5.

— Ну и че это было? — наконец, немного переведя дыхание и успокоившись, спрашивает Туркин.       Альбину, тем не менее, он все еще несет на руках. То ли отпускать не хочет, то ли просто забыл со страху, что они ушли уже на приличное расстояние и девушка сейчас может идти своими ногами. А она и не возникает, внутри нее почти те же чувства, то ли привыкла уже к тому, что ее несут и забылась немного, то ли не хочется с этих больших и теплых рук слазить. — Я не виновата! — восклицает девушка, выйдя из молчаливого шока.       Не ожидала Аля, того что именно сегодня проснется ее бунтарство. Она, конечно, далеко не была пай—девочкой, коей ее привыкли знать все вокруг, но и оторвой ее тоже не назовешь. Скажем так, в обиду девушка себя не даст никогда. Судя по Айгуль, что ходила с Маратом, Универсаму такие нравились. У той тоже спящий ген бунтарства пробудил паренек из группировки.       Филатова же думает о том, что Турбо влияет на нее далеко не должным образом. Не была никогда прилежная ученица и послушная дочь замеченной в уличных драках. В целом, как и Дина. В школе бы никто и не подумал, что хорошистка Альбина Филатова и активистка Дина Камаева будут кулаками махать. Точнее, за волосы друг друга тягать. Спасибо надо будет хоть Ире сказать, за уроки самообороны.       Но стоит ли винить в этом Валеру? Аля думает, что поспешила с предыдущей мыслью. Его там даже не было. Это ведь Дина позвала ее на разговор, она же первая и полезла. Альбина не стала бы молча терпеть эти толчки, оскорбления и угрозы оставить «Динкиного» пацана в покое. — А кто виноват? — если честно, Валера считает, что виноват он. Не нужно было так надолго оставлять свою спутницу. — Динка твоя, — бубнит Альбина, вспомнив их с Камаевой разговор. — И вообще, отпусти меня, я домой пойду! — С подбитым носом? — Туркин девушку на землю конечно спускает, но руки с талии убирать не спешит. Видит, что она на взводе, психанет, развернется и убежит, а Валера потом догоняй и лови ее. Набегался, хватит на сегодня. — И как прикажешь мне это матери твоей объяснять? — Так и объяснишь, — вновь вспыхивает Филатова. — Скажешь: «Здравствуйте, Алия Ильясовна! Альбину отмудохала моя девчонка на дискотеке, потому что я придурь!» — Че это я придурь? — А то! — голос девушки звонко бьется об бетонные панельки двора, в котором они остановились. На дискотеку шли — поругались, с дискотеки идут бегут — снова ругаются. Есть ли вообще будущее у таких отношений? Альбина начинает терять в этом уверенность. — Ты когда другую на танцы зовешь, первую предупреди, чтоб не приходила, а то ведь так можно весь гарем свой растерять! — Аля скидывает с себя мужские руки и разворачивается, чтобы пойти в сторону дома.       Валеру видеть сейчас не хотелось. Вообще больше не хотелось его видеть. Но в одном он был прав, как родителям объяснить то, что она пришла домой одна, без пальто, да еще и с разбитым носом. А если соседи увидят, что подумают? Вряд ли что-то лестное. И будет обречена семья Филатовых, что до этого гордилась старшей дочерью, работавшей в органах, на позор. Но не хотелось Але становиться олицетворением той самой фразы «В семье не без урода». — Да нет у меня никакого гарема! — Турбо долго пытался спокойно поговорить с девушкой, терпения у него, как известно, немного, поэтому он срывается на крик. — И с Динкой я не хожу! Она сама ко мне прицепилась, еще до тебя. Не знаю, что она там тебе наплела, но если я позвал тебя, если я пришел с тобой, значит и хотел я быть сегодня только с тобой. — Туркин чеканит каждое слово, говорит все четко и твердо, чтобы до Альбины уж наверняка дошло. — Хотел бы быть со мной, не убегал бы! — в очередной раз огрызается Аля и Валере эти психи уже поперек горла вставали. — Все, надоела! — снова переходит на повышенные тона парень и схватив Филатову за талию, с легкостью забрасывает девичье тело обратно на плечо. — Только пикни там, в сугроб выкину.       Валера не собирался бросать посреди темной улицы хрупкую девчушку в одном платье. Мало ли, что могло случиться, он ведь все еще за нее отвечает. Он из дома увел, он домой и приведет. Иначе быть не могло, иначе было бы не по-пацански.       До парня то и дело доносятся повизгивания, из которых можно было разобрать: «Отпусти!» «Я закричу сейчас!» «Куда ты меня тащишь?» «Динку свою будешь на руках носить!»       И последнюю фразу, Турбо мимо ушей пропустить не может. Уж больно ему что-то напоминает эта интонация. — Ты ревнуешь что ли, а, сердобольная? — смеясь спрашивает Валера. — Еще чего! — возмущается Аля. — Второй день тебя знаю, много чести будет! — Ну-ну… — все также смеется в ответ Турбо.

