Часть 109

— Слушай сюда, я два раза повторять не стану. Через час наша авиация и сухопутные части проедут через территорию Украины. Вот карта. — Перед президентом Украины легла карта с точными маршрутами прохождения русских сил. — Вот здесь, здесь и здесь. — Палец указал на прочерченные линии воздушных и сухопутных коридоров, прямиком до границы с Молдавией. — Также утром ты пропустишь железнодорожные составы с военной техникой. Дополнительные распоряжения ты получишь позже. Ясно? — Посол Федерации с презрением посмотрел на правителя соседней страны. — Да, ясно. — Безропотно молвил Кравшук, когда-то крупный советский функционер, на нынешний момент президент не совсем независимой Украины. — Какие-нибудь ещё распоряжения? — Да. — На стол перед президентом упало несколько фотографий с именами. — Вот это данные нескольких националистов и недобросовестных политиков, мешающих дружбе русского и малороссийского народа. Скоро они будут устранены нашими агентами. Тебе, как всегда до этого, надо благополучно пропустить всё мимо ушей и благоприятствовать федеральным агентам. Ясно? — Снова задал вопрос посол. — Более чем. — Без запинки ответил мужчина. — Отлично. Мои коллеги проинструктировали директора СБУ, министра обороны, министра внутренних дел и прочих высших чиновников, имена которых тебе известны. На этот раз проводимые нами акции будут более серьёзные, чем до этого. Так что действуй в содействии с ними. — Поднявшись с места, мужчина подошёл к боковому столику и налил себе немного коньяка. — Хорошо. — Президент Украины ответил, продолжая следить за русским послом глазами. — Кстати. — Налив себе немного коньяка, посол повернулся к своему гостю. — Как обстоят дела с зачисткой всякой швали и мрази из рядов доблестных служителей украинского народа? Вопрос сильно напряг украинского президента. Как бы он ни старался скрыть эмоции, но волнение, смешанное с лёгким чувством страха, пробилось сквозь его физиономию, которое, по заверению некоторых его современников, смахивало на крысиную морду. — С этим возникли некоторые проблемы, господин посол. — Кравшук буквально выдавил из себя оправдание. — Как это понимать? Не забывай, за дерзость и неповиновение ты ответишь головой. — Усмехнувшись, русский показал президенту на висок, продолжая держать в другой руке бокал с дорогим напитком. На первый взгляд невинное замечание заставило лицо украинца покрыться потом. — Реакция умеренной оппозиции может быть более решительной, к тому же народ... — Начал блеять украинец, но его прервали. — Чушь! — Впервые за беседу русский посол повысил голос. — Слушай, придурок. Ещё раз начнешь мне пудрить мозги, и твоя башка украсит стены твоего кабинета. А может, по выходу из посольства она возьмёт и лопнет. Я ясно выражаюсь? — Сказав это, посол уселся на своё большое кресло. — Да, господин посол. — Втройне испуганный украинский политик, просипев эти слова, начал кивать, словно он был китайским болванчиком. — И кстати, ускорь передачу кораблей. Всё идёт слишком медленно. В первую очередь авианосец «Варяг». Это достояние русского флота должно скорее вернуться в его состав. Чем дольше будет простой, тем сильнее корабль обветшает. Вам, криворуким идиотам, ничего доверять нельзя, ещё продадите кому-нибудь. Вы и так передадите весь флот, но вот подводные лодки, крейсеры и авианосец. Нужно передать в ближайшее время. Президент Железняков передал лично, что если вы не последуете нашим рекомендациям, последствия лично для вас будут катастрофические. Генеральный прокурор Украины, наш человек, держит несколько резонансных уголовных дел в загашнике, угадайте, кто там главный фигурант? — Сказав это, посол красноречиво посмотрел на совсем сдувшегося украинца. — Правильно, молчите. — Оппозиция, та, которая на американских дотациях, будет противиться, — через минуту безмолвствования совсем тихо промямлил политик. — Не будут. Половина уже перекуплена, а другая знает, умоется кровью. Американцы больше не прикроют, — раздражённо вздохнув, мужчина прижал длинные пальцы к векам и начал медленно массировать глаза. — В общем, так, не раздражай меня. Иди, Лёнька, тебе сказали, что надо делать. Не будешь глупить, может, останешься жив, а теперь пошёл. *** Ранним утром военная часть была погружена в тишину. Лучи солнца ещё не коснулись приземистых фасадов казарм и других зданий. Где-то лаяла собака, напоминая о том, что на свете ещё есть жизнь. На флагштоке развевался федеральный флаг, а часовые на вышках мерно шагали. Совсем рядом пронзительно кричала птица. Из трубы над штабом лениво поднимался дым. Внезапно сработала сирена военной тревоги, оповещая о чём-то срочном. Люди засуетились, началась суматоха. Хлопали двери, бегали люди. Офицеры выкрикивали команды и отдавали приказы. Улицы погрузились в шум, грохот сапог и приглушённые крики — всё смешалось в один непонятный тревожный фон, в котором, казалось, растворились все мысли и эмоции. Солдаты торопились по своим местам, толкая друг друга. Но это не была пугливая суматоха застигнутых врасплох. Они были