Часть 37

      Прошла примерно неделя. Я уже могу вставать с постели, держать ложку и даже пытаться ходить. Правда, мне всё ещё нужна помощь, чтобы передвигаться. В основном мне помогает Денис. Он почти не покидает мою палату: спит на диване, питается в кафе через дорогу, а душ принимает здесь же. Мои родители привозят ему чистую одежду, потому что он не собирается оставлять меня ни на минуту.       Сегодня я впервые за долгое время почувствовала себя свободной и счастливой. И всё потому, что сегодня не было тех надоедливых вопросов, не было этих нервных хождений туда-сюда, не было никаких предложений. Я устала от него, очень сильно устала. Когда я прошу его рассказать мне что-нибудь о нас, он всегда откладывает это, ссылаясь на то, что я ещё не готова услышать. Но стоило мне провести всего лишь три часа в компании родителей и увидеть одну фотографию, на которой мы втроём, как я сразу же всё вспомнила. Мама тогда сказала, что они с Денисом приложат все усилия, чтобы я скорее восстановилась. Но почему-то от него я не вижу такого же бурного желания помочь мне. Он только и делает, что играет на моих нервах. — А где Денис? — пытаюсь присесть, но ничего не выходит.       Мама отложила журнал и помогла мне. Когда у тебя перелом правой руки, трёх рёбер и огромная гематома на бедре, не так-то просто приходится. Но врач сказал, что мне ещё повезло. Обычно в таких случаях ломают шеи, позвонки и прочее. Я очень рада, что теперь смогу ходить самостоятельно и вертеть головой. Это настоящее чудо. Поэтому я старалась не жаловаться на боль, которую чувствовала при каждом движении. Ну, разве что врачу, а больше никому. — Вчера нам всё же удалось отправить его домой, — сказала она, заставив себя улыбнуться, и села обратно.       Я сразу обозначила границы нашего общения. Я попросила её уважать моё личное пространство и не докучать мне, а также не вести себя так, будто она без ума от меня. Мои родители нехотя, но согласились с этим.       Я вижу, что мама больше не читает журнал. Она задумчиво смотрит в окно. Её вид совсем не такой расслабленный, как пару минут назад. — Тебе он не нравится? Ты была против наших отношений? — она поворачивается ко мне и улыбается. — Какие у вас были отношения? Вы встречались всего два месяца в одиннадцатом классе, а потом ты его бросила, потому что… — она замолкает и вздыхает. — Хотя нет, забудь, — я удивлённо смотрю на неё. Я не помню ничего, чтобы можно было забыть.       В этом рассказе много неточностей. Денис говорил, что мы вместе уже два года, или он просто не очень хорошо ориентируется во времени? К тому же, он утверждает, что мы с ним одноклассники. Теперь у меня к нему много вопросов. На этот раз ему не удастся избежать ответов. Если он хочет помогать в восстановлении, то пусть помогает.       Я больше не задавала вопросов, а просто смотрела в стену напротив. Через пару минут в дверях появился Денис. Он был свеж и опрятен, одет в белую рубашку и джинсы. Я про себя удивилась, зачем он так нарядился. Он с улыбкой на лице сел рядом со мной и поцеловал меня в щёку. От него вкусно пахло, и я невольно улыбнулась. — Не хочешь прогуляться? — он берёт меня за руку и гладит костяшки пальцев. Это так мило. — Да, было бы неплохо.       Нам определённо стоит прогуляться и побыть наедине. Мне нужно заново узнать его и понять, что мы можем дать друг другу. Это будет долгая прогулка. Денис помогает мне сесть в кресло и выкатывает к лифту. Хотя я уже пытаюсь ходить, но не на такие большие расстояния. Пока мы спускались, молчали. Мне было неловко ловила на себе его взгляды. Я не думаю, что девушка в инвалидном кресле с гипсом может вызывать улыбку, которую я вижу на его лице. Что с ним происходит?       Он везёт меня по узкой асфальтированной дорожке прямо к пруду, где сегодня плавают чёрные лебеди. Он подводит меня к пологому берегу и садится на траву. Мы оба молчим, но я решаюсь нарушить эту тишину. — Почему мы расстались? — он опустил голову и начал нервно заламывать пальцы. — Почему ты решила, что мы расставались? — спрашивает он, щурясь от солнца. — Мама сказала, что мы встречались в школе месяца два.       