Часть 14 Древняя магия и юные маги

      День поисковой экспедиции для группы Невилла выдался просто чудесным. Яркое октябрьское солнце, дыхание лёгкого бриза с моря, пологие холмы, чётко выделенные пожухлой травой ритуальные круги — места разрушенных и ныне забытых мегалитов. О да, Герми совсем не ошибалась, такие круги здесь были, как и источники силы, которую они раньше направляли.       Действительно, ведь кромлехи Мегалиты Стеннеса и Круг Бродгара расположены на нешироком перешейке между озёрами Лох-оф-Стеннесс и Лох-оф-Харрей, вот только для древнейших кельтских святынь это совсем не характерно. Ведь кромлехи, посвящённые богине Дану, обычно располагались на возвышенности, чтобы камни магического круга всегда освещались солнцем и звёздами.       Гораздо более ожидаемо было бы найти не два магических круга меж озёр, а три кромлеха, сложенных на самой высокой точке острова и расположенных достаточно близко друг к другу. Словно знак богини Дану, Матери богов, брошенный её жрецами на холмы. Именно тут просто обязаны быть три круговые спирали, расходящиеся из треугольника, или три круга мегалитов, создающих своим расположением подобный треугольник. Именно в этом центре, скорее всего, и должны были расположить главный алтарь, принимающий силу от трёх кромлехов.       Представителей племён, поклоняющихся богине Дану, считали волшебниками и обладателями магических знаний, а жрецы Матери богов, несомненно, были ими.       Но Оркнейские острова познали много веков гонений на языческие и магические культы со стороны христиан. Святые с Оркни совсем не зря были отмечены католическим Римом, они сделали очень немало для уничтожения всего языческого. Да, кое-что из действующих кромлехов разрушить у католиков так и не вышло, но главное святилище кельтской Матери богов было зарыто ими весьма основательно. Слишком основательно…       Тщательные земляные работы тоже оставляют следы, ведь магия земли и жизни уходит своими корнями очень глубоко, и всё же рано или поздно она прорастает с травой навстречу солнцу или тем, кто её ищет. И вот четверо молодых людей стоят на склонах восточной возвышенности, небольшого нагорья на северо-востоке Мейнленда, чуть южнее посёлка Эви. Именно с этого места видны нарисованные пожухлой октябрьской травой три огромные спирали на склонах и треугольник в точке их схождения. Древние траншеи, образующие кромлех-лабиринт, были засыпаны землёй и давно заросли, огромные камни-мегалиты старательно разбиты и убраны невесть куда, но земля и трава всё помнят.       — Да-а-а! Невилл, да! Мы всё-таки нашли главное святилище Дану, как и предсказывала твоя Луна. Обалдеть… — юный Малфой восторженно смотрел на огромную находку, раскинувшуюся на мили вперёд.       — Я не предсказывала этого, Драко, я только согласилась с Герми, что самое важное лучше всего искать на самом высоком и заметном месте, оно ведь точно большое.       — Не скромничай, Луна, без твоего ясновидения нам бы пришлось арендовать самолёт, ведь мётел ни у кого на Мейнленде нет. Ну что же, теперь очень аккуратно подходим ближе к центру. Кстати, смотрите: содержащие магию полынь и моли как раз вырисовывают эти бледно-зелёные спирали среди пожухлой октябрьской травы, а ближе к центру, тому треугольнику, трава и вовсе зёлено-голубая… Почему, что там ещё растёт из магических трав? — Невилла очень заинтересовал этот природно-магический феномен.       — Невилл! Мы только что сделали открытие, нужно ли столь сильно заморачиваться на видах трав? Вот сейчас подойдём туда и сами всё посмотрим! — Драко был полон энтузиазма.       — Драко, стоп! — осадила парня Гермиона. — Невилл прав, сегодня пятнадцатое октября, а там мало того, что яркая зелень, эта зелень необычного оттенка! Ты сам живёшь рядом с озером, в котором магический источник, и это озеро имеет целебные свойства. А вон там когда-то точно был алтарь, разрушенный алтарь! У меня нет особой уверенности, что там всё отлично для здоровья людей.       — Мерлин, Гермиона, ты иногда бываешь ещё более занудна, чем мой крёстный, — посетовал Малфой. — Он такой только когда занят выверкой рецепта зелья! Как вы с нею только уживались, ребята, слушая все эти указания годами?       — Мы отлично уживались со своей подругой! — ответил Невилл. — Да и рецепт зелья следует очень старательно проверять, во избежание… Так что Герми права, идём к центру медленно и осторожно, я внимательно смотрю, что за растения нас туда ведут. Луна, если хоть что-то необычное почувствуешь, сразу предупреждай! А ты, Герми, можешь обернуться прямо сейчас? Волк всё же ближе к природе и больше чувствует.       — Конечно, Невилл, я сейчас, — сказала Гермиона и, в одно движение обернувшись большой волчицей с янтарными глазами, медленно пошла вперёд, осторожно нюхая траву.       — Стоп! А я что, иду позади всех? — возмутился Драко. — Вы совсем оборзели, гриффы!       — Ты не позади, ты в арьергарде, предупреждаешь нас о внешней опасности и прикрываешь, если что, понял? — ласково обнадёжила Луна ученика целителя.       — О да, я всё понял, — вздохнул Малфой, неохотно подчиняясь.       Четверо молодых магов очень медленно двинулись по боковой западной спирали к центру бывшего святилища. Гермиона вынюхивала каждый следующий шаг, но содержащая магию полынь, увы, почти перекрывала все остальные запахи. Почти. По мнению девушки, здесь присутствовал ещё один запах, которого быть не должно, вот только Гермиона никак не могла определить, какая же неувязка в ароматах столь сильно тревожит её нюх и мысли. Наконец, пройдя треть пути к центру, Гермиона остановилась и снова обернулась в человека.       — Ребята, тут всё немного не так. Я не понимаю, что именно, но это может быть опасно, магия здесь очень даже чувствуется, причём чем ближе к центру, тем сильнее.       — Это так, — отозвалась Полумна явно из нирваны, — я тоже чувствую, как эти волны травы затягивают нас в центр водоворота, или землеворота… нас влекут или зовут куда-то…       — Стоп, девочки! — подал голос Невилл. — Мне тоже показалось, что я вижу некий непонятный и прозрачный мох возле корней моли. Магия здесь точно есть, и сильная… Нам нужно прямо сейчас вернуться и вызвать подмогу из сильных волшебников. Пока нас не затянуло в центр этого… Землеворота…       — Нет, вот это нормально? Бросить всё на середине пути! Землеворот, затягивает… Чушь! — яростно возмутился юный лорд. — Этот круг мегалитов разрушен уже тысячу лет как! Вы ещё про холмы сидов вспомните, паникёры с Гриффиндора!       — Да, Драко прав! — тут же вскинулась Гермиона. — Сиды! Полые холмы, уводящие под землю! Ну вы хотя бы кельтские легенды вспомните! Люди с холмов уходят по спиральным дорогам кромлехов-лабиринтов под землю, в полые холмы сидов!       — А в этом есть смысл. Я тоже, двигаясь по этой спирали, чувствую некое головокружение. Четверть часа как, — сказал Невилл.       — Именно, Невилл! Три спирали на ритуальном знаке Дану обозначали три мира: Верхний, Средний и Нижний. И мы в одной из этих спиралей…       — И все они сходятся в треугольнике, — немного нараспев сказала друзьям Луна, — и эта точка — самое средоточие мира. Здесь, сейчас и всегда…       — Я тоже помню мифы о Дану, знаете ли, — отозвался Драко. — Ну да, три спирали Матери богов Дану символизируют три мира: Верхний, Средний и Нижний, а треугольник, сводящий эти лабиринты — сама Дану, дарующая сыновьям святыни: Фаль — камень власти, ещё и символ земли, не знающий поражений меч Нуаду — огня, Копьё Луга — воздуха, а котёл Дагды — воды. Ага… Хотя, если верить династии королей Великобритании, то камень, до сих пор лежащий под их троном в Лондоне — это и есть часть камня Фаль… Или, что вернее, это Сконский камень, камень завоёванной Шотландии.       — Ну, это отчасти просто древние великие символы. Кельтские легенды о дарах богини Дану в чём-то очень связаны с мифами о короле Артуре, — заговорила Гермиона, стараясь объяснить друзьям свой взгляд на смысл старинных легенд. — Понимаете, Фаль — камень, олицетворяющий незыблемую власть. Не знающий поражений меч — это символ побед в войнах. Котёл Дагды, способный накормить всех, ничуть не иссякая — это достаток народа. И миф о короле Артуре нужно читать иносказательно. Когда власть в Британии была рассечена мечом-междоусобицей, единый трон был потерян для верховного короля, как и котёл Дагды. И наступило время распрей, голода и неурядиц. Артур, наследник короля Утера, воспитанный магом Мерлином, достал меч из камня. Смотрите! Герой, воспитанный магом, достал меч — символ ключа победы и завершил им войну. А символическое избавление от меча войны и самого камня незыблемой власти означает, что Артур принял эту власть, воссел на единый трон и стал королём. Прекратив междоусобную войну и установив единовластие, король Артур Пендрагон вернул народу Британии изобилие и счастье через котёл Дагды.       — Кто бы сомневался, что маглы не слишком верно поймут миф об Артуре и Мерлине. Но и ты, Герми, уж извини меня, простая магла. Ты думаешь, это миф? Нет. Мерлин — реальный волшебник, и он учился в Хогвартсе у основателей, это был самый первый выпуск магов. И Артур Пендрагон, сын Утера, тоже очень реальный властитель. Да и вообще, ирландский камень Фаль и камень Сконы, лежащий ныне под троном вашей королевы — это разные камни, — снисходительная усмешка Драко была такой же, как года три тому назад, уверенной в изначальном превосходстве над всеми, в ком было мало магической крови. Это сразу вызвало внутренний протест в гриффиндорце Невилле.       — Только не забудь упомянуть, что тогда, до введения Статута Секретности, волшебники, как правило, служили магловским властителям. А служить королям, пусть даже крохотных и нищих королевств, вообще было очень почётно и являлось большим счастьем для мага. Да. Мы охотно служили маглам, поскольку уже тогда слабо уживались между собой. А ещё среди маглов мы были невероятно сильны, а среди равных себе — просто такими же, как все… И это решало дело.       — А знаете, — примирительно вмешалась в стихийный спор Гермиона, — потерянным сыном Матери богов Дану из шести её сыновей был бог Огма. Он вступил в неравный бой с великаном, одолел его, но сам погиб. Сыновей Дану осталось пятеро, великих даров богини Дану — четыре, а её знак — это три спирали на её щите… Что-то в этом есть. У нас столь нужных знаний нет, так что лучше вернуться. К таким алтарям может добраться не всякий, а только некто избранный. Единственный.       — Ну, Поттера здесь нет. Но, может быть, ты, Невилл, сгодишься на ту роль, которую тебе навязывали годами, — не подумав, сболтнул Драко и сразу прикусил язык, его слова были более чем бестактны.       — Этот землеворот так и не прекратился! — безмятежно, словно во сне, посетовала Луна. — Нас всё ещё затягивает к центру трёх лабиринтов из полыни и моли. Травы горечи и травы дорог… Зачем мы нужны лабиринту? Возможно, мы случайно чем-то разбудили его?       Юные исследователи отвлеклись от споров и огляделись вокруг. Их ясновидящая подобрала на редкость верное определение: землеворот. Их очень медленно, но неуклонно несла огромная земляная спираль, и они явно приближались к центру с неестественно зелёно-голубой травой. Рывок в сторону ничего не дал; магическая сила в каждом из них была, но она совсем не помогала им, а судя по всему, питала этот жуткий древний мегалит.       — Ребята, я поняла, чем здесь так неестественно пахнет, — осипшим от ужаса голосом сказала Гермиона. — Здесь пахнет свежевспаханной землёй… И это Земля мёртвых, мы двигаемся по спирали, символизирующей Нижний мир, к тем, кто ушёл…       — Мордред! — злобно зашипел Драко. — Мой амулет-портключ не действует. Кто-то из вас может послать патронус с вестью, что мы в беде? Если да, делайте это быстрее!       Полумна и Невилл вскинули волшебные палочки, прозвучало «Экспекто патронум», но медведь Невилла и заяц Полумны, сверкнув нитями лунного серебра, устремились к очень опасному центру мегалита. Гермиона и Драко с ужасом и обречённостью смотрели на эту неудачу.       — А ты, Гермиона? Возможно, твой патронус прорвётся? — одновременно спросили девушку Невилл и Драко.       — Простите. Я теперь убийца, нет у меня больше защитника, — нехотя призналась волшебница, отрицательно покачав головой.       — Охренеть! — выпалил Малфой. — Убийца Гермиона Грей… Снейп! Вот уж не ожидал, что ты будешь в чём-то на равных с Пожирателями смерти. Мордред! Я же как раз обязан был вас охранять от подобных ситуаций!       — Ага… Именно ты? Мы, конечно, весьма польщены, но вся наша надежда состоит в том, что эта проснувшаяся спираль очень медленно притягивает нас куда-то. И попадать туда живым мне бы не слишком хотелось, — с нервной усмешкой пробормотал Невилл.       — Самоубийство — не выход, Невилл! Вспомни, ты же тоже Избранный! — Полумна очень светло улыбнулась своему жениху. — Помнишь, как ты, пожелав, достал меч из Распределяющей шляпы и уничтожил Нагайну?       — Луна! Я совсем не трус! Да, магия — это желание, а я и сейчас желаю, чтобы ты и все мои близкие люди были в безопасности. Чтобы я мог их защитить от убийц сам, лично! Приложив всю свою магию и силу! Я и сейчас этого хочу, поверь!       Кто-то поверил юному волшебнику, которого весьма долго считали Избранным ребёнком. Словно сильная волна воздуха ударила в лицо молодым людям, и они упали назад, как будто резко оборвалась незримая лента, плавно тянувшая их к себе. Минуту четверо молодых магов молча сидели на пожухлой осенней траве и жадно вдыхали холодный ветер с моря, уже без чуждого сейчас запаха свежевскопанной земли, а потом Невилл удивлённо вскрикнул и медленно обернулся к своим спутникам.       В его правой руке был зажат весьма древний меч, по виду напоминающий шотландский клеймор. Вот только это оружие, сотканное из яркого золотистого света, никак не могло быть обычным и реальным. И всё же оно было очень реально.       — Охренеть! — снова выпалил Драко, глядя во все глаза на это зрелище.       — Это что, тот самый легендарный солнечный меч Нуаду, сына Дану? И ты, Невилл, теперь его хозяин? Ой, ну вот за что тебя так… — нервно поинтересовалась у мироздания Гермиона.       — Луна, но ведь я не по-настоящему Избранный… Ведь да? — ошалев от эмоций, спросил Невилл.       — Почему не по-настоящему? — удивилась Луна. — Факультет Гриффиндор — это факультет воинов. Тех, кто хочет и может защитить мирное население от войны и смерти. Ты как раз хочешь и можешь, потому что очень ценишь мир и безопасность близких людей.       — Ребята, простите, ничего личного, но мне поручено присматривать за вами, — очень нервно признался Драко. — А сейчас такая ситуация, что нам немедленно нужен совет старших магов. Прямо сейчас! Всё равно главное мы сделали, древнее святилище найдено. А вот насчёт меча нужен совет знающих волшебников, — никто не возражал, все находились под сильным впечатлением от случившегося.       — И куда же нам аппарировать сейчас, Драко? — поинтересовалась Полумна.       — Ко мне домой, конечно. Ох… Я даже и не заметил, что снова могу колдовать и аппарировать. Я первый, а вы сразу за мной по следу моей аппарации, чтобы без всяких там расщеплений, договорились? — ему кивнули в ответ.       После на высокой пустоши чуть южнее посёлка Эви раздались насколько заклинаний «Аппарэйт», и искатели древних тайн исчезли с заброшенного нагорья.

***

      В гостиной дома семьи Малфой в Кирбистере собралось трое очень знающих магов. Сейчас они делились знанием, как приятно убить время в ожидании вестей от Драко и остальных участников экспедиции. Нужно сказать, старые знакомые — Ричард Гринграсс, Северус Снейп и, конечно же, Люциус Малфой знали, как сполна насладиться общением. Бокалы отличного вина и партия в карты очень помогали магам поддерживать разговор.       — Вот мы и проводили самую юную из шести наших изыскательских экспедиций, — высказался Ричард Гринграсс. — Интересно, найдут ли они нечто стоящее?       — Почему нет? — усмехнулся Люциус Малфой. — Три из пяти групп всё же нашли не столь мало. Два новых источника магии и целый рунический камень, и заметь, половина заклинаний на нём — это просто магический клад! А эти молодые маги совсем не бесталанны, и предположение миссис Снейп о забытом или уничтоженном святилище богини Дану мне показалось обоснованным.       — Согласен с этим, — сдержанно сказал Северус Снейп. — Создать шесть групп и посылать раз в день одну группу исследователей было очень умной идеей, лорд Гринграсс. Нам, переселенцам, нужно как можно скорее изучить хотя бы один остров архипелага, конкретно остров Мейнленд. Я почти не сомневаюсь в том, что наше сегодняшнее спокойствие и благополучие держится на очень тонком волоске. Магической Британии на нас плевать, но Кингсли Бруствер подчиняется Альбусу Дамблдору, а у него точно возникнет нездоровое желание навестить соседей, причём совсем не с миром. Увы, нужно ждать худшего.       — Да, мистер Снейп, у меня такое же мнение, — согласился легат Гринграсс. — Это смехотворное посольство в лице братьев Уизли — просто первые ласточки перед нашествием серьёзных шпионов Кингсли, а то и диверсантов… Войны между собой маги, к счастью, почти не ведут. Почти. Всё это сейчас очень не надёжно, так что здешним жителям нужны все ресурсы, которые могут предоставить нам эти архипелаги. И Оркни, и Шетланд — магические земли, но мы, волшебники, забыли их на века…       — Ричард, — с интересом спросил будущего родственника Малфой, — а что там вчера случилось с послом Уизли старшим? Я что-то слышал о новом происшествии с Персивалем Уизли, вроде случилась там какая-то сорвавшаяся экскурсия?       — Я забыл, что к дуракам следует относиться очень серьёзно, Люциус! — зло отозвался Ричард Гринграсс. — Вот что случилось! Как-никак Персиваль Уизли — посол… И его интересовала взаимовыгодная торговля между нашими странами. Ну не знакомить же его с нюансами контрабанды? Вот я и организовал ему экскурсию на завод по производству виски «Оркнейский волк», как ни крути, а сквибы там держат контрольный пакет акций. Вполне себе легальный местный товар, очень известный, как и местное тёмное пиво… Кто же знал, что вдоволь надегустировавшись тамошней продукции, Персиваль Игнатиус Уизли забудет, что он посол соседнего государства, и начнет просить политического убежища в гостеприимных стенах завода. А когда ему в этом вежливо отказали и попытались доставить в гостиницу, этот тупой пьяница, сбежав от сопровождающих, с разбегу нырнул в чан с виски, так что Персиваль Уизли сегодня ночует в твоём госпитале. Идиота лечат после спиртового ожога, теперь ему будут растить новую кожу в нескольких местах. И палату этому дурню подобрали рядом с его младшим братом. Но виски он успел хлебнуть от души, его желудок тоже пострадал, как и честь магической Британии.       — Удивительно! Сколь интересна нынче на Оркни дипломатическая жизнь! — восхитился Люциус.       — И главное, мой уважаемый заместитель, не забудьте мне передать новый колдомедицинский счёт из вашего санатория! Я предчувствую, что вкупе со свидетельскими показаниями хозяев завода об этом событии, данный счёт потянет на ещё одну ноту протеста! Мерлин, как же весело здесь стало после приезда этих предателей крови!       — Поверьте, лорд Гринграсс, я об этом не забуду, — ответил Люциус и очень многозначительно посмотрел на Снейпа. — Как только соберётся весь пакет документов по Персивалю Игнатиусу Уизли, он сразу будет у вас. Мне кажется, что похождения братьев Уизли на Оркни обязательно войдут в анналы дипломатии. Или анекдоты…       На этом месте милейшая беседа давних знакомых была прервана. За окном сперва раздались хлопки аппарации, а после в гостиную вошли те, о ком совсем недавно говорили эти трое волшебников — вся юная четвёрка искателей древнего капища. Молодые люди выглядели очень нервно и явно желали о чём-то спросить, поминутно смотря то на взрослых магов, то на Невилла Лонгботтома.       — Что-то случилось, Драко? — поинтересовался у сына хозяин дома.       — О да, отец! Нам удалось найти забытое святилище Дану. Но когда его силы почувствовали нас, то мы остались живы лишь потому, что Невилл Лонгботтом оказался Избранным. Тем, кто достоин владеть мечом короля Нуаду. Поэтому нас вернули к людям живыми…       — О! Впечатляюще! — иронично фыркнул Ричард Гринграсс. — Вся магическая Британия давно подозревала именно в вас… А это у вас, собственно… что? — осипшим голосом спросил легат МКМ, увидев в руке юноши сияющий золотым лучом полупризрачный клеймор.       — Это он и есть, — просто сказал Лонгботтом. — Этот меч мне вручили, когда я сказал, что желаю лично защитить от войны своих близких. Это не меч короля Артура и уж точно не меч Годрика Гриффиндора, его-то я помню. Я совсем не уверен, что это тот самый меч Нуаду, хотя получил его на старом святилище, выстроенном точно как знак богини Дану. Но, похоже, местные боги уверены, что это оружие будет крайне нужно. Ну, если это нужно людям, то я готов… — сказав это, внук Железной Августы очень по-домашнему пожал плечами.       — Обалдеть! — прошептал севшим голосом легат Ричард Гринграсс, откашлялся и ещё тише добавил: — «Акцио» виски, на трезвую голову такие проблемы не решают!