бодры и настроены решительно. Взгляды их были сосредоточены, а движения — точны. Малейшее промедление было немыслимо. Каждый солдат понимал, что от его личной готовности многое зависит. И потому солдаты, сосредоточенно нахмурившись, молча торопили друг друга. Военная часть быстро и решительно оживала. В оружейной выдавали винтовки Калашникова. Ни лазерных винтовок, ни даже автоматов системы «Морита» в оружейной не было. Всё дело в том, что это была одна из строевых частей федеральных войск, которая не успела попасть под массовое перевооружение, шедшее по всей Российской Федерации. Несмотря на частично реанимированный ВПК, таких частей в стране всё ещё было большинство. Сибирские мегазаводы всё ещё не могли удовлетворить в количестве лазерных винтовок и современной экипировки. А ижевские и прочие предприятия проходили долгий процесс модернизации. Станки для них опять-таки привозили из Сибири. И по тем же причинам темпы их модернизации проходили не так быстро, как хотелось бы. Тем не менее было бы серьёзной ошибкой утверждать, что миротворческий корпус федеральных войск в Приднестровской республике был лёгкой добычей. Это не так. Конечно, по новым стандартам современной федеральной армии их экипировка была морально и технически устаревшей. Но это ничуть не умоляло их боеспособности. Всё ещё вооруженные по советским стандартам, они были грозной силой. Тем более склады были буквально завалены оружием и боеприпасами. Оно и понятно, старого оружия теперь в избытке. Из ангаров выезжали десятки единиц военной техники. Солдаты в советской форме бежали к своим грузовикам и бронетранспортёрам. Всё Приднестровье было разбужено, колонны с русской техникой шли на запад. Местные жители, разбуженные шумом гусениц и тяжёлых колёс, смотрели из своих окон на проезжающую мимо русскую армию. Они смотрели с тревогой и толикой надежды, кто-то с пролетарской решимостью, а кто-то украдкой читая короткую молитву. Русские солдаты снова шли защищать слабых. Через полчаса русские войска уже заняли заранее подготовленные позиции. Приднестровские солдаты и русские пограничники с радостью встретили долгожданную подмогу. Сведения, полученные с большой земли, заставили местных жителей сильно обеспокоиться. Ведь с момента последней войны прошло не так много времени, а разведка уже предупреждала о возможных провокациях на границе, и, что самое тревожное, о гораздо более крупных силах противника. Как будто в насмешку, отступать было некуда: позади уже не было большой советской Родины, которая могла бы защитить и поддержать. А новая страна, хоть и близкая, но всё же чужая, вызывала у многих бойцов справедливые сомнения в реакции восточных соседей. Но, как всегда, русские воины оказались в патовой ситуации: отступать нельзя, но и сдавать позиции нельзя. Тем более, с большой земли поступали оптимистичные сообщения о скором прибытии подкреплений. Возможно, солдаты, оборонявшие Приднестровье, ошибались, и ситуация с украинским соседом не так уж плоха. Возможно, русским властям удалось договориться о проходе для подкреплений или воздушном коридоре. Однако каждый понимал, что это займёт как минимум несколько часов, а затем потребуется долгое развёртывание. В современной войне, где каждая минута может стать роковой для огромной армии, несколько часов или даже сутки — это целая вечность, которая, судя по всему, снова будет оплачена кровью русских воинов. Так думали командиры — опытные и ответственные офицеры, привыкшие за период постсоветской реальности всегда исходить из самого худшего и негативного сценария. Впрочем, новая власть в столице, благодаря своим последним достижениям, которые поступали непрерывно, частично обелила свою репутацию. Репутация, которая досталась им в наследство и которую их предшественники сильно испортили за последние полвека, сразу после смерти Иосифа Сталина. Новая власть давала небольшую надежду офицерам и солдатам на то, что их не оставят на произвол судьбы. Когда прибывшие подкрепления заняли свои позиции, на командирские коммуникаторы пришло короткое уведомление о прибытии дополнительных сил с заранее указанными координатами, чтобы местные не начали по ним стрелять случайно. *** — Бойцы! Ваша недолгая служба на британской земле и самоотверженное выполнение нашего интернационального долга по оказанию помощи многострадальным народам этой страны подошли к своему завершению. Ваша работа была трудной и опасной, но она была необходима нашей Родине. Сегодня здесь собрались самые опытные бойцы, которые прошли боевое крещение ещё до британского конфликта. Я лично помню многих из вас со времён афганской войны, где мы также выполняли свой интернациональный долг! Товарищи! Братья! В скором времени на территории Британии снова воцарится мир, и благодаря вам многочисленные народы этого многострадального острова смогут жить свободно, без тяжкого ярма Лондона! Шотландия, Уэльс, Гебридские острова и Единая Ирландия теперь являются членами Организации Договора Коллективной Безопасности, а новые страны, такие как Манчестерская