Часть 11

      Около пяти утра пара вернулась домой к Дмитрию и сразу легла спать. Сутки без сна дали о себе знать. Спали в обнимку, ведь в комнате стоял жуткий холод из-за открытого окна. София утыкалась в шею парня, пока он одной рукой обнимал за талию, а второй — придерживал её голову, чтобы та не упала с подушки. Казалось бы, идиллия, но не всё так просто. Уже через пару часов их разбудит Игорь Янцевич. Узнал, где находится дочь и решил забрать. — Оставь мою дочь в покое, Ганджа! Ты же поиграешься и бросишь, а у неё вся жизнь будет сломана! — говорил мужчина, пока Дима застёгивал на себе рубашку, проходя на кухню. — Не ори. Я дам ей прекрасное будущее заграницей, она не увидит всего ужаса, что будет происходить здесь через пару лет. Она будет счастлива даже если не со мной, то под моим присмотром. Она уже не маленькая, должна сама выбирать себе будущее. И она сделала выбор. Подошёл к верхнему шкафу напротив, взял оттуда маленькую коробочку и открыл её. — Видишь это? Я всегда иду до конца, запомни. Она будет счастлива, — показал содержимое и снова закрыл коробочку, положив её обратно, — Ты уже ничего не решаешь, смирись. — Что мне сделать, чтобы ты точно сдержал обещание? Хочешь денег? — чуть тише произнёс Игорь, чтобы дочь не услышала. — Никогда в жизни я не возьму денег за Софию, она дорогой мне человек, а то, что тебе дорого — бесценно. Ты будто хочешь от неё откупиться. Ты мне противен, — указал на выход. Янцевич покинул квартиру. София прошла на кухню, после чего обняла Дмитрия со спины. — Что он говорил? — Не важно. Главное, что уже не побеспокоит. Кофе будешь? — повернулся к девушке и поцеловал её в губы. — Буду, а молоко есть? — Есть. С сахаром? — Без. — 5 минут. Ганджа подошёл к газовой плите и зажёг конфорку, поставив на неё турку с водой и кофе. Размешивая содержимое деревянной палочкой, он с улыбкой смотрел на Соню, что листала старую книгу, сидя за столом. — Может, ко мне переедешь, пока документы оформлять будем? Да и отец не будет надоедать. — Могу, даже хочу, — улыбнулась и подошла к парню. Закинула руки за его шею, поцеловала в губы и тихо прошептала то, от чего у обоих пошли мурашки по телу. — Я люблю тебя. Навсегда.       Казалось бы, обычные слова, но сколько смысла и чувств в них вложено. Они погрузились в свои мысли на несколько минут, просто смотря друг на друга. Каждый думал о своём, но всё это приводило к одному выводу — вдвоём они единое целое. Настолько единое, что чувствуют боль друг друга, понимают с полуслова, но дают договорить, чтобы не перебивать. Кофе стало выкипать, а по кухне распространился запах подгорелых зёрен. — Блять, — недовольно произнёс Дима, убирая турку с плиты и выключая её. София аккуратно убрала остатки пены с плиты, открыла окно и села за стол, чтобы не отвлекать парня, который начал делать новый кофе. Уже через 6 минут на столе появились 2 чашки, в одной из них так же было молоко. Вкуснейший напиток, чей запах наполнил кухню и коридор. — Самый вкусный кофе в моей жизни. Ты волшебник, Дима. Улыбнулся и поджёг косяк, который взял из пепельницы на подоконнике. — Давно употребляешь? — Попробовал, когда начал помогать родителям с поставками в Россию. А потом вошло в привычку. — А когда это было? — Лет 5-6 назад, смутно помню то время, — выпустил немного дыма в окно. — Поделишься? Взглянул на девушку, нахмурив брови, и протянул ей самокрутку. — Только 1 затяжку, тут тяжёлая наркота. — Мой организм перенес кокос, Дим, тяжелее уже ничего нет, — с ехидной улыбкой сделала затяжку. — Тебе только 19, когда успела? — очень удивился, даже поперхнулся воздухом, — А во-вторых, тяжелее кокаина есть кое-что, но у нас его пока мало. Торкает пиздец как, а отпускает ещё хуже. — Пробовал? — Не я, Бузе. Мы его тогда из больницы еле вытащили. Совсем крыша поехала. — А как называется? — Сонь, не скажу. Маленькая ещё, — забрал косяк, — Ты на мой вопрос не ответила. — Когда отец пошёл на повышение, дома стали появляться наркотики, алкоголь и прочее, а я, как желающая отомстить отцу за маму, решила стать плохой дочерью, но он этого даже не заметил. А потом самой уже надоело, всё равно бесполезно. Ганджа подошёл к Софии и обнял её. Ей нужна любовь, то, чего ей не хватает с детства. — Обещаю любить тебя всю свою жизнь, — поднял её голову за подбородок и посмотрел в глаза. По розовым щекам покатились слёзы, как маленькие бриллианты. Парень убрал их большими пальцами и прошептал что-то неразборчивое девушке, после чего поцеловал в щёку. — Спасибо, Дим. За всё. Ты лучший мужчина в моей жизни.

~~~

      Незаметно пролетели 2 недели, которые пара провела только вдвоём. За это время Соня переехала к Дмитрию и успела полностью захватить полки в ванной комнате. Постепенно они начали собирать документы для визы и прочего. В конце второй недели Гандже позвонил Ядрихинский. Бузе попал в больницу из-за передозировки наркотиков. Его надо срочно спасать, пока не подключилась милиция. Т.к. Сергей ещё не вернулся, сделать это намного сложнее. — Дим, я с тобой поеду. Возможно помочь смогу, — сказала Янцевич, когда парень собирался в офис для встречи с Ящером. — Хорошо. Только давай быстрее, у нас буквально пару часов, пока шестёрки твоего отца не взялись за очередного наркомана.       София собралась в течении 10 минут и выглядела подстать парню, одетому в один из своих костюмов с чёрной рубашкой. Надели на себя пальто и, вскоре, оказались в автомобиле, за рулём которого был Слава. Все участники мафии, даже те, кто видел главарей лишь раз, и то на фотографии, знали о Смирнове и о том, что его надо спасать. Каждый приложил усилия, чтобы увеличить время на спасение.