Рядом. Часть 22

Я всё соврал.

У вас обычные глаза,

И голос ваш такой же как у многих, 

Я врал, что всё хотел вернуть назад,

Сплетая воедино две дороги.

И ваши безмятежные черты

Ничуть меня не душат среди ночи.

Да и в объятьях ваших глубины,

Мне кажется, не больше, чем у прочих.

Ещё я врал,

что шёл за вами по пути,

Что выдержал разлуки еле-еле.

Я так же врал, что вас когда-нибудь любил.

Я врал себе... 

но так и не поверил…

Эль Твит

Во что только вляпалась Мэй, соглашаясь на эту авантюру? Ведь даже ежику понятно, что ничего хорошего из этого не выйдет.  Так и Мина не отставала с просьбой одеться по наряднее, а не как обычно. Еще и фотоотчет потребовала!  Когда наконец скромное платье винного цвета устроило Ашидо, Мэй надела чёрные каблуки с острым носом и закрыла квартиру, смотря на время в телефоне, и тихо вздохнула, потому что опаздывала на добрые полчаса.  Квадратный вырез платья подчеркивал ее хрупкие ключицы и элегантную шею. Когда Мэй не шевелилась, она была похожа на фарфоровую куклу на витрине дорогих коллекционных игрушек.  Волосы были собраны в низкий пучок, чтобы не мешались при сильных порывах ветра. Сегодня вроде и дождь обещали. Хорошо, что такси ехало быстро, и время опоздания не на много увеличилось.  Войдя в маленький ресторанчик на углу улицы, к блондинке подошел администратор и проводил к зарезервированному на двоих столику.  В приглушенном свете при свечах, с одним пригубленным бокалом вина сидел молодой парень с печальным взглядом брошенного щенка.  Но заметив на горизонте Мэй он тут же приободрился и достал из под стола букет алых роз, гордо вручая их девушке.  — Я не знал какие цветы ты любишь, поэтому взял самые популярные, - мужчина опустил глаза ниже и добавил, - и не прогадал, они отлично сочетаются с твоим платьем.  Не смотря на опоздание, ужин проходил довольно неплохо, но невообразимо скучно. Постоянные неловкие паузы и его жалкие попытки узнать что то для галочки.  — Ты же не японка? Откуда приехала? - парень подпер рукой щеку и неотрывно смотрел на Мэй.  — Из Англии, - напряжение между ними нарастало все больше и больше.  — Почему переехала?  Казалось бы обычные вопросы, но так не хотелось развернуто отвечать.  — Отца пригласили работать в Японию.  — Оу, а кем?  — А ты где работаешь? - Мэй мило улыбнулась в надежде перевести тему и приложив чуть больше силы, чем надо, цокнула ножом по тарелке, когда разрезала стейк.  — В chic place, я стилист по волосам. Уже давно в этой сфере…  Как бы Профессионал своего дела… - он явно напрашивался на комплемент.  Мэй слушала его болтовню и потихоньку пила вино, уже чувствуя легкую дымку в голове.  Но следующий вопрос заставил ее резко протрезветь.  — Может ко мне? У меня здесь студия недалеко.  Все это изначально было глупой и бестолковой затеей. Нужно быстрее сваливать пока не поздно.  — У меня вечером дела. Прости, но мне уже пора. Не люблю опаздывать, - Мэй резко встала, от чего слегка закружилась голова, и уверенным шагом пошла к выходу, не давая ни секунды опомниться собеседнику, и тем более придумать еще более глупый предлог для того, чтобы она осталась.  — Ну автограф хотя бы оставь, - буркнул куда-то в след ушедшей девушке.  Настроение было паршивое. Будто эта бессмысленная встреча только отняла у нее время.  Хотелось выпить чего-то покрепче самого дешевого вина в ресторане.  Как назло пошел дождь.  Неприятная морося щекотала лицо. Постепенно капли становились больше и падали чаще. Да так, что каблуки насквозь промокли и хлюпали внутри. А волосы выбились из прически и противно прилипали телу, как и мокрое платье к коже. На глаза попалась яркая неоновая вывеска "Rosy Jane". Небольшой симпатичный бар, куда в пятницу можно попасть только предварительно записавшись. Авторские напитки и кухня удивляли всех гостей своей уникальностью и незабываемым вкусом. Но девушке «для которой все двери открыты» всегда были рады. Репутация героини дает о себе знать.  