Часть 2

Серсея безучастно смотрела на начинающий постепенно светлеть горизонт в конце дороги, не чувствуя ничего, кроме странного опустошения. Роберт теперь покоился в чёрном пакете на дне озера. От этой мысли становилось легче дышать. Неужели он и вправду мертв? Она то и дело бросала взгляд на Джейме, что казалось, мыслями был совсем не здесь. Ей было интересно, считал ли брат теперь её сумасшедший, после того, как она отрезала член своему мужу? Лицо брата было задумчивым, а нахмуренные брови говорили о том, что мысли в его голове были крайне серьёзными. Серсея вновь порадовалась, что в последний момент, Джейме вспомнил о стоматологической карте. Все равно Роберту не были нужны зубы на дне озера. — Все пошло не совсем так, как мы планировали. И, на всякий случай, нам нужно новое алиби, — вдруг выдал он, разрывая тишину. — Когда дело пойдёт в ход, на тебя не должно пасть ни малейшего подозрения. Серсея фыркнула, боясь начать считать, сколько раз они уже могли засветиться на заправках или в других местах с камерами слежения. Будет ли подозрительным их совместное путешествие, если поисками Роберта займутся детективы? Она по привычке заправила прядь волос себе за ухо, на секунду удивившись необычно тёмному цвету своих волос. Из-за идиотского парика, вся её голова неприятно чесалась. — Как и на тебя. — Да, — коротко ответил он, даже не глядя на неё. — Нужно что-то придумать. — Ты не хочешь смотреть на меня потому, что испытываешь отвращение теперь? — спросила Серсея то, что не давало ей покое в первую очередь. — А я должен его испытывать? — искренне поинтересовался Джейме, приподняв брови. — Не знаю, — Серсея устало прислонилась лбом к стеклу, едва в состоянии держать глаза открытыми. — Да. Ты мне противна, все именно так, — сказал он совершенно серьёзно. — Я тебя больше на пушечный выстрел не подпущу к своему члену, так и знай, психопатка долбаная. Мало ли, вдруг откусишь в следующий раз, и повесишь на шею в качестве очередного трофея… Серсея ударила Джейме локтем в бок, заставив его громко расхохотаться. — Как тебе вообще приходит в голову такая херня, Серс? Ты могла сделать с этим ублюдком все, что хотела. Я бы с удовольствием пустил бы его на фарш, но ты должна была сама свести с ним счёты. А вот если перед нами сейчас выпрыгнет олень, или какая-то другая тварь, когда я не буду сводить с тебя глаз, наша история закончится не слишком весело. Тем более, одна фара почему-то не работает. Серсея не ответила, вглядываясь в туманную темноту. Вдруг, в этих лесах и вправду водились какие-нибудь твари? Сейчас, ей было слишком просто в это поверить. — Нам нужно как можно скорее избавиться от этой машины и пересесть в нашу. Эта рухлядь мне уже порядком надоела. — Да, — странно, но Серсея не чувствовала страха. После двух бессонных ночей, все о чем она могла мечтать — это тёплая постель. Джейме устало потёр глаза одной рукой. — Раз у нас сегодня день рождения, наше отсутствие можно спокойно выдать за семейную поездку. Можешь так и написать в своём Инстаграм: «близнецовое путешествие». Прямо сейчас поедем в Сиэтл, сделаем там несколько фото. — Только зачем нам пришлось ехать в Сиэтл? — Не знаю пока, — пробормотал Джейме зевая, казалось, едва удерживался, чтобы не уснуть да рулём. — Что-нибудь придумаем. Найдём какую-нибудь выставку или подобное дерьмо. Нам нужно где-нибудь засветиться. Пойдём в ресторан, можем даже устроить там небольшой пьяный дебош. — Ну нет. Вот это уже перебор, — Серсея скривилась. — Какой пример ты подашь детям? — И это сказала их мамочка, после того, как утопила их папочку в озере, — хмыкнул он. Серсея снова толкнула его локтем в бок, но уже сильнее. — Но сначала поедем в тот мотель, который мы проезжали, он всего в двадцати милях, — Серсея положила голову ему на плечо. — Ты слишком устал. Я могу добавить в Инстаграм фото с нашей прошлогодней поездки в Вегас. Все равно, раньше я не могла опубликовать их. — Отлично, — Джейме изо всех сил подавил очередной зевок. — Утром выложишь фото с цветами, а к вечеру добавь ту, где мы пьём шампанское в лимузине. Так никто ничего не отследит, ни время, ни место. — Хорошо, — хмыкнула она, удивляясь тому, как именно её брат все ещё мог мыслить так здраво и чётко. — Как раз сейчас начну писать тебе поздравительный пост, — достав телефон, Серсея убедилась, что геолокация была отключена. Придорожный мотель в котором они остановились был таким же, как и тысячи других. В такие места верные мужья водили своих шлюх, а для начинающих торговцев это было идеальным местом, чтобы пристроить свой «продукт» нужным клиентам. Здесь не спрашивали документы и не всматривались в лица, хотя, Серсея была уверенна, что работники таких заведений обладали прекрасной памятью и могли описать любого постояльца при надобности. И пусть даже посреди ночи её тёмные очки смотрелись странно, но вместе с париком, её будет уже не так просто опознать. По крайней мере, она на это надеялась. С Джейме все было иначе. Найденная в машине дурацкая розовая бейсболка пусть и отвлекала внимание, но его внешность была слишком, черт возьми, яркой. Её брата просто нельзя было не запомнить. Если бы она только могла — завернула бы его в простынь и прорезала бы дырочки для глаз. — Я сама возьму нам номер, — Серсея не собиралась допускать того, чтобы его запомнили. — Не смей мелькать там своим невыносимым лицом, — сказала она, на скорую руку зарисовав огромный синяк на её лице слоем тонального крема, накрасив губы и поправив парик. — Ты думаешь, что я кому-то там нужен? — Лучше перестраховаться. Серсее всегда нравилось, когда на неё смотрели с восхищением, как Джейме, так и другие мужчины. Молодой парень за стойкой регистрации густо краснел каждый раз, когда она улыбалась ему, а стоило Серсее немного наклониться и поправить его смятый воротник на рубашке — чуть не потерял сознания. Она едва сдержала смех, когда мальчишка, решив показать свою щедрость, отдал ей ключи от номера люкс по цене стандартного. Джейме громко кашлянул, все же успев на концовку её представления, грубо обрывая её флирт. Её брат был тем ещё ревнивцем. От вида его сжатых челюстей она почувствовала знакомую тяжесть внизу живота. Паренёк все ещё смотрел ей вслед, когда они прошли в номер. — Могла бы трахнуть его прямо там, — почти прорычал Джейме, едва за ними закрылась дверь. — Могла бы, — легко согласилась она, признавая правду. Большая двуспальная кровать манила её, пусть даже Серсея сомневалась, меняли ли там белье. Едва её голова опустилась на подушку, в мозгу вспыхнуло завёрнутое в черный пакет тело Роберта и его налившееся кровью лицо, когда он проживал последние мгновения в своей жизни. — Пойдем в душ, — голос Джейме стал мягче, когда