Мечта с тобой

      До полуночи осталось пятнадцать минут. Всё это время, пока Джуджу пыталась перевести заколдованную девушку в свою сторону, Пайпер без прерывно билась кулаками об дверь часовни, кричала своему суженому, чтобы тот вышел немедленно из собора. Её переполняла ярость от того, что в самый неподходящий момент принцу пришлось отлучится от церемонии бракосочетания, даже не объяснившись перед ней как следует. Из рук девушка перешла на ноги, продолжая бить об деревянную поверхность. Её не смутило, что двери распахнулись от её ударов.       — Дорогая! — заулыбался Поко. Из-за отсутствия амулета он даже не попытался спрятаться от неё, если та всё же проникнет в собор.       Естественно, Пайпер закричала от ужаса. Не из-за того, что этот мужчина казался ненормальным, раз назвал её так. Она кричала потому, что она чуть не вышла замуж за низкого, смуглого и темноволосого незнакомца вместо обещанного принца. Даже одежда схожая.       Не выдержав этого, бывший лакей принца выбежал из часовни с криками, бросив из хватки настоящего Колтона в образе лягушки.       — Мисс де ла Прим! — привлекал к себе внимания принц-лягушка. — Прошу, опустите взгляд!       Девушка так и поступила и увидела зелёного и скользкого лягушонка, который поднимался на стол, дабы та получше его увидела. Она скривилась.       — Позвольте мне представится: я принц Колтон… — не успел он завершить фразу, как во второй раз от девушки (хоть и другой) получил удар книгой. Его опять сплющило. — …из Мальдонии… — завершил лягушонок фразу.       Те самые испуг и отвращение, которые были на лице Пайпер, тут же сменились на заинтересованность. Её глаза засияли яркими огоньками.       — Принц, говоришь?       В это же время к часовне допрыгала сама Шелли. Первым делом она увидела, как полиция покуют неизвестного ей мужчину, одетый в такой же одежде, что и самозванец часами ранее. Тот оправдывался, говоря, что его одурманила колдунья вуду, однако, естественно, никто ему не верит. У входах на ступенях сидела Пайпер, всё ещё с трудом анализируя всё сказанное самим принцем. Сам же Кольт, будучи лягушкой, стоял на одном колене с вытянутыми руками, в ожидании, когда ж временная принцесса его поцелует — до полуночи осталось несколько минут.       — Прости, я всё правильно поняла? — переспрашивала дочь короля парада. — До полуночи я должна тебя поцеловать, ты станешь человеком, а затем мы с тобой поженимся и будем жить долго и счастливо? Как в сказке? — Последние слова она произнесла воодушевлённо и радостно.       — Да, если в общем, — уклончиво отвечает Колтон. — Но я попрошу у тебя об одном: ты должна дать деньги Шелли для её ресторана. Потому что Шелли… — он с улыбкой и влюблёнными глазами поднял свой взгляд в небо. — Она моя Лили.       Вышеупомянутая, услышав это, ощутила приятное тепло в душе. Её сердце, словно склеилось обратно, стоило услышать эти слова от того самого, кого она полюбила. Кольту не были нужны богатства и слава, ему не нужны девушки из богатой семьи — ему нужна только она, и ради её счастья готов даже попросить у своей невесты об одолжении — дать денег официантки на её мечту. Это затронула Шелли до глубины души, что она для себя решила: мечта её не исполнится без возлюбленного рядом.       — Всё, что пожелаешь, дорогой, — сказала Пайпер, готовясь к заветному поцелую с заколдованным. — Ну, ты готов.       Девушка наклонилась и собиралась это сделать, как тут…       — Стойте! — крикнула появившейся Шелли.       Оба тут же перевели взгляд на неё. Их лица отразили их реакции: принц был удивлён, а Пайпер скривила своё лицо от недоумения и отвращения. Колтон говорил ей, что, помимо него самого, расколдовать нужно и её подругу из простой и не прям богатой и не бедной семьи, но чтоб она также была в образе лягушки…       — Не делай это! — сказала заколдованная, приблизившись к принцу-амфибии.       — Но я обязан, — отвечает тот. — Да и время на исходе.       — Я тебе этого не дам!       — Тогда как ты исполнишь свою мечту?       После этих слов Кольт медленно отдалялся от девушки.       — Мечту? — переспрашивает она. — Но моя мечта вряд-ли исполнится… — Шелли набралась смелости закончить фразу: — …когда тебя нет рядом.       