Денис предлагает мне хлеб, и я отламываю небольшие кусочки и кидаю их лебедям. Они совсем рядом. Удивительно, но обычно они не подпускают людей так близко. — Ты мне врёшь? — он молчал, и я сделала вывод, с которым он мог бы не согласиться. — Да, мы встречались в школе. Но мы продолжали общаться и после твоего отъезда. Даже проснулись в одной кровати после выпускного. — он ухмыляется, но его вид совсем не радостный. — А потом мы встретились здесь. Снова начали общаться, а потом и встречаться. Ты даже согласилась выйти за меня. — Когда это было? — очень стараюсь вспомнить, но не могу. С родителями я чувствовала себя по-другому. В моей голове иногда всплывали воспоминания из прошлого, но не сейчас. Сейчас там пусто.       Я чувствую себя не совсем комфортно рядом с ним. Каждый раз я нахожусь в напряжении и мне кажется, что я должна быть где-то в другом месте. Однако мне ничего не остаётся, кроме как принимать то, что он говорит. Я стараюсь полюбить его заново, раз уж мы были парой. — Помнишь, как тебя сбила машина? В то утро мы проснулись, и я сделал тебе предложение. Ты сказала «да», а потом ушла в аптеку, потому что накануне здорово напилась, — мы оба усмехаемся. — Тот день был ужасным. Я места себе не находил. Но я рад, что тебе становится лучше.       Его пессимизм сейчас совсем некстати. Я беру его за руку и сжимаю её. Он подносит её к губам и оставляет на ней влажный поцелуй. — Я любила тебя? — он прижимается щекой к моей руке и продолжает свой рассказ. Неужели я наконец готова услышать правду? — Да, это было прекрасно. После нашей встречи я ни на секунду не хотела с тобой расставаться. Мы даже вместе принимали душ, — и тут меня озаряет вспышка нечеткого вспоминания.       Я закрываю глаза и вспоминаю. Шум воды, запотевшее стекло душевой кабинки, чьи-то руки, упирающиеся в него, тихие стоны. Наверное, это были мы. Секс в душе? Должно быть, это было приятно. — Не могла заснуть если я не обниму тебя, любила готовить по утрам омлет с помидорами и кофе сама варила. Ты очень вкусно готовишь. Я тебя всегда ревновал, вокруг вечно было много парней…       Прерываю душевный рассказ и понимаю, что я была без ума от этого человека. И он, кажется, чувствовал то же самое. Я продолжаю держать его за руку и смотреть на озеро. — А тебе тогда понравилось заниматься сексом в душе? — он сжал руку в кулак и, кажется, выругался себе под нос. Я не понимаю, почему он так реагирует на мои вопросы. Как будто я спрашиваю что-то неприличное, запретное. — Мне всё нравится, что связано с тобой, — говорит он, поднимаясь и беря моё лицо в свои ладони. Его губы нежно касаются моих, и мы сливаемся в поцелуе. — Надеюсь, что сейчас у меня всё получится.       Я не понимала, что он собирается делать. И вот, спустя долю секунды, он достал из заднего кармана кольцо, опустился на одно колено и протянул его мне. Все, кто был с нами у озера, внимательно следили за этой сценой. От смущения мои щёки покраснели, почувствовала, как они пылают. — Даша, ты лучшее, что случалось со мной в жизни. Выйдешь за меня?       Весь сад замер в ожидании моего решения. Милые старушки на скамейке рядом с волнением сложили руки и что-то бормотали. Медсёстры перестали катить каталки с больными старичками и тоже ждали развязки. Даже лебеди перестали плавать, они стояли неподвижно, как вкопанные. За забором даже собака перестала лаять.       В целом Денис производит приятное впечатление. Он красив и обеспечен, так говорят родители. Кажется, он не вызывает у них неприязни. И если я согласилась выйти за него замуж, значит, он того стоил. — Да, — робко говорю я, и его лицо озаряется улыбкой.       Он бережно надевает мне кольцо на левую руку и целует меня. Кажется, счастливее момента не найти! Все громко аплодируют, а через минуту продолжают заниматься своими делами. К нам подходят врач и родители. — Поздравляю, молодожён. И у меня в качестве подарка есть новости.       