Часть 4 Холмы далекого острова.

      Короткий путь на пароме из шотландского порта Терсо до Стромнесса произвёл на Снейпа прекрасное впечатление. Кто бы мог знать, что он любит море и морские прогулки? Вот и сам он об этом раньше не знал, но как только зельевар удобно устроился возле мощных стальных перил, едва взглянул на постепенно удаляющиеся скалы Шотландии, а потом пригляделся к живущему собственной жизнью ковру из серо-голубых волн…       Снейп в один миг осознал эту красоту.       О да, он мгновенно полюбил величие Северного моря, которое где-то возле горизонта чуть изменяло цвет и сливалось с серо-голубыми небесами. Так вот что такое бескрайний и неукротимый простор! Понятно, почему эта стихия непроницаема для магии! Ведь море — само по себе волшебство мира, возникшее задолго до слабых и алчных людей.       Спортивный костюм на зельеваре был из тонкой шерсти, а водолазка из плотного хлопка. Прекрасная одежда для нынешней погоды. Даже его туфли оказались хороши, резиновая подошва совсем не скользит по палубе парома. Несмотря на июнь, было прохладно, да ещё морской бриз, немного пахнущий солью и йодом, совсем не думал утихать.       А он уже может сам ходить, правда, пока медленно и под руку с Гермионой. И самостоятельно стоять у борта, любуясь морем. Как жаль, что это первая в его жизни морская прогулка, сколько же он пропустил прекрасных вещей? Много. Хорошо бы наверстать…       Покуда Снейп предавался самым романтическим мыслям, стоя на открытой палубе, к нему подошла его жена. Миссис Снейп принесла супругу стул, который выпросила в столовой у обслуги парома. Волшебник чуть не улыбнулся такой заботе о себе, едва сохранив серьёзный вид. Гермиона расстегнула молнию на спортивной куртке Снейпа и поправила бинт на его шее, сейчас укутанный фланелевым платком, а после застегнула молнию до самого подбородка волшебника.       «Что ни говори, а магловская мода очень практична», — размышлял зельевар. Мужчина настойчиво усадил Гермиону на принесённый ею стул, ему было приятно снова стоять самостоятельно. После Северус всё же улыбнулся гриффиндорке, и это побудило девушку начать беседу.       — Знаете, сэр, я годами называла вас только «профессор Снейп», даже мысленно, и от всех мальчишек требовала, чтобы они именно так вас называли, а сейчас я просто не могу так… Как отрезало. Мистер Снейп — да, хорошее обращение, сэр — ну, это тоже допустимо, но не профессор. Почему так? Это так действуют чары нашего брачного контракта или мне просто тяжело даже в простом разговоре вспоминать, что вы профессор Хогвартса? — девушка поправила свои кудри, развеваемые бризом, и вопросительно посмотрела на мужа, совсем не ожидая ответа.       Но Снейп всё же сумел ей ответить, причём вербально.       — Если бы действовали чары магического брака, Гермиона, — очень слабо и как-то скрипуче произнёс Снейп, — то вы бы называли меня Северус. У меня есть имя, — сказав это, темноволосый маг всё же улыбнулся, а после потёр своё горло.       Чувствовалось, Снейп и сам не ждал, что вновь сможет говорить, пусть даже так, очень тихо и весьма скрипуче. Приятно узнать, что твои голосовые связки всё же будут работать и ты не останешься немым.       — Сэр! Вам точно становится лучше, вы опять можете разговаривать, гораздо лучше ходите и долго сами стоите! Это прорыв, перелом в выздоровлении! А вы что, правда, решили называть меня по имени, ну, так, неофициально, по-домашнему? — девушка с нескрываемым удивлением смотрела на мага, широко раскрыв ярко-карие глазищи.       Зельевар, услышав такое, едва не фыркнул, просто пока не смог. Но мысленно начал готовить язвительный и саркастичный ответ девчонке-жене.       Что у этих тупых грифов вообще в голове? Для супругов всё же естественно звать друг друга по имени. Но, вспомнив, с какой нерешительной нежностью девушка только что произнесла слова «по-домашнему», волшебник жёстко остановил себя.       В Снейпе проснулся слизеринский дипломат, или же мальчик Северус, который помнил, что его мать, законную жену Тобиаса, в её же доме очень редко называли красивым именем Эйлин.       Но ведь ему как-то нужно установить хорошие отношения с этой умной и доброй гриффиндоркой?       — А вы что, против этого, Гермиона? — еле слышно и очень медленно произнёс Снейп. — Мне было бы приятно, если бы вас устроило это обращение. И ещё, я, конечно, намного старше вас, но меня зовут Северус. Муж и жена всегда обращаются друг к другу по именам, поверьте.       