Where you are

Никита держал бритву, аккуратно прикладывая её к своему лицу, сбривая щетину. Голубые глаза смотрели на него по ту сторону зеркала, так и молившие о том, чтобы этот день поскорее закончился. С новоприбывшей популярностью вылезли, как оказалось, первые проблемы. Сравнимо это было с весной, когда снег тает, и под ним появляется собачье дерьмо. — Сука, блять, — остепенился он, слегка порезав кожу. Швырнув бритву в раковину, попытался остановить кровь. Это не рана, скорее небрежная царапина. Сегодня у него запись клипа к новой песне, ему нельзя ни в коем случае появляться с какими-либо дефектами кожи и лица. Это просто не будет сочетаться с его стилем. Промыв ободранный участок кожи водой, он продолжил бритье. Когда с этим было покончено, приложил к лицу полотенце, окрашивая его в свою же кровь. — Ну кончи ты уже, блять, — закатив глаза, выругался снова Коробыко. С приложенным к щеке полотенцем дошел до своей спальни и, взяв телефон с зарядки, открыл мессенджер с группой, где его друзья. «Я порезался. Хз как выходить» Шикнув, Никита отбросил телефон, усаживаясь на кровати. Самостоятельная жизнь его порой выводила из себя. Ему так было порой впадлу делать самые элементарные вещи, что он даже приглашал к себе в гости подружку, с которой он был знаком со школьной скамьи. Эля смелая, Эля давала списать, Эля поддерживала его, когда в одиннадцатом классе Никита решил записать первый трек. Хотя, несмотря на все это, между Элей и Никитой никогда не было химии. Она для него как старшая сестра. Всегда поможет и выручит. Даже себе он так не доверял, как Эле. Решив, что это именно та ситуация, когда нужна помощь заботливой подруги, он снова взял телефон в руки и, набрав номер Эли, стал усердно ждать. — Заебал, блять, уже, — услышав на том конце знакомый голос, Никита улыбнулся, заводя за уши локоны волос. — Рад тебя слышать, — в приподнятом от голоса Эли настроении, ответил Никита. — Я твои трусы стирать больше не буду. Че хотел? — огрызнулась девушка, — И я щас занята. — Чем ты занята? — удобно усевшись на кровати, Никита убрал с лица полотенце и, снова заметив на нем кровь, закатил глаза, — У меня тут ЧП. — Разбирайся сам, не маленький уже. — Пожалуйста. — Нет. — Куда я без тебя? — Верно. Ты даже с организаторами концерта никак не мог сам договориться. — Для этого вроде и существуют друзья? — с надеждой в голосе спросил блондин. — Я не твоя мамочка, — а Эля в этот раз была серьезнее некуда. — Ладно, че там? — Я порезал щеку. Как обработать? На том конце послышался звонкий смех девушки. Она старалась успокоиться, но вскоре смех перерос в кашель. — Никит, ты долбаеб, — девушка сразу повеселела. — У тебя какой-то важный день сегодня? — Клип. — Значит косметику брать с собой? — Возьми. Уберёшь это недоразумение. — Хорошо, Ваше величество, — в свойственной для себя саркастичной манере ответила Эля.

