Часть 22

Вытащив свиток из кармана и проверив время, Жон со вздохом вернул его обратно. — Сколько прошло? — спросил Рен, прислонившись к стене и скрестив руки, пока быкоглавы приземлялись и снова взлетали, переправляя студентов и персонал в Мантл. — Пол часа, — ответил Жон, вторя своему другу, прислонившись к стене и скрестив руки. — Интересно, чего они так долго, — лениво размышлял он, — сказали ведь встретить их через час. Рен казался не против ожидания, принимая это с присущим ему стоицизмом, как и большинство вещей в своей жизни, однако Жон уже начинал нервничать. Другие члены FNKI ушли вперёд, так как Флинту уже нужно было на сцену, а Айвори и Кобальт просто не хотели сидеть и ждать. В ожидании, Жон наблюдал через окно за летящими быкоглавами. Он не мог не вспомнить о словах Рена, во время переодевания в общежитии. — Извините, мы опоздали, — сказала Неон, катясь по коридору на коньках. Повернувшись Жон хотел к ней обратиться, но остановился, увидев, идущую рядом с ней, Пенни. На ней было светло-зеленое платье, обнажающее плечи и ноги, а длинные медно-рыжие волосы заплетены в несколько косичек, обрамляющих лицо, одна длинная коса была перекидана через плечо. Её лицо прямо-таки сияло, притягивая его взгляд к ярко-зеленым глазам. — Ого, — сказал он, не скрывая своего изумления, — прекрасно выглядишь. Пенни отвернулась с довольной улыбкой на лице, он предположил, что она не привыкла к таким открытым комплиментам по поводу своей внешности, а её смущённая улыбка практически осветила коридор. — Э-э... спасибо, Жон, — сказала она, не в силах встретиться с ним взглядом. — Всё благодаря Неон и Норе, они мне очень помогли. Неон игриво подтолкнула Пенни. — Не прибедняйся, ты тоже постаралась. — Неон и Нора так же приоделись: первая в короткое чёрное платье, а вторая в бледно-розовое. Но они не шли в сравнение с Пенни, выглядящей сейчас ярче, чем он когда-либо видел, и её, бесспорно, милым смущением. — Пошли, Жон, ты ещё успеешь на неё поглазеть, — сказала Нора, взяв Рена за руку и выводя его наружу к ожидающему пассажиров быкоглаву. — Я не глазел, — защищался Жон, — просто она отлично выглядит. — Мы знаем, — сказала Неон, проходя мимо него вслед за Реном и Норой, уходивших к быкоглаву, оставляя Жона и Пенни наедине. — Эм... пойдём? — нервно спросила Пенни. Жон кивнул. — Конечно, — сказал он и повернул к выходу, а Пенни последовала за ним. Почему она так нервничает и смущается? Постукивая каблуками рядом с ним, они вышли на посадочную площадку, зашли в быкоглав, заняли свои места и пристегнулись. Сидя в тишине и пролетая в небе над Атласом и Мантлом, Жон смотрел через окно на всё более знакомый горизонт. Ему казалось, что за ним наблюдают, но всякий раз оглядываясь на своих друзей, те сразу уводили взгляды. Пенни внезапно нарушила молчание. — Хорошо выглядишь, Жон. — Эм, спасибо. — Жон удивился внезапному комплиментом. Она уже видела его в этом костюме, черт, она же и помогала ему выбрать его. Пенни больше не произнесла ни слова и не отрывала взгляда от окна, пока они не достигли посадочной площадки и не приземлились. Выйдя из быкоглава, они пошли, как обычно сопровождаемые Неон, указывающей путь, а Пенни, стуча каблуками, следовала за Жоном. Он решил завязать разговор. — Кажется я не видел тебя раньше на каблуках, в них ты кажешься выше, — отметил он, но даже на каблуках она была ниже него. — Я носила каблуки на танцах в Биконе, — ответила она. — Видимо тогда я не заметил. — Жон вздохнул, окинув взглядом её ноги и ступни. — Я немного нервничаю, я... единственный раз танцевала лишь Биконе, и то без партнёра. — Правда? Если нервничаешь, то я могу показать тебе как там всё. Пенни улыбнулась. — С удовольствием, Жон... я не представляю никого другого на эту роль. Его губы тронула усмешка. — Тогда прошу, миледи, — сказал он, поддразнивая, и протянул руку. Пенни с опаской посмотрела на неё, и ему показалось, что он сделал чего-то не так, прежде чем она взяла её и пошла рядом с ним с теплой улыбкой на лице. Гостеприимный вид клуба "Сирена" определенно настроил Жона на