Глава 18. Стучать нехорошо, но стучать всё же побежим

Когда в телеграм-канале Арины в комментариях начали во множестве появляться странные личности, спамящие «ГОЛОСУЙТЕ ЗА ЧЕРЕВАТОГО», подписчики насторожились. Арину стали засыпать предупреждениями о том, что на её канал, вероятно, набежали боты или хейтеры, и стоит их заблокировать. Ведьма призывы аудитории упорно игнорировала, пока на одном из эфиров у неё не сдали нервы. — Да не буду я их блокировать! — ядовито возмутилась она в своей излюбленной манере. Ситуация после этой фразы только усугубилась: зрители заспамили чат эфира вопросами, почему же ведьма не хочет удалять хейтеров, которые призывают голосовать за её главного соперника. — Да вы заебали, черти! Почему да почему… потому что это я с фейков пишу, вот почему! — рявкнула Арина, но тут же осеклась, поняв, что сказала лишнего. — Бля… По идее смысл был в том, чтобы я этого вслух не говорила, да? — спросила она у кого-то за кадром, и оттуда раздался чей-то приглушённый смех на грани рыданий. — Так, всё, голосуйте за придурка, похуй, я всё равно у него половину голосов отберу, — отрезала Пушкина, вновь глядя в камеру. — Точнее, половину минус один, чтобы он выиграл, собака такая. А сейчас притворитесь, что вы этого не видели и не слышали, иначе я вас прибью! — и девушка завершила трансляцию, с силой захлопнув крышку ноутбука. Череватый ржал, теперь уже не сдерживаясь. Он выпал из кресла на ковёр и восторженно подвывал от смеха. — Рада, что повеселила твою наглую морду, — ядовито заметила Арина. — Ой, Хуйлушкина, я не могу с тебя, — простонал Влад, утирая слёзы. — Ну ты отожгла, пиздец просто. — Ну а хули было делать? — возмутилась Пушкина. — Ты же сам не занимаешься нихуя, финал уже на носу, а ты не в зуб ногой. Где твой круг? — Какой круг? — недоумённо переспросил Череватый, ползком забираясь обратно в кресло. — Хуй знает, какой у тебя. Семейный, может, или ковен какой знакомый, или чернокнижное братство какое-нибудь… Ну фигли ты на меня так смотришь? Ты в прошлом году с кем ритуал перед финалом делал? — Один, — пожал плечами Влад. — Так, чутка на удачу поритуалил. Как видишь, тогда не помогло. — Ты дурак? — приподняла брови Арина. — На удачу самому себе не делают, никогда не сработает. Кто-то за тебя должен просить, иначе никак. У тебя семья не того, не практики? — Нет. Скептики-экзорцисты, — Влад задумался и вдруг нервно хмыкнул. — Бля, представил, как я к ним приду и попрошу провести мне ритуал на удачу… Пиздец, дай бог на костре тут же не сожгут. — Ты гонишь? — удивилась Арина, забыв даже добавить какое-то обзывательство по отношению к чернокнижнику. — Ага, постоянно тебе вру, — тут же подтвердил Влад, но потом нехотя добавил, сдавшись под требовательным взглядом девушки. — Нет, не гоню, шо тебя так удивляет? Мало у кого из практикующих родители поддерживают. Конечно, и мне тоже говорили найти нормальную работу, и сумасшедшим считали, в церковь в детстве водили, бесов изгонять. Хреново было, но нишо, справился, как видишь. Но ни с каким ритуалом они мне, разумеется, помогать не будут. Шо ты доебалась вообще? — Вот долбоёб, чего сразу не сказал? — закатила глаза Арина и, достав телефон, набрала чей-то номер. — Ало, мам? Да нет, ну какое погостное венчание, отстань, мам! Я хотела сказать, что перед финалом заеду на ужин, лады? Надо бы ритуал на удачу семейный… Ага… И ещё шавку с собой захвачу одну, ладно? Кинешь там ему коврик какой-нибудь на пол в коридоре и кость? Да он не привередливый, если нет костей, можно очистки там от картошки какие-нибудь — что хорошие люди есть не будут, то ему… Ну да, мам, не тормози, конечно я про Череватого! — Шо, бля? — не врубился в происходящее Влад, когда ведьма убрала телефон. — Это шо сейчас было? — Это я сообщила, что ты псина подзаборная, шавка блохастая, — любезно сообщила ему Пушкина. — Это не новость, ты мне это разными словами весь сезон повторяешь, — не удивился Череватый. — Я про остальное не понял. — Ну конечно, куда уж тебе, ты ж тупой, — насмешливо протянула Арина. — Что непонятно, придурок? Завтра вечером к моим родителям едем, они тут, недалеко, в области живут. Пожрём, посидим, пообсираем тебя — у меня мама тоже умеет, ты не расслабляйся. Проведём наш семейный ритуал для удачи и сил. Он тебе ни нахуй не сдался, но мне как-то похуй, выбора у тебя нет, я всё уже решила. Череватый остолбенел. За сезон длиною, казалось, в целую жизнь, он думал, что видел уже всё, но чёртовой ведьме опять удалось его удивить.