он сел рядом с ней на кровать, касаясь её плеча. — А потом сразу будешь спать. Она едва смогла снова открыть глаза. Но брат был прав. Её собственный запах уже начал быть противен даже ей. Изо всех сил заставив себя встать, Серсея сняла с себя парик и одежду. Ощущение свободы и приятной прохлады окутавшей её тело, заставило её расслаблено потянуться и размять затёкшие от долгого сидения мышцы. Взгляд Джейме вызвал в ней привычное предвкушение, когда она, намеренно неспешно, прошла мимо него. И, конечно же, ей не пришлось долго ждать, чтобы он тоже разделся и последовал за ней. Они с братом не слишком часто мылись вместе, и уж точно никогда не делали этого в тесной и грязной душевой придорожного мотеля. Но это просто не имело смысла. Все вокруг не имело смысла, когда Джейме был так близко, и когда его руки свободно скользили по её телу. Никаких преград, лишь кожа к коже. Стоя под тёплыми струями душа, она уткнулась носом ему в шею, с невероятной лёгкостью осознавая, что её брат станет единственным мужчиной, который теперь будет к ней прикасаться. Раковину явно не мыли после предыдущего постояльца, или даже ещё раньше, но на брезгливость уже не осталось сил. Серсея была рада окончательно смыть потёкшую размазавшуюся тушь со своих глаз и щёк, как и въевшийся в кожу тон. Она теперь все чаще пыталась избегать зеркал. Её расстраивали постоянно проявляющиеся все новые изъяны, такие, как тонкие морщины в уголках глаз и вокруг рта, собственная грудь, что была уже совсем не такой круглой и упругой, как раньше, раздражали синеватые растяжки бёдрах, и небольшой животик, который не уходил, как бы упорно она не занималась в спортзале. Материнство и время все же оставили на ней свой след. Ей уже давно следовало обратиться к пластическому хирургу, но решиться лечь под нож оказалось для неё не такой простой задачей. Серсея прикрыла глаза, когда Джейме привычно обнял её со спины. Он все ещё был мокрым, ведь кинул своё полотенце ей под ноги. — С днём рождения, сестрёнка, — прошептал он ей, а его губы легко защекотали её ухо. — И тебя, — откликнулась Серсея, любуясь его все ещё такой яркой красотой. — Тебе нравится то, что ты видишь? — прошептала она, позволив себе редкий момент неуверенности в себе. — Да, — просто ответил Джейме, опуская руки ей на талию, и в подтверждение собственных слов придвинулся ближе, вжимаясь своим стояком ей в ягодицы. — Ты безумно красива, — продолжил он, именно тем голосом, что всегда вызывал у неё волну приятных мурашек. Серсея улыбнулась уголком рта, наблюдая за его взглядом в отражении. Кому ей было ещё верить? Её сердце трепетало каждый раз, когда Джейме говорил нечто подобное. Она не смогла удержать глаза открытыми, когда его губы мягко коснулись плеча, прокладывая дорожку поцелуев к её шее. Его рука, тем временем, привычно скользнула к её груди, мягко обводя соски, но не задерживаясь долго. Из её горла вырвался вздох, когда Джейме уверенно прижал палец к её клитору. Серсея придвинулась плотнее, наслаждаясь его горячей твёрдостью и тем, как сильно он хотел её снова. Она легко потерлась о его член, как всегда желая немного подразнить брата, и заодно в очередной раз проверить на прочность его самоконтроль. — Каждый дюйм твоего тела идеален, — его голос был обманчиво мягким, похожим на бархат, за которым скрывался едва сдерживаемый звериный рык. Серсея почувствовала, как дрожат её колени, когда его он мягко и медлительно ласкал её там, внизу, будто намеренно издеваясь. Её спина выгнулась, когда его пальцы уверенно скользнули в неё. — Я так сильно хочу тебя, — его жаркий шёпот вызвал у неё стон. — Всегда. Нет, она определённо не хотела делать это здесь. — Идём в постель, — сказала она, настойчиво обрывая его действия и беря брата за руку. — Я хочу тебя тоже. Серсея ещё никогда не спала так крепко, как в ту ночь, и впервые за последние годы проснулась без привычной тревоги. Окутавшее её приятное тепло напоминало сотканную из солнечных лучей сладкую вату. Было трудно не улыбнуться этому новому дню. Тут же взглянув ну другую сторону кровати, она, конечно же, не обнаружила Джейме рядом. Должно быть, он ушёл с рассветом. В миг охватившая её острая тоска, сменилась очевидным пониманием: они с братом были уже слишком взрослыми, чтобы спать вместе, и если бы их увидела одна из горничных или служанок, это бы пустило совершенно недопустимые слухи. Серсея снова не сдержала улыбки, вспомнив о том, что произошло. Её щеки предательски вспыхнули. Брат никогда и ни в чем не отказывал ей, и вчерашняя ночь не стала исключением. Джейме так щедро одаривал её поцелуями и лаской, что, кажется, после очередного пика её удовольствия, она окончательно выбилась из сил и уснула. Зевнув и потянувшись в постели, Серсея прислушалась к себе. Все её тело казалось необычно лёгким и расслабленным, будто она всю ночь провела в спа, но в вот только ни одни расслабляющие процедуры ещё никогда не давали ей такой бодрости и удовлетворения. Серсея не могла не признать, что прошлая ночь многое открыла и прояснила для неё. Разумеется, она знала об оргазме. Впервые это слово она услышала от девочек за бокалом шампанского на прошлое Рождество, когда все взрослые удалились играть в бильярд. И в книгах, что она иногда читала, часто упоминалось это «неземное наслаждение», что испытывали все без исключения главные героини со своими возлюбленными. Серсея слабо представляла себе, на что это могло быть похоже. До вчерашней ночи она была твёрдо уверенна, что удовольствие можно было получить только при проникновении. После нескольких попыток войти в себя пальцами, и не испытав при этом ровно ничего хоть отдалённо похожего на удовольствие, лишь причинив себе боль — Серсея давно оставила глупые попытки. Её тело будто играло против неё, скукоживалось и сжималось, едва она пыталась начать исследовать себя. Внезапно возникший вопрос заставил её нахмуриться. Откуда тогда Джейме узнал, как именно доставить ей удовольствие? В тех фильмах, что они иногда смотрели тайком, всегда все происходило иначе, и будто само собой. Мужчина лишь входил в женщину своим членом, отчего та неизменно кричала, будто её резали. Откинув одеяло, Серсея подбежала к зеркалу, желая как следует рассмотреть себя. Возможно, она изменилась внешне? Может быть, стала выглядеть старше и опытнее? Нет, в отражении была все та же она, но едва заметные изменения все-таки произошли: её щеки казались розовее, чем обычно, а улыбка все никак не хотела сходить с лица. Серсея всегда любила рассматривать себя, любоваться своим телом, тщательно следя за каждой произошедшей переменой. Сняв тонкую пижамную рубашку, она вновь окинула себя критическим, но в то же время, довольным взглядом. Её