Часть 2

Антарес вернулся на места верховного после долгово отсутствия.Но новые проблемы не давали ему покоя. Последние инциденты потрясали его разум и требовали немедленного решения. Особенно его беспокоил случай с вторым паладином. В одном из загадочных происшествий, произошедших недавно, ему оторвало ногу, и он до сих пор не пришёл в себя. Это было не просто несчастье — Антарес знал, что за этим стоит нечто зловещее и могущественное. Антарес сидел в своей обители, окружённый древними свитками и артефактами. Его мысли были погружены в события прошлого и настоящего. Он знал, что должен найти ответы на множество вопросов, чтобы спасти свой мир от надвигающейся угрозы. Его размышления прервал стук в дверь. На пороге стоял первый паладин, выглядел обеспокоенным. — Антарес, — начал она, — новости неутешительные. Наши разведчики нашли следы тьмы в районе, где произошёл инцидент с вторым паладином. Мы не можем игнорировать эти знаки. Антарес кивнул, внутренне напрягаясь. Это подтверждало его худшие опасения. Тьма возвращалась, и с ней — древние враги, которых он когда-то победил. — Мы должны действовать быстро, — сказал Антарес, поднимаясь на ноги. — Собери всех паладинов. Нам нужно обсудить наши дальнейшие шаги и подготовиться к битве. Первый паладин кивнула и поспешила выполнять приказ. Антарес остался один, чувствуя, как на его плечи ложится тяжесть предстоящих испытаний. Он понимал, что это сражение будет не просто битвой за выживание, но и испытанием его силы и воли. Перед тем как выйти из своей обители, он взглянул на старый артефакт, который носил с собой тысячи лет. Он знал, что в этой древней реликвии заключена часть его силы и что она может стать ключом к победе. — Путь будет трудным, — прошептал он себе, — но я готов к нему. С этими мыслями он отправился на встречу с паладинами, решив любой ценой остановить надвигающуюся тьму и спасти свой мир от разрушения. Паллады собраны все в месте Зербраг пришёл. Он был мрачнее тучи. Черти лица стали более чётким глаза более жестокие чем когда нибудь от него похожа смертью. И без выделения его душ понятно стало что он сейчас может заработать кого угодно. Антарес лишь хмикнул на это и прошёл дольше все палладии не сводили взгляд с его лица —Ну что начнём... ******* Макс с самого утра сидел в архиве. Он проводил там столько времени, что можно было смело сказать, что она стала для него вторым домом. Огромное помещение архива было наполнено рядами высоких книжных полок, уставленных древними фолиантами и манускриптами. Пыльные лучи света, пробивавшиеся сквозь старинные витражные окна, освещали старинные деревянные столы и кресла, которые казались пережившими не одно поколение читателей. Макс сидел на одном из этих кресел, сгорбившись над толстыми книгами, которым было, наверное, уже тысячи лет. Он полностью погрузился в чтение, не обращая внимания на других протекторов, проходящих мимо. Его рабочее место было завалено стопками книг, свитков и заметок. На столе лежала старая карта, истёртая временем, и несколько перьев с чернильницей. Макс никогда не мог сидеть на месте спокойно. Ему всегда хотелось найти что-то новое, докопаться до истины, которая поможет ему в будущем разрешить неизбежные проблемы. Именно поэтому он уже несколько часов не поднимал головы от книг. — Ну знаете ли, вы могли бы заняться этим и в другом месте, — тяжело выдохнул он, оборачиваясь к своим друзьям. Его друзья, Стефан и Фри, стояли рядом с полками. Стефан был высокий и худощавый, в его руках был свиток, который он лениво перелистывал. Фри, напротив, была невысокой и энергичной, с собранными в хвост тёмными волосами и проницательным взглядом, она нетерпеливо стучала ногой о пол. — Мы вообще-то читаем, — пояснила она, обменявшись улыбкой со Стефаном. Тот нежно улыбнулся ей