***

Девушку пришлось ждать не совсем долго. Но за это время Никита успел остановить кровь и немного обработать рану. Та действительна была не совсем заметной и большой. Он сам для себя искал оправдания почему позвал именно Элю. Почему позвонил ей, раз все не так критично? — Ну, я порезался, — ответив самому себе, Никита вышел в коридор. — Она всегда поддержит, — снова себе под нос буркнул блондин. Раздался звон. Он подошел к двери и открыл. На пороге Эля. Его Эля. Она держала сумочку в руках, кажется готовая ею врезать по самодовольному лицу Никиты. — Так на твоем ебле нихуя нет! — девушка уже хотела замахнуться, но Никита выставил руку. — Пошли чай попьем. — Мне некогда. — Тогда замажешь мне рану, — положив на грудь тыльную сторону ладони, Никита в саркастичной манере по-особенному произнёс последнее слово, следом усмехнувшись. Эля только закатила глаза. Пройдя вглубь квартиры, девушка вышла к давно изученной гостиной, а вскоре и к спальне Никиты. Неоспоримо, здесь все было сделано минималистично и со вкусом, но безжизненно. Всю энергию у Никиты отнимала музыка. Не был сил и на обстановку собственной «берлоги». — Садись, — девушка указала взглядом на кровать. — Сажусь, — Никита послушно выполнил данный приказ, положив ладони на коленки. Эля, достав из сумочки косметичку, вытащила из последней крем для увлажнения кожи. — Чтобы тональная основа держалась дольше и лучше, нужно увлажнить кожу, — объяснила Элина и, точечно нанеся средство на лицо парня, начала заботливо растирать. Никита закрыл глаза, наслаждаясь прикосновениями подруги. Она встала перед ним так близко, что было ощутимо её теплое дыхание. Растерев крем, девушка нашла в косметичке тональную основу и прозрачную матовую пудру. Отлично. То, что надо. — Будет немного щипать, — предупредила Эля, взяв кончиками пальцев Никиту за подбородок. Он приоткрыл глаза, встретившись с её карими. Никита должен поспорить, но это впервые, когда Эля настолько близка к его лицу. Как странно, что он не замечал всю красоту девушки. Её припухлые губы, большие карие глаза, ровные брови и такой же носик. Даже так, сверху, она была неотразима. Почти всю свою жизнь Никита принимал Элю как за своего друга. Он даже порой шутил, что у неё должен быть между ног член. — Вроде всё, — Эля закончила с нанесением тональной основы и, открыв пудру, нанесла кисточкой сам продукт. Один миг дал Эле столкнуться с голубыми глазами Никиты. Она вдруг остановилась, ловя с ним зрительный контакт. Порой корила себя за то, что её лучший друг казался для неё симпатичным. Спору нет, у Коробыко много поклонниц, но ни одна девушка в его жизни не заменяла Никите Элю. Так получилось, что они платонически были близки друг с другом, понимали друг друга и без слов, всегда и абсолютно во всем поддерживали друг друга. Столкнувшись со взглядом парня, по спине невольно прошелся табун мурашек, гласивший далеко не о платонических чувствах. Быть может, в другой вселенной, они могли бы быть вместе, но это всего лишь глупые предположения. Эля знала, что она не подходит Никите, да и по типажу тоже. Она не была похожа на любую его другую бывшую, не была похожа на тех девушек, которые рядом с ним. Из сотни других Никита всегда выбирал не Элю. Только не её. Когда лицо парня было готово, а прежняя «рана» так и не выделялась на фоне всего остального, девушка отошла, закрывая косметические продукты и кладя их снова в косметичку, затем и в сумочку. — Вот, теперь всё хорошо, — она улыбнулась, посмотрев на парня. Но Никите не хотелось так быстро расставаться с ней. Скользнув рукой за спину девушки, он притянул её к себе. По неволе, Эля снова оказалась перед Никитой. Он продолжил безмолвно смотреть на неё снизу вверх, подчеркивая её красоту. Удивительно, как он ни разу не замечал того факта, что лучшая подруга довольно красива и симпатична, а за все шутки, по типу, что она останется в девах, ему стало вмиг стыдно. Никита тотчас понял, что она в девах то оставалась только из-за него одного, поскольку сам не давал прохода потенциальным парням. — Что ты делаешь? — с хрипотцой в голосе спросила Эля, попытавшись вырваться из рук парня. — Ничего, — освободив оскал, ответил парень, переложив свои руки на талию девушки. — Я вдруг понял, что ты можешь приукрасить и другие черты моего лица. — Дурак, — данное заявление вызвало у девушки только непроизвольный