***

— Ну шо я там буду делать? — безостановочно ныл Череватый. — Ну нахуя всё это? Да это ж семейный ритуал, шо я буду в него влезать? Может я это, того… домой поеду, пока не поздно? — Уже поздно! — отрезала Арина. Покосившись на явно нервничающего чернокнижника, она вдруг убеждённо сказала. — Хули ты психуешь, бесноватый? Тебе там будут все рады, уймись. Моей маман дай волю — она нас с тобой сегодня же обвенчает на ближайшем кладбище. Они с папой знают, что если уж я кого-то в гости позвала — значит, человек хороший, а не абы кто, гавно на ножках. — И что, даже не скажешь, что я, вообще-то, оно и есть? — удивлённо приподнял брови Влад. — Скажу, но попозже, — пообещала Арина. — Пока у тебя вид слишком пришибленный, добить даже рука не поднимается. И мы уже приехали, добивать поздно. Вылезай. — Да ну не, я наверное тут посижу, — тут же засуетился Влад, цепляясь за сиденье машины, которую они одолжили у Мани, как за последнюю надежду в своей жизни. Пушкина вылезла, обошла машину и попыталась открыть пассажирскую дверь, однако паникующий Череватый сделать этого не дал. — Да блять, долбоёб, я тебя сейчас сожгу прямо в машине, если ты не вылезешь! — вспылила ведьма, но осуществить свою угрозу не успела. Раздавшийся из-за её спины негромкий, властный голос тут же всё расставил по своим местам. — Не стоит сжигать, хорошая машина. Он сейчас сам вылезет, никуда не денется. — Дед?! — удивлённо воскликнула Арина, разворачиваясь и бросаясь на шею непонятно откуда появившемуся деду Родиону. — Ты что тут делаешь? Как это вообще? Череватый под тяжёлым взглядом старшего чернокнижника быстро взял себя в руки и торопливо вылез из машины — места для слабостей ему не оставили, ничего не поделаешь, против Родиона не попрёшь… — Известно, что я тут делаю, к семье приехал, — спокойно ответил Родион на вопрос внучки. — У тебя финал скоро, решил поддержать, родителей твоих шебутных проведать, ну и… этого вот, — и он скептически кивнул на Влада, стоящего рядом по стойке смирно. — Отомри, бесноватый, — Арина ткнула его в бок и насмешливо показала язык. — Видишь, теперь точно никуда не денешься. Раз дед тут, вообще всё охуенно будет. — Идём в дом, — прервал её насмешки Родион. — Ужин уже на столе, а там и ритуальное время скоро. И ты пошли, малец, чего застыл? Вы так крепко теперь связаны, что ты, считай, член семьи, так что прекращай стесняться, у нас это не принято. Арина, заходя в дом, всё время удивлённо оглядывалась на Череватого. Таким смущённым, даже испуганным, она его не видела ещё никогда. С чего вдруг бесстрашный и наглый чернокнижник решил испугаться именно сейчас, ей было непонятно, но при виде такого Влада даже извечное желание издеваться над ним вдруг пропало. — Мама, папа-а-а! — заорала Арина, когда родители вышли в коридор встречать дорогих гостей. — Я скучала-а-а-а! Влад неуверенно топтался на пороге, наблюдая, как семья Пушкиных радостно обнимается. Арина была удивительно похожа на свою маму — та же комплекция, те же черты лица, те же порывистые, резкие, но уверенные движения — за исключением волос, которые Арина продолжала красить в ярко-фиолетовый, и цвета глаз — одинаковых с её папой, грозовых, тёмных, серо-синих. Приподняв дочь над полом, высоченный, как каланча, Пушкин покружил её и поставил на место, повернувшись к Череватому. — Евгений, — представился он, протягивая чернокнижнику руку. — Папа Арины, как ты уже понял, немного травник, немного медиум. — Я Света, не вздумай обращаться на «вы», я этого не переношу! — представилась и мама Арины. — Стихийница и ведунья, но как ты понял по количеству бесов в доме, чернокнижникам у нас тут всегда рады, так что проходи, не стесняйся, чувствуй себя как дома. После такого приёма Череватый растерялся ещё сильнее, но как-то всё же сумел пожать руку Евгению, представиться в ответ и пройти вслед за всеми в столовую с накрытым столом. Арина, смерив подозрительным взглядом притихшего Влада, усадила его на стул рядом с собой и с каменным лицом положила ему на тарелку всяческих кулинарных изысков. — Лопай, не обляпайся, — любезно сказала она и повернулась к родителям и деду. — Блин, как я рада, что мы все вместе собрались! Я с этим шоу, работой и клиентами совсем замоталась, даже на выходные