Глава 32

Ничего не подписывать. Ничему не верить. Ни на что не соглашаться. Три простых совета от нового адвоката, которым Жон должен был следовать, а когда он спросил, не стоит ли и ему еще и «ничего не говорить», адвокат ответил, что это не имеет значения, поскольку все, что он скажет, все равно будет неприменимо в суде, если только он не сойдет с ума и не начнет угрожать убить Стерлинга вместе с семьей и собакой. В общем, залечь на дно и переждать. Жон умел это делать. - Я приготовил пирожные, - сказал Рассел. - Я тебе не верю и ничего не подпишу. Рассел уставился на него. - Что? - Извини, автоматическая реакция. Пирожные? Да, отлично. - Жон сделал паузу. - Разве ты не должен быть сегодня в Академии? Сегодня же понедельник. - Дни свободных тренировок перед фестивалем. - Тогда... разве ты не должен тренироваться? - Я не собираюсь сидеть сложа руки и пропускать все, что здесь происходит. Если кафе “Прайм” собирается что-то предпринять, они постараются сделать это быстро. Я лучше буду рядом на всякий случай. - Конечно, и я тронут, но… Дверной колокольчик зазвенел. - Привет, Жон! - сказала Вельвет. - Привет, Рассел. - Привет, Вел, - ответил Рассел. Жон вздохнул. - Разве у тебя нет… - Свободные дни тренировок. - Ребята… - Жон закатил глаза, но не смог скрыть улыбку. - Иногда я думаю, хотите ли вы вообще быть охотниками. Не вините меня, если вас выбьют в первом же бою, и вы приползете сюда в слезах. Рассел фыркнул. - От меня ноль ожиданий. Первый курс против четвертого, и, кроме того, у меня в команде есть Пирра. Она стоит как минимум трех меня. Думаю, я справлюсь. - Тебе легко говорить, - проныла Вельвет. - Ты можешь проиграть, и все будет в порядке. Если мы проиграем, да еще какой-то команде первокурсников? Никто не скажет, что это нормально из-за Пирры. Команда CFVY станет посмешищем из-за того, что ее разгромили новички. - Я сварю тебе примирительный кофе. - Засранец! Жон рассмеялся: - Ладно, вы двое. Успокойтесь. И спасибо, что пришли сегодня, даже если не нужно было. Я ценю это, учитывая журналистов и все остальное. - Они все еще здесь? - Вельвет посмотрела на парадный вход, но там, пока было чисто. - Пока нет, но если учесть, то видео Блейк, на котором тот парень пытается давить на тебя, уже на слуху… Ее глаза расширились. - Что!? - пискнула она. - Ты не знала? - Рассел рассмеялся. - Вел, ты стала знаменитой в интернете. Между первым видео с интервью, в котором ты выглядела как очаровательная и невинная девочка, и вторым, где ты противостояла кому-то вдвое больше тебя и прижала его к ногтю, люди тебя обожают. Ты бы видела некоторые комментарии. Уши Вельвет опустились. - А может это и к лучшему, - отступил Рассел. - Они немного... ну, ты знаешь, какими бывают люди в Интернете. Скажем так, у тебя много поклонников. Некоторые из них, эм, чуть более «фанатские», чем другие. Вельвет хныкнула. - Это из-за ушей, - сказал Рассел. - Или из-за того, что ты выглядишь так, будто нуждаешься в защите. Да, вот этот взгляд с дрожащими губами. - Он отвел взгляд. - Ух, это мощно. В любом случае, стоит прекратить это, если люди увидят тебя такой, нам придется переквалифицироваться из кафе для охотников в мейд-кафе. Лицо Вельвет стало ярко-красным, и она убежала, спрятавшись за кофейными автоматами, занятая утренними приготовлениями. - Это действительно было необходимо? - спросил Жон. - Думаю, да. Один из моих товарищей по команде буквально прошлой ночью попросил меня свести его с ней. Лучше пусть она знает, что происходит, чем будет волноваться, если кто-то пригласит ее на свидание сегодня. - Рассел нахально посмотрел на Жона. - Знаешь, она не единственная, кто набирает популярность. Кое-кто уже успел засветиться в новостях благодаря интервью, но и на форумах тебя тоже оценивают. - Избавь меня от подробностей. Я бы не хотел переживать из-за того, как меня воспринимают случайные люди. Наверное, это было неизбежно, учитывая, что благодаря их трюку кафе “Прайм” сделало его чем-то вроде публичной фигуры. Не то, к чему они стремились, это точно. Тем не менее, если то, что сказал Рассел, было правдой… - Сегодня нам лучше приготовиться к ажиотажу. - Очень непостоянный поток, - согласился Рассел. - Именно поэтому я и пришел. К нам приедет куча зевак, желающих разок взглянуть на интернет-знаменитостей. Хорошая прибыль, но заноза в заднице. Жон вздохнул и начал раскладывать меню. - Что ж, нам лучше начать… Два последующих часа показали, каким