрасный день этот лифт сорвётся, падать будет очень больно. -Добрый вечер, мистер Сноу, — раздался голос из-за ширмы в центре комнаты. Эксперименты Волумнии Галл были поистине сумасшедшие, но со временем он начал привыкать к ним, хотя после таких зрелищ его обычно рвало. -Добрый, доктор, — перед тем, как отодвинуть занавеску, он тяжело вздохнул, готовясь увидеть очередной кошмар. Когда-нибудь он полностью привыкнет, перестав вздрагивать каждый раз при виде растерзанного тела. Проступив вперёд, юноша слегка поморщился от яркого света. Запах паленой плоти тут же ударил в нос, вызывая рвотные позывы, но парень уверенно продолжал держаться. Нехотя переведя взгляд на стол, ему стало еще хуже. Казалось, что желудку стало тесно, а глазам наоборот захотелось спрятаться под тяжестью век, лишь бы не видеть этого. На столе, в луже алой крови, которая тихо капала на пол, лежала белого цвета голубка, судорожно барахтаясь в собственной крови. Разглядывая изувеченное животное, Кориолан упорно пытался разглядеть крылья несчастной птицы, и по итогу ему даже удалось их найти, только не на спине у пташки, а на соседнем столе.

«wake, in the night

To hear the engines purr»

-Меня всегда поражало упорство живых созданий, их желание бороться, — раздался голос женщины где-то со стороны, — когда мы бросаем трибутов на арену, они все так упорно боряться за свою жизнь, зная, что их в конечном итоге все равно ждёт конец. Я решила проверить это еще раз, и представляете, мистер Сноу, эта голубка не оставляет попыток взлететь, даже когда я обрезала ее крылья. Ему вдруг показалось, что в помещении стало намного меньше воздуха, будто пространство сжалось. Повернув голову в сторону Волумнии, он встретился с её пристальным взглядом. -Также происходит с людьми, окрыленными надеждой, мистер Сноу, — продолжала женщина, разглядывая своего ученика, — вот только когда ее у них забираешь, они остаются абсолютно сломленными биться в собственных разбитых мечтах, упорно продолжая хоть что-то изменить, бороться дальше, — доктор медленно подошла к столу. Сноу заметил, как в ее руке что-то блеснуло, — даже жаль, что у таких птиц высокого полёта больше никогда не будет возможности вернуть свои крылья и вновь пуститься в свободное небо. Но мы ведь можем всегда прекратить их мучения, ведь так, мистер Сноу? -Да, мэм. Он не моргая наблюдал, как она одним резким движением перерезает несчастной птице глотку, как животное последний раз бьется в предсмертных конвульсиях, перед тем, как замереть навсегда. -Ее поймали, мистер Сноу.

«There's a pain, it does ripple

Through my frame, makes me lame»

Он вновь смотрит женщине прямо в глаза, желая, чтобы она немедленно продолжила говорить. -И где же она? — Сноу говорит спокойно, хотя внутри все кипит от гнева и желания знать об происходящем. Мысль, что она тогда выжила, приводила в злость, но факт ее поимки и нахождения в Капитолии заставлял все внутри сделать кульбит. «Лучше бы она тогда умерла, чем оказалась вновь здесь.» — Как же, вы не знаете? — удивлённо посмотрела на него Волумния, а затем усмехнулась, — ах да, вы ведь не такой, как ваши одноклассники, слишком целомудренный, хах. А знаете что, мистер Сноу, вы выглядите очень усталым, я еще явно вас напугала своим экспериментом, так что сходите-ка вы сегодня со своими друзьями прогуляться, они точно знают место, где вы сможете отдохнуть и поквитаться с прошлым. Сердце замерло от нахлынувшего осознания. Кориолан ненавидел правду даже больше, чем радугу. Если природное явление встречалось редко и от него всегда можно было спрятаться в стенах собственного дома, то от правды ему бежать было некуда, она настигала его каждую ночь, заставляя корчиться от боли. -Вы отправили ее в дом удовольствий? — холодный, как снег голос, заставил стекла в рамах дрогнуть, но доктор Галл и бровью не повела. -Видите ли, Капитотий очень полюбил свою певчую птичку, и хочет продолжать проявлять эту любовь, — кривая улыбка вновь заиграла на ее лице, — к тому же у вас наконец-то появилась возможность отыграться над ней за все то, что она сделала и какую боль причинила. Такой возможности упускать нельзя, мистер Сноу.