Эти слова сильно подействовали на собеседницу, девушка покраснела, прижала ладонь к губам, а в карих глазах явственно блеснули слёзы. Чтобы их скрыть, Гермиона шмыгнула носом и зашарила в своей сумочке, достала оттуда банку ирландского тёмного пива, две коктейльных соломинки и пакет американских чипсов, а после весело, но не слишком решительно взглянула на мужа.       Невыносимая заучка с Гриффиндора может иногда пить магловский алкоголь! Это было неожиданным открытием для бывшего профессора Хогвартса, но Снейп и сам любил тёмное пиво, а две коктейльных соломинки весьма прозрачно на что-то намекали.       Маг иронично посмотрел на девушку и по-доброму беззвучно усмехнулся, подозрения не обманули волшебника.       — Северус, я предлагаю выпить за установление дружеского семейного общения! Разве это не очень важно? К тому же вы снова разговариваете, это тоже стоит отпраздновать, — торжественно объявила Гермиона, не забывая широко улыбаться при этом.       — О, прекрасно, отметить хорошие события «по-взрослому»! Я присоединяюсь, Гермиона! — очень тихо, но по возможности очень едко прошептал жене Снейп.       Его нынешний шёпот совсем не подчёркивал отточенный годами сарказм. Чтобы скрыть это маленькое поражение, Снейп потянулся к одной из ярких соломинок, задорно торчавших из банки. Приветственно раскрытый пакет с чипсами тоже манил мага, как ни крути, эти хрустящие ломтики картофеля с «настоящим сыром Чеддер» соблазняли.       Спустя несколько часов пролив Пентленд-Ферт, разделяющий Шотландию и Оркнейские острова, был пересечён. Паром начал входить в небольшой залив Ирланд-Бэй на самом западе огромной гавани Скапа-Флоу, в которой вольготно расположилась британская база ВМФ. Город-порт Стромнесс можно было разглядеть даже без бинокля, но до конечного пункта путешествия супругам Снейп следовало ещё добираться.       Беглые волшебники планировали посетить древний город Керкуолл, туда из Стромнесса вело не только местное шоссе, но даже целая железная дорога с грузовыми и пассажирскими поездами. По шоссе на их автодоме добираться до столицы острова Мейнленд было совсем недолго — всего пару часов, так что уже в шесть часов вечера они прибыли к своей цели, а ещё за час нашли благоустроенный кемпинг для немногочисленных туристов, жаждущих лично увидеть Керкуолл. Гермиона, выполнив все предписанные для зельевара медицинские процедуры, накормила мужа ужином и, обустроив Снейпа в автодоме, убежала в один из ближайших баров. Спустя полчаса девушка вернулась с бутылкой свежего фермерского молока и хорошими новостями.       — Сэр, ой, Северус, я нашла работу! В одном из ближайших кафе ищут опытную официантку с возможностью помогать тамошнему повару! Это уже не только ежедневные чаевые, но и ставка помощника повара, мы теперь точно не пропадём. Я качество своей работы знаю! Кафе «Весёлая ведьма» практически в пяти минутах езды от этого кемпинга, да ещё в семи метрах от пустыря, где можно парковать наш автодом, пока я буду на работе. Только это нужно делать очень аккуратно, не наглеть и совсем не мусорить там. Керкуолл — город небольшой, в сущности, та же деревня, и на неправильно припаркованную машину мигом донесут в полицию «очень возмущённые» сплетники из соседних домов. Понимаете?       Снейп уже лежал на разложенном и застеленном ко сну диване и читал книгу, бывший электрический настенный светильник, давно переделанный «невыносимым кудрявым артефактором», светил зельевару мягким золотым «Люмосом». Постель Гермионы тоже была разобрана и ждала шуструю девушку, разве что столик между спальными местами пока ещё не был сложен в тумбу. Вздохнув, Снейп отложил на него книгу. Лицо мага было непроницаемо, но за покер-фейсом скрывались редкие для Пожирателя смерти мысли.       Совсем закрутилась девочка с заботой о нём, шпионе и тёмном маге. Её родители мертвы, бывшие друзья не просто разочаровали, эти мерзавцы её подло предали. Сволочи фениксовцы, похоже, решили сделать послушный инструмент из такой добросердечной умницы, как Гермиона, а то, что у этой юной красавицы вся жизнь впереди — это так, пустяк.       Даже её спасение от смерти получилось своеобразным.       