пророком может быть Рассел. Жон улыбался изо всех сил, обнимая за плечи молодую девушку, которая прижималась к нему всем телом и делала селфи. Ее подруги захихикали и помахали на прощание, уходя, не купив ни одной чашки кофе. У Жона заныли мышцы щек. Можно ли растянуть мышцу, улыбаясь? Не лучше обстояли дела у Вельвет и Рассела, но особенно у бедной Вельвет, которую в течение дня заставляли позировать с множеством людей. Девушки были не так уж плохи, как, впрочем, и большинство парней. Но были и те, кому она явно нравилась чуть больше, чем следовало бы, несмотря на то что они никогда не встречались с ней раньше. Между ними приходилось вклиниваться ему или Расселу. Бедная Вельвет. Она неплохо справлялась с ситуацией, но внезапная популярность, похоже, была ей не по душе. Жон тоже не мог сказать, что ему это нравится. Как сказал Рассел, в понедельник в кафе было гораздо больше народу, чем обычно. Он занимался этим, чтобы подавать кофе, создавать дружескую атмосферу и обслуживать людей, однако, несмотря на настойчивые просьбы адвоката ничего не подписывать, его заставили дать множество автографов. Его, бариста! Это даже не имело смысла! - И почему ты так улыбаешься? - спросил Жон у Пирры немного грубовато. Если честно, Пирра выглядела так, словно выиграла в лотерею. На лице ее отражалась радость и какое-то странное спокойствие, словно все вопросы мира только что были решены и жизнь не может быть лучше, чем в этот момент. Учитывая его нынешнее положение, это выражение слегка задевало Жона. - Я просто счастлива, - сказала она. - Странно, но я никому здесь не интересна. Я - невидимка. - И это хорошо? - простонал Жон. - Да, это здорово! Я увижу, как кто-то другой переживает то же, что и я, и, что еще лучше, ты поймешь, каково было мне. - Она не стала объяснять, почему такое понимание с ее точки зрения - это хорошо. - И Рассел тоже. Это как воплощение мечты. - А Вельвет? Улыбка Пирры потускнела. - Мне действительно жаль ее… - А меня нет? - Тебя мне тоже жаль, - сказала она, коснувшись его руки. Ее сочувствие исчезло. - Но я счастлива, что есть кто-то, кто понимает, каково это, и от этого чувствую себя менее виноватой. - Она пожала плечами. - Извини за это. - Угх, ты... Ты такая задница… - Коко постоянно говорит мне, чтобы я перестала пытаться быть милой. Я должна быть собой.        - А «собой» - это значит получать удовольствие от того, что пинаешь лежачего человека? - Ну, я ведь занималась турнирными боями, - сказала она с дразнящей ухмылкой. - Это действенная стратегия. Вот почему наше свидание прервалось в прошлый раз. Все узнали меня в той забегаловке. Быть популярным не так уж весело, как кажется некоторым. - Д-да, я вижу. Жон рассмеялся и отвернулся, скорее для того, чтобы скрыть свое выражение лица. Она сказала про свидание. Он этого не упустил. Идеи, которыми обменивались Руби и он во время их ночевки, пронеслись в его голове, мысли о возможностях, о том, что могло бы быть, и о вещах, которые он раньше не считал возможными. Но Пирра думала, что это было свидание? Это было не так. Вовсе нет. Или, по крайней мере, он так не думал… Сердце Жона забилось чуть быстрее. Он занялся приготовлением капучино для клиента, выставляя чашку на безупречно белое блюдце и делая несколько глубоких вдохов. Выйдя в зал, Жон отнес напиток к одинокому столику в углу, за которым сидел человек с темно-красными волосами и в балахоне, с накинутым капюшоном. - Держите, сэр, - протянул напиток Жон. - Спасибо, - сказал красноволосый, принимая чашку. - Сегодня много народу. - Обычно так не бывает… - Могу себе представить. - Улыбка мелькнула в уголках его губ. Это было странно, так как лицо мужчины не выглядело привычным к улыбке. - Я случайно увидел в Интернете небольшое видео… Жон застонал. - И вы туда же… - Нет, - клиент усмехнулся. - Меня больше впечатлила девушка, которая постояла за себя. И за тебя. - Вельвет. Ей здесь нравится. Мужчина кивнул. - Ты хорошо к ней относишься. - А почему бы и нет? Она не только сотрудник, но и друг. - Большинство компаний ставят прибыль выше благополучия своих сотрудников. - А я нет. - Я знаю. - Мужчина потягивал капучино. - Иначе я бы сюда не пришел. Внимание Жона привлекла суматоха в стороне: кто-то был слишком раздражителен с Вельвет. Она не ударила его, но резко отстранилась, и, похоже, еще несколько человек решили встать на ее защиту. - Извините, - сказал Жон, уже уходя. - Мне нужно разобраться с