Oh my lord

С тех самых пор Эля перестала быть обычной подружкой, которой можно поплакаться в плечо и пожаловаться обо всех насущных и самых неважных проблем. Эля, из обычного слушателя, стала Никите вмиг решением всех этих проблем. Она — глоток свежего воздуха, яркий и теплый лучик солнышка в особые облачные дни. Друзья Никиты не понимали почему он так привязался к этой девчонке, почему именно она. Они не знали и не хотели, видимо, знать почему Коробыко берет Элину практически на все мероприятия. Сам парень не обговаривал с девушкой тему отношений, да практически ни разу не упоминал. Зато всегда, абсолютно всегда таскался с ней рядом, переживал за неё. Грубо говоря, секс с ней только сблизил и дал проникнуться к девушке уже не на платоническом уровне, а на самом и самом романтическом. В один из дней, когда был запланирован один очень громкий и, наверно, самый масштабный сольный концерт Никиты, как уже нкея, он, из всех своих близких и друзей, взял только Эленьку. Ему было в тягость без неё. Сердце замирало, а в грудь что-то давило с такой силой, что невозможно было дышать. Только присутствие Эли поддерживало его состояние. Но Элине самой не нравился факт таких «взаимоотношений». Сама не заметила, как из обычной школьной подружки тотчас перевоплотилась в девушку на побегушках. Если Никите плохо, она рядом, а ей… Ей никогда не бывает плохо. С самого раннего детства старалась все свои проблемы при себе держать, зато когда Никита в три часа ночи захочет выпить чего-то крепкого, она сразу ехала к нему с бутылкой полусладкого. Как бы мечтая намекнуть ему об этом, сама не восприняла тот факт, что согласилась поехать с ним на концерт, посмотреть на него из-за кулис. День икс. За два часа до концерта. Элина несется по коридору с сумочкой в руках. Никита сказал: «Это очень важно, а мои гримеры нихрена не умеют». Элина как всегда поверила. С неким сочувствием к парню, она выполняла все его просьбы и на эту сразу же спохватилась, поскольку любила, лелеяла. Он для неё нечто большее, чем друг, больше, чем обычный знакомый со школы. Она отношения с ним воспринимала за нечто, чем платоническое, за что-то, что обычно имеет даже сакральный смысл. Зайдя в гримерку артиста, она удивилась разбросанными вещами, грязным и заляпанным зеркалом, кучей влажных салфеток, а главное — отсутствию самого Никиты. Нахмурившись, девушка скользнула рукой к задним карманам джинсов, достав телефон. Заметив сообщения от него, разблокировала экран и вошла в чат. Никита я ушел за кофе, подожди плис Никита прости) Эля Ты охренел? И сколько мне тебя ждать? Но ответа от парня не последовало. Вздохнув, Эля сложила косметичку на стол с зеркалом, а сама села на кожаный черный диванчик рядом, немного отодвинув вещи Никиты в сторону. Эля вечно подчеркивала, что, если у Никиты бардак в голове, то и в его рабочей зоне будет тот же самый бардак. Даже у него в квартире подобным образом он объяснял, что ищет вдохновение. Секса в её жизни после того раза с Никитой стало больше. Она раскрыла себя с той самой стороны, о которой раньше и не догадывалась. Если раньше для неё секс с партнером являлся ничем особенным, как простое продолжение рода, то после Никиты, секс в её понимании — выражение чувств, получение удовольствия. Окинув гримерку взглядом, она заметила на заляпанном зеркале собственное фото в маленьком форматике. Улыбнувшись, девушка привстала, подойдя поближе. Действительно, её в жизни Никиты стало так много, в каждой из самой малозначимой вещи. Немного успокоившись и остудив пыл, девушка села за кресло, посмотрев на себя через призму зеркала. Карие, бегавшие из стороны в сторону глаза гласили только о некой панике и тревоге. С тех пор, как они прибыли в этот клуб, она ни разу не видела Никиту. Только мельком. Без него в душе пусто становилось, а мимо проходящие люди — просто незнакомцы. — Вот как, — закрыв глаза ладонями, протерла до разноцветных кругов и снова открыла. Оставалось только безнадежно ждать. Безответственность парня порой её шокировала. Он жил одним днем, не заботясь о будущем. Тот факт, что она ходит за ним, как собака на поводке, злил, однако ничего больше не оставалось делать. Сама подписалась на этот контракт, как она любит подмечать, с дьяволом. По прошествии получаса от Никиты никаких вестей. Эля пару раз выходила из гримерки, попытавшись отыскать его где-нибудь еще. Но ничего. Даже на звонки не отвечал, сбрасывая. Паника заиграла свое. Сердце Эли начало стучаться в два раза сильнее обычного. Кровь по венам бежит на перегонки, а воздуха с каждой секундой словно становилось меньше и меньше. Приняв свое поражение, Эля в последний раз звонит Никите, стоя в глухом темном и душном