и, наклонившись, поцеловал руку. Макс проворчал под нос непонятные слова и снова обернулся к своим книгам. Как только эти двое начали встречаться, Соларум стал местом их постоянных свиданий. Никуда долго не посидишь: хочешь пойти на крышу — уже занята, сидишь на обрыве — появляются они, а теперь и в архиве нормально почитать не дают. Макс ничего против их отношений не имел и даже наоборот — ему больше по душе был такой Стефан, чем прежний. Но ради бога, дайте работать! "Читают они," — думал Макс, наблюдая за ними из-под полуприкрытых век. — Стефан держал книгу вверх ногами, а Фри и вовсе не открывала свою, махая ею, когда что-то рассказывала ему. Макс тихо вздохнул, стараясь не обращать внимания на их присутствие. Он вновь погрузился в текст, пытаясь выискать хоть крупицу информации, которая могла бы быть полезной. Макс тихо вздохнул, стараясь не обращать внимания на их присутствие. Он вновь погрузился в текст, пытаясь выискать хоть крупицу информации, которая могла бы быть полезной. Но тут и дело дверь открылась, и вошёл Паскаль. Тот был как всегда холоден и спокоен в своей форме протектора. Фри с Стефаном тоже отвлеклись от своей занятости и смотрели на Паскаля. Тот взглянул на троих сверху вниз и хмыкнул. — Скоро собранные голубки, — безэмоционально начал он, а потом удержал свой взгляд на Максе. — А ты хреново выглядишь, переведите себя в порядок. Наш магистраль скоро прибудет. Дверь за ним закрылась тихим щелчком. — Да уж, спокойно нам жилось. У меня такое чувство, что Сириус чувствует, когда нам хорошо, и идёт всосать из этого чертова места всю веселую энергию, — пробормотал Макс, сжимая голову. Ему только этого не хватало. Конечно, при их последней встрече Сириус помог, но от этого он только хуже стал. Его высокомерие практически разрушило Землю, а забота, которую он проявлял, скрывала злобу. — Эй, звезданутый , пошли, нужно нашего магистра приветствовать в лучшем виде, — раздался голос Стефана. Через тридцать минут почти все были на месте в своих формах протекторов. У каждого на лице было хмурое выражение, злость и скука. Видимо, случилось что-то важное, раз даже Кимико пришла. Она, как всегда, была хмурой, но весело болтала с Романой, которая не ушла и, судя по всему, будет оставаться после Коула. Сара стояла на своём месте с прямым взглядом, наверное, она опять надело кольцо. Макс вошёл последним с растерянным видом. На вопрос Фри, что случилось, он ответил, что потерял подвеску. Фри смотрела на него с недоумением. Он был как обычно: с голубыми глазами, нормальным цветом кожи и волос. Потом она посмотрела на пуговицы его рубашки. — Макс, ты выглядишь так, будто ты не спал, — сказала она, правильно застёгивая пуговицы. — Пойди, поспи. — Извини, — неуверенно улыбнулся Макс, отводя взгляд. — На ничего, пошли, сейчас он придёт, — Фри похлопала его по спине и вернулась на своё место. Макс подправил свою форму и последовал её примеру. Чуть позже появился сам Сириус. Тот, как всегда, шёл горделиво, поднимая голову изысканными шагами, словно аристократ. Он был одет величественно, и не раз во время ходьбы даже не обращал внимания на протекторов, чем и заслужил кривые улыбки с их стороны. Каждый из тринадцати был знаком с Сириусом, и каждый прекрасно осознавал, что с ним бесполезно спорить. Сириус был как ходячая истерика, королева драмы. Ты не имел права с ним спорить или осуждать его — таков был общепринятый неписанный закон. И когда он остановился, то соизволил говорить с протекторами. — Я всё так же являюсь магистром света и жду от вас подробный отчёт обо всём. Начиная с этого дня я буду внимательно следить за вашей работой. Если оставить вас без присмотра, то случится что-то похуже, чем зелёный мор... — начал Сириус. — Так говорит, будто не сам виноват, блин, — выругался Стефан. — Тише, успокойся, — умоляюще