этим. *** Адам смотрел, как человек уходит. Он уже видел, что начинается ссора, и приготовился действовать сам, но, похоже, все было в порядке. Фавна была не робкого десятка. Он видел это по тому, как она двигалась, даже если некоторые пустоголовые дураки, глазеющие на нее, этого не замечали. Она не была похожа на его Блейк, даже близко, но в ней была та спокойная уверенность, не в манерах, а в движениях. Адам наблюдал за тем, как блондин разнимает ее и грубого клиента, пока все не стало еще хуже. Он улыбался и потягивал свой капучино, наблюдая, как юноша встал на сторону своей сотрудницы и попросил обидчика уйти, а затем пригрозил выгнать его, когда тот не согласился. Он не двигался как хищник. Парнишка, Жон, двигался как обычный гражданский. Даже когда он расправлял плечи, это было больше надувание щек, нежели что-то иное - демонстрация устрашения, за которой нет ничего существенного. Другой юноша, охотник, находился рядом на случай, если это понадобится его боссу. Но девушка-фавн, смотрела через плечо своего босса, давая понять, что если этот негодяй причинит вред ее работодателю - или попытается причинить, - она этого так не оставит. Усмехнувшись, Адам отвернулся и сосредоточился на своем напитке. Он, конечно, видел видео. Просматривать всякую чушь в Интернете было не в его правилах, но это видео распространилось по Белому Клыку как лесной пожар, так что, почему бы и нет? Ролик о том, как молодая девушка-фавн ставит на место высокомерного и гораздо более крупного человека, был практически тем, что проповедовал Белый Клык. Это была их вечная борьба с угнетением людей, которое слишком часто исходило от богатых, могущественных и крупных корпораций, правительств и прочих власть имущих. Рядовым бойцам это нравилось. Адам заметил нескольких, весело хохочущих над свитком, и именно так он и узнал о видео. Новички, новички по названию и на деле, с готовностью показали ему, на что они смотрят. Адам смеялся вместе с ними, наслаждаясь тем, как просто она расправляется с более крупным мужчиной. Но Адам видел и нечто более глубокое. Глубже, чем его товарищи, которые смеялись только над насилием, выражением лица мужчины или мыслью о том, что они могут спустить своих собственных демонов на землю, как это сделала она. Адам смотрел и видел причины, мотивы. Ему нравилось то, что он видел. Девушка не подходила для вступления в Белый Клык, что бы там ни говорили некоторые вояки. Она не была мягкотелой, отнюдь нет, скорее, она была довольна. Фавны, довольные своей участью, не вступали в террористические организации. Не рисковали жизнью. Некоторые называли их расовыми предателями, и Адам в чем-то соглашался с этим, но только в отношении тех, кто смирился, опустил руки, кто хотел спрятаться от правды. Не было никакого предательства в том, чтобы найти кусочек счастья и бороться за него, а затем захотеть удержать. У этой девушки счастье было в работе, это было видно по ее поведению и улыбке, а еще по ее действиям было видно, что она готова бороться, чтобы сохранить его. Она молодец. Как настоящий боец, она нашла то, что хотела, и готова стоять на своем, чтобы удержать это. Белому Клыку больше нечего было ей предложить, и Адам пожелал ей удачи. Побольше бы таких фавнов. Это напоминало Адаму о прежних временах, о лучших временах. Не о лучших для фавнов - их притесняли еще когда он был ребенком, - но о лучших, потому что все было если не проще, то легче. Тогда все, что казалось важным, - это найти свой кусочек счастья. Борьба за справедливость, честное отношение, право на существование. Если бы для остальных все было так просто… Одной кафешки, где к фавнам относились должным образом, было недостаточно, чтобы изменить мир. Это было начало, благо, радость от того, что он нашел и увидел, как это происходит на его глазах, но все же это было лишь единичный случай. Остальная часть Вейла была так же плоха, как и раньше, и, по мнению Адама, это заведение, заведение Жона, так или иначе выйдет из бизнеса. Будет вытеснено более крупными конкурентами или парень просто устанет противостоять целому миру. Он полагал, что именно поэтому видео так его заинтересовало. Доказательство того, что даже в самые мрачные времена остаются маленькие проблески надежды. Фавны, как и прежде, были аутсайдерами, но вместо того, чтобы быть наказанной за то, что осмелилась дать отпор, ее приняли. Именно поэтому ему пришлось прийти сегодня, хотя бы для того, чтобы доказать самому