***

      Принеся девушку к качалке, Туркин наконец спускает ее на землю и слегка разминает руки, что порядком затекли за время их пути. — Ну и где мы? — недовольно спрашивает Филатова.       Аля все еще недовольна положением дел, время уже позднее, а она все еще не дома. Мама наверное волнуется и придумывает уже сотую отмазку для папы. Утром, скорее всего, Альбина получит хорошего такого нагоняй и он будет вполне себе справедливым. Девушка надеется, что по ее возвращению родители уже будут спать и удастся избежать долгого разговора на ночь. Особенно, если разговор будет вести отец. Он может отчитывать до самого утра, а потом еще полдня ходить и причитать о том, как может ребенок так разочаровывать людей, что подарили ему жизнь. После еще и Ире все расскажет, от нее еще придется нотации выслушивать.       Альбина гонит эти мысли прочь. Если есть отсрочка всему этому аду, то нужно наслаждаться блаженной тишиной и спокойствием. Только вот и спокойствием то не пахло сейчас ни черта. — В гостях Универсама, — улыбается Валера, открывая дверь и пропуская девушку внутрь. — Заходи, — заходить Аля не торопится. Вспомнив, что они с Турбо знакомы только второй день, как-то боязно становится оставаться с ним наедине в темном помещении. Но ведь, он пообещал, что не причинит ей вред. — Да заходи, не бойся, это качалка наша. Щас чай попьем, ранения твои боевые подлатаем и домой тебя отведу. — будто считывая все волнение девушки, объясняет Валера. — Слово пацана даю.       И Филатова проходит внутрь. Парень входит следом, включая свет и в помещении ненамного, но становится светлее. Аля размышляет о том, что Валера себя вроде как плохой человек не зарекомендовал, ему хотелось верить. Но как-то стремительно растет к нему доверие, как и их отношения. Это немного смущало, если честно.        Днем еще зайти постеснялся и выбежал из подъезда, как ошпаренный, когда сестру увидел, а вечером на дискотеку повел, из драки вытащил, в «логово» своей группировки привел. А сейчас, скорее всего, поставит чайник и начнет допрос с пристрастием по поводу той самой драки.  — Ну, рассказывай, — да, так оно и оказалось.  — Да долго рассказывать. — отмахивается Альбина, заправляя выпавшую прядь волос обратно за ухо, трясущимися от холода руками. — А у нас с тобой как раз много времени, — с улыбкой отвечает Валера и ведет девушку на диван, заботливо усаживая и накидывая на плечи чью-то куртку, что уже не первый месяц живет в качалке. — Начинай. — сам же он садится в кресло напротив и подпирает подбородок кулаком.  — Как много? Мне домой надо! — вспоминает Филатова с вновь накатившей тревогой.        Туркин лишь оборачивается на часы, что висели на стене позади него и объясняет: — Дискотека еще не закончилась, менты все еще там, — перечисляя, парень загибал пальцы. — Куртки наши все еще висят в гардеробе, — загнув третий палец, Турбо демонстрирует номерки от гардероба Дома Культуры, которые все это время покоились у него в кармане штанов. — Шнобель твой мы еще не обработали, чай не попили.       Валера разгибает пальцы и машет перед лицом своей собеседницы пятерней, дескать: «Смотри, сколько еще дел не переделали!» — У меня не шнобель! — протестует Филатова, но протест этот проходит мимо ушей.  — А, — негромко восклицает парень, что-то вспомнив. — Ты мне еще не рассказала за что отхватила. Смотри-ка, на одной руке аж пальцев не хватило! — Валера наигранно удивляется, а Алю этот спектакль начинал подбешивать.  — И когда я домой попаду? — Альбина устало вздыхает и смотрит на часы. — К концу дискотеки пойдем обратно, менты раньше уходят обычно, — начинает объяснять парень, стараясь хоть как-нибудь успокоить девушку по этому поводу. — Куртки заберём и домой, не переживай. — Ну ладно, — в идеале, Альбине уже надо быть дома, но ничего лучше, кроме плана Валеры у них не было.  — Ты рассказывать то будешь или нет? — уже в сотый, наверное, раз вторит парень, встав со своего кресла. Найти аптечку среди этого бардака было не так просто, как он ожидал. — О! Нашел.        Все же справившись с этой нелегкой задачей, Туркин возвращается к девушке с небольшим серым чемоданчиком. Садится уже не в кресло, стоявшее напротив, а рядом с ней на диван, заставляя Алю чуть развернуться к нему. Роясь в аптечке, в поисках нужных медикаментов, парень все ждёт, когда Альбина начнет свой рассказ, но она все молчит.       Валера даже отвлекается и думает уже о том, что не помнит, откуда у них эта аптечка. Чемоданчик помнит, в нем раньше всякие болтики и гвоздики лежали. А как туда перекочевали бинты, спирт, разные пластыри и зеленка, остается вопросом.  — Аля, — Турбо зовёт девушку по имени, пытаясь вывести из какого-то транса, в котором, видимо, та прибывала, раз молчит сидит.  — Да нечего тут толком рассказывать, — Альбина морщится от боли сразу же, как только чувствует эту несчастную ватку, смоченную спиртом. Резкая боль, вновь ударившая в нос, заставила девушку вернуться на час назад, в самую гущу событий. 