грудь заметно выросла за последний год, а бёдра мягко округлились, отчего талия теперь казалась тоньше. «Она уже была готова для любви», — вдруг совершенно ясно поняла Серсея. Прикоснувшись к себе, она легко провела кончиками пальцев вокруг затвердевших от лёгкой прохлады сосков, сосредоточившись на своих ощущениях. Ей нравилось, когда брат касался её вот так. Вспыхнувший интерес заставил её задумчиво закусить губу и вернутся обратно в постель. Пусть даже Джейме не было рядом с ней сейчас, она могла легко вообразить себе его пальцы, прямо как вчера. То с такой невероятной нежностью они скользили по её телу, изучая и лаская, отчего её кожа вновь покрылась мурашками. Серсея прикрыла глаза, утонув ещё в совсем свежих воспоминаниях, снова чувствуя знакомую тяжесть в животе. Хватка его сильных рук полностью обездвижила её, когда брат уверенно раздвинул её ноги. Серсея очертила кончиками пальцев едва заметные следы от его пальцев на своих бёдрах. А прикосновение его губ и языка… Она ещё никогда не испытывала ничего подобного. Её тело все ещё ощущало на себе вес брата, а запястья приятно ныли после того, как он крепко прижал их по бокам от неё, лишая её возможности уйти, — от этих воспоминаний Серсея до боли прикусила губу, пытаясь удержать в себе стон. Негромкий стук в дверь её спальни заставил вздрогнуть и испуганно броситься за одеялом. — Я ещё не одета! — крикнула Серсея, пока горничная не решила войти. — Мисс, ваш отец сказал, что ждёт вас у себя в кабинете. Она замерла, широко распахнув глаза от шока, почувствовав, как к ногам прилил холод. Такого с ней еще не случалось. Отец еще никогда не приглашал ее к себе в кабинет. Она вообще не помнила, когда он разговаривал с ней в последний раз. Схватив из гардеробной первый попавшийся на глаза сарафан и на ходу проводя расчёской по волосам, она пулей вылетела из своей спальни. Тайвин не любил ждать, и для них с братом это стало одним из первых правил, которому они научились ещё с раннего детства. Как говорила мама, когда ещё была жива: «ваш отец слишком занят, чтобы лишний раз тратить своё время». «Ваш отец слишком мудак, чтобы обращать внимание на кого-нибудь кроме себя», — передразнивал эту фразу Джейме. Преодолевая широкий лестничный пролёт и свернув в коридор по левую руку от неё, Серсея мысленно предполагала, что именно хотел от неё отец. Возможно, он даст ей возможность руководить логистикой? Уж она бы точно никогда бы не допустила таких промахов с таможней. Или даст добро на участие в переговорах, как и Джейме? Она замерла, прежде чем постучать. Ей следовало показать Тайвину всю свою серьезность, которой никогда не отличался её брат, и готовность учувствовать в делах семьи. За резной деревянной дверью все оказалось куда более прозаично, чем она себе представляла всю жизнь. От радостного волнения перехватило дыхание, но взгляд Тайвина мигом осадил ее восторг. Его лицо всегда выглядело так, будто чьи-то похороны были в самом разгаре. Тайвин жестом приказал ей сесть, пряча в сейф папку с документами. Неловко опустившись в большое кожаное кресло напротив массивного стола отца и вдохнув полной грудью знакомый с детства аромат сигар, Серсея встретила его странно изучающий взгляд. Мигом поняв свою ошибку и приосанившись, она опустила руки на колени и замерла в ожидании. Внезапно охвативший её ужас, который принесла ей новая догадка, заставила её задохнуться. Что если отец узнал о них с Джейме? Что если вчера их с братом услышал кто-то из слуг? — Серсея, — проговорил он наконец, будто прямо сейчас, впервые за многие годы, видел её впервые. — Что помешало тебе привести себя в порядок? Её щеки вспыхнули. Она ведь даже не успела почистить зубы. Неужели от неё плохо пахло? — Я совсем недавно встала. Всю ночь меня мучила… бессонница и я уснула лишь под утро. Кивнув в знак понимания и достав из-под крышки стола свой пухлый ежедневник, он пробежался по страницам. — Я сообщу твоему тренеру, чтобы добавил тебе дополнительный час перед сном. Серсея промолчала, в очередной раз соглашаясь со словами брата. — Ты хотел со мной поговорить? — напомнила она после затянувшейся паузы, решив в итоге, что если бы ему было известно о том, что они с братом делали ночью, он бы не стал медлить. — Я уже говорил об этом с Джейме, теперь хотел, чтобы и ты не оставалась в стороне. Она затаила дыхание, а во рту пересохло. Её сердце глухо билось в груди, но отец будто бы нарочно решил подольше понаблюдать за ней. — Серсея, ты уже стала достаточно взрослой, чтобы я мог доверить тебе участие в делах нашей семьи. Вернувшаяся радость заставила её лицо залиться румянцем, но отец не терпел излишнюю эмоциональность и ей пришлось постараться, чтобы её собственное выражение даже не дрогнуло. — Мы бы могли вместе с Джейме заняться вопросом… — хотела начать Серсея, но Тайвин оборвал её слова одним лишь взмахом руки: — Оставь своему брату его задачи. К сожалению, он учится всему не так быстро, как мне бы того хотелось, но у тебя, я думаю, не должно возникнуть проблем. Твои учителя говорят, что новую информацию ты обычно схватываешь налету. Ей было трудно поверить своим ушам. Отец впервые в жизни сказал, что она в чем-то превосходила брата, хотя, этому было множество примеров. Но среди бурного пламени вспыхнувшей гордости, Серсея ощутила укол настороженности. К чему была эта похвала? Она негромко прокашлялась, дав себе секунду для того, чтобы привести мысли и догадки в порядок. — Какова будет моя роль? — Серсея боялась, что собственный голос выдаст её. Тайвин был непоколебим в своём спокойствии и лишь лениво отрезал кончик сигары, собираясь закурить. — Чтобы наш бизнес, как и любой другой, процветал — ему нужны силы, — проговорил он, не сводя с неё глаз. — Что для этого нужно, Серсея? Она до боли впилась ногтями в ладони. Вести такие разговоры с отцом было равносильно ходьбе по минному полю. Любой её ответ повлечёт за собой очередной жизненный урок, но сейчас, Серсея ужасно боялась сказать что-то глупое, что ему не понравится, и одной лишь фразой закопать себя. — Качество нашего товара, — ответила она, пытаясь собрать в голове разбегающиеся мысли, — финансы, и связи, которые дадут должную рекламу и продвижение на рынок. От того, как он вскинул брови, её бросило в жар. Неужели, она снова сказала какую-нибудь чушь? — Абсолютно верно, — ответил Тайвин в итоге. — Качеством никогда нельзя пренебрегать. Визитная карта продукта — его репутация. Бизнес не имеет смысла если он не приносит доход, а правильное вложение средств обеспечит ему рост. Он осторожно поставил коробочку с сигарами на место. — Что касается связей, — сигара сделала полный оборот между его пальцами. — Самое большое влияние оказывают правильные