Кудрявый волк-оборотень, у которого хвост с кисточкой. Это могло бы быть даже немного смешно… Но то, что они оба ликантропы, открывает нежданные перспективы для их супружества. Главное — не оттолкнуть эту умницу от себя, показать Гермионе, что своей второй сущностью она сможет управлять. Да и вообще, ему точно пора выздоравливать и хоть как-то начать ей помогать. В их семье всё же мужчина он, причём взрослый мужчина!       Нужно поговорить с юной женой, при этом почти не язвя, чтобы ничем её не обидеть, ну за что эту солнечную девушку обижать? Да, эта девочка слишком активно лезет во все дырки, да, она по-гриффиндорски всегда всех спасает, да, очень любит поболтать, но Гермиона пока очень юная, разумная сдержанность в восемнадцать лет не приходит.       — Я рад, что ты пришла, а свежему молоку тем более. Но, миссис, вы хотя бы представляете себе, что такое труд официантки? Да ещё нужно помогать повару. Вы точно справитесь со всем этим хотя бы один день? — Снейп говорил как мог, очень медленным хриплым шёпотом, стараясь слишком не напрягать горло.       — Конечно, представляю, и даже уже работала, до сидения по приказу Дамблдора в Норе Уизли и в доме Сириуса. И сертификат хорошей поварской школы у меня тоже есть, причём прямо здесь, среди моих документов! — кудрявая девушка, гордо задрав нос, налила темноволосому магу стакан свежайшего молока из вечерней дойки на ближайшей ферме. Очень благосклонно приняв молоко и попробовав его, явно смакуя угощение, Снейп всё же продолжал гнуть свою линию.       — А вы уверены в честности хозяев этого кафе? Официанток часто обманывают с оплатой их тяжёлого труда, увольняют без причины. Флирт с мужчинами, посетителями кафе — это практически часть их обязанностей. К тому же в магловских кафе часто продают наркотики, уж так называемые «лёгкие наркотики» там имеются точно! Марихуана — это просто стихийное бедствие, сжирающее планету. Вы хоть знаете, Гермиона, что такая плантация совсем недавно была даже в теплицах профессора Спраут! Я избавил Хогвартс от этой беды только в нынешнем апреле! — наставительно вещал Снейп специфическим профессорским тоном.       Его речь прервал горестный возглас жены.       — Боже, бедный Невилл! — воскликнула Гермиона с болью в голосе.       — Невилл? При чём тут Невилл Лонгботтом? — непонимающе переспросил жену Снейп, а через секунду бывшего директора Хогвартса настигло осознание истины. — О, так это безобразие, как я понимаю, было невинным гриффиндорским факультативом по травологии? Или всё это уже успело стать настоящим бизнесом? Как долго вы, мерзавцы, практиковали этот ужас среди невинных детей? Отвечайте, миссис наркодилер, сколько юных магов попало в вашу паутину? — глаза бывшего профессора сверкали чёрными звёздами, гипнотизируя разоблачённую преступницу, а тихому и злому шипению Северуса Снейпа мог позавидовать не только Волан-де-Морт, но даже сама Нагайна.       Гермиона, как прежде, получая строгий выговор от профессора Снейпа, стояла смирно, явно по старой памяти. Но Гриффиндор — факультет храбрых и, глотнув молока из бутылки, девушка принялась отвечать.       — Почему вы решили, что марихуану мы разводили для наркотизации волшебников? Да, я привезла семена каннабиса в Хогвартс, а Невилл нашёл для него место в теплицах и заботливо ухаживал за ним, но многие профессора прекрасно знали об этом и даже вовсю им пользовались, — Гермиона сделала ещё глоток молока, для такого разговора ей требовались силы.       — Кто конкретно из профессоров знал и пользовался? Я вас внимательно слушаю, миссис, — тепла в шёпоте Снейпа не прибавилось.       — Во-первых, сама профессор Спраут, выжатые стебли каннабиса — это прекрасное удобрение, мы всегда отдавали ей неиспользованные остатки. Во-вторых, декан Флитвик, профессор чар забирал себе половину урожая, думаю, для реализации среди гоблинов, ну и лично для себя немного. Ещё процентов тридцать уходило остальным профессорам. МакГонагалл, например, обожала овсяное печенье с добавлением каннабиса. Вы же помните, сэр, декан МакГонагалл вечно всех этим печеньем пыталась накормить? А Хагрид, как очень сильный мужчина, предпочитал кексы, полностью изготовленные из каннабиса, без добавления муки и специй, да и в своей трубке он курил совсем не табак, ему после этого гораздо легче было заботиться о своих питомцах. Ну, ещё немного шло на кухню, салат для профессорского состава с