Сегодня было много народу. Пятница. Вечер.  — Лонг айленд, пожалуйста, - Мэй облокотилась головой на руку и рассматривала барную стойку, иногда постукивая указательным пальчиком в ритм игравшей музыке. — Ваш коктейль, мисс, - бармен подмигнул девушке и протянул напиток, украшенный лаймом на бортике. Перемешивая трубочкой лед в стаканчике, Мэй разглядывала бар. Помещение с высокими потолками и окнами в пол. Коммуникации были открытыми, отделку не меняли — на стенах оставались грубый бетон и кирпич. Множество занятых столиков, небольшая площадка с микрофоном и танцевальная зона. С потолка свисали лампочки, образуя своеобразный лофт.  За барной стойкой было хорошо. Тело постепенно расслаблялось и становилось ватным. Алкоголь все больше брал над Мэй вверх.  Один из пьяных смельчаков решил подкатить к захмелевшей блондинке, шепча на ухо, непозволительно близко, пошлые шутки.  А потом окончательно осмелев, приобнял девушку за талию. Его схватка была крепкой. И замечания Эвальд этот мудазвон игнорировал. — Да ладно, не парься, крошка. Я подарю тебе лучшую ночь в твоей жизни. У парня заискрились глаза от почти сорванного джек пота, как вдруг тяжелая мужская рука с хлопком приземлилась на его собственное плечо. — Убрал свои грязные руки. Эта крошка занята, - высокий белокурый мужчина яростно прожигал взглядом оппонента, пока тот в знак капитуляции не поднял руки со словами: — Да я так, смотрю одна сидит, скучает, ну я это... и подкатить решил. Ты береги свою малышку и следи за ней в оба глаза, она у тебя просто бомба, - парень засунул руку в карман, взял бокал пива и пошел к компании таких же вдрызг пьяных друзей. — Ой, парниша, а ты тут один или с девушкой? - Мэй разлеглась на барной стойке и медленно хлопала глазами, с каждой минутой теряя связь с реальностью. — А ты ничего такой... тебе хоть двадцать то есть? - Мэй вовсю улыбалась и манила его пальце подойти ближе, - А то ты такой горячий, боюсь не удержусь. Бакуго раскраснелся от такого поворота событий, глубоко вздохнул и выдохнул. — Эвальд, ты окончательно опьянела. Говори адрес, я вызову тебе такси. — Отвези меня сам, - как маленький ребенок капризничала она. — Ты дура белобрысая, проснешься умрешь со стыда. Ты думаешь, что человек, который пришел в бар, выходит от туда трезвым? Адрес, - строгим голосом уже требовал он. — Говоришь как мой одноклассник, бесит. Его глаза сверкали слова два рубина. Он неотрывно смотрел на Эвальд и ждал от нее ответа. Соскочив с высокого стула у барной стойки, блондинка потеряла равновесие и налетела на раскаченного, высокого, подтянутого парня. Его теплое тело успокаивало и расслабляло еще больше, чем весь выпитый алкоголь. Мэй без стеснения провела пальчиком по его твердой груди и прижалась к ней головой, слушая учащённый стук сердца. — Хорош, - Бакуго пытался отлепить от себя девушку, но подсознание так и кричало, чтобы она не останавливалась. Секунда на размышление. И взвесив все да и нет, Мэй встала на носочки и притянула к себе за воротник удивленного Бакуго, который, к слову, был совсем и не против такого исхода событий. Его губы встретились с ее. Хоть и пьяный, но он знал, что делал, и взял под контроль поцелуй. Его пальцы запутались в ее белоснежных волосах, нежно поглаживая чувствительную кожу под ее ухом. Его губы приоткрылись, и, прежде чем она успела все обдумать, его язык оказался у нее во рту. У него был вкус дорогого виски. Эвальд ответила тем же, ее губы ласкали его. Она тут же почувствовала его твердость у своего бедра. — Если мы сейчас же не переместимся куда-то, где поменьше народу, то я оттрахаю тебя прямо на этой барной стойке, - шепнул на ухо возбужденный и разгоряченный Кацуки, проводя рукой по ее бедру. Просить долго не пришлось. И вот спустя две-три телепортации, после которых с непривычки у Бакуго закружилась голова, они оказались в его квартире. Бакуго захлопнул дверь и запер ее. Мэй ожидала, что он немедленно начнет ее раздевать, но он этого не сделал. Она