союзники, и не только в продвижении, но и обеспечении безопасности. Серсея легко кивнула головой, одновременно соглашаясь с утверждением и желая как можно скорее все-таки добраться до сути дела. — С твоей помощью мы бы могли заполучишь в союзники одного очень влиятельного человека. Серсея нахмурилась. — Кто он? — Ты помнишь Эйериса Таргариена? — спросил Тайвин, чуть приподняв брови, отчего его лоб прорезали морщины. — Генеральный прокурор, — проговорила Серсея негромко, чувствуя, как её недоумение переходит в шок. — Совершенно верно. У него есть старший сын Рейегар. Думаю, вы с ним знакомы. Разумеется, она знала Рейегара, видела его на приемах и званных обедах, они даже несколько раз говорили, но сейчас Серсея уже едва помнила о чем. Сложив в голове все имеющиеся части картины, она почувствовала, как в животе свело от волны тревожного осознания. — Ты должна помочь ему понять, что его семье следует поддержать нас. Мигом осадив поднявшуюся в груди волну неуверенности, Серсея успокоила себя тем, что, она еще не дослушала речь отца до конца. — Но каким образом я могу убедить Рейегара начать давать указания своему отцу? Тайвин прочистил горло, наклонившись к ней ближе. — Никаких указаний не потребуется. Рейегар унаследовал семейный фармацевтический бизнес, когда Эйерис занял своё место. Такое сотрудничество значительно расширит наше производство, и выведет продажи на новый уровень. Эйерис же, обеспечит нам всю должную защиту, если нас поддержит его сын. Мы же, не останемся в долгу, оба они получат щедрые проценты за свои инвестиции. Серсея до боли впилась ногтями в свои колени. Неужели он имел в виду то, о чем она подумала? Ей следовало сблизится с ним? — Разве я не могу пригодится в чем-то другом? — Ты нужна именно здесь. Мне не требуется помощь во всяких мелочах. Кому ещё мне доверить нечто настолько важное? Серсее хотелось отвести взгляд, но она сдержалась. Действительно, она сможет внести большой вклад. Куда больший, чем Джейме. И Рейегар… Среди всех знакомых их круга, он был… самым привлекательным. Серсея вдруг вообразила лица всех тех девушек, кто тихо пускал по нему слюни. — Ты уже стала совсем взрослой и тебе… доступны пути, которые не доступны мне. Поток её мыслей оборвался так быстро, как и начался. — Пути? — Ты знаешь, в чем отличие между людьми, которые достигают успеха и теми, что нет? Успех даётся тогда, когда мы правильно используем все доступные нам возможности, даже те, что мы не хотели бы использовать. Серсея не смогла сдержать усмешки и упрямо сглотнула, когда к горлу подступил комок. Да. Ей действительно предстоит сблизится с ним. Но куда ближе, чем она подумала вначале. Очередной жизненный урок об успехах совсем не вдохновил её, пусть даже она и пыталась убедить себя, что это решение было вполне логичным. Многомиллионная прибыль перевешивала то, что её будут использовать как инструмент. Вот почему Тайвин вдруг решил пригласить её в свой кабинет. Собственное отражение в зеркале вдруг так некстати предстало перед её глазами. Да, она действительно стала совсем взрослой, и её тело теперь имело ценность. — Беря в расчёт, что это твой первый «выход в свет», я допускаю вероятность неудачи, — сказал Тайвин, казалось, изучая каждую морщину на её лице. — Но, не думаю, что этого не допустишь ты. Серсея до боли ущипнула своё запястье. Даже брату нравилось её тело, значит, оно придётся по вкусу и Рейегару. Было бессмысленно спрашивать о том, что будет, если она откажется. Особенно, если она не хотела слышать ответ. Уж ей ли не знать, что Тайвин Ланнистер никогда не тратит свои ресурсы понапрасну. А на нее было затрачено много. — Тогда мне понадобиться несколько новых платьев, — сказала Серсея, улыбаясь так, как ей придётся делать это всю свою жизнь. — Ты можешь выбрать любые. Джейме обожал, как стонет его сестра. Серьёзно, ни одна музыка мира не была способна сравниться с её слабым и чуть хрипловатым голоском, когда она очень хотела. Её стон, когда он легко подхватил её на руки, заставил его едва не зарычать от нетерпения. Больше не было усталости, как и целого мира вокруг них. Только Серсея. Поспешно откинув покрывало и опустив сестру на белые простыни широкой кровати, Джейме не смог не залюбоваться ею, жадно скользя взглядом по каждому до мелочей знакомому изгибу, одновременно с этим вновь замечая ярко выделяющееся на её нежной молочно-белой коже синие кровоподтёки. Их было так чертовски много: на её бёдрах, запястьях, ещё один большой слева на рёбрах, на плече и на скуле. Острый гнев и страх причинить ей боль заставил Джейме опасливо замереть. «Нужно было заставить его умереть в муках», — на секунду подумал он. Жаль, что это уже не имело смысла, ведь он уже и без того был мертв. Серсея явно была недовольна его промедлением, рывком притягивая его к себе и раздвигая ноги. — Синяки обычно быстро сходят, — пробормотала она, будто читая его мысли, мягко касаясь губами его шеи. — Мы можем выключить свет, если тебе неприятно… Что, черт возьми, сделал с ней этот подонок, что она теперь постоянно сомневалась в себе? И какого черта она так хорошо знала, как долго у неё сходят синяки?! Её слова прервалась резким её вздохом, когда он обхватил губами её розовый торчащий сосок, мягко обводя его языком и покусывая. — Да, мне ужасно неприятно, — согласился с ней он, не сдерживая смешка и целуя синяк на её плече. — Разве не видишь? — спросил он, опускаясь все ниже, касаясь губами её каждого её синяка, целуя её рёбра и живот, наслаждаясь нежным горячим бархатом её кожи. Он хотел Серсею так сильно, как, наверное никогда до этого, но в то же время, ему ужасно хотелось уделить время ласкам. Впервые в жизни, они были настолько свободны. Впервые в жизни больше никто не встанет между ними. Её спина выгнулась, когда он опустился между её податливо разведённых бёдер. — Я всего лишь вот-вот кончу от одного твоего вида и воспоминаний о том, какая ты на вкус. Тот самый мягкий стон сорвался с её губ, когда Джейме наконец поцеловал её. — Такая сладкая, — сказал он сестре, наблюдая, как она откинула назад голову, а её живот вздрагивал от её резких вздохов. Джейме в очередной раз поблагодарил судьбу за то, что их с сестрой потребности в сексе были так же похожи между собой, как и они сами. Он хотел её всегда и везде, а Серсея, пусть иногда капризничала и отталкивала его, но в итоге, каждый раз доводила его до полного изнеможения. Одного оргазма ей никогда не хватало, а даже недельный перерыв делал из неё настоящую злобную мегеру. Ужасно соблазнительную злобную мегеру, которую нужно было поскорее трахнуть. Её ноги легко сжимали его голову, пока он посасывал её клитор. Её вкус свёл его с ума ещё в самый первых их