добавлением «травки» ваши коллеги очень уважали, особенно перед экзаменами. Директор Дамблдор горячо полюбил свой новый чай с нашей «травкой», и курильницы с нею ему нравились, и на его планы это ничуть не влияло, они уже были такими. Сильнее всего курильницы пригодились профессору прорицаний Сивилле Трелони, представляете, сэр, мисс Трелони с нашей тайной помощью даже вышла в Астрал и ещё в какие-то высшие слои, впервые в её жизни! Долорес Амбридж любила сидеть у камина, а «травка» определённо делала запах горящих дров более приятным, инспектор Амбридж часто во время вечеров, проведённых у камина, не только разговаривала со своими котятами с фарфоровых тарелочек, но и писала им письма кровавым пером, — девушка осторожно взглянула на ошалевшего от таких новостей мужа.       — А я, мне что с вашей «травкой» нравилось? Добивайте, — сипло выдохнул зельевар.       — Ничего, Северус. Понимаете, я вас очень уважала как профессора, а ещё за вас очень просили мои хорошие знакомые, которые вас любили. Да и Гарри решительно запретил тратить столь прекрасные ресурсы на вас. К тому же вы, как прекрасный зельевар, могли многое понять. Ну и на вас мы сэкономили… А единороги очень полюбили свежие листья каннабиса, и пол-литра их крови позволили мне взять почти с радостью. Да и директорский феникс Фоукс просто плакал от счастья, видя, чем я застилаю его клетку, пол-литра его слёз тоже пригодились, — Гермиона покаянно вздохнула.       — Очуметь, как ярка тайная жизнь Хогвартса. Какое счастье, что я всего этого совсем не знал раньше. Ваше счастье, Гермиона! Убил бы! Лично бы заавадил всю вашу наркобанду по одному, а после похоронил бы на месте преступления, прямо под вашей плантацией, в братско-сестринской могиле! — Северус Снейп тяжело вздохнул, новостей о прошлом внезапно оказалось слишком много.       — Сэр, мы на такое пошли не от хорошей жизни! А без посадок «травки» Невилл точно бы не смог утихомирить ваших профессоров из Пожирателей смерти. Луна после нашего побега мне рассказывала, что только курильницы в вентиляции и печенье с «травкой» помогали поддерживать в Хогвартсе нормальную учебную атмосферу. Ну, без гнева, злости и ненужных жертв. Можно считать, что это была необходимость в целях лечения психических расстройств, — Гермиона виновато оправдывалась, и её шёпот был даже тише, чем шёпот Снейпа.       — Меня не волнуют ваши оправдания, Гермиона, а вот то, что вы считаете, что так и нужно было поступать, волнует очень. Победа любой ценой — плохой метод. Допивайте молоко и марш в душ, наркодилер. Завтра у вас первый рабочий день, поверьте, теперь я совершенно спокоен за вас! Об такую официантку обломает все зубы и бандит, и наркобарон! — тихо прошипев это, Снейп лёг спать, погасив светильник «Ноксом», и с головой накрылся тёплым пледом.       Душ он принял, зелья тоже, шею Гермиона ему перевязала ещё до похода за молоком, а разговаривать с этой любительницей травологии больше не хотелось. Снейп слушал, как Гермиона вышла из душа, как можно тише сложила стол в тумбочку, завела будильник на раннее утро и легла спать. А после пошарила по тумбе, ища в темноте его руку. Не нашла. И очень виноватым голосом тихо позвала мужа.       — Северус, простите меня, пожалуйста.       — Ага! Вы больше так не будете делать, я правильно понял?       Вместо ответа Гермиона всхлипнула, Снейпу тут же стало жаль «наркобарыгу», и он более мирно прошептал:       — Спокойной ночи, Гермиона. Приятного сна, — и бывший профессор Хогвартса легко коснулся пальцев своей жены, словно прощая юную дурочку.       Почувствовав это прикосновение, девушка облегчённо вздохнула, пожала длинные пальцы зельевара и, судя по её дыханию, заснула.       Гермиона Снейп уже успела привыкнуть к этому семейному ритуалу, он стал ей необходим, как и её мужу Северусу Снейпу, которому сейчас не спалось. Бывший профессор не без иронии размышлял, что бы случилось с некстати проснувшимся василиском Салазара Слизерина, если бы мисс Грейнджер додумалась привезти семена каннабиса в Хогвартс ещё на втором курсе своего обучения. Убил бы в этом случае Гарри Поттер василиска мечом Годрика Гриффиндора или же великий реликт, нанюхавшись «травки» из курильниц, так бы и не проснулся?       А ведь если бы дыма «травки» было достаточно много, василиск бы спал до сих пор, иногда счастливо хихикая во сне…