нужный лад. Через большие окна был виден тускло освещенный зал на втором этаже, где за столиками при свечах сидели беседующие друг с другом посетители. Войдя внутрь, он услышал мягкие ритмичные звуки джазовой музыки, а бросив взгляд на сцену, увидел красочный оркестр с разнообразными инструментами и Флинта с трубой в центре, в то время как голографические танцоры кружились на сцене вместе с ними. Это место сильно контрастировало с тем техно-клубом, гораздо спокойнее без всей этой плотной толпы и грохочущей музыки. — Нам надо было прийти сюда раньше, — обратился он к Неон, пока они шли через клуб по красной ковровой дорожке. — Это место не в моём вкусе, — сказала она, пожав плечами, — я прихожу сюда, только когда играет Флинт, но я рада, что тебе здесь нравится. Танцоры медленно двигались в спокойном ритме перед сценой. Пока это простые медленные танцы, народу было не так много, поэтому между парами оставалось достаточно места. У бара не стояло толпы выпивох, выкрикивающих заказы, лишь несколько человек сидели на стульях и пили вино и коктейли, безучастно слушая музыку. В других уголках клуба были установлены доска для игры в дартс и бильярдный стол, где сейчас непринужденно играли люди. — Давай, Рен! — сказала Нора, потянув своего беспомощного спутника. — Потанцуем. Жон посмотрел, как они уходят и повернулся к Неон только чтобы увидеть, как уже она уходит к Айвори и Кобальту, слушавшим выступление своего товарища. Тогда Жон посмотрел на Пенни, всё ещё держащую предложенную им руку, и, похоже, тоже любующуюся интерьером клуба. — Готова станцевать? — Он спрашивал не совсем уверенный в дальнейших действиях, так как все его друзья сейчас разбежались, оставив их только вдвоем. — Это не обязательно, если ты не хочешь, — ответила она. — Мы эм... можем заняться чем-нибудь ещё. — Конечно можем, — сказал Жон со смешком, — Но что бы ты хотела сделать? — Я... я не думаю, что готова танцевать. — Пенни посмотрела на покачивающихся и крепко прижимающихся друг к другу танцоров. Жон кивнул в знак согласия, медленный и мягкий ритм казался немного интимным для танца пары друзей. — Можем не танцевать, если не хочешь, тогда как насчет партии в дартс или бильярд? — Он предложил это поскольку она выглядела довольно растерянной и напряженной из-за его прошлого вопроса. Пенни кивнула, и они направились в игровой зал, где праздными играми себя развлекали другие посетители. — Ты когда-нибудь играла в это? — спросил Жон, вспомнив небольшой бильярдный стол в одной из комнат отдыха Академии Атлас, которым она, возможно, могла пользоваться раньше. Пенни отрицательно покачала головой, сегодня она странно тихая. — Да ладно, ты наверняка надерёшь мне задницу, — сказал Жон, вспомнив, как люто она его разваливала в каждой игре, которыми они коротали время своего выздоровления. Пенни слишком хороша для него, как и, скорее всего, для любого другого человека, которого он знал, особенно в шахматах, это похоже на игру против компьютера на самом сложном уровне, каждый ход продиктован чистой логикой, и у него не было возможности защититься от её холодной и эффективной стратегии, учитывая ещё что он не то что бы был особенно хорош в шахматах. — Похоже, ты совершенно уверен в своем поражении. — Просто я знаю, чего ожидать, ты - машина, а я - простой смертный, — Подобрав бильярдный кий, он осмотрел его, будто разбираясь в этом, и взял кусочек синего мела для кончика. Шары уже были приготовлены, и Жон начал демонстрацию, ударив по битку и раскатав шары по столу. Полосатый шар упал в одну из угловых луз. — Значит я играю полосатыми, — объяснял ей Жон, — а ты - одноцветными и тебе надо постараться загнать в лузы их все, кроме восьмёрки, её берегут напоследок, если случайно загнать её раньше остальных - ты проиграешь, а так, пока загоняешь шары своего цвета, ты можешь продолжать. Пенни кивнула, а Жон нанес ещё один удар, загнав второй полосатый шар в угловую лузу, но промахнувшись третьим. — Твоя очередь. Пенни кивнула, взяла кий, натёрла мелом кончик, как и он, и нанесла удар. Биток дважды срикошетил от