раз. — Джейме, — Серсея сдавленно ахнула, — я хочу тебя, — тихо застонала она, запуская руки ему в волосы, направляя его. От такого открытого приглашения он тяжело сглотнул, мысленно пытаясь сосредоточится на чем-то отстраненном. Поцеловав напоследок маленький комок её напряжения, Джейме поднялся выше, снова оказываясь над ней. Серсея тут же схватила его за подбородок, жадно целуя его все ещё влажные губы. — Нравится? — ухмыльнулся Джейме, зная, что это действительно было так. Он легко куснул и оттянул её нижнюю губу, но через секунду вновь целуя. — Ты вкусная. Его сестра уже едва понимала происходящее, царапая ногтями его кожу и выгибаясь навстречу. — Джейме, — тихо всхлипнула она, потирая бёдрами его бока. Он отметил, что сегодня его сестра была удивительно нежна. — Иди же сюда скорее. Схватив её ладони и переплетаясь пальцами, он прижал их по обе стороны от её головы. — Я больше не хочу, чтобы ты сдерживалась, — прошептал он в её ухо, — никогда. Я люблю слышать твой голос. Серсея чувственно ахнула, когда он наконец вошёл в неё, плавно, но одновременно быстро, не отрывая взгляда от её глаз. Джейме сходил с ума, наблюдая, как в такие моменты менялось её лицо, как приоткрывались в блаженстве её прекрасные чуть пухлые губы, а между бровями залегала тонкая складка. Он тоже не сдержал стон от чудесного ощущения чистого блаженства, наконец чувствовать её полностью. Как бы сильно Серсея ни пыталась держать глаза открытыми, потом всегда сдавалась. — Да, — выдохнула она, впиваясь ногтями в его плечи, когда он начал двигаться. — Джейме, да… Ему нравилось, как все её тело откликалось на каждое его прикосновение, как её ноги притягивали его, как она вскрикивала от его толчков и едва успевала схватить ртом глоток воздуха, когда он набирал темп. — Сильнее, — потребовала Серсея, в исступлении кусая его шею. — Да. — Пусть идут к черту все те, кто разделяют нас, — слова вдруг сами собой сорвались с его губ. — В этом мире важны только мы. Серсея застонала в ответ, и через силу приоткрыла глаза. Джейме заметил, как её взгляд скользнул по комнате, всего на секунду задержавшись на стоявшем в углу зеркале. Старые привычки все же давали о себе знать. — Нет, посмотри на себя, — прошептал он ей, немного замедлившись и легко прикусывая мочку её уха. — Посмотри, как ты великолепна, Серсея. Её новый стон подсказал ему, что его сестра уже близко, когда она вновь взглянула на них в отражении. Уткнувшись лицом в изгиб её шеи, и полной грудью вдыхая её запах, он ещё никогда не чувствовал себя более на своём месте, чем в этот момент. — Джейме! Джейме, стой! — полный ужаса крик Серсеи заставил его вздрогнуть от неожиданности. Проследив за её взглядом, он на мгновение не поверил своим глазам. В секунду отстранившись от сестры и кинув в неё одеяло, чтобы прикрыть её, Джейме метнулся в сторону двери, хватая того, кто в ту же секунду пустился бежать. Серсея не знала, сколько прошло времени после разговора с Тайвином, казалось, с того момента она даже не шевелилась. Она вдруг поняла, что ни прислуга, ни учителя не потревожили её за все время. За окном почти стемнело, но она не хотела включать свет, задумчиво смотря на покрывающие потолок маленькие светящиеся звездочки. У брата были такие же. Их мама хотела, чтобы они с Джейме не боялись спать одни в своих комнатах. Звезды все ещё светились по ночам, пусть даже Джоанна Ланнистер уже давно оставила этот мир, а они с братом уже давно спали вместе. Серсея все пыталась обдумать то, что ей предстояло сделать. И ей решительно не нравилось то, что она чувствовала по этому поводу. Но к черту чувства. Она — Серсея Ланнистер, и ей наконец выпал шанс показать, на что она была способна. Что она была. Пришёл её черёд внести свой вклад. Серсея сама не заметила, как начала вновь ходить по комнате туда-сюда. Отчего-то теперь, все вокруг казалось ей странно чужим. Ей так сильно хотелось поговорить об этом с Джейме. Но разве брат часто посвящал её в свои планы или задания, что давал ему Тайвин? Почти никогда. Она попыталась вспомнить, что вообще знала о Рейегаре, но ей не пришло на ум практически ничего. Он был красив, изящен и практически всегда погружён в свои мысли. Он был взрослым. И ей следовало тоже начать соответствовать. Рухнув на собственную кровать, Серсея взглянула на воздушно-белый балдахин над головой, вновь вспомнив слова Джейме о их отце. И все же, Тайвин был тем ещё мудаком. Разве отцы не должны были оберегать своих дочерей, а не пытаться подложить их кому-нибудь в постель? Неужели она была глупее брата и не могла пригодиться в другом? Простой вывод заставил её громко рассмеяться. Схватив со стола вазу, Серсея запустила её в стену, наслаждаясь тем, как уродливое хрустальное нечто разлетелось на тысячу осколков. Брат был человеком, а она — куклой, чьим телом теперь можно распоряжаться. В глубине души она всегда это знала. Но впервые в жизни она задумалась какой видел её именно Джейме? Уткнувшись лицом в подушку, Серсея закричала так громко, насколько вообще была способна. Если бы только Джейме был рядом, чтобы обсудить все это. И её собственная постоянная потребность в нем раздражала. Погрязнув в тяжёлых мыслях, она задремала. Ей снилось мягкое белое облако, что вдруг так привычно обняло её со спины, окутывая её теплом и уютным спокойствием, заставляя улыбнуться сквозь сон. Но лёгкий поцелуй в макушку заставил её в ужасе распахнуть глаза. — Джейме, — она резко дёрнулась, вырываясь из его рук, совершенно точно помня, что закрыла на ключ, как дверь в комнату, так и в их общую ванную. — Откуда ты здесь? — Просто взял дубликат, — Серсея сощурилась, когда её брат включил ночник. Он уже был одет в домашнее, но, видимо, вернулся совсем недавно, выполняя очередное задание их отца. — Ты хорошо себя чувствуешь? — спросил Джейме, коснувшись тыльной стороной ладони её лба. Серсея до боли прикусила изнутри щеку, отводя взгляд, и вновь до мельчайших подробностей вспоминая прошлую ночь. Как бы она ни старалась, она не могла злиться на него. — Я обидел тебя? — сказал он совсем тихо, когда она не ответила ему. Сегодня брат уже был далеко не так уверен в себе и настойчив. — Серс? — спросил он мягко, и наклонившись, невесомо коснулся губами её плеча. — Что случилось? — Джейме… — Серсея вздрогнула, будто обжегшись, понимая, что не сможет сосредоточится, когда он касался её. — Скажи, тебе важна я или только моё тело? Брат несколько раз моргнул. — Ты или тело? Не думал, что тебя можно от него отделить. Серсея с раздражениям закатился глаза. — Очень смешно. Ты действительно такой глупый, или претворяешься? Джейме с самым серьёзным выражением лица приподнял брови. — Наверное, да, потому что я не претворяюсь. Тогда скажи, чтобы