вмешалась Фри. Тем не менее, Сириус всё так же громогласно говорил о том, что если бы не звёзды, то они уже сдохли бы, и что от одного только их милосердия они получили шанс. Болтовня Сириуса уже порядком надоела присутствующим. Один из них смотрел на часы, другой пробормотал проклятия, а кто-то чуть не уснул. Но что-то резко изменило атмосферу, став тяжелой. Сириус резко замолчал и стал крайне серьезным. Никто не знал, что случилось, но каждый имел понятие, что это нечто плохое. Без церемоний Сириус развернулся и ушёл. Это был ещё один знак плохих вестей. Протекторы не спешили покидать свои места. — Мне пора спать, — сказал Макс. — Если Сириус умер, скажите мне. — Ему не интересно, — прокричал ему в ответ Стефан. Кроме Макса, никто не покинул комнату. Все были насторожены. Суть дела была неясна, но было ясно, даже слепому, что случилось что-то ужасное, если Сириус ушёл молча. Они простояли так ещё минут двадцать, уверяясь, что Сириус не соизволит появиться перед простыми смертными ещё раз, и затем молча разошлись по своим делам. — Хорошо бы всегда так, — выдохнул Стефан. — Мечтай. Это была лимитная акция: один раз в вечность, второго такого не будет, — заявила Фри, радостно хохоча. Стефан смотрел на неё, и на его губах дрогнула нежная улыбка. Фри так преобразилась после происшествий зелёного мора, стала более смелой и уверенной. Теперь её прекрасное лицо украшала красивая, нежная и тёплая улыбка, ничуть не уступающая её красоте. Стефан так и хотел сейчас её обнять и поцеловать, но сдержал себя последними нитями самоконтроля, которые у него остались. Наверное, каждый мимо проходящий думал, что он идиот. Не просто идиот, а влюблённый идиот. Он это знал, и это ему нисколько не мешало. Он гордился быть влюблённым в самую прекрасную девушку. Фри рассказывала ему разные истории о своей практике с таким энтузиазмом, что Стефан не мог отвести от неё глаз. Её энергия, её смех, её искренность — всё это заставляло его сердце биться быстрее. Она была его светом в тьме, его якорем в этом хаосе. Она рассказывала, как они бежали сквозь снег, замёрзшие, лишь бы найти Нермана, и с грустью выдохнула, упомянув о Дане. Стефан был с ней согласен наполовину: да, Дану было тяжело, да, ему было адски плохо, но что с того? Он убил Ламию своими руками, решил судьбу невинного человека. За это его жалеть? Он на своей шкуре знал, что это такое, когда тебя не принимают, отстраняются. Но это не причина убивать своих. Если его боль оправдывала бы содеянное, то он должен был бы убить половину Соларума. Причём жестоко. Но он этого не делал, терпел с трудом, но не убивал. Взгляд Фри, её улыбка, её присутствие рядом — всё это давало ему силы бороться с тьмой внутри себя. Конечно, ничего из этого он Фри не рассказал, да и не к чему это. Слишком поздно, дело сделано. Ламию не вернёшь, так что нечего друг другу глотки грызть. Он даже не заметил, как шаги их вновь привели в архив. — Давай ещё немного посидим здесь, — предложила Фри. — Хорошо, — улыбнулся он, стараясь скрыть свои чувства. Архив был тихим и уютным, почти как их собственный маленький мир, укрытый от всех бурь и невзгод. Стефан ощущал покой рядом с Фри, хотя его сердце всё ещё билось быстрее, когда она была рядом. Её энергия и её искренность притягивали его, как магнит, и, несмотря на все тяготы и мрак вокруг, рядом с ней он находил силы продолжать. Фри взяла одну из старых книг и села напротив, продолжая что-то рассказывать. Стефан смотрел на неё, наслаждаясь каждым моментом. Её голос был для него как мелодия, успокаивающая и вдохновляющая одновременно. В этих стенах архива, среди тысячелетних книг и пыли, он чувствовал, что нашёл своё место — рядом с ней, с Фри, которая освещала его жизнь своей теплотой и светом. ******* Антарес всего несколько