Глава 13.

Зал сиял роскошью: высокие колонны, массивные люстры, изысканные композиции цветов на круглых столах. Повсюду звучали приглушённые разговоры, звон бокалов и негромкая живая музыка. Гости уже собрались, обсуждая последние новости и ожидая официального начала мероприятия. Сакура поправила длинное вечернее платье, ощущая, как нервное напряжение заставляет её пальцы слегка дрожать. Она шла рядом с Саске, его рука лежала у неё на талии, но даже этот жест не приносил ей привычного чувства безопасности. Сегодня в нём было что-то другое – скрытая напряжённость, внутренняя тревога, которую он мастерски маскировал за своей холодной сдержанностью. – Постарайся расслабиться, – тихо сказал он, склоняясь к её уху. – Это просто деловой ужин. Она кивнула, но не была уверена, что сможет следовать его совету. Вчера вечером а её квартиру ворвался её самый большой страх. Все о чем она могла думать, это молить небеса чтобы больше не встречаться с ним. Официант поднёс им два бокала шампанского, и Сакура с благодарностью взяла один, делая маленький глоток, надеясь, что лёгкое головокружение от игристого напитка поможет ей расслабиться. В этот момент в зале наступила короткая пауза, как будто воздух стал гуще. Несколько человек у ближайшего входа замерли, затем зашептались, и вскоре это волнение распространилось по всему залу. Сакура перевела взгляд в сторону, откуда доносился этот странный гул голосов. Двери распахнулись, и внутрь вошёл мужчина. Высокий, с идеально сидящим тёмно-синим костюмом, лёгкой ухмылкой на губах и слишком знакомыми бездонно-голубыми глазами. Сатору. Сакура почувствовала, как внутри всё оборвалось. Те же уверенные шаги, те же слегка насмешливые глаза, изучающие окружающих так, словно он давал каждому невидимую оценку. Но больше всего её поразило то, что он появился здесь – в этом зале, среди этих людей. Рядом кто-то взволнованно зашептался: – Это он… – Внук мистера Годжо… Сакура ощутила, как её пальцы сжали бокал до боли. И в этот момент их взгляды встретились. Сатору смотрел прямо на неё, словно знал, что найдёт её здесь. Его глаза слегка сузились, а ухмылка стала шире, как у охотника, который заметил добычу. Сакура почувствовала, как её сердце пропустило удар. Она застыла, но быстро взяла себя в руки, боясь, что Саске заметит её реакцию. Делая вид, что ничего не произошло, она приподняла брови и глупо спросила: — А кто это? Саске даже не посмотрел на неё, его взгляд был прикован к мужчине, который в этот момент неспешно здоровался с другими гостями. Голос его прозвучал сухо, отрывисто: — Сатору Годжо. Внук покойного мистера Годжо. Сакура сжала ещё сильнее пальцы на бокале шампанского, стараясь удержать дрожь в руках. Сатору… Внук Годжо. Холодок пробежал по её спине. Для Саске, его пресутствие здесь, означало только одно — он предъявляет свои права на холдинг. Теперь игра для Саске усложнялась. Или даже заканчивалась? Сакура краем глаза увидела, как лицо её жениха напряглось, как тонкая складка залегла между его бровями. Он был зол, но привычно сдерживал эмоции, анализируя ситуацию. Саске никогда не сдаётся. Он не из тех, кто просто уходит, опустив голову. Он будет бороться, несмотря ни на что. Сакура провела языком по пересохшим губам. Ей хотелось сказать что-то, чтобы разрядить атмосферу, но слова застряли в горле. Весь вечер она чувствовала тревогу, но теперь эта тревога только усилилась. Она часто ловила взгляды, которыми Саске обменивался с девушками, замечала, как он чуть дольше, чем следовало бы, задерживал внимание на чьих-то губах или шее. Это раздражало её, будоражило неприятными подозрениями. Вёл ли он себя так всегда, а она просто не замечала? Или это началось недавно? Или её разумом ловко манипулирует Сатору? Но на раздумья времени не оставалось. Сатору медленно приближался. Он словно не спешил, смакуя каждый шаг. Как будто специально выжидал, зная, что его присутствие давит на Саске. Зная, что именно он теперь главный игрок на этом поле. И вот, наконец, он подошёл. — Сатору Годжо, — голос Годжо был лёгким, расслабленным, но в нём слышалась сталь. Он протянул руку, и Саске стиснул зубы, прежде чем принять рукопожатие. — Саске Учиха, — коротко ответил он, сжав его ладонь чуть сильнее, чем требовалось. На лице Сатору появилась ленивая улыбка, и тогда он перевёл взгляд на Сакуру. Сердце Сакуры снова сделало сальто. Его глаза задержались на ней дольше, чем было прилично. Затем он медленно взял её руку — его пальцы были тёплыми, уверенными — и поднёс к губам. Лёгкий поцелуй. Горячее дыхание на её коже. Сакура почувствовала, как её желудок сжался в узел, и ей пришлось сжать бёдра, чтобы не пошатнуться. — Приятно познакомиться, — мягко произнёс он, и этого было достаточно, чтобы по её позвоночнику пробежала дрожь. Саске ничем не выдал своих эмоций, но она видела, как его пальцы сжались в кулак. Он зол. А Сатору знал об этом. Он наслаждался этим. — Ваша спутница прекрасна, — голос Сатору прозвучал лениво, но в глазах плясал хитрый огонь. Саске мгновенно напрягся. Он знал, что Годжо начинает играть в какую-то свою игру, но пока не мог понять правила. — Спасибо, — резко отрезал он и притянул Сакуру ближе, словно демонстрируя, что она принадлежит ему. — Это любовь всей моей жизни. В скором времени мы поженимся. Сатору даже не моргнул. Никакая эмоция не дрогнула на его лице. Психопат, — промелькнуло у Сакуры в голове. — А я вот до сих пор холостяк, — лениво протянул Годжо, будто не заметил напряжения между ними. — Моё сердце много лет назад украла одна дама и до сих пор не вернула. Сакура почувствовала, как её спина покрылась холодным потом. Он играет с ней. И даже не пытается это скрыть. Стоявший между ними Саске, для Сатору был словно — просто пустой звук, ничтожная помеха, на которую не нужно обращать внимания. Саске чуть прищурился, но не дал эмоциям взять верх. Он усмехнулся и подыграл, делая вид, что ему всё равно: — Надеюсь, вскоре вы найдёте эту даму и вернёте своё сердце. Сатору улыбнулся, глядя прямо в глаза Сакуре. — Для этого мне, возможно, придётся её похитить, — с лёгким смешком произнёс он. Саске тоже засмеялся, соблюдая приличия. Сакура с трудом выдавила из себя улыбку. Но ей было не до смеха. Она чувствовала, как земля уходит из-под ног, но держалась из последних сил.