себе, что в Вейле есть место, где не отвернутся от его рода. Неудивительно, что Блейк любила это место. Глаза Адама закрылись. Он вздохнул, сдвинулся с места и прикрыл лицо одной рукой, а другой поднял еще теплый капучино. На мгновение он почувствовал горький привкус. Не от кофе, тот был сладким. Его мысли всегда становились горькими, когда речь заходила о ней. Часть его ненавидела ее, хотя другая часть пыталась убедить себя, что она не виновата. - Нужно перестать думать об этом… Меньше о прошлом, больше о будущем. Не то чтобы будущее выглядело намного лучше. Впереди была Гора Гленн, задание, которое слишком напоминало самоубийственное. Как сказала ведьма, среди его людей было достаточно фанатиков, готовых отдать жизнь за это дело. Найти добровольцев было бы несложно. Если бы только это было проблемой. Нападение на Вейл… Это бы вывело Белый Клык на совершенно иной уровень, их невозможно было бы игнорировать, но это также сделало бы их мишенью. Злодеи номер один, и не без оснований. Были определенные цели, на которые не стоит нападать. Больницы, школы и тому подобное, но Академия Бикон должна была возглавлять этот список. Единственные, кому выгодно падение Академии охотников - это Гримм. “И Синдер”, - подумал он. - “Этой ведьме есть что скрывать. Не стоило ей доверять”. Хех. Нет. Это было не так. Он не доверял ей сейчас и не собирался доверять в будущем, но это не отменяло проблему. Он заключил с ней сделку, сделку с дьяволом, и тогда, когда рядом с ним была Блейк, это казалось риском, на который он был готов пойти. Продать душу за права фавнов было приемлемым решением, пока Блейк была рядом с ним. Как может измениться мир за столь короткое время… - Еще кофе, Адам? - спросил вернувшийся Жон. Он поднял голову, глядя на него мутными глазами. Юноша выглядел обеспокоенным, возможно, даже переживающим за него. Ха. Какая шутка. Он сомневался, что парень будет чувствовать то же самое, когда откроется вся глубина жестокости Адама. Доказательство того, как далеко он может зайти. Или, возможно, как далеко он уже зашел. Но до тех пор… - Да. Еще одну чашечку, пожалуйста. *** - Знаешь, скоро в Биконе будут танцы. Жон сделал перестал протирать кружку, чтобы взглянуть на Руби. Он полагал, что хорошо понимает, каковы их отношения, но вопрос был настолько неожиданным, что ему пришлось спросить: - Ты просишь меня быть твоим кавалером на школьных танцах? - Нет! - Она рассмеялась и ударила его по руке. - Мы могли бы пойти как друзья, но это будет сильно походить на свидание, что крайне странно. Так что я пойду одна. Он так и думал. Руби не казалась ему девушкой, заинтересованной в отношениях, и не только из-за ее возраста. Пятнадцатилетние встречались так же часто, как и семнадцатилетние, просто они были более неуклюжими в этом плане. Впрочем, Руби не интересовало ничего, кроме, бытия охотницей. - Фестиваль и школьные танцы. Насыщенный календарь. - Бал - это для фестиваля, - объяснила Руби. - Это бал в честь фестиваля Вайтал. И график не более напряженный, чем у тебя, мистер работаю-весь-день-и-к-тому-же-знаменитость. - Я не знаменитость, - простонал он. - Во всяком случае, не настоящая. Пройдет неделя и эта ерунда забудется. - Возможно, но я буду доить этот инфоповод до тех пор, пока это возможно. - Руби усмехнулась и помахала маленькой фотографией, на которой он был запечатлен с ней, и которую она заставила его подписать. Видимо, на тот случай, если в будущем она станет ценной памятной вещью. Жон так не думал, но Руби сказала, что ничего не теряет, если попробует. Не зря Блейк сегодня отсутствовала, несомненно, скрываясь от фурора, который она случайно спровоцировала. - Так ты пойдешь на танцы? - спросила Руби. - На школьные танцы? Нет, я так не думаю… - Почему? Жон вздохнул и посмотрел на Янг, которая с ухмылкой слушала его. - Я что-то пропустил, или у Руби еще не включились мозги? - И то, и другое, и третье. - Янг рассмеялась. - Танцы предназначены для студентов Бикона, но я не думаю, что есть какие-то правила, запрещающие приходить людям со стороны, если их пригласил кто-то из студентов. Если бы это были только танцы Бикона, все было бы по-другому, но это фестиваль, поэтому на него могут прийти люди из других академий, у которых могут быть партнеры, не учащиеся ни в одной из них. Вполне возможно, что ты сможешь принять участие. Если захочешь, конечно. - В данный момент я думаю о более важных вещах. Не думаю, что все эти дела с