коридоре, облокотившись об стенку. Парень снова сбросил, а Эленька потеряла всяческую надежду. Получается, он её кинул? В день своего же концерта? Бред. Но, вместо того, чтобы потакать Никите, она могла заняться своими делами, быть сейчас дома, читать книжки, выполнять домашку в университете. Открыв снова чат с парнем, в чувствах настрочила ему незамысловатое сообщение: Эля Я устала ждать. Здесь я никого не знаю. Ты уехал, даже не предупредив меня. Я пойду в тц посижу лучше. Как и следовало ожидать, он даже не прочел. Иконка онлайна была скрыта, заместо неё показывало, что парень был в сети недавно. Это ничего не говорило Эле. Она была зла в ту же секунду. Помимо внутренней злобы, внутри противились досада и возмущение. Да даже отвращение к самой себе. Она уже хотела уходить, но в ту же секунду поняла, что забыла косметичку в гримерке. Направилась в обратном направлении, немного успокаиваясь. Всё же, думала над тем, чтобы подождать парня, поговорить с ним. До концерта оставалось совсем ничего, однако гордость и умение постоять за себя взяли вверх. Девушка, зайдя в гримерку, сразу нашла свою косметичку, забрала её и мимолетно взглянула на свое фото, висящее на зеркальце. Отведя взгляд, она также быстро вышла из комнатушки, уйдя к выходу. Голова гудела, на виски давило. То ли от того, что было очень душно, то ли от того, что она уходит, пообещав парню быть рядом с ним в этот день. Дойдя до одной единственной двери в конце коридора, она уже хотела открыть её, но её перебило внезапное касание чьей-то руки. — Блять, — повернувшись, заметила голубые родные глаза и немного запыхавшийся вид Никиты. — Ты куда? — звонко послышался его баритон. Улыбнувшись краем губы, спросил парень, всё еще крепко держа девушку за локоть. — Я устала тебя ждать. Ты не читал мои сообщения? — Эля хоть и в глубине души была рада, что наконец за тот «долгий» промежуток времени увиделась с ним, однако негодования и обиды было в разы больше. — Интернет закончился, — оправдался он. — Такие пробки были ужас. — Какие, блять, пробки? — девушка попыталась освободиться от хватки парня. — Отпусти меня, — сопротивляясь, добавила она. Никита, резко и без предупреждения, прижав девушку к стене, поднял её руки над головой, внимательно изучая её лицо, мимику. Вздохнув, он ответил: — Хватит. Всё, — а Элина и вправду немного успокоилась под его натиском, глупо сглотнув ком. — Прости, пожалуйста. — Не стоит извиняться, — с хрипотцой в голосе сказала девушка. — Отпусти мои руки. Никита так и сделал, уже готовый получать звонкую пощечину от Элины, но она этого не сделала, даже и не попыталась выйти из такого трудного положения — быть прижатой между ним и стенкой. Элина не могла и поспорить с тем, что из-за него все её чувства одурманиваются, доходя до точки кипения. По телу невольно прошелся табун мурашек, а внизу живота запорхали бабочки. — Успокоилась? — вздохнул он, облизываясь, — Или мне стоит успокоить тебя самому? — И как же? — усмехнулась Эля. Не дав ей принять решение на «побег», Никита накрыл её губы своими, сразу же раздвигая их своим языком, посасывая. Обмякнув под ним, девушка переместила ладони к нему на плечи, крепко вцепившись в них, затем к нему на затылок — запуская пальчики в мягкие волосы парня. Никита тоже времени зря не терял. Запустил свою холодную ладонь под футболку девушки, проскальзывая от животика до грудей. Эля, ощутив его руки, прогнулась навстречу, продолжая наслаждаться поцелуями парня. С её губ он кратко перешел на шею, посасывая тонкую кожицу, кусая, затем и к ключицам. Между ног у Эли вмиг стало мокро и, попытавшись совладать с волнами возбуждения, она сжала их, выпустив первый стон. Коробыко понял, что рано или поздно их здесь заметят, так что, остановившись, он перевел дыхание, чуть отойдя от девушки. — Пошли в гримерку, — низко и так тихо произнес Никита. — Здесь опасно. — Боишься, что твои фанатки заметят? — она улыбнулась, поправив волосы. Ничего не ответив и взяв девушку за руку, Никита повел её в обратном от выхода направлении. Эля, смеясь, последовала за ним, понимая, что в очередной раз была застигнута врасплох. Дойдя до злосчастной гримерки, в которой девушка ждала парня долгих полчаса. Элина зашла первая, снимая с себя сразу футболку, а Никита, выглянув, убедился, что никого в коридоре не было, зашел следом, плотно закрыв дверь на ключ. Его движения были скорыми, небрежными и скорее очень и очень нетерпеливыми. Он сбросил с диванчика все вещи, стянув с себя майку без рукавов. Никита, подойдя к Элине сзади, обжигая своим дыханием её обнаженную спину, накрыл ладонями её грудь, прикоснувшись к затвердевшим соскам. Прокрутив их пальцами, шлепнул по