***

Лифт мягко закрыл двери, и они остались наедине. Саске молчал, глядя на панель с этажами. Сакура тоже молчала, но её руки сжались в кулаки. Гнев, который она сдерживала весь вечер, наконец прорвался наружу. — Значит, важная встреча? — голос её был тихим, но в нём звенел лёд. Саске медленно повернул голову. — О чём ты? — О той самой важной встрече, из-за которой ты отменил ужин со мной. Интересно, с кем ты её провёл? С документами? С клиентами? Или с друзьями в баре? — она повернула голову к Саске, глядя прямо в его тёмные глаза. Лёгкая тень раздражения пробежала по лицу Саске, но он быстро взял себя в руки. — Это было давно, я просто… — Ты соврал мне. Она не кричала, но её голос бил по нему сильнее, чем если бы она закатила сцену на весь этаж. Саске тяжело выдохнул и потер переносицу. — Господи, Сакура, это был бар. Это даже не измена. Это вообще ничего. — Ты не в том положении, чтобы решать, что для меня ничего, а что что-то, — её глаза вспыхнули болью, но голос оставался твёрдым. — Я тебе верила, Саске. Ты был единственным человеком, в ком я никогда не сомневалась. Ни разу за четыре года. — И из-за одной лжи ты теперь во всём сомневаешься? — его тон стал холодным. — Да. Теперь я не уверена что это была разовая ложь. Наступила тишина. Только ровный гул лифта и бешеное биение её сердца. Саске сжал челюсти, смотря на её лицо. — Ты ведёшь себя как ребёнок. — А ты — как трус, который даже не может признать свою вину. Лифт звякнул, остановившись на нижнем этаже. Двери открылись. Сакура вышла первой, оставляя его позади.