кафе “Прайм” закончатся до бала. - Но ведь это будет вечером. Ты все еще можешь присутствовать. - Ты, кажется, твердо решила, что я приду, - заметил Жон. - Ты точно не приглашаешь меня на свидание? Щеки Руби покраснели, и она пискнула. Она хотела возразить, но увидела на его лице ухмылку. В этот момент Янг и Жон разразились хохотом. - Подлец! - прорычала Руби, ударив обоих для пущей убедительности. - Я спросила, потому что... ну, ты понимаешь… - Она сделала несколько жестов глазами. Жон проследил за ее взглядом, но тот был устремлен на стену. Он оглянулся. - Я действительно не понимаю. - О чем мы говорили раньше? На ночевке? - Книги Блейк? Руби застонала и прикрыла глаза. - Нет. Я имею в виду... Ты и кто-то, кому ты, возможно, нравишься. Я подумала, что ты захочешь пригласить ее на танец. Тот, о ком мы говорили? - Руби посмотрела на Янг и отвернулась. - Ну, ты понял... - Без обид, но этот кто-то - не я, верно? - нервно спросила Янг. - Не то чтобы с тобой было что-то не так, Жон, но… - Это не ты, - сказал он. Явное облегчение Янг было лишь слегка оскорбительным. - Тогда кто же это? - Никто!/Пирра, - одновременно сказали Руби и Жон. На взгляд Руби Жон пожал плечами. - Янг бы догадалась. Или просто донимала нас, пока мы бы ей не рассказали. Проще рассказать. К тому же Пирра ушла час или два назад. - Наверное… - Подожди, ты хочешь сказать, что это должно было быть секретом? - спросила Янг. Она закатила глаза. - Жон, Пирра интересуется тобой примерно так же тонко, как Александр Стерлинг. - Янг усмехнулась. - Эй, а ты вообще-то пробовал… - Я не стану приглашать Стерлинга на свидание. - Бу. Отстой. - Как скажешь, Янг. Но насчет того, что это очевидно...? - Уф. Боже. Я забыла, что ты в этих вещах слеп, как Руби. Пирра ведет себя с тобой совершенно иначе, чем с кем-либо еще. Совершенно по-другому. Больше улыбается, больше смеется, больше разговаривает, да и по мелочам, например, одевается лучше, садится поближе к тебе и старается поймать твой взгляд. Жон кашлянул в кулак. - Она просто всегда казалась мне такой… - Как ты мог не замечать? - Может, потому, что Жон не видел ее с другой стороны? - заметила Руби. - Нам легко говорить, что Пирра ведет себя иначе, но мы видим ее в Биконе. А Жон видит ее только здесь, и, как ты сказала, она ведет себя по-другому. Он не слепой. Просто это единственная Пирра, которую он знает. - В общем-то, да, - согласился Жон. - Я думал, она всегда такая. Он всегда считал Пирру такой общительной, потому что... ну, а на чем еще ему было основываться? Она была мила до безобразия, по крайней мере с ним, и для него было полной неожиданностью узнать, что Рассел с ней не ладит. Раньше не ладил. Теперь у них вроде все неплохо. - Значит, в Биконе она так себя не ведет? - Даже близко нет. - Янг немного успокоилась и, казалось, перестала дразниться. - Да, наверное, ты не знаешь. Не так, как ты это видишь. Пирра... она милая, но отстраненная. Как человек, который вежлив ради вежливости, но никогда не узнает тебя по-настоящему. Сейчас ей лучше, намного лучше, с тех пор как она подружилась с Вельвет, встретила нас здесь и начала открываться, но раньше она была просто ужасна. - Не думаю, что она хотела сказать что-то плохое, но она была довольно холодной, - прошептала Руби. Жон не мог поверить. - Пирра!? - Не специально, - заверила его Руби. - Скорее, ей было неловко в общении с кем-то, но она это скрывала. Ты не мог этого понять и знал только одно: ты ей не нравишься, она не хочет с тобой разговаривать, но делает это из вежливости. Сейчас, зная ее лучше, я понимаю, что это потому, что она была застенчивой, но тогда я думал, что просто не нравлюсь ей. Или считала, что я не стою ее времени. - Я того же мнения, - сказала Янг, привлекая его внимание. - Я имею в виду, что она знаменита, и все это знали, а она играла на этом, сама того не желая. Создавалось впечатление, что каждый раз, когда она с тобой разговаривала, она терпела тебя, как будто ты был бешеным фанатом. Наверное, она думала, что мы можем быть такими. - Самоисполняющееся пророчество, - сказал Жон. Янг кивнула. - Ага. Она была так уверена, что мы увидим в ней знаменитость и неприступность, что сдерживала себя, отчего казалась неприступной. Дальше было только хуже. Но рядом с тобой она была гораздо более открытой, и, возможно, именно благодаря тебе она вообще помирилась с Рассом. - И ты думаешь, это потому, что я ей нравлюсь? - Ну, она же целовалась с