Лига, Ливерпульская Республика, Нортумбрийская Народная Республика и Корнуэльская Республика, получили гарантии независимости от нас. Конфликт застыл, достигнув финальной стадии! Межконтинентальное оружие на территории наших ирландских братьев только усилит нашу решимость в поддержке независимости новых государств на двух островах. Вы — герои! Всё это стало реальностью благодаря вашим усилиям! Только ваша смелость и отвага снова сделали нашу родную державу сильнее и стабильнее, спасибо, братцы! Генерал в зелёном кителе стоял перед строем русских штурмовиков, которые находились внутри огромного ангара. Патетическую речь высшего военного чина Федерации слушали около нескольких тысяч опытных ветеранов штурмовых корпусов — нового вида пехоты, который в будущем мог бы заменить обычную инфантерию. Особенно хорошо они показали себя в городских боях благодаря крепкой броне, хорошему вооружению, новым тактикам и тесному взаимодействию с операторами дронов. — В подавлении бунта дрейковцев, конфликте в Таджикистане и британском кризисе они выступили как костяк новых федеральных сил, продемонстрировав свои лучшие качества. Однако старая пехота, ещё советского образца, всё ещё была распространена в остальной части федеральной армии, особенно в провинции или на неприоритетных направлениях. В основном там можно было увидеть обычных солдат в старых касках и с автоматами Калашникова. Хотя повсеместная борьба с коррупцией в армии помогла наладить поставки в большинство военных частей, даже такие «старые» части были неплохо снабжены, и какой-нибудь срочник на захолустной базе мог быть сносно, а местами даже очень хорошо экипирован, хоть и советским вооружением. В реформированные части направляли контрактников или тех, кто решил связать свою жизнь с профессиональной службой в федеральных войсках. Такие части по новой доктрине должны были участвовать во внешних интервенциях или наступательных операциях. В то время как условно старые части занимались охраной территорий. Это было временным решением, и в конце концов, когда реформированных войск станет большинство, такое деление исчезнет, так как потеряет смысл с исчезновением старых войск. — В штурмовых частях служили опытные бойцы с высоким уровнем подготовки и мотивации — лучшие из лучших. Лучше только специально генетически модифицированные клоны или космические десантники. Тем не менее матерые солдаты выглядели так, словно были отлиты из стали, тысячи их холодных синих глаз смотрели на генерала. Высокий уровень дисциплины и выучки. Никто из них не был идиотом, и они понимали, зачем их собрали здесь. Похоже, штурмовики были нужны в другом месте. В другой стране. Тем временем генерал, после небольшой паузы, продолжил свою речь: — После того как мы смогли окружить несколько дивизий НАТО, направленных на изменение ситуации на острове в пользу Запада, мы, вероятно, значительно ускорили процесс начала переговоров. Сейчас американские и другие мелкие империалистические режимы прилагают все усилия, чтобы не допустить попадания в плен столь большого количества своих военнослужащих. Ведь западные режимы сильно зависят от раздутых рейтингов и других факторов, которые, впрочем, не имеют большого значения в большой политике. — Братья! Остров, по крайней мере его часть, еще долгое время будет нуждаться в нашей защите и наблюдении. Здесь надолго останутся наши военные базы, а значительная часть военного контингента будет находиться здесь до тех пор, пока враг окончательно не подпишет мирный договор. Так что не переживайте, ваши усилия не будут напрасными. — Однако Родина не в первый и не в последний раз просит вас, доблестных воинов федеральных сил, выполнить свой долг по защите интересов Родины в другом месте. Нам необходима сводная бригада, работа сугубо добровольная, но люди нам нужны. Остальные же немедленно отправятся домой! Ваши семьи и большие дома в благоустроенном пригороде Электрограда ждут вас! Отдохнёте месяца полтора, увидите своих близких, увидите, какой новый мир строит ваша Родина, а затем снова на службу. — Те, кто изъявит желание служить дальше, поднимите руку, выступаем через несколько часов. Оплата, премии и прочие денежные поощрения — всё по повышенному коэффициенту. Пока информация секретная, могу лишь сказать, что вам придётся защищать ближний рубеж нашей Родины. Подлый враг снова подкрался к нам незамеченным. На решение даю минуту. Закончив на этой ноте, генерал замолчал, направив взгляд своих глаз на уже поднятые руки. И секунды не прошло, как большая часть присутствующих подняли руки. Через несколько часов полностью экипированные тяжёлые пехотинцы, гремя бронёй, тяжёлыми стабберами, лазерными винтовками и композитными элементами, загружались внутрь реактивных конвертопланов. Над небом военного аэродрома многие десятки военных транспортников строились в боевые порядки и направлялись внутрь зелёных арок телепортации, чтобы в ту же секунду переместиться невдалеке от приднестровской границы. Мир снова готовился к возгоранию очередного прокси-конфликта.