Часть 10

      К концу недели я выжата как лимон. Я неохотно и не слишком аккуратно начертила треугольник и быстро переписала решение задачи. Анна Игоревна подгоняла всех сдавать контрольные и в этот момент в класс входит директор. Женщина окидывает класс, который в мгновение замер, ожидая, что она скажет. — Сообщаю, что завтра вечером в школе будет дискотека. У кого появится огромное желание, милости прошу. Организаторами выступает семьдесят третья школа, — во так радость, только этой малолетней богадельни не хватало для полного счастья.       Она наиграно улыбается и уходит. По классу сразу пошла одобрительная волна. Яна ткнула меня в бок при этом закусив нижнюю губу. — Идём? — в отличии от меня, она очень любит такие увеселительные мероприятия. — Ты знаешь моё отношение к этому, — я смотрю в ее щенячьи глаза, вот что ты будешь с этим делать? — Ладно, но только ты меня там одну не бросишь. — Понял, записал, — подруга быстро чмокнула меня в щеку. — Может придешь ко мне, соберёмся и вместе придём?       Я с радостью приняла ее предложение, потому что находиться одной мне не очень хотелось, да и тем более давно мы с ней не были вдвоем. Со звонком с урока мы разошлись по домам. Я как можно скорее покинула школу, чтобы не столкнуться с нежеланными людьми. Возможно я бы пошла в кабинет химии, как делала это в последнее время, но учитель взял внеплановый выходной, о котором он обещал рассказать мне позже.       Мне остается пройти буквально несколько метров до дома, но путь мне преграждает Денис. Его бесчисленные попытки вернуть все как было мне уже надоели и этот раз не исключение. Я только убеждаюсь в том, что все-таки было неправильно давать шанс человеку, который никогда не изменится и которого ты никогда не полюбишь. Это просто трата времени. Проходит пара мучительных минут, как парень все же заговорил: — Даш, скажи, что мне нужно сделать взамен на твое прощение? — это он сейчас серьезно? — Ничего не нужно. Я уже в юбилейный тысячный раз говорю. Ничего не будет как прежде, я не хочу ничего начинать заново. Никакие шансы раздавать тоже не буду. Оставь меня в покое, — я отпихнула его и пошла дальше, но парень посчитал разговор не оконченным. — У тебя кто-то есть? — я остановилась, мое сердце застучала в груди сильнее обычного. — Какая разница? — я сжала руки в кулаки, стараясь держать себя непринужденно и безразлично. — Просто интересно на кого ты меня променяла. — Я? Это ты на кого променял то, что пытался получить столько лет. Ты не имеешь никакого права обсуждать мою жизнь. Для начала бы собой занялся, — его слова вывели меня из себя, что я стала переходить на крик. — Не смей больше ко мне подходить, иначе я организую тебе большие проблемы.       Я сорвалась с места и бежала до самой квартиры. В доме на меня никто не обратил внимание, родители как обычно занимались своими делами и мои слезы это последнее, что они заметят. У себя в комнате я закрыла дверь и упала на кровать, избивая подушку и рыдая. Немного успокоившись я легла под одеяло зарывшись с головой. Мама пару раз дернула дверную ручку, но поняв, что я не открою сказала, что они уезжают и будут только в понедельник утром, а затем ушла. Внизу хлопнула входная дверь и я осталась совсем одна чего так боялась.       Тишина давит на меня от чего становится только хуже. Я отыскала телефон в сумке, в надежде, что учитель дал о себе знать, но там было пусто. Я решила сама пойти на контакт написав короткое смс «Ты где?», но все равно было безрезультатно, в ответ на протяжении получаса только молчание и звенящая тишина в доме.       Больше нет сил это выносить, я вскакиваю с кровати быстро переодеваюсь в домашнюю одежду и открываю ящик стола в котором лежали кисти для рисования и все необходимое. Когда то я ходила в художественную школу и это очень спасало от безразличия родителей и одиночества, которое я ощущала. Это помогало забыться и нарисовать свой собственный мир. Я принесла из чулана старый, заляпанный краской мольберт, закрепила на нем лист, разложила карандаши, закрыла глаза и пыталась представить то, что поможет мне забыться.       В одно мгновение ко мне явился тот самый образ, в котором я нуждалась последнее время. Я не в силах оттолкнуть его, избавиться, всем нутром я понимала, как он мне сейчас нужен. Я беру в руки карандаш и делаю набросок его прекрасных бездонных глаз. Я помню все до мелочей, цвет, размер, радужку, глубину. Время перестало для меня существовать, сейчас я была как никогда умиротворена и счастлива, останавливаться нет никакого желания. Но по всем законам подлости в дверь раздается звонок и я вынуждена спуститься.       