тобой у Джуниора. - Конечно. - Неужели все об этом знали? Руби оказалась столь же полезной в хранении секретов, как сито в хранении воды. - Я просто не думаю, что сейчас подходящее время, чтобы задумываться о таких вещах. - Почему? - Ну, кафе “Прайм”, во-первых. И фестиваль, во-вторых. У всех и так много забот, и хотя я согласился бороться, нельзя сто процентно утверждать, что я выйду победителем. Если есть шанс, что меня вынудят покинуть Вейл, я бы не хотел, чтобы это произошло из-за того, что я отвлекся, гоняясь за девушкой… Руби вздохнула. - Наверное… - И было бы еще хуже, если бы мне пришлось расстаться с кем-то из-за того, что мой бизнес прогорел. Мне пришлось бы покинуть Вейл. Я думаю, что лучше не быть с кем-то, чем быть с ним меньше месяца, а потом расстаться. Ее лицо еще больше осунулось. Жон потер затылок. - Не то чтобы я не ценил твою попытку помочь, просто... давай сосредоточимся на чем-то одном. Хорошо? - Жон поднял глаза, когда на стене пробили часы. Было уже поздно, почти девять. - Уже довольно поздно. У вас завтра занятия, или это еще один из тех «свободных тренировочных дней», которые, похоже, никто не воспринимает всерьез? - Эй, - пожаловалась Руби. - Мы усердно тренировались сегодня утром. А кто не тренировался? - Рассел и Вельвет. - У Расса есть Пирра, это нечестно. А у Коко есть миниган. - А у тебя есть Крессент Роуз, - сказал Жон, уверенный, что, назвав малышку Руби „вещью“, он заслужит ворчание. - Мама всегда говорила, что важен не размер инструмента, а то, как ты его используешь. Янг фыркнула. Руби надулась. - Не думаю, что она имела в виду оружие, Жон. - Скорее всего, нет, но, тем не менее, это хороший совет. - Вряд ли он вообще применим. Она может выпустить сотни патронов за то время, что мне нужно, чтобы сделать один. - А твой будет значить больше. - Сотни, Жон. Сотни! - Я остаюсь при своем мнении. - Несмотря на то, что он не так много знал о боях, оружии и прочем. Наверное, так и должен поступать хороший друг. Он погладил Руби по голове. - Мне нужно убраться и запереться. А вы двое отправляйтесь обратно. Увидимся завтра или в четверг. - Да, да. Увидимся завтра, - Янг встала и обняла Руби за плечи. - Да ладно, сестренка. Тебе не удастся убедить Жона смотреть на вещи по-своему. Сомневаюсь, что он вообще знает, какого калибра патроны ты используешь. - Большого калибра, - с улыбкой предположил Жон. Придушенный вой Руби подсказал ему, что он мог ошибиться. Когда последние два клиента покинули зал, Жон начал переставлять стулья на столы и уносить последние кружки и блюдца, чтобы поставить их на ночь в посудомойку. В этот день было в три раза больше народу, чем обычно, но всего в полтора раза больше прибыли, в основном из-за того, что многие приходили просто полюбопытствовать о нем, Вельвет и о том, как проходит противостояние с кафе “Прайм”. Возможно, именно поэтому он не видел Стерлинга и не слышал о нем весь день. Либо он сдерживался, понимая, что, показав себя, только усугубит ситуацию, либо у кафе “Прайм” были свои проблемы. Возможно, у них было столько же посетителей, только вместо селфи они искали драму. Возможно, ему было бы жаль работающих там сотрудников, но это была не его вина. Не он все это затеял и не он все это раздул. В самом деле, Кафе Прайм могло прекратить это в любой момент. В данный момент он задавался вопросом, почему они продолжают пытаться. Может, гордость? Или дело в том, что они зашли слишком далеко, и отступить сейчас было бы равносильно проявлению слабости. Неизвестно. Позади него звякнул колокольчик над дверью. *** - Как ты думаешь, я была слишком откровенна? - спросила Руби. - Хм? - Янг с улыбкой посмотрела на нее. - Что ты имеешь в виду? - О Пирре. Думаешь, я слишком сильно на него надавила? Я не хотела, чтобы он чувствовал себя плохо… Возможно, это было не ее дело. Ладно, это точно было не ее дело, но Жону казалось, что в последнее время все и вся пытаются его расстроить. Немного хороших новостей не помешали бы ему, а на самом деле она просто хотела отвлечь его от всего происходящего. Рука Янг опустилась ей на плечо. - Ты справилась хорошо, сестренка. Не думаю, что он был расстроен или зол. - Она усмехнулась. - Скорее смущен, но если я правильно понимаю, он был не против этой идеи. Просто... сейчас он не в том состоянии, чтобы заниматься еще и этим. - Из-за того, что он очень занят? - Из-за того, что он волнуется, - поправила Янг. - Он хорошо это скрывает, но нельзя