осторожно вошла внутрь, ее голубые глаза медленно осмотрели гостиную, совмещенную с кухней. Ни одной грязной тарелки! У этого чистюли и пылинки в доме не было! Бакуго прошел к холодильнику и вытащил оттуда остатки самодельных онигири. — Будешь? Они с лососем, - Бакуго показал тарелку наполненную рисовыми конвертиками и поставил на стол. — Да! - глаза Мэй засияли. Радостная она пошла мыть руки и весело уселась за стол. На вопрос есть ли что-нибудь выпить, Бакуго лишь неодобрительно вскинул бровь, как бы говоря: "Серьезно? Ну и пьянь..." А после налил ей чая в кружку, с недовольным голосом: — Пей Откусив небольшой кусочек своего ужина, Мэй удивилась насколько же это вкусно. Ну не мог Бакуго быть хорош во всем! — Это потрясающе, Бакуго! Просто объедение! - парень скрыл самодовольную ухмылку ладошкой и просто смотрел как она аппетитно ест. Но если бы она сказала это ему лет десять назад... его амбиции взлетели бы до небес. — Уже поздно. Ложись на мою кровать в спальне, а я пойду на диван. — Сначала я бы хотела помыться. У тебя есть запасная одежда? - все таки ее мокрое платье винного цвета с воздушными рукавами не совсем подходило для сна. Мэй прошла в ванную комнату и включила воду, настраивая ее на теплый режим. Бакуго передал ей чистое полотенце и одну из своих домашних футболок с шортами. Приготовив себе постель на диване, Кацуки скролил бесконечную ленту в одной популярной социальной сети. И совершенно случайно зашел на ее аккаунт. На каждой фотографии она улыбалась. Будь это фото с отпуска или фотоссесия для Junon. Бакуго зашел в комментарии под одной из ее летних прошлогодних фотографий. Там она была на берегу песчаного моря в белом воздушном хлопковом платье. Пролистнув вправо, он увидел Эвальд в обнимку с ее бывшим парнем, смотрящих на горящий закат. @fan_mayevald: Вы такая красивая пара! Я от вас без ума! @catevaldLoVeFoReVer: Если они расстанутся, я перестану верить в любовь!!! @Banana4Just5Men: Вот эта фигурка! Я поставил на обои! @Mi44LipLOL1000: Она реально нереальная. Вот как можно иметь такие формы? Да нам, мужчинам, только и остается жадно поглядывать на такую красоту. @7proedit_herofan: Какое прекрасное тренированное тело, БЕСКОНЕЧНО ВОСХИЩАЮСЬ! На минуту стало грустно и неловко. Но его не покидала мысль о том, что прямо сейчас в его квартире, в его ванной, стоит сама Мэй, обнаженная и сексуальная. И вот, когда грязные крысиные мысли заполонили его голову, раздался щелчок от замка на двери в душевую, и перед ним с соблазнительными мокрыми волосами, в одной его черной футболке с черепом вышла та, о ком он мечтал с шестнадцати лет. Собрав всю волю в кулак он держался. Она была ослепительно прекрасна в его вещах. Даже не смотря на то, что футболка доходила до колен. — Твои шорты с меня спали, поэтому, если не возражаешь, я буду без них. И, конечно же, Бакуго не возражал. Бросив телефон куда-то на диван, Бакуго подошел и еле слышно с придыханием сказал: — Ты такая красивая... Он осторожно, будто боялся спугнуть Мэй своим резким порывом нежности, взял ее длинный белоснежный локон и медленно накручивал себе на палец, формируя кудряшку. Он не знал в каких они отношениях и дозволено ли ему хотя бы обнять ее, не говоря уже о более смелых вещах. Поэтому все, что он мог сейчас сделать, это ласково смотреть на нее и гладить костяшки ее пальцев. Мэй была дикой кошкой, что гуляет сама по себе. Ее нельзя насильно приручить или приказать ластиться, и навсегда остаться рядом, как бы он не хотел. И Бакуго уважал это. Эвальд приходила только тогда, когда сама хотела, а от любой попытки сблизиться против ее желания, девушку выворачивало наизнанку. Его беспокоили ее прошлые отношения. Любовь не проходит за несколько месяцев. Уж это он знает. Он наверняка соврет, если когда-нибудь скажет, что не мечтал снова обнять ее, прикоснуться к вишневым губах и вдохнуть ее сладкий и свежий цитрусовый аромат. Она обещала, что они снова встретятся, но Мэй никогда не говорила, что