В коридоре темно, включаю свет и, не спросив «Кто там?», открываю дверь. На пороге, облокотившись о противоположную стенку, с бутылкой в руке стоит учитель, слизывая каплю с губ. Я высунулась из двери и осмотрела подъезд, на случай нежеланных гостей и свидетелей это сцены. Я хватаю его за рукав куртки и затягиваю в квартиру. Силой сажу на стул и пытаюсь забрать бутылку. На мое удивление он сам ее отдает и улыбается, как нашкодивший мальчик. Я опускаюсь напротив него на пол и всматриваюсь в его пьяное лицо, пытаясь найти ответы почему он такой. — Да, я пьян. Не надо на меня так смотреть, — учитель смешно отмахивается от моего взгляда, будто это поможет. — И по какому случаю? — по шкале от одного до десяти он пьян на пятнадцать, и надеюсь такому состоянию должно быть достойное объяснение. — Ее больше нет, —он прищурил глаза, ожидая, что я буду скакать от радости. Но вот только я вообще ничего не понимала. — Я послал Карину куда подальше, а точнее к её боссу. Она уже давно трахается с ним ради повышения. Надеюсь скоро ее мечта сбудется. Отличный повод напиться, — его рука тянется за бутылкой, но я вовремя бью по ней, и он обиженно убирает ее в карман. — Так что я теперь один, ну и как ты хотела препятствий больше нет. — Вообще-то есть, — химик смотрит на меня пытаясь сфокусироваться, что сделать очень трудно. — Ваш запах, пока он не исчезнет я к вам не подойду. — Брось, малышка, — слышать от химика такие словечки очень даже весело. Я качаю головой и смотрю в эти пьяные, но по-прежнему прекрасные глаза. — Интересно, что вы на утро скажете, — уголок его губ дрогнул в ухмылке. — Эх вы, горе-пьяница, раздевайтесь, останетесь у меня.       Пьяный человек талантлив во всем, только если это не касается предметов одежды. До чего нелепо выглядит, как беспомощный малыш. Пытается стянуть куртку, но вечно что-то препятствует этому, и он начинает злиться, бубнит себе под нос какие-то алкогольные заклинания.       Я ещё немного посмотрела на этот театр и поднимаюсь помочь. Снимаю куртку, повесив на крючок позади и опускаюсь на колени, чтобы снять грязные, насквозь промокшие кеды. Исподлобья смотрю на учителя, а он очередной раз шумно выдыхает прямо на меня. Да уж, от одного дыхания можно опьянеть. Я морщу лицо и продолжаю развязывать шнурки. Его рука ложится мне на подбородок и приподнимает его, заставляя снова на него посмотреть. Сосредоточен, глаза прищурены. Большой палец касается нижней губу и медленно оттягивает ее вниз. Я сразу перестаю дышать. По телу пробегает приятная дрожь, веки тяжелеют и сами начинают закрываться. Он пьян, очень пьян, но этот жест до безумия сексуален и неповторим. Усмехается, нравится, любуется как его ученица трогается умом от прикосновений. — Ты прекрасна. Особенно сейчас, у моих ног, стоя на коленях, — химик совершенно не в том состоянии, чтобы обуздать свои желания, что в принципе он и делает.       Он все продолжает это безобразие. Водит и водит, губа налилась кровью и набухла, но это не предел. Я приоткрыла рот и коснулась кончиком языка его пальца. Самый натуральный ходячий афродизиак. Пелена в его глазах проходит, и они чернеют. Его охватило возбуждение. Пора бы это прекратить, иначе случится непоправимое. Я отстраняюсь от него, оставляя в полном негодовании. — Может хватит жить по правилам? Делай то, что хочется, — ему мало, но я знаю, что мы оба пожалеем об этом на утро. — Я и так делаю, что хочу. И сейчас я хочу, чтобы вы проспались, — под неодобрительный хмык стягиваю быстро обувь и отвожу в гостиную.       Едва учитель принимает горизонтальное положение, раздается храп. Ну и противный же он. На кресле лежит подушка, которую я кое-как запихиваю ему под голову и накрываю пледом. Сама тихо ухожу, прикрыв за собой дверь. Аромат в коридоре стоит такой, что мама дорогая. Незамедлительно открываю окно на кухне. Надеюсь за ночь выветрится.       Я выполнила все манипуляции по предотвращению признаков нетрезвого учителя у себя дома и поднялась в комнату. После такой картины пропало всякое желание продолжать начатый рисунок. Я махнула на него рукой и переоделась в пижаму. Лежа в своей мягкой кровати смотрю фильм, который пересматриваю уже в сотый раз, иногда прислушиваюсь все ли внизу в порядке. Он по-прежнему издавал противный храп. Не знаю, как у меня вышло, но каким-то неведомым способом все-таки уснула.