минут как начал собрание, когда вдруг почувствовал нечто странное. Это было давно утерянное, но и, как бы странно ни звучало, очень знакомое чувство. Это чувство появилось и начало вибрировать в его голове. Судя по всему, не только он один это ощущал — все палладины были наготове. Собрание закончилось даже толком не успев начаться. Антарес приказал найти точку, откуда пришёл прилив энергии. Сам он готовился к бою. Когда всё было готово, пришли Альдебаран с Сириусом. Тот сказал, что ещё на Терре чувствовал эту силу, и судя по всему, земные обитатели ничего не ощущали. Альдебаран, как всегда, был молчалив, но одним своим видом внушал страх. Бетельгейзе тоже присоединилась к ним. Антарес прекрасно видел связь между Альдебараном и Бетельгейзе. Но кто он, чтобы судить их? У него самого есть жена и сын. Он поймал себя на этой мысли и улыбнулся. (Интересно, что делает Макс?) ******* Макс сидел на своей кровати и перелистывал страницы книги, принесённой с Терры. Минуту назад ему ужасно хотелось спать, а теперь глаз не сомкнуть. Возвращаться в архив не хотелось, и поэтому он сидел здесь, двери на балкон были открыты, и освежающий ветер разбушевался внутри комнаты, сбрасывая на пути листы бумаг и разбрасывая их по разным углам комнаты. — Погода изменилась, — заметил он, отрывая глаза от книги. Медленно вставая, Макс подошёл к двери и вышел наружу. Воздух был холодным и сильно ударил по лицу; на небе образовались тёмные тучи, предвещая, что скоро будет дождь. Макс смотрел на открывшийся перед ним пейзаж: напротив находился лес, где росли деревья и цветы разных форм и сортов, с различными потребностями. Там же обитали разнообразные животные — какой же лес без обитателей? А неподалёку находился обрыв, где совсем недавно пропал один из протекторов. Пропал союзник, но появился новый враг. С неба лился дождь, и чтобы не промокнуть, Макс вошёл обратно в комнату, закрыв за собой дверь и поправив занавески. Он развернулся и стоял как вкопанный. — Какого... — начал он, не веря своим глазам. ******* — Какого чёрта, что вы тут делаете? — сказал Поллукс, особенно акцентируя слово "ВЫ" и показывая на Альдебарана. Антарес мягко улыбнулся, глядя на этих двоих. Его так долго не было, что он успел порядком соскучиться по их взаимоотношениям. Поллукс всегда был вспыльчивым, а Альдебаран, наоборот, всегда холоден, контролируя свои эмоции. Эти двое были очень похожи друг на друга, но говорить им об этом не следовало ни в коем случае. Рядом с Поллуксом был никто иной, как Габиум. Тот был одет, как всегда, а его красный шарф был на месте. Настроение у него точно было хорошее. — Мы здесь из-за странной энергии, исходящей из этой местности, — вышла вперёд Бетельгейзе. Поллукс посмотрел на неё, а потом перевёл взгляд на остальных. — Это не совсем так, — сказал Поллукс. — Что не так? — непонимающе спросил Антарес. — Энергия была здесь, — уточнил Поллукс, поворачиваясь. — То есть энергия движется? — Сириус не сдержал удивлённый писк. — Да, она идёт куда-то и не останавливается. Началось всё здесь, но где закончится — это вопрос. Антарес осмотрелся вокруг. Всё было в кромешной тьме, но его зрение успело перехватить несколько строений, тела убитых деларов и тёмных. — Неужели это... — Именно, это то место, где наш почтительный Зербраг потерял ногу, — закончил за него Поллукс, глядя на них. — Это плохо, — коротко сказал Альдебаран, призывая своё оружие. Антарес задумался, как найти подход к этой ситуации. Что делать, если эта сила и стала причиной происшествия с Зербрагом? Куда направляется эта сила и что она за собой несёт? — Куда она направляется? — спросил он Габиума. Тот перевёл взгляд от неба. — К Терре, — пояснил он. — Есть ли предположение, куда она направится дальше? — Луц, — сказал Габиум. — Я почти уверен, что Терра — это её