***

— Пошли поговорим, — Дина вторгается в пространство Али, как какое-то стихийное бедствие. Привета в начале фразы можно было само собой не ждать, после тех-то переглядок. — Все в порядке, мы с Альбиной одноклассницы. — Камаева улыбается лишь на несколько секунд, дабы успокоить Айгуль с Маратом, которые заметно напряглись, услышав ее недовольный тон, обращенный к Але.       Альбина лишь пожимает плечами и следует за одноклассницей, не чуя абсолютно никакого подвоха. Дина ведет ее куда-то в сторону выхода и девушка вспоминает, что номерок от ее пальто сейчас находится у Валеры, а без верхней одежды на улице нормальный разговор бы не состоялся.  — Подожди пожалуйста, я схожу к Турбо, — это был последний раз, когда Филатова проявила к однокласснице вежливость.        После этой фразы у Динки словно окончательно кукушка поехала. Схватив Альбину за волосы, Камаева буквально поволокла ее на улицу. Девушка опешила, такого она точно не ожидала. Аля кричала и пыталась вырваться, но Динка вцепилась крепко и отпустила лишь, когда они оказались за дверью Дома Культуры.        Отпустила будет очень мягко сказано, она швырнула Альбину так, что та кубарем скатилась с лестницы. Благо не очень высокой.  — Ты в своем уме?! — быстро поднявшись, начинает кричать Филатова.  — Че ведешь себя как шлюха, Аль? — Дина спускается к однокласснице и начинает чувствовать свое превосходство над ней. Рано… — К чужому пацану прилипла, так разве делается?  — К чужому?  — К моему. — уже громче и четче произносит Камаева.  — А Валера в курсе, что он твой? — даже не смотря на свое положение, Аля умудряется смеяться своей обидчице в лицо.  — Я тебя предупредила, Филатова, — брови у Динки всё сильнее сводятся к переносице, еще чуть-чуть и вовсе местами поменяются. — В следующий раз, лестница будет длиннее и круче. — Камаева не дожидается ответа и разворачивается, чтобы вернуться и продолжить танцевать с гордым чувством победителя.  — Даже если он твой, это не дает тебе права со мной так обращаться. — вдруг за спиной Дины вновь звучит голос соперницы.       И не успевает та обернуться, как ее хватают за волосы, собранные в хвост и тянут вниз. Среагировать Камаева не успевает, поэтому теряет равновесие и скатывается с последних ступенек лестницы тем же кубарем, что и Альбина. 

***

— А дальше ты знаешь, — Аля опускает голову, словно в чем-то виновата, конкретно перед Валерой.  — Ну ты чума, конечно, — Турбо клеит на переносицу белый пластырь и на этом его навыки, касательно первой помощи заканчиваются. — А за вранье с нее спросим, не переживай. — парень закрывает чемодан и ставит его на пол.  — Бить ее будете что ли?  — Точно чума, — Туркин дает Але щелбан, видимо пытаясь мозги поставить на место после пируэтов на лестнице. — Девчонок нельзя бить, этому с детства учат.  — Меня видимо плохо учили. — смеется Альбина и парень тут же ее смех подхватывает. — Она действительно все выдумала? — буквально через полминуты осторожно спрашивает девушка.  — Никогда Динка со мной не ходила, медляки с ней танцевал, каюсь, — Турбо поднимает ладони вверх, в жесте, будто сдается. — Тебя тогда еще не знал, к сожалению, — парень усмехается, а Аля не знает куда глаза после этой фразы деть, лишь бы только на него не посмотреть случайно.  — Получается, ты мне медляк должен, — тихо молвит Филатова и чувствует пальцы на своем подбородке.        Валера поворачивает девушку лицом к себе, приближаясь и почти выдыхает ей в губы: — Получается, что должен, — Аля не сопротивляется, напротив, прикрывает глаза и наклоняется вперед.        Но мысли о том, что это всё слишком быстро не отступали. Филатова ругала себя за такую вседозволенность, с другой же стороны… С Валерой легко и комфортно, они быстро нашли общие темы для разговора за сегодняшний вечер. Много смеялись и просто наслаждались обществом друг друга. Он переживал и волновался за нее сегодня, помогал и защищал.        То, что происходило сейчас, вызывало у Альбины смешанные чувства. Знает, что потом ей будет стыдно, за то что дала такую слабину перед ним и поддалась. Но ощущение такое, словно им судьбой суждено быть вместе, словно это все так правильно, что аж пугает немного. И непонятно, откуда оно взялось. Так ведь бывает?        А может, просто спирта надышались, пока раны обрабатывали.       Между их лицами остается буквально несколько миллиметров, Турбо кладет ладонь девушке на затылок, зарываясь в ее мягкие волосы.   — Так и знал, что вы тут! — внезапно раздается голос со стороны двери и молодые люди отлетают друг от друга, как ошпаренные.        Зима свалился словно снег на голову. Как бы комично это сейчас не звучало.