в следующую встречу она будет испытывать к нему нежные чувства. Поэтому стоя сейчас перед ней, такой маленькой в его мешковатой одежде, он не мог не хотеть поддаться романтическому порыву, что подавлял на протяжении многих лет, ради ее счастья. У Бакуго были женщины, с которыми он проводил ночи, но никого из них он никогда не любил. А секс с ними приносил лишь физическое удовольствие, что быстро проходило. — Эй, не забивай голову лишними мыслями, - Мэй привстала на носочки и погладила его по голове. Волосы были мягкими, не смотря на их колючий вид. И немного короче, чем в академии. Его взгляд был полон сомнений. Но Мэй бы соврала самой себе, если бы сказала, что никогда его не хотела. Она совершила много ошибок в своей жизни, постоянно бежала от проблем, но смотря сейчас на его добрые и ласковые глаза, ей впервые захотелось остепениться и жить по настоящему счастливой жизнью. Она тепло улыбнулась и сжала его руку в ответ, говоря, что она действительно готова, и это ее истинное желание, а не отголоски вина и Лонг айленда. Бакуго не нужно говорить это вслух, чтобы он все понял. Кацуки подхватил Мэй под бедра, а она в свою очередь обвила ноги вокруг его талии. Он медленно расцеловывал ее лицо, не забывая ни один свободный участок ее кожи. От медленных, таящих поцелуев Бакуго все быстрее перешел к страстным и волнующим. Его язык коснулся ее рта, и через мгновение она впустила его и не смогла сдержать тихий звук, который издала, когда он соприкоснулся с ее языком. Ее пальцы слегка сжались на его рубашке спереди, а его руки держали ее под бедрами. Он старался нести ее в спальню так, чтобы они не врезались ни в один косяк в порыве своей страсти. Он целовал ее так, словно пытался насладиться ею, и этого было достаточно, чтобы у нее подогнулись пальцы на ногах. Они оторвались друг от друга только для того, чтобы глотнуть воздуха, но это был всего лишь удар сердца, а потом они снова соединились. Кацуки аккуратно положил Мэй на кровать, еще раз взглядом спрашивая должны ли они сделать это, или она передумала. Мэй отрицательно помотала головой и он едва заметно улыбнулся. Нежно поглаживая кожу живота, смелым движением руки, Бакуго скользнул под ее футболку и легонько сжал грудь, целуя ее поверх ткани футболки. Затем он опустил голову к ее шее, и она издала тихий звук, о котором даже не подозревала, что может издавать. Его язык провел линию по ее коже, прежде чем он слегка пососал чувствительную плоть там. Она практически взвизгнула, но Бакуго никак не отреагировал, кроме как еще раз поцеловал ее в то эрогенное место. Парень на мгновение отстранился, чтобы посмотреть на нее. Сейчас она выглядела совершенно растрепанной: футболка задралась, волосы торчат во всех направлениях, глаза широко раскрыты и блестят от желания.  — Я никогда еще так сильно тебя не хотел, — прошипел он, наклоняясь для поцелуя.  Он обхватил ладонью ее грудь сквозь приятую ткань, упиваясь ощущением каменных сосков, покрытых мягким хлопком. Его рука скользнула вниз от ее груди к трусикам, стягивая их на несколько дюймов, обнажая ее промежность. Один палец скользнул между влажными складками в поисках клитора — а вот и он — и начал аккуратно обводить его. От его прикосновения Мэй дернулась под ним и резко вскрикнула. Звук разнесся по комнате, и он был уверен, что если рядом были соседи, то они определенно услышали ее стоны удовольствия. Решив сделать этот вечер незабываемым, он сполз по кровати и полностью стянул с нее черные трусики. Нежно посмотрев на нее снизу вверх, он поймал ее озадаченный взгляд. Кацуки наклонился, и прижался к промежности губами, обнаруживая клитор своим языком так же, как он делал это пальцем. На самом деле, это было намного приятнее, чем он ожидал, вдвойне приятнее, когда он увидел реакцию, которую вызвал, когда начал лизать ее чувствительную точку. Ее бедра оторвались от кровати, и по комнате разнесся пронзительный стон удовольствия. Только его быстрые рефлексы