смех. — И какие же? — Губы. Не дав ей ответить, Никита потянулся к её лицу, затем и к затылку, наклонив к себе. Эля не сопротивлялась, зная, что это когда-нибудь и случилось бы. Оказавшись в миллиметре от её губ, блондин снова взглянул в её глаза и, как бы ожидая разрешения, улыбнулся. Эля только облизнулась. Накрыв своими губами губы девушки, он вдруг ощутил и восторг, и некое ликование в душе. По телу пробежался холодок, а руки невольно стали трястись, словно при самом первом поцелуе. Эле было не так удобно стоять перед парнем наклонившись, поэтому, раздвинув ноги, она села на его коленки, запуская пальцы в его длинные волосы. Страх перед парнем словно рассекся, оставляя за собой только глупое послевкусие. Эля не несла в данный момент ответственности за свои действия, но явно понимая, какую ошибку она совершает. Но была ни была. Всё равно искушение перед лучшим другом сыграло бы с ней в злую шутку. Главный вопрос: «Когда?». Поглаживая её спину, касаясь невзначай лопаток, Никита только отсчитывал краткие секунды до того, как бы не повалить девушку на свою кровать, не оказавшись сверху. Ощутив между ног твердый стояк парня, Эля покрылась румянцем, но, видимо, чтобы произвести на него хорошее впечатление, стала тереться об него, покачивая бедрами. Никита издал глухой стон, а вскоре поднялся, держа подругу на своих руках, неохотно отрываясь от её губ. — Эй, — она рассмеялась, но не успела ничего сказать, как оказалась под парнем на его кровати. Парень взял её за запястья, поднимая руки девушки над её головой. Задрав края её футболки, Никита коснулся губами к её животику и стал краткими поцелуями прочерчивать себе путь к самому заветному. Эля откинула голову назад, кусая губы, дабы сдержать подступающие стоны. Поцелуи Никиты были если не самыми лучшими, то только сильной микстурой от любых невзгод. — Ты не надела лифчик? — ухмыльнулся он, коснувшись губами грудей девушки. Эля, прогибаясь в спине, словно бы специально подставляет свою грудь к его губам. Никита от её смелости даже хватку на её запястьях ослабляет, отчего девушка смогла в полной мере снять с себя эту ненужную футболку, давая парню весь контроль над собственным телом. Он посасывал соски, шлепая ладонями по плоти, кусал их, извивал и глумился над бедной Эленькой. Но, когда девушка простонала под ним, Коробыко понял, что больше так не может. Встав перед ней, срывает с себя майку, оставаясь с голым торсом, а Эля так и тянется к его джинсам, чтобы самой помочь справиться с застежкой. Никита и не против, слегка только помогает, подставляя ручку девушки к своему паху. — Сожми его, — она это делает. — О да… — откинув голову назад, протягивает со стоном он. Эля справляется с застежкой на его джинсах, спускает их вниз, Никита помогает ногами, оставаясь теперь в боксерах. Он тоже не медлит, небрежно и на скорую руку разрывая её джинсы. Оказываясь снова под парнем, Эля кусает губы, продолжая смотреть в голубые, глумившиеся над ней, глаза Никиты. Он был весьма серьезен, только глупая и едва заметная ухмылка на лице выдавала его. Прикоснувшись указательным пальцем к её клитору сквозь тонкую ткань трусиков, Никита почувствовал мокроту на ткани. Улыбнувшись, он надавил на клитор девушки, чем спровоцировал вырвавшийся стон с губ Эли. — Тебе нравится? Я могу закончить, — осведомляет он, продолжая массировать. — Нет, не заканчивай, — вздыхает девушка, продолжая извиваться и кусать губы. Отодвинув ткань трусиков в сторону, Никита стал медленно поглаживать влажные складочки Эли, раздвигая их своими пальцами. Ему нравилось смотреть на подругу так: беззащитную и совсем уязвимую, полностью обнаженную. Она была только его. Он не зря позвал девушку к себе. Парень чуть отодвинулся и слегка наклонился, оказавшись между её ног. Эля только успела пискнуть перед тем, как Никита сменил пальцы своим языком. Вставляя внутрь лоно девушки, он сам ощутил чуть горьковатость её смазки. В голове невзначай пролетела мысль, что он всегда хотел узнать какова она на вкус. Именно так. — Боже, — с дрожью в голосе протянула Эля, в очередной раз вцепившись в волосы парня своими пальцами, как бы натягивая их на себя. — Тише, — заботливо произнес Никита, нежно посасывая клитор девушки. Эля хотела закончить эту пытку, но чтобы он наконец-то вошел в неё уже не пальцами и далеко не языком. Она тоже вдруг захотела сделать ему