поговорить с тобой без участия твоего тела мне теперь стоит провести спиритический сеанс или будет достаточно телефона? Её брат раздражающе захихикал, когда она ударила его локтем. — Тогда закончим этот разговор. Иди к себе. — Но это не честно! — воскликнул Джейме, поражаясь до глубины души, — Это самый глупый вопрос, который я когда-либо слышал! — Пошёл вон! — в отчаянии крикнула Серсея. — Сейчас же! — Я люблю тебя, и твоё тело тоже, как и твои волосы, твои ногти, глаза, нос, руки, ноги, все твои привычки, твой запах… Всё! Даже то, что я не перечислил. Это ведь всё ты! Как я могу любить или дорожить чем-то отдельно? Ты ведь не конструктор. Серсея замерла, ощущая, как её щеки налились краской от стыда за свою вспыльчивость и от охватившей её нежности. Джейме ещё никогда не говорил, что любит её. Никто и никогда не говорил ей этих слов. Это было впервые. Должно быть, все её чувства тут же отразились на её лице, ведь брат, больше не задавая никаких вопросов, крепко обнял её. Уткнувшись лицом в его шею, и что есть силы обнимая его в ответ, Серсея не сдержала всхлипа от нахлынувшего на неё острого облегчения. Собственные мысли напоминали запутанный клубок. Что именно она должна чувствовать? Ей было приятно мысленно повторять его слова снова и снова. — Не расскажешь, что тебя беспокоит? — спросил Джейме, на что Серсея лишь отрицательно покачала головой. — Ты пропустила ужин, — напомнил он ей. — И я тут привёз небольшую телегу из кухни, на случай, если твоё тело проголодалось. А ты сама можешь постоять в сторонке и посмотреть. Джейме расхохотался, когда она пнула его коленом в бедро, но теперь, Серсея тоже не удержалась от улыбки. — Давай её сюда скорее. Брат лениво развалился на её кровати, наблюдая, как она ест, пусть даже время перевалило за полночь. Её любимая карбонара была ещё совсем тёплой, видимо, он даже позаботился о том, чтобы подогреть для неё ужин. Приятное чувство сытости прогнало остатки её тревоги. Лечь на подушку рядом с братом было привычно и приятно. — Я так скучал по тебе, — прошептал Джейме, пробежавшись пальцами по её рёбрам, заставив Серсею взвизгнуть и начать извиваться. — Перестань! — она попыталась отползти, но брат ей не позволил. Прижав ее к кровати, он продолжал щекотать её, уворачиваясь от её ударов. Она уже едва могла дышать от смеха, когда Джейме наконец отпустил её. — Ты идиот, братец, — пробормотала Серсея, переводя дыхание и кинув в него подушкой. — Я всего лишь хотел тебя немного расшевелить, — он мастерски увернулся от её броска. — Ну не дуйся, иди ко мне, — схватив её одной рукой, Джейме притянул её к себе, снова заключая в медвежьи объятия. Иногда её раздражало то, что брат был сильнее и так легко мог брать над ней верх, тиская её будто мягкую игрушку всегда, когда ему вздумается. Это было нечестно. Но пожалуй, этим вечером ей было это нужно. Серсее нравилось, как её пальцы скользили по его плечам, нравилось как брат обнимал её так крепко, но одновременно нежно, то и дело мягко касаясь губами её макушки и лба. Это было естественно: обниматься и нежничать друг с другом, трогать и изучать уже в который раз. Серсея закрыла глаза на мгновение, вдыхая запах его кожи. Она не могла описать все те чувства, что разом обрушивались на неё лавиной всякий раз, стоило ей оказаться наедине со своим близнецом. Джейме смотрел на неё с любопытством и лёгкой хитрецой, прекрасно зная, как быстро-быстро стучит её сердце, а волоски на на руках встали дыбом. Легко коснувшись его щеки, очерчивая кончиками пальцев его острые скулы и появившиеся от улыбки ямочки, Серсея едва могла дышать. Получилось ли бы у неё сделать брату приятно так же, как и он ей вчера? Джейме усмехнулся, шутливо хватая губами её мизинец, послав разряд тока по её спине. Его глаза приобрели тёплый оттенок зеленого в свете ночника. — Знаешь что сегодня сказал мне Тайвин? — брат легко накрутил на палец прядь её волос. Она лишь приподняла брови, пытаясь не выдать того, как её сердце подпрыгнуло от идиотского волнения. — Он сказал мне любыми способами сделать так, чтобы Рейегар Таргариен захотел предоставить нам десяток заводов для наших наркотиков, заодно избавляя Тайвина от проблем с поставками и колоссальным расширением оборота. О, и заодно чтобы Эйерис Таргариен все это крышевал, — Джейме фыркнул, — Похоже, дела идут не так хорошо, как можно подумать, раз он решил поручить это мне. — И мне, — откликнулась Серсея, удивленно садясь. — Он сегодня говорил со мной об этом. Джейме нахмурился. — Я надеялся, что он не будет тебя втягивать. Серсея с раздражением закатила глаза. — Потому что я не мужчина? Думаешь, я хуже? — Потому что я не хочу, чтобы ты видела и участвовала в этом дерьме! — зло проговорил брат, сжимая руки в кулаки. — Я поговорю с отцом и попробую убедить его оставить тебя в покое. Слова Джейме были похожи на упавшую в горючее спичку, мигом воспламеняя все то, что её терзало. — Не смей! — теперь, для неё это было делом принципа. — Я тоже часть этой семьи, Джейме! Я тоже существую! Но все самое лучшее, всегда достаётся только тебе! Спорим, что я уговорю Рейегара раньше тебя. — Серсея протянула ему руку. — Я сделаю это! Джейме оттолкнул её ладонь. — Каким образом? — Любым, — ответила Серсея без колебаний, вспыхивая до самых ушей. — Отец сказал, что мне доступны пути, которые недоступны ему. Джейме широко распахнул глаза, гладя на неё с выражением ужаса и отвращения. — Что это, черт возьми, значит? Ты что, вещь? Даже если ты позволишь ему трахнуть себя — этого слишком мало. Серсея отвернулась, желая не показывать того, как её щеки все еще горели от стыда, раздражения и отчаяния. — Как ещё мне добиться того, чтобы меня, наконец, услышали, а, Джейме? — негромко сказала она, стараясь скрыть надломленный голос за смешком. — Ты говоришь, что я не вещь, но тогда кто я? Я ничего не решаю, и ни на что не могу повлиять, даже на собственный распорядок дня. — Как и я, — Джейме смягчился. Серсея знала, как действовали на него её слезы. — Нет, братец, тут ты не прав, — вновь повернувшись к Джейме, она продолжила, наблюдая на то, как на его лице смешиваются раздражение и растерянность. — Для отца ты — наследник, а твоё слово — слово, моё же — пустой звук. Ты поведёшь семейный бизнес, а меня выдадут замуж за того, кого выберет Тайвин. — Да к черту его! Мне не нужно это, — зло прошипел Джейме. — Я не хочу жить по его правилам, не хочу, чтобы он распоряжался твоим телом, как каким-то товаром! Серсея только равнодушно фыркнула, услышав очередную громкую речь брата. Как человек, которому никогда и ни в чем не отказывали, он сам не подозревал, что его бравада была ни о чём. — Рейегар холодный как статуя, но другие… — щеки брата