цель. Антарес кивнул и двинулся дальше. — Что, чёрт возьми, происходит... — пробормотал он, пытаясь осмыслить происходящее. ******* Ранори Незабвенный, мрачнее тучи, стоял перед бушующим морем. Ливень хлестал неумолимо, и хотя был день, небо было настолько тёмным, что напоминало ночь. Молнии сверкали не переставая, освещая суровый пейзаж. Ранори знал об этой энергии с того момента, как она появилась, и отслеживал её траекторию. Было очевидно, что энергия двигалась к Земле с тревожной скоростью. Как магистр тьмы, он обязан был лично увидеть, что происходит на Терре. Увиденное ему не нравилось: энергия, не имея владельца и без контроля, бушевала и скоро могла уничтожить почти всё на этой планете. Его подчинённые были заняты исследованием масштабов силы по всем уголкам Земли. Сам он стоял под дождём, ожидая гостей. ******* — Какого чёрта? — выругался Макс. В углу комнаты появилась фигура, держащая книгу, которую он недавно бросил. — Ну привет, — приветствовала гостья, отбрасывая книгу в сторону. — Что ты здесь делаешь? — спросил он. Молния осветила небо, очертив фигуру Деларши. — Не хотела мешать тебе думать, — бросила она, подходя к стопке книг на столе. — Однако должна заметить, вы, приземлённые, слишком банальны. Но книги интересные. — Что тебе нужно, Лэстрада? Она улыбнулась, полуприкрыв глаза, глядя на Макса. — Вижу, вы опять не в курсе дел, которые вас касаются. Жаль. Макс не сводил глаз с неё, прекрасно понимая, какую опасность она несёт, но её слова не давали ему покоя. — Что случилось? Она рассмеялась, повернувшись к нему. — Поздравляю. — С чем? — С новым апокалипсисом. Вы ведь так это называете, да? Макс смотрел на неё, как на ненормальную. — А что это ты? — Вы все умрёте, умник, — сказала она, стоя перед ним. — Смотри. Она схватила подбородок Макса и повернула его в сторону дверей на балкон. — Что видишь? Макс не понимал, смотрел вперёд. — Дождь. — И это твой ответ? — насмехалась она. — Пошли. Лэстрада открыла дверь и вышла наружу. — Это похоже на простой дождь? Небо было чёрным, только частые молнии освещали мир вокруг. Ужасный ветер чуть ли не вырывал деревья с корнями, дождь не прекращал лить. — Тогда что это? Лэстрада молчала, обдумывая, стоит ли рассказывать ему, но решилась. — Вряд ли вам кто-то скажет, так что послушай: это сброс энергии слишком сильный. Она двигалась из всех планет именно сюда и теперь рушит здесь всё. От услышанного Макс окаменел. Лэстраде это понравилось. — Ну что ж, я сказала, что хотела. Бывай. Она исчезла так же внезапно, как и появилась, растворившись в темноте. Если бы Лэстрада повернулась, то заметила бы улыбку, тронувшую губы Макса. ******* — А вы не спешили, — заметил Ранори, глядя на море. Антарес без слов стоял рядом с ним, смотря вперёд. Волны поднимались и с высоты обрушивались на соседние скалы, преображая их. На душе была тревога. Что-то не давало покоя, заставляя быть осторожным и бдительным. — Что-то не так. Энергия не зря здесь. Она ищет носителя, — наконец сказал он. Ранори медленно кивнул. — Если так и дальше продолжится, то от этого места ничего не останется. Это будут проблемы и света, и тьмы. Антарес размышлял о всех возможностях против этой силы. Он был беспомощен — нельзя уничтожить то, что по отдельности находится по всей планете. — Времени на раздумья нет, — сказала Бетельгейзе . — Нужно что-то предпринимать, иначе будет хуже. — Ты вернулась? — спросил Ранори, глядя в тень. Оттуда появилась Лэстрада с улыбкой на лице. — Да, мастер. — Хорошо... ******* <<Как интересно, что же будет дальше, ха-ха>>, — тёмная фигура стояла далеко позади них, пристально следя за всеми, с сумасшедшей улыбкой на лице. В темноте можно было увидеть его сверкающие лазурные глаза, излучающие мрачное сияние, словно призывающие к беспощадной тьме и разрушению.