Мечтания волн

Море громко бьёт волнами. Химико смотрит на него каждый день, думая о маленьких рыбках и огромных китах. Нейто качает головой, предлагая ей домашний аквариум - старшей сестре в нём тесно и душно, она даже не опускает в него что-то кроме головы. Она обожает рыбу, но не всегда приправы - ей подавай сырую, желательно приправленную кровью или сырым мясом. Хищница с тёмными глазами и змеиными зрачками, чей рот полон клыков. Она охотница по самой своей сути, похожая на отца - младший брат давно не может заставить себя зайти в комнату матери, где стена из стекла и прикованный русал на мелководье. Они ходят в школу без лишних вопросов - вера большинства людей в отсутствие разума у русалок немало помогает. Химико не всегда может выразить свои мысли на языке людей. Её скрип похож на дельфиний и более чем понятен - ничего удивительного, что она быстро находит себе компанию в исправительном классе и в море. Океан ежедневно, ежечасно, ежеминутно, почти ежесекундно стучит в неведомом ритме, даруя силы и пищу. Тойя смотрит на море с такой же отчаянной тоской - у него там мать, а младшие слишком люди. Нейто учит язык скрипа - под водой это звучит иначе, красивыми словами и полными предложениями, рыбы весьма болтливы. Вернее, он знает этот язык - понимает его, как неговорящая человеческий, но испытывает проблемы с произнесением звуков. Компания опасно быстро растёт. Вернее, компания опасна и довольно быстро растёт. В фиолетовые щупальца Даби попадается почти альбинос - просто седой парень с красными глазами и чёрной чешуёй. Рей даже узнаёт его имя - в уютную домашнюю пещеру селится Томура. Это похоже на "томурау", но неизвестно, кого или что новичку пришлось оплакивать. Он же приводит Кенджи - крупного рыжего парня, который считает себя девушкой. Несложно обращаться к нему, как к ней - к тому же, даже на них, частично людей, медикаменты действуют иначе, когда надо исправить те же отклонения. Это занятно, но мешает. Их всё больше, ритм волн задаёт ритм жизни. Твайс выглядит странно. Его чешуя тёмная и светлая, цвета сменяют друг друга, а светлые волосы подчёркивают сталь испуганных глаз. Их двое, хотя тело одно - весёлый паренёк и утомлённый болью бывалый воин, они не сменяют друг друга, а говорят по очереди, перебивая себя же. Они понимают, к кому собеседники обращаются - паренька зовут Джин, и он слишком долго жил среди людей. Спиннер появляется чуть позже - он молод, у него зелёная чешуя даже по торсу, но сиреневые волосы. Он пытался жить среди людей, как каждый из них когда-то, но был многократно бит. Океан поёт им, баюкает, как Сако - этот весь коричневый, а кожа светлая. Красивый фокусник, сбежавший из цирка - левая рука покрыта сетью шрамов и пальцы достаточно плохо слушаются, приходится помогать с охотой. Да, они не скотоводы и не собиратели, а хищники. Шум волн постоянно в голове, мелодия вечности и мира тьмы. Нейто старается оправдать ожидания матери, учится всё больше. Химико решает задания за него и объясняет принцип, любуется такой же светлой чешуёй - обычно цвет совпадает с волосами, но иногда передаётся от другого родителя, как у несчастного двойника самого себя. Осьминог просто слишком животное, его туловище устроено иначе. Брат и сестра смотрят на мир через призму угрозы, страх, тревога и редкая бессильная апатия чередуются, доводя до частых срывов. Они лгут, лгут, лгут - мозг тоже устроен не одинаково, антидепрессанты могут вызывать зависимость у частично почти рыб. Море шепчет, шепчет - они бегают босиком по песку, пляшут на мостовой, карабкаются на крыши - нет времени на сон, учёба в порядке, дайте свободу и выражение внутреннего ада! Они помнят свои жизни от и до. Нейто поступает в старшую школу, Химико делает вид, что не знает человеческого языка - они оба прекрасно говорят на двух, нет, трёх, если учитывать жестовый. Они делают вид, что не знакомы, но это сложно. Их жизни делятся надвое, встречи редки, но волны одни и те же. Море хранит их души и тайны - жители моря знакомы с парнем. Он для них словно канал связи. - Монома, сейчас не время спать, даже если хочется. Нейто смотрит на Айзаву-сенсея, думая о том, какие же красивые у русалок фамилии. Химура, Тога, Хикииши, Шуичи, Ацухиро... - Монома, всё в порядке? Наверное, радоваться чужой смерти плохо, но он вырвал это место у невезучего карлика. Нейто спокойно улыбается Денки, чувствуя, как ускоряется пульс. Сердце сходит с ума - наверное, время пить таблетки. - Я же ничего важного не пропустил? Было нехорошо, ерунда, скоро всё исправлю. В кабинете стоит гвалт, но Нейто чувствует взгляд учителя. Здесь невероятно сухой воздух, горло словно ободрали наждачкой, вдохи разрывают невидимые раны. Глаза классного руководителя словно чернеют ещё сильнее, захватывая мир. Это угроза, огромная опасность - лишь море может помочь. Он срывается с места на бег. Химико обрезает отросшие волосы на уровне плеч, чтобы они не путались и не цеплялись. Ей нет дела до страданий добычи, но за своих она действительно переживает. - Тога-чан, нам надо спешить! Оставь придурков без еды. Там снова этот добрый! Лучше бы ушёл. Химико мягко улыбается, скидывая обрезки волос в ямку за камнем и закидывая их песком. Босые ноги покрыты шрамами, но рукава скрывают больше. Она встаёт на них и шагает в глубокую воду, набирая воздух в последний момент. Хвост блестит пшеничным оттенком, а чёрное облако медузы уже не удивляет. - Ты была на поверхности? Даже если можешь, это опасно. Тога-чан, будь осторожнее. Химико внимательно следит за движениями жгучих щупалец. Курогири не безобиден, она это прекрасно знает. Он человек, это видно, слишком чёткие швы по краю туловища, хоть оно и не просто сшито, а с шансом на трансформацию. - Всё в порядке, Туман. Я проверяла остроту ножа, ведь не могу охотиться лишь телом. Проверим ловушки, Джин-кун? Твайс-кун, позаботься об акулах. Возня с очередной рыбой становится вязкой. Вода глушит, словно вата, но Химико слышит зов. Она мечется, отчётливо видя чужие клыки, щупальца, когти - они уже в пещере, белые мощные щупальца и длинные белые волосы их общей мамы теряются в этой мешанине. Мелькает на краю зрения зелёный, но уже совсем размыто. Её зовёт брат. Шота волнуется за ребёнка. Глаза Мономы слишком впалые, а взгляд и вовсе практически безумен, когда мальчик убегает. Остальные практически не замечают, только Каминари, чей мозг работает слишком быстро, чтобы выдать нормальную реакцию. Дети точно заметят его уход, но уроков дальше всё равно нет. Мальчишка бежит к воде, туда, где нет даже рыбацких судов. На миг теряется из виду и явно находится в опасности, судя по брошенной обуви. Только бы не суицид. Курогири первым замечает состояние Тоги. Младшая на грани срыва, мечется, старается не напасть на них. Химура-сан осторожно поджимает щупальца и прячется за сына, прося его позаботиться. Малышка плывёт прямо к берегу, где глубина граничит с травой и вытоптана тропинка вбок от дома. Её необходимо остановить. Нейто срывает форму и бельё, натягивает кимоно на голое тело. Кричит, не переставая, одно имя, верещит китёнком. Химико мчит, своё кимоно сжимая, спешит на зов, отвечает. Ей нет нужды волноваться об опасности, ведь лекарства хранятся на суше. Волны бьют о берег, раскалываются, не заходя на скалы. Светловолосый юноша сидит на обрыве. Волна разбивается перед ним, оставляя девушку в таком же кимоно. Объятья на мокром камне оставляют после себя лишь рюкзак на траве. Взрослые вырываются навстречу друг другу и замирают, что-то вспоминая. Химико берёт из всё ещё сухих рук брата таблетку и глотает. Нейто запивает свою горстью солёной воды. Кажется, они что-то сделали не так - небольшая, но самая опасная стая поднимается на поверхность, чтобы защитить. Для переговоров потребуется много усилий и времени, но они готовы рискнуть. Бинты под рукавами содраны, кровь капает на воду. Никто не сможет причинить вреда другому или себе. Океан отзывается застывшей волной. Поражение исключено из расчёта.