тоже вспыхнули. Она заметила, как он нервно щипал своё запястье в попытках успокоится. — Что если кто-нибудь из них причинит тебе боль? Что если кто-то из них посмеет… — То я причиню боль им, — парировала Серсея, — в любом случае, Тайвин не меняет своих решений. — Мы можем сбежать, — сказал Джейме уже тише. — Точно, — Серсея согласно кивнула, едва удержалась от горького смешка. — Видимо, персонал, охрана и камеры — для тебя всего лишь шутка. — Показательно задумавшись, она продолжила: — а ты помнишь, сколько времени обычно требуется отцу, чтобы разыскать тех, кто его предал? Далеко мы не уйдём, — последние слова она почти прошептала. — Каждый из его врагов могут причинить вред нам, чтобы достать до Тайвина. — Мы найдём способ, — она видела, как сильно Джейме злило собственное бессилие. — А Рейегара я возьму на себя. Серсея приподняла брови, сказав то, что в секунду пришло к ней в голову. — Ты ревнуешь? — Ты невыносима, — устало выдохнул он. — Ты можешь делать что хочешь и с кем захочешь, но только если это сделает тебя счастливой. Я убью каждого, кто посмеет обидеть тебя! Разорву на куски! — прорычал Джейме, ударив кулаком по её постели. Серсея уткнулась лбом в его плечо, чувствуя как были напряжены его мышцы. Её брат будто был сделан из мрамора. Исходящая от него искренняя ярость подарила ей восхитительное ощущение защищённости, отчего по коже побежали мурашки. Это было приятно. — Знаю, — прошептала она, касаясь его ладоней и переплетая их пальцы. — Когда ты рядом, я чувствую себя в безопасности и счастливой, — это было чистой правдой. Её брат не был всесильным, но уж точно сильнее её самой. Она не сдержала улыбки, когда брат потерся носом о её щеку. — Иди ко мне, — она мягко потянула Джейме за плечи, вынуждая его снова опуститься на подушки. Ей нравилось, как Джейме наблюдал за её действиями, все еще такой серьёзный и хмурый, что ей хотелось поскорее сгладить остроту его лица. Перекинув ногу, Серсея устроилась на его бёдрах, принявшись мягко покрывать поцелуями его немного колючие щеки и зарылась носом в его мягкие волосы. Уголок рта Джейме наконец приподнялся в полуулыбке, когда она и коснулась губами кончика его носа. — Мне было хорошо вчера, — негромко сказала Серсея, замерев в миллиметре от его губ, наблюдая, как брат прикрыл глаза, когда она была так близко. — Хочешь ещё? — спросил он, нежно стиснув её талию. Острая волна возбуждения заставила её тяжело сглотнуть. Да, да, и ещё раз да. Она отстранилась, когда Джейме потянулся к ней для поцелуя, решая подразнить его. — Возможно, — ответила Серсея уклончиво, сдвигаясь вперёд, с волнующим предвкушением в очередной раз замечая, как остро реагировало на неё его тело. — Что ты чувствуешь, когда я делаю вот так? Серсея усмехнулась, глядя, как Джейме едва не задохнулся, когда она, приподнявшись, мягко покачала бёдрами, потеревшись о его твёрдый член. Она не помнила, когда они впервые начали эту игру: «а что ты чувствуешь?», тут же останавливаясь, если кому-то из них было неприятно, и продолжая, если она или он реагировали вот так. — Серс… — выдохнул брат, изо всех сил стараясь держать глаза открытыми. Хватка на её талии стала крепче. Ей нравилось видеть, как сильно его возбуждали её действия, как сбивалось его дыхание, а щёки горели. Его глаза становились почти черными в такие моменты, когда он смотрел на неё так, словно она была его самым большим желанием. Она пробежалась пальцами вдоль пуговиц его рубашки, расстёгивая одну за другой. По её телу прошла лёгкая дрожь, когда она коснулась его широкой груди, касаясь кончиками пальцев его нежной кожи. Уткнувшись носом в изгиб его шеи, Серсея закрыла глаза, полностью потерявшись в его запахе. Знакомая пульсация внизу заставила её застонать. — Джейме, я хочу тебя, — сказала Серсея раньше, чем успела осознать. Её глаза закрылись, когда брат резко, почти грубо, притянул её к своим губам. В этот раз она не отталкивала его, когда он опрокинул её на спину и оказался над ней, и не просила остановиться, лишь раздвинула бёдра, позволяя брату устроится между ними. Она не сдержала новый стон, когда Джейме потянул за молнию на её сарафане, и легко стянул с неё мешающую ткань. На ней не было белья, которое бы служило напоминанием о той черте, которую они ещё никогда не переходили. — Ты так прекрасна, — то как тяжело ему давалось дыхание, вызвало у неё улыбку. — Самая красивая в мире. Ткань его джинс туго натягивалась в паху и она все задавалась вопросом, как именно он сдерживал себя. — Знаю, — прошептала она, чувствуя, как сердце почти выскакивало из груди от его слов. Она была впервые абсолютно голая перед ним. Схватив его ладонь, Серсея потянула её к своей груди. Джейме не нужно было просить. Нежно пропустив один её сосок между пальцев, он жадно припал губами ко второму, обводя языком и легко покусывая, заставив её спину выгнуться. Её тело послушно отзывалось на его ласку. — Сними уже наконец эти дурацкие брюки, — потребовала Серсея, потянув его ремень и расправляясь с молнией. — Я хочу чувствовать тебя всего. Серсея сама не понимала, что чувствовала, глядя на голых мужчин в тех фильмах, что они с братом то и дело смотрели тайком. Нечто, граничащее между лёгким интересом и отвращением. С Джейме было иначе. Все его тело было прекрасным и родным, и его член её совсем не напугал. Он был твёрдым и горячим, и одновременно таким нежным, что Серсея испугалась, что может случайно причинить брату боль. — Что ты чувствуешь? — прошептала она, глядя Джейме в глаза, и мягко обхватывая его рукой. — Я так сильно хочу тебя, — выдохнул он, прижимаясь лбом к её. Ей нравилось, как соприкасались их тела, нравилось целовать Джейме и чувствовать на себе его вес, нравилась нежность и восхитительное тепло их неторопливых ласк. Джейме мягко целовал её, сталкиваясь с ней языком, а Серсея выгибалась ему навстречу, чувствуя, как его горячий член упирается ей в бедро. Какого было бы почувствовать его внутри? — Давай сделаем это прямо сейчас, — Серсея коснулась кончиками пальцев его губ. — Войди в меня. — Нет, Серс, ты ещё не готова, — Джейме поцеловал её раскрытую ладонь. — Но мы ведь оба этого хотим, — плотнее обхватив его бёдрами, Серсея притянула брата ближе. — Да, так и есть, — согласился он, нагло усмехаясь, но тяжёлое дыхание слишком выдавало его возбуждение. — Но тебе может быть больно, и у нас нет защиты. Последний аргумент был весомым, но в этот момент, Серсею его слова волновали слишком мало. Какая, черт возьми, разница, что будет потом, если она хотела Джейме прямо сейчас?! — Ну и не надо, — нахлынувшая обида и невозможность получить желаемое разозлили, но прежде чем она успела снова что-то сказать, Джейме коснулся её между ног. Серсея