приятно. Даже стало вмиг интересно, скольким девушкам он лизал? В последний раз проведя языком по мокрой плоти, Никита приподнялся и, взяв девушку за ноги, потянул на себя. В данный момент времени его не заботила никакая защита. Он знал, что сделает свое дело без каких-либо последствий, да и голова была забита далеко не этим. Потому что он давно хотел Элю. Во всех позах. Спустив с себя боксеры и наконец освободив стоящий и твердый член от дискомфорта, Никита смог теперь сполна насладиться девушкой. — Ты целка? — спрашивает он, беря смазку девушки на кончики пальцев и обмачивая ею головку члена. — Нет, — цедит Эля. — Когда успела? — он усмехается, надавливая головкой на проход. — Не твое дело, — огрызается подруга. — Моё, моё, — в своей интонации отвечает он. — Ладно, потом разберемся, — Никита шлепает девушку по ляжке. Толкнувшись раз, он оказывается в ней по головку. Элина откидывает голову назад, чувствуя пульсацию между ног и некое жжение. Она готова признать, что член Никиты был куда больше, чем у прежних партнеров. — Или ты всё же целка… — размышляет парень, снова толкаясь внутрь Эли. — Заткнись, — просит Эля на выдохе. Толкаясь в последний третий раз, парень оказывается в Эле до основания. Чувствуя теплоту, вперемешку с необъемлемым удовольствием, он вдруг понимает, что Эля не стала для него трофеем или наградой. Скорее девушка была все эти годы недосягаемой мечтой, за которой так глупо и слепо следовал Никита. Сейчас он понимает, что получает полное изумление и страсть только от одного этого вида. Медленно, но верно, начинает двигаться в ней, вскоре понимая, что это не было ошибкой. Это был тот исход, к которому он и она шли все эти годы. Эля, раскинув руки на кровати парня, не могла ни в каком из миллионов исходов допустить того, что будет так застегнута врасплох. Он достаточно наклонился перед ней так, чтобы Эля смогла обхватить его торс своими ногами. Продолжая вколачивать девушку в матрац в своей кровати, он вдруг вспомнил, как разделял с ней чувства и те невинные эмоции в момент поступления. Это, вроде бы, было так недавно. Никита понял и осознал, что всегда в первую очередь ставил именно Элю, никого другого. Постанывая, Эля вцепилась в его плечи своими ногтями, царапая, вскоре и спину. Никита получал от того немыслимый кайф, ведь она играла его фетишами, так и манипулировала им. Вскоре выйдя из неё, он приподнял девушку за ноги и поставил её раком перед собой. Шлепнув по подтянутой заднице, он поймал себя на мысли, что ни разу не замечал тонкостей и изяществ её талии. Или же вовсе не хотел замечать. Войдя в неё снова и обхватив её за бедра, Никита стал двигаться, но уже не так медленно, как раньше. Её плоть билась об его член, провоцируя шлепки по всей комнате. — Да… — выдыхает девушка, теряя контроль над собственным руками. Она падает лицом в подушки, а Никита приподнимает ногу и ставит её на спину девушки, глубже вдалбливаясь в её податливое тело. — Я так давно хотел этого, — признается парень, продолжая грубыми толчками вколачиваться в девушку. А она, теряясь в своих чувствах, не может ему ничего ответить. И стыд, и похоть завладели ею. Эля понимает, что Никита всегда был желанный ею. Она так долго пыталась скрыть свои чувства, но понимает, что только она могла так легко и просто подчинить парня себе. Поняв, что он находится на достаточном пределе, резко выходит из девушки. — Повернись ко мне, — осевшим голосом твердит он. Эля так и делает, поправляя каштановые волосы. Входит в её рот своим членом, продолжая надрачивать его. Эля ощущает горький привкус смазки и набухшие вены, кругом наседавшие по органу. Никита ставит ладонь на её затылок, надавливая, а Эля чуть давится, но принимает член во всю его длину. Чуть толкнувшись в ней, он густо кончает. Эля чувствует на языке вкус горькой спермы, морщась, сглатывает. Никита гладит её по макушке, пошлепывая по щеке.

***

Никите потребовалось только минут пятнадцать на ванные процедуре, а Эле — чуть больше часа. Он не смел её как-либо трогать, поскольку знал, что подруге нужно всё переварить. — Тебе до дома заказать такси? — спросил Никита, когда Эля вышла из душа в одном лишь полотенце на теле и с мокрыми волосами. — Ну закажи, — ответила девушка. Никита подошел к ней, поцеловав в губы. — Всё хорошо? — Всё хорошо, — на выдохе произнесла Эля, кажется, борясь с внутренними демонами.