«There's a thorn, in my side

It's the same, it's the prize»

На его лице появляется короткая улыбка. Возможность, которую нельзя упустить? О да, тут он не поспорит, такая честь выпала на долю юного наследника рода Сноу, отыграться над собственной мучительнице. Он не упустит свой шанс. -Конечно, доктор Галл. Благодарю вас, за предоставленную возможность, — они смотрят на друг друга с улыбкой на лице, делая ставки, чьё же тело вынесут завтра из местного борделя. *** Темнота была верной подругой Сноу. Она скрывала его падения, только при ней он мог быть честен и показать свои чувства, лишь темнота могла видеть настоящего Кориолана Сноу. Ночное заведение находилось в старом потрёпанном районе, в одном из некогда жилых домов. Попасть туда можно было через подсобное помещение, открывающее путь сначала в холл со столами и диванчиками, где можно было насладиться музыкой, красивыми девушками и крепким алкоголем. Верхние же этажи были отданы под комнаты для приватных встреч, где клиенты могли уединиться. Темная комната была вся пропитана запахом благовоний и слегка-уловимым ароматом морфлинга. Он вел себя сдержанно, почти холодно, стараясь не засветиться нигде, все-таки нельзя было вновь ударить в грязь лицом, еще и таким глупым способом. Его взгляд время от времени метался между парами, пытаясь из всей этой темной массы выцепить копну кудрявых волос. Он хотел ее видеть, хотел посмотреть, во что она превратилась, хотел знать причину ее ухода.

«Of you and me, ever changing

Moving on now, moving fast»

Все произошло слишком резко, не успел он и опомниться. Усевшись в самом тёмном углу, Кориолан перевел свое внимание на суматоху в центре зала. Несколько девушек в ровном шеренге, все ярко одеты, сильно накрашенные и с необычными прическами. Они были все похожи друг на друга, но из этой яркой массы в глаза бросалась, словно кровавое пятно на белоснежной рубашке, девушка в радужном платье и с гордо поднятой головой. Она не улыбалась, в отличие от своих коллег, стояла тихо и гордо. Он жадно разглядывал ее, будто видел впервые в жизни. Его Люси Грей сильно изменилась: волосы стали короче, почти по плечи, тело исхудало еще сильнее, а глаза потухли. Наверное это и было их с ней главной схожестью, у обоих в глазах пропал огонь, у обоих была отобрана надежда, обрезаны крылья. -Я хочу эту девушку, — равнодушно кинул он официанту, словно заказал себе обычный ужин. -Конечно, сэр. Она будет ожидать вас в 12 комнате, — очередная издевка судьбы, которую Кориолан принял с улыбкой, глядя, как меняется лицо девушки в радужном платье, стоило ей только услышать номер комнаты.

«And this touch, must be wanting

Must become, through your ask»

Через 10 минут, после внесения оплаты, он будет стоять перед дверью комнаты 12, собираясь с мыслями. Он ждал эту встречу столько времени, и что вот теперь оттягивает момент, как только может. Боиться? Что за глупости, Сноу ведь никогда ничего не бояться. Тогда почему он, как нашкодивший мальчишка, не может просто зайти и наконец-то поквитаться с ней? Ответ настигает его, стоило только двери открыться и их глазам встретиться. Она сидела в кресле в центре комнаты, стараясь посильнее укутаться в кусок ткани, на ее лице читалась смесь вызова и борьбы, но стоило Люси Грей увидеть его, как безумие сковало ее лик. -Нет… — тишину нарушил надломленный голос, она сильнее впилась в кресло, будто увидела призрака, — этого просто не может быть… А Кориолан замер в центре комнаты, пустым взглядом глядя на свою пташку в клетке. А он оказывается начал забывать ее черты лица, изгибы ее шеи. Захотелось подойти и коснуться девушки, убедиться, что это не его разыгранная фантазия подкидывает ему фрагменты прошлого.

«But I need, Jake to tell you

That I love you, it never ends»

-Ну здравствуй, Люси Грей, — он не узнаёт собственного голоса, продолжая пристально на нее смотреть, — я и не знал, что смогу увидеть тебя вновь. -Я думала о том же, но голодные игры, по-видимому, никогда меня не отпустят, — она говорила тихо, крепко сжимая подлокотники кресла, прододжая безумно смотреть на него, — я знала, что за победу мне придётся расплачиваться, но точно не ожидала, что буду еще и платить тебе за свой побег. — Жизнь любит выставлять счета, — но пришёл ли он брать оплату? Идя в это место, он действительно думал, что заставит ее пожалеть о содеянном, но стоило радуге появиться в поле зрения парня, как все мысли разбились об камень, — а я люблю получать ответы на интересующие меня вопросы. -И что же тебя интересует? — ему показалось, что голос стал крепче. -Почему ты сбежала тогда? -Я испугалась тебя, Корио, — ясно ответила она, глядя ему прямо в душу, — я тебя боялась. -А сейчас? -И сейчас всё ещё боюсь. «А я всё еще представляю тебя каждую ночь в своих объятьях, пытаясь не сойти с ума без твоего голоса и запаха.»