выбраться было некогда. Как вы тут? Дед, у тебя как дела? — Жив, как видишь, — отрывисто каркнул Родион. — А где данов твой? — спросил он у Влада. — Так это… с Илюхой он, — пожал плечами Влад. — С нашим этим… стабилизатором. Он от него не отходит в последнее время. — А как же ты испытания проходил? — сочувственно уточнила Света. — Без демона чернокнижнику туго приходится. Ты, я вижу, сильный, раз смог, молодец! — Да нишо, как-то справился, — смутился Череватый от похвалы. — Нишо такого, всякое бывает, хотя без Толяна, конечно, непривычно было. — Как у вас в целом сезон-то прошёл? — тут же с любопытством уточнила Света. — Рассказывайте, а то по телеку же всего не покажут! Влад, тебе вот как сезон? — Э, ну… — замешкался Влад. — Вроде нормально. Веселее, чем в прошлом сезоне. — Это наверное из-за хорошей компании, — рассмеялась Света. — По секрету тебе скажу, мы переживали, что Арине будет тяжело одной на этом шоу. Она человек компанейский, так что мы очень рады, что она с тобой подружилась. — Ну ма-а-а-ам, — изобразив возмущённый детский голос, пропищала Арина. — У Арины очень хорошо всё получается, все испытания, — не зная, куда спрятать глаза, пробормотал Череватый. — Ебать, бесноватый, тебя подменили что ли? — недоумённо спросила Пушкина. — Ты чего несёшь? — Арина, — укоризненно сказал Евгений. — В нашем доме с гостями так не разговаривают. — Пап, ну потому что это не Череватый, я его реально не узнаю! — возмутилась Пушкина. — Не все привыкли к таким семьям как наша, отстань от мальца! — сурово отрезал Родион. Мальцом, от которого надо отстать, Владу быть не захотелось, так что он мысленно отвесил себе затрещину и гордо вскинул подбородок. — Шо, придурошная, непривычно, когда тебя не пинают? — тем же детским писклявым голосом уточнил Череватый у Арины. — О, проснулся! — обрадовалась ведьма и тут же добавила. — Иди нахуй, раз так! — Арина! — попытался изобразить суровое выражение на лице Евгений. — Что я тебе говорил про мат? — Что он приманивает демонов! — ехидно ответила Арина. — А нам с бесноватым они для работы нужны, так что всё рассчитано, пап! — Ну всё равно, меру же надо знать, — проворчал Евгений. — Так, ладно, дети, кушайте активнее, ритуальное время приближается. — И часто вы так все вместе ритуалите? — осторожно уточнил Влад. — Да частенько, — жизнерадостно пояснила ему Света. — Постоянно повод какой-то находится, да и семейные ритуалы сильнее, чем одиночные, это же понятно… тем более у нас разнообразный набор даров и методик, так что получается уникальная смесь, сам сейчас увидишь. — Только я… эээ… боюсь, испорчу вам всё, я такое не очень умею делать, — решил предупредить Череватый. — Бесноватый, куда делось твоё баранье упрямство и чувство собственного превосходства? — с подозрением спросила Арина. — Ты чего вдруг, а? — Арина правильно говорит, — поддержал дочь Евгений. — Не переживай, Влад, ничего ты не испортишь, уж будь уверен. Так, все доели? Идём! Вся семья Пушкиных и Влад за компанию поднялись из-за стола и прошли по коридору в самую дальнюю часть дома. «У них есть отдельная ритуальная комната! — со сложной смесью удивления и зависти подумал Череватый. — И Арина могла тут учиться ритуалистике с самого детства, со всеми ритуальными прибамбасами!» Жадно осматривая тёмное помещение, где на стеллажах были расставлены кристаллы, кинжалы, зеркала, свечи и прочая атрибутика, а на полу уже был нарисован ритуальный круг, Влад понимал, что не находит слов. Но теперь уже он ни за что не смог бы отказаться от участия в этом ритуале — просто умер бы от любопытства. Так что придётся включаться в работу. Остальные делали что-то подобное уже далеко не в первый раз, так что действовали быстро, со знанием своих ролей. Арина за руку подтащила Влада поближе, и они вместе встали в середину круга. Комнату теперь освещали только зажжёные свечи в руках Родиона, Светы и Евгения. — Контур балансировать умеешь? — тихо прошептала Арина. — В душе не ебу, как это делается, — прошипел в ответ Влад. — Да нет, в душе-то как раз ебёшь! Вспомни ощущения от нашего контура с Ильёй, он примерно по такому же принципу действует, только энергию мы с тобой не отдаём, а принимаем. В общем, смотри, что делаю я, и как только поймёшь, начинай повторять. Попытки