стенок, прежде чем ударился о шар и загнал его в лузу. Ещё одним ударом она загнала уже два мяча и дальше продолжила наносить сложные угловые удары с идеальной точностью. — Видишь, я знал, что у тебя получится, — похвалил Жон улыбаясь, пока она обходила стол для следующего хода. Пенни легонько улыбнулась и продолжила. — Для меня это не очень сложно. — Она продолжила загонять остальные однотонные разноцветные шары, прежде чем остановилась на черном шаре с восьмеркой. Жон даже не сказал ей, что нужно заказать свой удар прежде чем бить, ведь он уже знал, что какую бы лузу она ни выбрала, она с легкостью пошлёт туда шар, так что в этом не было особого смысла. — Ты победила, — сказал Жон и принялся загонять полосатые шары, всё ещё разбросанные по столу, просто ради удовольствия. — Надо как-нибудь сводить тебя в бильярдную, наверняка мы сможем уговорить людей сыграть с тобой на деньги, они вряд ли подумают, что ты сможешь их обыграть. Пенни хихикнула. — Боюсь, что это будет незаконно, Жон. — Она стала наблюдать, как он пытается загнать в лузу оставшиеся шары, несколько раз царапнув кием по столу. — Я всего лишь хотел сказать, что если однажды тебе надоест быть героем Мантла, то ты всегда сможешь стать акулой бильярда, и я не сомневаюсь, что ты так же хорошо играешь в дартс. Держу пари, у тебя будут только прямые попадания. — У меня есть внутренняя система наведения, так что да, я могла бы, — сказала она, — это было бы нечестно. — Почему? — спросил он, — это же у тебя от рождения. — Я не рождалась, — ответила Пенни, — меня создали. — Меня тоже создали, — сказал Жон, — может и не так как тебя, но все люди кем-то созданы, этот факт не делает тебя менее человечной. — Похоже у тебя от рождения умение вызывать у меня улыбку. Удивлённый Жон ударил по шару чуть сильнее, чем хотел, и тот подпрыгнул и покатился по коврику стола. — Правда? — Жон неловко усмехнулся и потёр затылок, а затем наклонился, чтобы взять белый биток. — Да, — сказала Пенни, когда он вернул кий на стол, — Тебе всегда есть что сказать, чтобы порадовать меня. Жон сделал удар и загнал последний шар, оставив на столе только один белый биток. — Думаю, на этом все, — сказал он, не зная, чем ответить на её комплимент. Он поставил кий обратно на стойку и оглянулся на танцпол, где музыка теперь звучала в более быстром темпе. — Потанцуем? — Ты уверен, что больше не хочешь проигрывать мне? — поддразнила Пенни. — Я знал, на что иду, — защищался Жон, — но, если ты всё ещё не готова танцевать, я пойму. Пенни покачала головой. — Для меня здесь больше ничего нет, — сказала она. — кроме игр, я не могу насладиться напитками в баре или поесть. — Тогда пойдем. — Жон взял её за руку и повел на танцпол, откуда слышался уже бодрый ритм. Пенни наблюдала за танцующими вокруг них людьми, за тем, как они двигались под гул басов и завывание труб. Флинт использовал свое проявление, и все четыре его копии сейчас играли вместе с ним. Жон повернулся к ней лицом и взял её руки в свои. — Хорошо. — Он надеялся немного успокоить её, пока сам готовился. — Просто следи за мной, — сказал он, направляя её и помогая повторить движения. Это гораздо более знакомый ему стиль танца, больше похожий на бальные, которым он учился вместе с сестрами. Пенни не сводила с него глаз, пока они вместе двигались по танцполу. Каждое его движение она повторяла почти с идеальной точностью, двигаясь в такт вместе с ним. — Ты очень быстро учишься, — похвалил он, делая шаг назад, чтобы прокрутить её, что она с грацией и сделала, прежде чем вернулась в его объятия и продолжила двигаться вместе с ним по танцполу. — Спасибо, идеальная память в этом хороший помошник. — Они кружились по танцполу, обходя друг друга, повторяя его движения и людей вокруг, в её движениях проявлялась механическая грация, в которой чувствовался собственный стиль: по-своему точный и эффективный, почти без траты времени на лишние движения. — Ещё один талант. — Жон усмехнулся и прокрутил её ещё раз. — У тебя их много. Двигаясь вместе музыка лилась через них, становясь всё быстрее, и по мере того, как