«And I've bled, every day now

For a year, for a year»

— Ты пришёл, чтобы поквитаться со мной, ведь так? — она вновь сжалась, словно кобра при прыжке, — тогда лучше придуши меня, Кориолан Сноу, если в тебе осталось хоть что-то хорошее. Если же нет, то просто так я тебе не дамся. Ему захотелось смеяться. Наверное об этом и говорила Галл, птичка с оторванными крыльями продолжает упорно биться в собственной клетке, бороться до конца. Это упорство поражало. Наверное за эту черту характера он ее и любил. Надежда в ней была сильнее чувства страха, боли и отчаянья. -Как ты попала сюда? — он проигнорировал ее комментарий, продолжая осматривать девушку с ног до головы, ища какие-либо повреждения. Кроме пары садин и небольшого синяка ничего не было, но глаза инстинктивно метнулись на радужную юбку. Если бы самое страшное уже произошло, она бы наврятли так храбрилась сейчас. -А ты не знаешь? Не по твоему ли приказу я здесь? — её голос дрогнул, а корпус поддался вперед, будто она сейчас накинется на него, — будто ты не знал, что после моего побега меня подали в розыск на все дистрикты. Мне пришлось прятаться, словно я не победительница, а до сих пор выживший трибут, от которого нужно срочно избавиться. И как ты видишь, у них это получилось, только вместо быстрой расправы меня ждёт долгая мучительная смерть. Последние слова она буквально выплюнула, отворачивая от него и тихо всхлипывая. Он мог поклясться, что видел как закровоточили её раны, напоминая о безвыходности положения. -У тебя уже был клиент? — вопрос, повисший в воздухе, который буквально накалил обстановку до предела. -Нет, Кориолан, ты в каком-то смысле первый, — её заплаканные глаза вновь устремились к нему. Он видел, что девушка на грани истерики и нервного срыва, но продолжал молча сверлить её взглядом, — ты ведь за этим сюда пришёл, ведь так. Мое время платить по счетам пришло?

«I did send, you a note

On the wind, for to read»

Он судорожно размышлял о том, что ему делать теперь. У него не было никакого желания насиловать её, делать с ней хоть что-то подобное, но уйти он не мог хотя бы потому, что её тут же отправят к следующему клиенту. Всё стало ещё хуже, когда от длительного молчания её нервы окончательно сдали и она просто уронила голову на колени, зарыдав. -Если бы я знала тогда, что такой финал меня ждёт, то позволила бы тебе добить меня тогда в лесу, — прокричала она, не глядя на него. -Ты могла остаться со мной, а не сбегать, ты же сама загнала себя в эту клетку, — его терпение тоже начало подходить к концу, слишком тяжело было сдерживаться в такой обстановке. -Я бы осталась, я бы вернулась бы с тобой даже в Капитолий, если бы ты просто был честен со мной, — её мокрые глаза затравленно на него смотрели, вызывая волну боли в сердце, — а что ты мне предлагал, а? Уйти с человеком, который мне не доверяет, у которого от меня тайны и который в случае чего может меня просто убить? -Ты бы сбежала, даже если бы я сказал тебе об убийстве Сеяна, — спокойно ответил он, подходя к девушке ближе, — ты бы ушла всё равно. Да, я сделал это, потому что в противном случае он бы отправил нас обоих на висельное дерево. Ты думаешь, я хотел этого? Я был уверен, что его отец заберет его в дистрикт 2, но никак не думал, что его повесят. -Если бы ты сказал мне все сразу, я бы не ушла, — коротко ответила, обнимая себя за плечи, — я бы приняла это, потому что я тоже убивала, Кориолан, если ты не забыл. Но выбор сделан, и вот я здесь теперь, — на её губах появилась безумная усмешка, — а ведь я даже послала тебе сойку-пересмешницу, перед твоим отъездом в дистрикт 2. Жаль, ты уехал раньше. -И о чём же ты мне писала, Люси Грей? — он не заметил, как оказался совсем впритык к ней. На секунду замешкавшись, он всё-таки опустился перед ней на колени, чтобы быть хоть каплю ближе к девушке. -Я отправила тебе песню, о том, что живая, — она слегка отшатнулась от него, продолжая со страхом наблюдать за ним, — я хотела, чтобы ты знал, что я жива.