винить парня за то, что он все еще немного боится всего происходящего. Даже если все будут помогать, все равно есть шанс, что кафе “Прайм” просто победит. Конечно, они совершили несколько крупных ошибок, из-за которых у них были неприятности на телевидении и тому подобное, но они все еще крупная сеть. Они могут просто проигнорировать это, смириться с потерями и попытаться вытеснить Жона. - Но адвокат Вайс… - Он все еще просто адвокат, Руби. Он должен следовать закону. Руби прикусила губу. Ей казалось, что все это лишь формальность. Адвокат Вайс прилетит, надерёт задницы кафе “Прайм” и вернёт Жону его здание, его карьеру и те гарантии работы, о которых Вайс часто говорила. - Я бы не стала так волноваться, - сказала Янг, видя ее панику. - Адвокат Вайс выглядел уверенным в себе, а он знает закон лучше, чем мы с тобой вместе взятые. Если он уверен в себе, значит, на то есть причина. Я просто хочу сказать, что это справедливо, что Жон все еще боится. Бедняга, наверное, не хочет впутывать в это драму отношений, не говоря уже о том, что Пирра может дать ему от ворот поворот. - Она бы не стала! - Нет, но он этого не знает. А может, и знает, - сказала она, пожав плечами, - но он в такой панике, что убедил себя, что она может. Вспомни себя в начале учебы в Биконе, когда ты была практически уверена, что не найдешь друзей. Тебе это удалось, но у тебя был тот же период паники. - Наверное. - Руби испустила долгий вздох. Жон помог ей. Не в чем-то особенном, а просто поговорил с ней и позволил ей потренироваться на ком-то в сценарии один на один. Доказав, что она может подружиться с ним, она стала более уверенной с Вайс. Изначально ничего не вышло, но теперь они были одной командой. Потрясающей командой. Это был успех. - Как думаешь, мне стоит пойти и извиниться? - Извиниться? За что? Я только что сказала, что ты его не расстроила. - Янг на несколько секунд задержала взгляд на Руби, после чего испустила долгий вздох. - Ладно, хорошо. Как скажешь. Возвращайся, а я придержу для тебя буллхед. - Спасибо, сестренка! - Да, да. Иди и делай то, что считаешь нужным. Руби кивнула и помчалась в обратном направлении, используя свое Проявление, чтобы преодолеть расстояние как можно быстрее. Было уже достаточно поздно, чтобы улицы были пусты. Дойдя до здания Жона, Руби остановилась. Свет все еще горел, что было необычно, но внутри виднелось несколько фигур, лишь тени на расстоянии, но все же было не так пусто, как должно быть. “Что, если кафе “Прайм” вернулось?” - подумала Руби. - “Что, если они наняли еще больше головорезов, чтобы навредить Жону?” - Ее рука сжалась на Крессент Роуз, но она не стала ее разворачивать. Не сейчас. Внутри не шел бой, и ей не хотелось начинать драку, когда Жон так близко. Вместо этого она подкралась к переднему окну, держась так низко, чтобы любой человек, находящийся внутри, не смог ее разглядеть. Разница в освещении изнутри и снаружи помогала в этом, оставляя людям внутри ограниченный обзор через матовую эмблему на окне. Достигнув окна, Руби пригнулась и заглянула в нижний угол окна. Там стоял Жон, а перед ним - три человека. На нападение это не походило - Жон стоял так спокойно, и они не были одеты в костюмы, как это обычно делают противные адвокаты и этот Стерлинг. Один из них был одет в серо-черную куртку, а рядом с ним стояла девушка с зелеными волосами и еще одна, гораздо более высокая. Руби смогла разглядеть только ее темные волосы и красное платье. Они показались ей смутно знакомыми, но только в том смысле, что Руби подумала, что, возможно, видела их раньше вскользь. Она не могла определить, кто из них кто. Возможно, было бы легче, если бы она видела их лица, а не только затылки. Они разговаривали с Жоном, а Жон отвечал им. В основном высокой женщине. Остальные просто стояли вокруг. "Он их знает, значит, ничего плохого не происходит." - Руби немного расслабилась, собираясь встать и уйти. Она не хотела мешать ему, если он занят. Но не успела она это сделать, как из задней комнаты, прямо из квартиры Жона, вышла другая фигура - бесконечно более узнаваемая. - А-а-а… - Громкий вздох Торчвика был слышен даже через окно. - Так-то лучше. Никогда не говори, что в Вейле достаточно общественных туалетов. Или, по крайней мере, таких, в которых я бы решился безбоязненно дышать. Роман Торчвик?! Жона ограбили? Что она должна была делать? В прошлый раз она сражалась с ним в одиночку и едва не проиграла, а если эти люди - его союзники, будет только хуже. Тем не менее она не могла оставить Жона в беде. Потянувшись за свитком, Руби уже собиралась предупредить Янг, когда высокая женщина заговорила. - Ты как всегда раздражаешь, Роман. Ты должен быть благодарен Жону за то, что он терпит твое ребячество. Полагаю, мне придется извиниться вместо тебя. - Все в порядке, - сказал Жон с легким смешком. - Я уже привык к нему. “Жон… Он знал их...? Знал Романа...?” - Я знаю, что это не своевременное уведомление, но нам нужны твои услуги в ближайшие выходные. Это очень важное дело. И, возможно, если все пройдет хорошо, для чего-то еще. Сделка та же, что и в прошлый раз: использование кафе в качестве конференц-зала. Та же цена, если ты заинтересован. “Скажи «нет»”, - взмолилась Руби, растерянная и, если честно признаться, немного обиженная. Какого гримма Жон разговаривал с Романом, не говоря уже о людях, которые с ним работали? Он был преступником. Почти наверняка они тоже были преступниками. - Конечно. - Легкое согласие Жона едва не вызвало у нее крик. - Только сообщите мне время, и я все подготовлю. - У нас будет гость. Своего рода. Он будет вести себя хорошо, я позабочусь об этом. - Прекрасно. Я поставлю дополнительный стул. - Я ценю это. - Женщина хмыкнула. - Ты как всегда надежен, Жон. Хорошо, что в Вейле есть кто-то, с кем я могу вести дела на равных. Мы встретимся в то же время, что и в прошлый раз, и потребуются те же услуги. А пока я буду занята. Приближается фестиваль, и мне нужно многое сделать. Торчвик, планирующий что-то во время фестиваля? Руби постаралась придвинуться поближе к двери, чтобы занять более удобную позицию для прослушивания. Когда она переступила порог, под ее ногой хрустнул гравий. Было тихо, но в самый неподходящий момент наступило затишье в разговоре. - Роман, - сказала женщина, - пойди и убедись, что снаружи никто не шатается. - Конечно, босс. Гримм! Сердце Руби подскочило к горлу, и она поспешила ретироваться. Шлейф Проявления - и она оказалась за ближайшим углом, прижавшись к стене за несколько секунд до того, как Торчвик высунул голову наружу. Затаив дыхание, Руби слушала, как он хмыкает, несомненно, осматриваясь. Дверь закрылась, и вместе с ней раздался звон колокольчика. - Ничего, босс, - сказал его голос и затих, когда дверь закрылась. “Босс.” Эта женщина была боссом Торчвика. Она разговаривала с Жоном, заключала с ним какие-то сделки, и его это устраивало. Его устраивало находиться в комнате с опасным преступником и кем-то еще, кто, судя по всему, был гораздо хуже. Колокольчик на двери снова зазвенел, и кто-то вышел наружу. Руби тихо выругалась, стараясь оставаться незамеченной, но по шагам было ясно, что кто-то - кажется двое - рассредоточились, прикрывая углы, вероятно, чтобы следить за происходящим. Не имея выбора, Руби бросилась вдоль стены здания и скрылась в переулке, выйдя на другую улицу. Жону, похоже, ничего не угрожало, но она все равно не могла понять, зачем ему разговаривать с преступниками. Она прикусила губу, пытаясь придумать ответ, который не выставил бы его в дурном свете. Это было трудно, очень трудно. Жон не выглядел испуганным, и не было похоже, что они ему угрожают. Даже близко к этому. Нерешительность мучила ее, и она отступила, собрав всю информацию, что могла, и направилась к ближайшему доку буллхедов. Янг, как и обещала, ждала ее. - Встретила его? - спросила она. - А-а? - Руби вздрогнула. - Да. - Что случилось? Ты выглядишь обеспокоенной. Только не говори мне, что все пошло не так? - Н-нет. Жон был занят. У него были гости. Я не хотела мешать. - Так поздно? - Ее улыбка стала дразнящей. - Это была Пирра? - Нет… - Тогда кто? “Роман Торчвик. Разыскиваемый преступник. Другие преступники. Преступники, планировавшие что-то по поводу фестиваля Вайтал, несомненно, замышлявшие недоброе, и которым помогал Жон.” - Неважно, - сказала Руби, опустив глаза. - Ничего такого. Просто какие-то люди. Давай вернемся в Бикон. Янг смирилась с этим, хотя Руби не могла сделать то же самое. Пока нет. Всю дорогу и даже в Биконе, когда они проскользнули в свою комнату, Руби прокручивала в голове произошедшее, пытаясь хоть как-то оправдать Жона. Она должна была кому-то рассказать. Озпину, полиции, дяде Кроу. Но это означало бы уличить Жона. У него будут неприятности. Кафе “Прайм” сожрет его заживо, изменит общественное мнение и сотрет в порошок. Но если она никому не расскажет и что-то случится... “Жон. Почему...?”