понять, что это конкретно за ритуал и на что он направлен, Влад оставил уже давно, а спросить как-то постеснялся. «Если они меня поработят и оставят у себя, как домового эльфа, буду сам виноват», — мелькнула в голове мысль, но чернокнижник постарался от неё поскорее избавиться. Ритуал начался, и Влад поспешил закрыть глаза, чтобы полностью погрузиться в энергетические потоки. Сосредоточившись на стоящей рядом Арине, он попытался не обращать внимание на остальных, но всё же тихая начитка Родиона доносилась где-то на периферии слуха. Сомнения в собственных способностях оказались напрасными — Влад действительно быстро понял, что надо делать, и вместе с Ариной начал перетягивать на себя и сплетать в нужный узор потоки вероятности, которые передавали им остальные члены семьи Пушкиных. Арина затянула свою бессловесную песню ветра, которую иногда использовала на испытаниях, и Череватый почувствовал облегчение, когда ветер стихийной ведьмы скрыл их от окружающего мира, завернул в кокон. Влад уже не слышал ничего вокруг — лишь вой ветра Арины. Он постепенно становился всё громче, забирался всё дальше в сознание, явно намереваясь никуда больше не уходить. В какой-то момент стихийной энергии стало слишком много, и Влад с благодарностью принял тьму, забравшую его куда-то далеко. К счастью, ритуал уже почти закончился, когда Влад упал в обморок, так что контур не был нарушен. Подхватив чернокнижника под руки, Арина смягчила его падение — хотя бы чтобы голову свою дурную не разбил. — Арин, что ж ты не сказала, что он в семейных ритуалах никогда раньше не участвовал? — укоризненно сказал Евгений. — Надо было повнимательнее, раз человек непривычный. — Да я не подумала! — нервно воскликнула Арина, хлопая Влада по щекам. — Я забываю постоянно, что он не из семьи практиков, он слишком на меня похож. Да бесноватый, бля, очнись, ты чего? — Тихо, милая! — властно сказала Света, опускаясь рядом с Владом на колени и отстраняя дочь. — Успокойся, ничего с ним плохого не будет. Ну перебрал силы немного, с непривычки тяжеловато, но сейчас очухается. Он сильный мальчик, со всем справится. Словно услышав её слова, Влад открыл глаза и резко сел, попытавшись тут же вскочить на ноги. — Да тихо ты, бесноватый! — прикрикнула на него Арина, облегчённо выдыхая. — Лежи спокойно. Как себя чувствуешь? — Живой, — прохрипел Влад, снова опускаясь на пол. — И… очень много силы. — Ну, значит ритуал сработал как надо, — пояснил ему Евгений. — Тебя вырубило с непривычки, но это ничего. Пойду-ка я заварю всем нам чай, чтобы согреться и прийти в себя. Отойдя от потрясения за чашкой чая, Влад невольно прислушался к себе, к той силе, что теперь поселилась у него внутри. Сила эта была удивительно… тёплой, пожалуй? Как бы странно это не звучало по отношению ко всему, в чём хоть как-то замешано чернокнижие. Сила действительно согревала, и это было так удивительно, что Череватый притих, вцепившись в кружку и молча отхлебывая чай. — Ну ты как, бесноватый, отошёл немного? — поинтересовалась у него Арина. — Нам бы в город вернуться и поспать ещё немного успеть… мне завтра на работу. — Да, у меня тоже клиент завтра, — спохватился Влад. — Поехали. Поднявшись на ноги, он обернулся к семье Пушкиной, открыв было рот, но так и не придумал, что сказать, как отблагодарить за всё то, что сегодня произошло в этом доме. — Рады были познакомиться с тобой! — помогла ему Света, заключая чернокнижника в объятия. — Приезжай ещё! — Спасибо, — задушено прохрипел Влад. — Я тоже был рад… познакомиться. — Удачи, малец, — Родион пожал ему руку, цепко взглянув в глаза. — Мы придём поддержать вас двоих на финал. — Обязательно придём! — подтвердил Евгений. — С Маней мы уже договорились, и Люцифера с собой контрабандой протащим. — Надеюсь, вы про пса, а не про реального Люцифера, — хмыкнул Череватый. — Хотя я бы не удивился. — Поживём — увидим, какой из Люциферов с нами придёт, — хмыкнул Родион. Пушкина и Череватый, прихватив с собой обязательный пакет с домашними пирожками, направились в сторону выхода. — А про погостное венчание вы всё-таки подумайте! — напомнила им напоследок Света, выпроваживая из дома. — Я в любой момент готова, хоть завтра! Да и пока папа тут, его демоны нам в этом тоже помогут!