спасли от болезненного столкновения его носа с ее бедрами. — Ты не должен, если не хочешь, — сказала она, тяжело дыша. — Шшш, — ответил он, крепко прижав ее бедра к кровати и снова погрузившись в нее. Он провел языком по сладкой набухшей плоти и слушал, как ее всхлипы переходят в бессловесные, неконтролируемые стоны. Потребовалась значительная сила, чтобы держать ее прижатой к кровати. Взглянув вверх, парень увидел, как ее голова металась по подушке, лицо блестело от пота, а пальцы безумно цеплялись за простыни. Раньше она была мокрой, но теперь ее соки текли на постельное белье, а нижние губы стали еще более розовыми и распухшими.    Когда он отстранился, чтобы ненадолго отдохнуть, Мэй взяла его за руку и начала тянуть вверх. Эвальд выдохнула и тихо спросила: — Давай попробуем? Взгляд Бакуго снова метнулся к ней. — Ты точно хочешь этого? Вместо утвердительного ответа Мэй подалась вперед и поцеловала его, страстно оттягивая его нижнюю губу и слегка прикусывая, оставляя маленький кровопотек. Ее ловкие пальцы расстегивали пуговицы на его рубашке одну за другой, пока из под ткани не показались его крепкие мышцы груди и пресса. Поменявшись местами, она принялась прокладывать дорожку из мокрых поцелуев все ниже и ниже. Белая рубашка валялась где-то на полу. Напряженный член болезненно пульсировал в штанах, но Бакуго не смел принуждать к большему, ведь ставил ее комфорт на первое место. Он легко прервал ее и одним движением снял с нее свою футболку - единственный элемент одежды. На что Мэй оставила его без брюк и чертового белья. Она на мгновение подумала, что он высокий, когда в первый раз стояла рядом с ним после того, как впервые увидела его снова, но эта идея вылетела у нее из головы, когда проходили недели. Но когда он стоял рядом с ней в эти короткие мгновения, совершенно обнаженный, она была удивлена тем, каким пугающе большим он казался рядом с ней. Еще в академии он уже был выше нее на голову, что уж говорить о сегодняшних днях. Это не помогло, когда ее глаза скользнули вниз к тому, что было прижато к ней раньше, ее лицо покраснело от размера. Она знала, что там было — она не была идиоткой, — но член Бакуго был твердым, возбужденным и большим, чем она ожидала. Он был толстым и длинным, и на краткий, грязный момент она задалась вопросом, каково это было бы внутри нее, растягивая ее, когда он покачивал бедрами, входя. — Если хочешь, мы в любой момент можем остановиться. Все хорошо, - успокоил ее Бакуго, заметив обеспокоенный взгляд. Бакуго потянулся, чтобы поцеловать Мэй, и она почувствовала, как его твердость коснулась ее бедра, заливаясь румянцем и непристойными мыслями. Она поцеловала его сильнее, осторожно двигая рукой вверх и вниз по его члену, и он застонал ей в губы. Когда она начала набирать скорость, губы Бакуго оторвались от ее, он тяжело дышал. Кацуки взял ситуацию под контроль и перевернул Мэй, оказавшись теперь сверху. Мэй ахнула, ее хватка ослабла, когда его пальцы задели ее набухший клитор, и Бакуго воспользовался возможностью, чтобы экспериментально провести по нему пальцами, пытаясь найти ритм, который ей нравился. — Тебе нравится, Мэй? — Не дразни... ах, - он начал работать пальцами чуть быстрее, - меня... Она отпустила его член, заводя руки куда то за голову, полностью отдавшись ощущениям. — Кацуки, - выдохнула она, зажмурив глаза, - я уже почти... Ее губы дрожали, когда она пыталась унять свои стоны, держась за него изо всех сил. Она была так, так близко. Мэй вскрикнула, когда все оборвалось. Ее бедра дергались с каждой волной, которая омывала ее, но он удерживал ее на месте. — Это было чудесно, — тихо сказала она. Бакуго прилег рядом гладя ее по растрёпанным волосам, убирая прилипшие пряди со лба. Взяв короткую передышку, Мэй вступила во второй раунд, и теперь была настроена еще решительней. Оседлав его, Мэй направила колом стоящий член в себя и медленно опустилась, чувствуя как растягиваются стеночки, заботливо принимая его. — Мэй, постой, а