***

Сакура молча села в такси, не глядя на Саске, который остался позади. Она даже не пыталась оправдать его, не слушала его извинений, если они вообще были. Сердце тяжело колотилось в груди, а мысли путались. Вся эта ситуация… всё, что происходило, как будто стало частью какого-то кошмара. Сатору. Как могло быть так, что этот мужчина, который когда-то похитил её, был частью самого влиятельного клана?Нет, ещё хуже, он был внуком покойного мистера Годжо. Единственным наследником. Всё теперь становилось на свои места. Почему её дело о похищении так быстро замяли? Почему никто больше не задал никаких вопросов, не стали дальше искать, даже когда Сатору был прямо перед их носом? Ответ был прост: у семьи Годжо была власть. Безграничная власть, которая могла всё скрыть и замять любое дело. Для них Сакура скорей всего была одной из многих "игрушек", они могли бы запросто убить её и спрятать труп так, что её никогда не нашли бы. Но ей повезло. Она смогла выжить, хоть и ценой своего психического здоровья. Но самое страшное, что сейчас она и Саске, они оба оказались в смертельной опасности. Пусть она ещё зла на него, но это не означат что она больше не любит его. Предполагая на что может быть способен Сатору,она боялась за жизнь Саске. Он часто рассказывал о слухах про Сатору, которые ходят - о его темных связях с криминалом и извращённых наклонностях. Он всегда говорил это с ироничной усмешкой, смеясь, но она чувствовала — он не шутил. Теперь она точно знает что все слухи это правда. У неё все ещё остался осадок от ссоры с Саске. Все эти годы она верила ему, но теперь у неё возникло чувство, что его ложь — лишь часть более масштабной лжи. Всё это будто перемешивалось в её голове, заставляя её чувствовать себя пойманной в собственные сети. Она пыталась не думать об этом, пыталась отогнать эти мысли, но они снова и снова возвращались. Такси ехало по ночным улицам, и она, склонившись на сиденье, пыталась найти хоть какое-то спокойствие в этом мире, который так стремительно разваливался. Сакура закрыла глаза, чувствуя, как она теряет контроль над собой.

***

Когда Сакура вернулась домой, в прихожей царила гнетущая тишина. Она сняла туфли, медленно, будто каждая мелочь теперь имела значение. Её руки дрожали, и не то от злости, не то от усталости. Пиджак она даже не повесила, просто бросила на спинку стула в коридоре. Мобильный в сумочке продолжал звенеть, вибрируя с упрямым ритмом. Саске. Очередной звонок. Она вытащила телефон, посмотрела на экран — и с раздражением отвернулась. Её пальцы метнулись по клавиатуре, быстро напечатав: «Оставь меня в покое на этот вечер. Мне нужно побыть одной и всё обдумать.» Сообщение было сухим, холодным. Почти моментально звонки прекратились. На какое-то время воцарилась мёртвая тишина. Сакура медленно прошла на кухню, сняв заколку и проведя рукой по волосам. Всё ещё в платье с вечера, она казалась себе чужой — как будто наблюдала за собой со стороны. Она открыла шкафчик, достала стакан, налила воды из фильтра. Приложила холодное стекло к губам. Сделала глоток. Потом ещё. Ледяная вода текла по горлу, будто на мгновение стирая всё внутри — гнев, страх, сомнение. Но едва она поставила стакан на стол, всё изменилось. Что-то в воздухе. Едва уловимое напряжение, будто стены замерли. Пространство стало плотным, вязким. Сакура затаила дыхание. Грудь сдавило. Он здесь. Это не было догадкой. Это было уверенностью, прожжённой через кожу. Она знала, что видела, как Сатору, среди всего этого гламура и фальшивых тостов, попрощался. Он мягко улыбался, кланялся, говорил, что ему нужно лететь в другой штат по срочным делам. Все поверили. Все — кроме неё. Потому что сейчас, в этой звенящей тишине её квартиры, каждая клеточка её тела кричала — он здесь. Не было ни шагов, ни скрипа, ни вздоха. Только это ужасающе чёткое ощущение чужого взгляда в спину. Сакура медленно поставила стакан на стол. Пальцы невольно сжались, будто в поисках оружия. Она не знала, откуда он войдёт. Из темноты коридора? Из-за спины? Может, он уже здесь, в тени, наблюдает? Сердце колотилось, словно хотело вырваться из груди. Сатору. Он снова пришёл.