ахнула, жадно подаваясь навстречу его прикосновениям. — Хочешь, мы найдём компромисс? — спросил Джейме, опустившись пальцами немного ниже и замерев на мгновение. Сообразив, что именно задумал её брат, Серсея кивнула, уверенно направляя его руку. Она до боли закусила губу, когда он медленно вошёл в неё пальцем, и расслабленно выдохнула, когда он погрузился полностью. — Мне совсем не больно, — с удивлением проговорила Серсея, отвечая на взгляд Джейме. — Не так, когда я делала это сама. — И что ты чувствуешь? — голос брата был таким нежным, что она не удержалась от того, чтобы поцеловать его. Приятное ощущение наполненности было новым для неё, а осознание происходящего откликнулось волнующим покалыванием в пупке. Ей хотелось большего. — Попробуй двумя пальцами, — Серсея усмехнулась, глядя, как Джейме выразительно вскинул в удивлении бровь. — Ты все равно не умеешь отказывать мне. — Как будто ты оставляешь мне выбор. — От улыбки на его щеках снова появились ямочки. Она невольно задержала дыхание от лёгкого дискомфорта и вцепилась ногтями в плечи брата, когда он добавил второй палец, осторожно растягивая её. Осознание происходящего вызвало у неё стон. Она вдруг с абсолютной ясностью поняла, что никогда бы не позволила никому, кроме Джейме, быть с ней так близко. Ни с каким Рейегаром ей бы не было так хорошо и спокойно, и так любопытно с каждым разом заходить все дальше. — Тебе точно не больно? — спросил Джейме, внимательно наблюдая за каждым её вздохом или движением. — Ты ужасно узкая. Серсея поморщилась. — Нет, скорее… просто немного необычно. Она закусила губу, когда он начал двигаться, медленно и осторожно, одновременно лаская её большим пальцем. Опустив руку ниже, Серсея вновь коснулась его члена, начав ласкать его с такой же нежностью, как и брат касался её. — Серс… — его тихий стон был таким чувственным, что Серсея прикрыла глаза охватившей её новой волны возбуждения. — Джейме, тебе так приятно? — Да, продолжай, — отозвался он. Её бёдра сами начали покачивался в такт движениям его руки, вначале Серсея все ещё опасалась почувствовать боль, когда он толкался сильнее и глубже, но потом расслабилась. Джейме тоже двигался вместе с ней, навстречу её ладони, будто они действительно делали это. Это было хорошо. То, как он касался её там, внутри… Серсея жадно целовала его шею, губы, все, до чего только могла дотянуться, отчаянно желая быть ещё ближе, ближе, слиться с ним в одно целое и больше никогда не жить по отдельности. — Джейме, быстрее, — потребовала Серсея, вдруг почувствовав, как в животе нарастала уже знакомая ей горячая волна, и увереннее толкнулась навстречу его пальцам. Каждое его движение все ближе подводило её к краю, и когда они вместе наконец переступили черту… Казалось, вся её жизнь остановилась на мгновение, замерев от охватившего тело дрожи. Под веками будто вспыхнул фейерверк. Едва ли ей когда-нибудь удастся подобрать слова, чтобы описать это чувство. Невесомость, свободное падение, полет, чистое наслаждение, которые они впервые разделили на двоих. Они оба все ещё дрожали, когда вновь взглянули друг на друга, по-дурацки улыбаясь и не разрывая объятий. — Джейме, я люблю тебя, — выдохнула Серсея, слишком обессиленная охватившим её сладким послевкусием. — Я люблю тебя. В ту ночь, они не жалели поцелуев друг для друга, не жалели объятий и нежных слов. Опустив голову брату на грудь, она больше не вспоминала про Рейегара или отца, желая лишь чтобы эта ночь никогда не заканчивалась. Джейме успел схватить наблюдавшего за ними за капюшон в последнюю долю секунды, прежде чем тот бесследно скрылся бы в абсолютной темноте окружавшего их мотель леса. — Он нас видел! — почти в истерике вскричала Серсея, когда он затащил неизвестного в их номер и закрыл двери на замок. Тощий темноволосый придурок, которому Джейме пытался зажать рот, отчаянно вырывался и мычал. Что-то выпало из его рук, ударившись об пол с глухим стуком. — Ещё и снимал, — ответил сестре Джейме, увидев, что это был телефон. — Серс, посмотри, что там. Натянув майку и джинсы, Серсея скользнула за телефоном. Джейме не смог не засмотреться на неё, жалея, что они даже не успели закончить. — Заткни его, — зло шикнула она, когда их «пленник» снова попытался закричать. — Тут пароль. — Разблокируй это дерьмо, — Джейме как следует тряхнул его. — Если закричишь — я придушу тебя прямо здесь, — он знал, что мог быть убедительным, когда этого хотел. Когда тот дрожащими пальцами набрал код, Джейме развернул его к себе лицом. Бледный паренёк лет двадцати-двадцати трёх без единой запоминающейся черты — Кто ты, черт возьми? — Джейме уже знал, что кем бы он ни был, отпускать его было опасно. — Брандон Старк, — ответил тот деланно храбро, но выступивший над верхней губой пот его выдавал. — Частный детектив. — Джейме, он снимал нас все это время, — отозвалась Серсея, все ещё глядя в телефон. — Все чертово время, уже несколько недель, — её лицо было белым, как мел, когда их взгляды встретились. Они уже оба знали, что теперь им придётся сделать. — Кто тебе платит? — спросил Джейме спокойнее, обманчиво ослабляя хватку. Им с сестрой нужно было знать, чего ожидать. Но мальчишка не проронил не слова. — Ты оглох?! — сквозь зубы прорычала Серсея, вмиг оказываясь рядом, чтобы схватить парня за подбородок. — Вы не убьёте меня, пока я не скажу, — наконец отозвался тот. Джейме усмехнулся такой наивности. Если этот «детектив» хотел потянуть время и поиграть в хорошего и плохого полицейского, то пускай наслаждается. Его сестра сегодня как раз была готова выплеснуть все свои эмоции. Человеку угрожавшему благополучию их детей и лишившему её оргазма, явно придётся особенно не сладко. Хлёсткая пощёчина от Серсеи, заставила их пленника вскрикнуть. — Ты в любом случае скажешь. Её совершено дикий взгляд кричал, что она совсем не шутила. Джейме же, почувствовал, что у него снова встал. То ли, бедолага Брандон пришёл в крайний ужас от слов и действий Серсеи, то ли, испугался его члена, но в одну секунду вырвавшись, он молниеносно бросился бежать в сторону ванной, наверное, надеясь найти там окно. Но, видимо, бег не был его призванием. Они с сестрой замерли от грохота, когда парень поскользнувшись на все ещё мокром кафеле, со всего маху приземлился головой о раковину, а потом об пол. — Твою мать, — выругалась Серсея, в ужасе прикрыв ладонью рот наблюдая, как вокруг головы парня расплывалось огромное кровавое пятно. Опустившись к нему, Джейме взглянул в широко распахнутые глаза парня. Прижав палец к его шее, он уже знал, что ничего не услышит. — Он мертв, Серс. Сестра устало потёрла переносицу, глядя, как их номер заливает утренее солнце. — Это определенно лучший наш день рождения.