защита? - обеспокоенно спросил он, - Не то чтобы я не хотел от тебя детей... я в первую очередь думаю о тебе. Тем более если мы хотим серьезно заняться этим вопросом, то точно не по пьяне... — Все нормально, я на таблетках. Бакуго шумно вздохнул, и сжав ее бедра, опустил вниз до упора. Ему не нравилось быть снизу, но если этого хочет Мэй, он готов идти на уступки. На минут пять. После Кацуки перевернул Мэй на спину и ускорил размеренный темп, громко вколачиваясь в ее маленькое тело. Его руки, прежде твердые и неподвижные на ее бедрах, теперь скользили по ее груди, бедрам, шее, гладя ее кожу. Она чувствовала, как огонь разгорается внизу живота от его ритма и от его пристального взгляда. Вдруг она прижалась к нему, стенки плотно сжали его член, отчего и он не выдержал и, застыв в оргазме, крепко обнял ее, плюхнулся на ее вспотевшее тело и прижал к постели. Его теплое и липкое тело таяло, устроившись на ней, головой он мягко прижался к ее груди. Некоторое время они лежали так, переводя дыхание. Нежные поглаживания расслабляли. — Спасибо тебе, Кацуки... - он вскинул бровь в немом вопросе, но решил ничего не говорить, не портя романтический момент. Мэй провела рукой по крепким мышцам груди, спускаясь к прессу и обратно. Поражаясь, когда он успел так вырасти и накачаться. Большая спальня с двухспальной кроватью, шелковое постельное белье. Только сейчас Мэй могла спокойно оценить интерьер. Панорамное окно с красивым видом на город, темные шторы, не пропускающие утреннее солнце, а за выдвижной дверцей скрывалась целая гардеробная. В целом было уютно, но достаточно пусто. Мэй аккуратно привстала с кровати, боясь нарушить идиллию. — Ты куда? - напряженно спросил он, будто она опять оставит его одного на десять лет. — В душ, - ответила без особого энтузиазма. — Тогда я наберу воду, жди здесь, - Бакуго моментально подскочил с постели и пошел готовить ванну, будто от этого зависела его жизнь. Мэй развалилась на кровати, устало вздыхая. Случившееся между ними точно не было ошибкой, но готова ли она впускать нового человека в свою тихую жизнь? В прикроватной тумбочке был приоткрыт нижний ящик. Оттуда виднелась какая то красная бумажка или записка, привлекающая внимание Эвальд. "Лазать по чужим тумбочкам - плохо" - это Мэй знала с самого детства, и Бакуго это точно не понравится, но любопытство перевесило здравый смысл и этические нормы, поэтому Мэй достала из ящика пандоры эту загадочную вещь. Каково было ее удивление, когда она обнаружила в спальне Бакуго первый выпуск журнала, для обложки которого она снималась. Глянец прекрасно сохранился и даже не помялся! Легендарное красное платье на бретелях. Когда Мэй решила полистать журнал, то из него выпал полароидный снимок, что они сделали когда то в его комнате. Мэй обнимала Бакуго за плечи и взъерошила его прическу, пока он неотрывно смотрел на нее, не пытаясь скрыть выступающий румянец и улыбку. Это было мило, что он спустя столько лет бережно хранил воспоминания о ней. Быстро спрятав улики там где она их нашла, Мэй обратно легла на шелковые простыни, заворачиваясь в одну из них. — Ванна с расслабляющей морской солью готова, - Мэй и пискнуть не успела, как воодушевленный Бакуго, надевший белый халат, подхватил ее на руки, вместе с простыней и понес в душевую. — А ты куда? — У нас совместный прием ванны! - с неприличной ухмылкой заявил он, - Теперь настала очередь моего второго раунда... — Бакуго! - Мэй шлепнула его по голой спине в знак протеста, но на самом деле сильно против не была. Нужно же чуть-чуть построить из себя правильную и приличную девушку.              Мэй сладко сопела на груди Кацуки, обнимая его с одной стороны. Бакуго не мог налюбоваться этой картиной: чуть подрагивающие длинные белые ресницы во сне, разметанные по всей подушке волосы и безмятежное выражение лица его любимой женщины. В ту ночь на падающую звезду парень загадал лишь одно-единственное желание: Пусть Мэй будет всегда рядом...