Юноша повернулся к ней. Ему казалось, что эти слова напрямую звучат, как признание в чувства. Так оно и есть:       — Я люблю тебя.       Принц-лягушка почувствовал, как сердце его вновь забилось от самого сильного чувства на свете. То чувство, которое не знает слово «боль». Чувство, которое зарождалось в нём с того самого момента, как они вместе с Шелли оказались на болоте. Очень быстро пролетело время — вроде, в первый день знакомства они едва не загрызли друг друга, обвиняли и даже не пытались помогать друг другу, а теперь…       — Ещё с раннего детства, — рассказывала Пайпер, которая расплакалась от признаний своей подруги и принца Колтона в любви, — я читала сказки, верила, что встречу любовь… Но, Шелли, — повеселела она, — ты её нашла. Я поцелую его! — Лицо девушки стало увереннее. — Только ради тебя, без женитьбы.       Временная принцесса взяла принца Колтона на свои ладошки и уже поднесла к своим губам, дабы поцеловать его и развеять чары, как тут же раздался гонг больших колоколов — часы собора пробили полночь.       — О нет! — крикнула в панике она. — Быть может, это часы торопятся!       Однако, сколько бы Пайпер не целовала заколдованного принца, ни он, ни Шелли не обрели свою настоящую, человеческую форму. Было поздно. Слишком поздно. Теперь они навеки останутся лягушками. Но, даже так, они всё равно будут вместе: будь то людьми, будь то лягушками — не имеет значения.       — Шелли! Кольт!       К часовне на двух лапах поспешил Бастер. Его голос и его морда показались обеспокоенными. Даже дышать ему было тяжело не от того, что беготни, а от нечто ужасного.       — Бастер, что стряслось? — сохраняя спокойствие, спрашивает Кольт. Вместе с возлюбленной они подпрыгнули поближе к нему. Тон крокодила сильно пугал.       — Та колдунья наступила на нашего друга Корди… — не мог сдерживать отчаяние тот. — Ему совсем плохо…       Он раскрыл свои две лапы, в которых носил своего крохотного друга, и лягушки увидели ужасную картину: бледный, вялый, с едва горящим брюхом лежал при смерти. Его кончина неизбежна. От увиденного Шелли-лягушка охнула, а принц-амфибия был в немом ужасе. Видеть своего друга-букашку в таком состоянии было болезненно и страшно.       Крокодил осторожно опустил своего друга на землю, дабы тот на последок увидел своих друзей. У него не было сил показать удивление, поняв, что его друзья не успели до полуночи.       — Мы будем жить лягушачьей жизнью, — подтвердила его вопрос без капли удивления девушка.       — И жить вместе, — дополнил тихим голосом Кольт. Они с возлюбленной взялись за руки. Хоть на их лицах появились улыбки, но в них не было ничего радостного.       — Это прекрасно… — Голос Корделиуса с каждой секундой ставал тише. — И Лили… тоже так думает…       Его веки опустились навеки. Мир лишился одного весёлого, влюблённого и самого яркого светлячка. Он не заслуживает такой смерти, не заслуживал быть раздавленный Джуджу. Но такова судьба его, и это неизбежно…

***

      Начались похороны. Всё семейство светлячков летало над мутной водой. Трое из них осторожно носили листочек дерева, на котором лежит бездыханное тело Корди. За светлячками медленно плыл опечаленный крокодил, на морде которого сидели и амфибии. В своих крохотных лапках они держали по цветочку лилии. Никто ничего не говорил — все лишь тихо провожали покойного. Братья-светлячки осторожно опустили листочек в воду, Бастер играл на трубе печальную мелодию, а Кольт и Шелли положили лилии по сторонам своего друга-светлячка. Они знакомы были не так давно, но терять его было ужасно больно.       Все, как по команде, закинули головы вверх, как только отправили Корделиуса в последнюю путь. Дело в том, что болото стало чуть ярче, чуть светлее обычного. И какого же было удивление всех присутствующий, когда увидели рядом со звездой Лили ещё одну. Это был Корди! Он буквально превратился в звезду! Он воссоединился со своей возлюбленной на небе, и теперь они вместе на ночном полотне. Этот день перестал быть хмурым и печальным — все радовались, сияли ярче, смеялись, потому что их дорогой друг стал намного ближе со своей Лили.