Пенни наблюдала за ним или другими танцорами, её стиль и грация улучшались с каждым движением. Они кружили друг вокруг друга, всё быстрее и быстрее, всё с большей легкостью и непринужденностью. Жон растворился в танце, это было естественным для него, долгие годы обучения дают о себе знать. Пенни ответила тем же, она слилась с его движениями, пока они не стали двигаться как единое целое, как хорошо смазанный механизм, и когда танец стал их естеством, они посмотрели друг другу в глаза. Музыка достигла высокого крещендо, трубы взревели на высокой ноте, Жон притянул её к себе и опустил вниз, удерживая над полом, когда песня закончилась. Он тяжело дышал от напряжения, а его лоб покрылся испариной, но Пенни, конечно же, не выказывала никаких признаков усталости и лишь смотрела на него своими изумрудно-зелеными глазами. Они стояли так довольно долго, пока Жон не осознал, что держит её за обнаженное бедро. — Ох, прости, — сказал он, помогая ей подняться и убирая руку, чувствуя что сейчас станет красным как плащ Руби. — Нет всё... хорошо. — Она перевела взгляд на танцпол. Следующая песня была гораздо медленней по сравнению с той, что они только что закончили. — Это... всё было чудесно. Жон осторожно взял её за плечо, и они вместе начали медленный танец, кружась и покачиваясь в такт музыке. — Рад, что тебе понравилось, трудно поверить, что это твой первый танец с другим человеком. Ты определённо бы привлекла внимание, танцуя так в Биконе. Пенни слегка улыбнулась на его комплимент. — Ты покраснел, — сказала она, растворяясь в его руках, когда они начали второй танец. Жон неловко усмехнулся, глядя на нее. — Да... для меня это тоже было немного напряженно, — признался он, чувствуя себя виноватым. — Прости, в конце я был немного несдержан. — Я же говорила, всё в порядке, мне эм... действительно понравилось. Его глаза расширились на это заявление. — Серьёзно? Пенни лишь кивнула в ответ и прижалась к нему, продолжая медленно танцевать, и прислонилась головой к его груди. — Жон, у тебя сердце колотится. — Она улыбнулась. — Правда? — Он спрашивал нервно. Что с ней сегодня? Пенни кивнула. — Почему оно так быстро бьётся? — Она смотрела на него снизу-вверх, держа голову у него на груди. — Я не знаю. — Он смотрел на неё сверху вниз, прямо ей в глаза. Её взгляд приковал его, в нём был такой жар, такая сила, какой он никогда раньше не видел в ней. — Жон... с тех пор как мы встретились с Василием, ты стал мне другом, и стал так много значить для меня, но теперь это нечто большее. Жон, будь в груди у меня сердце, оно бы забилось в унисон с твоим, будь у меня кровь, она бы окрасила мои щеки от смущения, могла бы я вспотеть, ладони мои сейчас были бы мокрыми. Хотела бы я быть более смелой, Жон, хотела бы лучше подбирать слова, потому что сейчас больше всего на свете я хочу рассказать тебе о своих чувствах. Жон ошеломленно смотрел на неё, пока она бормотала это. Они прекратили танцевать и просто стояли вместе, в то время как остальные люди двигалась вокруг, не обращая на них внимания. — Просто скажи мне. — Жон ободряюще погладил её по щеке. — Я выслушаю. Пенни приподнялась на цыпочки и прижалась своими губами к его. Она поцеловала его, мягкие нервные губы сомкнулись с его губами, и он почувствовал, как его оторвало от танцев и музыки. Он слился с ней в поцелуе, притянул к себе, и углубил, когда инстинкт взял верх, и она стала единственным человеком в его мире. Надеюсь, вам понравилось. Писать эту главу было немного трудно, я постоянно переписывал сцены, так как ничто из того, что я писал, не удовлетворяло меня, я всегда чувствовал, что мог бы сделать лучше, потому что она такая важная, но дедлайн есть крайний срок, и в конце концов мне пришлось смириться. Надеюсь, вам понравилось и вам не терпится увидеть продолжение. Что вы думаете об этой главе и признании Пенни? Мог ли я сделать лучше? Как обычно, я хотел бы поблагодарить MidKnightMoonglow99, DrknssRules1, Firefly25 и MajorBrony95. Желаю всем вам оставаться счастливыми и здоровыми в эти трудные времена, увидимся на следующей неделе.