Мы все замерли в ожидании. Денис сразу же взял меня за руку. Он боялся, что если новость окажется неприятной, я могу не выдержать. В этом он был отчасти прав. Врач увидел, что наши лица стали тревожными и исказились от страха, и покачал головой. — У меня для вас отличная новость! Вы можете вернуться домой уже через неделю. Ваше состояние вполне стабильно для перелёта. Мы снимем гипс, и хотя рёбра ещё не срастутся полностью, они будут выглядеть вполне прилично. Ещё раз примите мои поздравления!       С этими словами он попрощался и ушёл. Я взглянула на маму, и она сразу же начала оправдываться. — Тебе придётся отложить учёбу. Мы уже всё обсудили. Когда поправишься, то сможешь вернуться и продолжить обучение. Не волнуйся. Но сейчас лучше поехать с нами домой. Мы не можем всё время здесь находиться, а одну не оставим.       Она права, я не смогу жить одна. Как бы грустно это ни звучало. Я киваю в знак согласия, и мы едем обратно, по пути обсуждая предстоящую свадьбу.       В палате меня укладывают на кровать, и каждый из присутствующих хочет меня поцеловать, как маленькую. — Мы, пожалуй, пойдём. Отдыхай. Увидимся завтра. Принести тебе что-нибудь? — Нет, не нужно. Пока.       Родители ушли, оставив нас вдвоём. Денис присел на край кровати и посмотрел на меня. Сегодня его взгляд был особенно тёплым и добрым. Он коснулся моей щеки и нежно провёл по ней большим пальцем. — Я, наверное, тоже пойду, соберу наши вещи. — Как ты здесь оказался? — этот вопрос не давал мне покоя с тех пор, как мы были у озера, но только сейчас я о нём вспомнила. — Футбол. Я долго и упорно тренировался, чтобы оказаться здесь, с тобой, — это… это так романтично, не правда ли? Я улыбаюсь ему и накрываю его руки своими. — И ты готов всё бросить и вернуться? Здесь, наверное, хорошие перспективы, — он тихо смеётся. — Да, они хороши, но зачем они мне без тебя? К тому же сейчас это не самое главное. Я смогу найти и другие способы заработать. Тебе не стоит беспокоиться, у тебя будет всё, что пожелаешь. Я тебя люблю. — Поцелуй меня.       Он без колебаний касается моих губ и уверенно проникает языком в мой рот, углубляя поцелуй. Я стараюсь сосредоточиться на ощущениях и прочувствовать их. Это, безусловно, приятно, но всё же чего-то не хватает. Я не чувствую тех самых «бабочек в животе», о которых так много говорят. Денис отстраняется и смотрит на меня, облизывая и без того влажные губы. — Иди, я хочу отдохнуть. Он кивает и уходит. Но, задержавшись в дверях, спрашивает: — Почему ты не отвечаешь мне взаимностью? — я опускаю взгляд и рассматриваю узоры на пледе, напоминающие полосы зебры. — Будь честна. — Дай мне время. Если все, что ты говоришь наичистейшая правда, то обязательно услышишь эти слова. Но я должна все вспомнить для меня это важно. Такими словами не разбрасываются.       В раздражении он отворачивается и выходит из палаты. Я с трудом усаживаюсь на кровати и включаю телевизор. Телевизор включается на случайном канале, где идут новости. Диктор рассказывает о выдающихся учёных. На экране мелькают их фотографии и работы. Затем он переходит к недавним научным открытиям.       На прошлой неделе состоялся химический форум, где начинающие и опытные химики представили свои диссертации и научные доклады. Среди множества работ особенно выделилась работа российского химика Дмитрия Николаевича Лаврова на тему «Нефтехимия». Эта работа была признана лучшей.       После её слов показали кадры того самого счастливого момента. Молодой человек получил большой денежный грант и сможет продолжить своё исследование в лучших лабораториях мира с лучшими химиками. Он был невероятно счастлив. Боже, этот парень невероятно красив. Я не могла отвести взгляд от его лица. Оно казалось одновременно знакомым и нет.       Я выключаю телевизор и пытаюсь заснуть. Но стоит мне закрыть глаза, как перед ними возникает картина, которую я видела днём: душ, запотевшее стекло и мужчина… красивый мужчина.