«Our names, there together

Must've fallen, like a seed»

-Если бы я знал, то не уехал бы, — он был честен с ней. Люси Грей была похоронена в его сознании, навсегда оставшись призраком леса дистрикта 12, — если бы я знал, то ты бы сюда не попала. В её глазах вновь заблестели слезы, и девушка спрятала лицо в ладонях, окончательно теряя над собой власть. Её рыдания разбивали все столбы спокойствия Кориолана Сноу, и он, не в силах больше сдерживаться, — поддался вперёд, сжав её в объятьях. Её тело тут же задрожало, и она нервно заерзала, пытаясь высвободиться. -Нет, прошу тебя, пусти, — зашептала онас продолжая рыдать, — прошу, Кориолан, не надо. -Тихо, Люси Грей, тихо. Я ничего тебе не сделаю, я обещаю. Даже если ты мне больше не веришь, я клянусь тебе, что не сделаю с тобой ничего против твоей воли, — он крепче сжал её в собственных объятьях, пока наконец удары в его грудь не прекратились, и девушка бессильно свалилась на него, продолжая плакать.

«To the depths, of the soil

Buried deep, in the ground»

-Я не знаю, что мне теперь делать, Кориолан, — ее голос стал совсем тихим, она продолжала истерично шептать ему в ухо, пока он сжимал её в объятьях, — мне дали срок на три года, за попытку побега, три, Кориолан. Три года унижения, боли и отчаянья. Если бы я не была победителем, они бы меня просто повесили. Господи, Кориолан, лучше бы они меня убили. Он продолжал обнимать ее, раскачиваясь из стороны в сторону. Он не знал, что им делать. Вновь эту гадкое ощущение, когда ты понимаешь, что твоих сил недостаточно, что ты ничего не можешь сделать с ситуацией. Почему-то на ум пришли слова Тигрис, что любая любовь приносит плоды. Любовь этих двоих приносила лишь боль и саморазрушение. -Я что-нибудь придумаю, — он не верил самому себе, поэтому на доверие с ее стороны даже не надеялся, — я приложу все усилия, чтобы достать тебя отсюда. Я знаю, что ты возможно никогда уже мне не доверишься, но я обещаю тебе, что ты не ляжешь ни под одного мужчину без своего желания.

«On the wind, I can hear you

Call my name, held the sound»

-Корио, а знаешь, что самое ужасное? — в ответ раздался тихий шёпот ему на ухо. Как же давно его никто так не называл, — что несмотря на это всё, я до сих пор не могу тебя отпустить. Я не верю тебе, но продолжаю испытывать к тебе чувства, и это мучает меня ещё сильнее. Прикрыв глаза, он уткнулся ей в волосы, переваривая услышанное. Это чувство было абсолютно взаимным, от этого еще более травмирующим. Они сидят в центре этой комнаты, оба израненные временем, оба лишённые возможности и надежды на спокойное будущее и покой, неверующие никому, даже себе. Наверное это Волумния и имела в виду, смерть-это облегчения страданий. -Я люблю тебя, — произносит она сквозь слёзы, убивая его первым.

«I am lost

I am lost, in a rainbow

Now our rainbow, is gone»

Пути назад нет, теперь он знает точно. Целуя ее в лоб, он шепчет слова успокоения, пытаясь поверить самому себе, пытаясь убедить её, что всё будет хорошо. Когда она наконец выдыхает, ее плечи судорожно опускаются и она безмолвно утыкается ему в грудь, больше не шевелясь. Он также молча поднимает её на руки, укладывая на большую кровать и накрывая одеялом. -И что теперь? — произносит она, глядя в потолок. Голос без капли эмоций, она полностью опустошена. -Сейчас спи, а там посмотрим. Сегодня у тебя заказов больше не будет, как и в ближайшую неделю, можешь поспать. Даже несмотря на темноту, он все равно видел её уставший взгляд, адресованный ему. -Хорошо. Спасибо, — коротко ответила, отворачиваясь к окну, тем самым завершая разговор. Выйдя из комнаты, он тут же поймал одного из официантов, крепко хватая его за плечо. -Значит так, там в комнате девушка, я хочу, чтобы никто кроме меня к ней не подходил, ясно? Никаких заказов, клиентов, гостей, она только моя. Цена вопроса меня не волнует, главное чтобы до утра она спала тут в целости и сохранности, без всяких посетителей, я понятно объясняю? Спокойный сон Люси Грей сильно ударил по карману, но Кориолан предпочёл об этом не думать лишний раз. Впереди его ждут мысли по печальнее, например как купить этой девушке свободу и увести ее без проблем из Капитолия. Вдохнув аромат знакомого наркотика, парень понял, что сегодня никто из них живым из этой комнаты так и не вышел.