плоти, провоцируя очередной стон с губ девушки. — Потише, — он улыбнулся, скользя ладонью по её животику, затрагивая самые чувствительные места. Повернув девушку к себе, он спустил вниз бегунок молнии на её джинсах, открывая вид на её трусики. Спустив надоедливую одежду вниз, Элина только помогла ножками, перебивая дыхание. Никита, опустившись на коленки перед девушкой, проходит краткими поцелуями по её бедрам, особенно остановившись между. Отодвинув ткань белых трусиков девушки в сторону, он прикоснулся большим пальцем к самому, как он сам считал, сокровенному месту — к клитору. Надавив на него, Элина снова издала стон. Никита усмехнулся, продолжая круговыми движениями массировать, смотря снизу-вверх в зеленые глаза девушки. Эля, сжимая руки в кулаки, впивала ногти до покраснения в ладони, оставляя на них следы. Поняв, что она почти на пределе от обычной мастурбации, Никита встал с колен, взяв девушку за руки и переместился с нею на диван. Она, молча поджав губы, наблюдает за его действиями, полностью покорная блондину. Нависая сверху девушки, он снова поцеловал её в губы, проталкиваясь языком, снимая с неё трусики. Элина прогибается, ощущая, жар и затягивающий узел внизу живота. Снова прогнувшись и, ощутив следом звонкий шлепок по грудям, Эля простанывает. К члену сразу же прилипает кровь, а давящий дискомфорт в паху гласил о том, что он больше не может находиться именно так. Привстав, парень бегло снимает с себя джинсовые шорты, затем боксеры, освобождая набухший орган. Эля, сама раздвинув ноги, кусает губы, понимая, что снова оказывается в таком затруднительном для неё положении. Она опять проиграла ему, наплевав на собственные принципы. Никита бесил её своей безответственностью, хотя в этот момент она сама не лучше. Снова нависнув перед девушкой, он медленно, но верно вставляет в неё, тихо постанывая. Эля ощущает жар, затем наслаждение от того, что парень в очередной раз в ней. Поставив руки с двух сторон от девушки, Никита начинает толкаться. Сначала медленно, чтобы она немного привыкла, а затем чуть ускоряется, шлепаясь об её зад. Рыкнув, Никита проскальзывает под её спину, поднимая девушку, входя в неё по самое основание. Эля держится за его плечи, вонзаясь в них своими ногтями, царапаясь. — Блять, — простанывает девушка, кусая губы. Никита ничего не отвечает, смотрит ей в глаза, продолжая долбить её. Он понимает, что немного начинает уставать, поэтому ложится на диван, давая полную свободу девушке. Член выскальзывает. Элина берет его в ручки, сама садясь. Пискнув, она садится полностью, а Никита хватается за её бедра, сжимает их и проходится очередным звонким шлепком, оставляя красный след. По гримерке разрастаются хлопки, сопутствующие стонами — Никиты и Эли. Он хоть и твердил девушке быть потише, но в данный момент сам себе проигрывает. Улыбается. Она прыгает на нем, но вскоре тоже устает. Тогда Никита берет всё в свои руки. Вколачивается в неё, не жалея, шлепает. Жалко только то, что никак к губам её прикоснуться не может — слишком далеко. — Теперь успокоилась? — Никита улыбается, крутя головой, тем самым поправив волосы. — Успокоилась, — протягивает Эля. Она поднимается, затем сама становится раком, подставляя свою попу к Никите. Парень гладит плоть, затем снова шлепает. Элина от того вздрагивает, немного краснеет и закрывает глаза. Немного надавливая ладонью на её спину заставляет прогнуться под, отчего Элине приходится уткнуться лицом в диван, опустив руки. — Умница, — хриплым и низким тембром хвалит Никита, снова шлепая. Без предупреждения и совсем резко входит в неё, затем тянется к её волосам и наматывает их на кулак, из-за чего Эленьке приходится откинуть голову, закусив губу. — Не больно? — толкнувшись в ней, спрашивает Никита. — Нет, — на выдохе цедит девушка. Снова толкается в ней, но уже глубже, а затем наращивает темп, доводя снова до звонких шлепков по всей гримерке. Теряет счет времени, продолжая держать волосы девушки на своем кулаке, долбя её сзади. — В тебе так тепло, — подмечает артист, сжимая челюсть. Понимает, что так ему немного неудобно, Никита ослабляет хватку, полностью спуская волосы девушки с кулака и затем перемещая руки на её попу, раздвигая. Ему очень нравится смотреть на Эленьку так — полностью послушную и податливую. Прочистив горло, парень хватается за бедра, двигаясь, а затем останавливается. — Теперь сама, — еще один шлепок. Эля начинает двигаться, как бы сама насаживаясь на его член, чем провоцирует уже его стоны, разрастающиеся по всей комнатушке. Интересно, слышат их кто-нибудь или нет? — Ладно, теперь я сам, — он усмехается, сжимая её задницу, снова начав свою «пытку». Сам понимает, что долго так не сможет, да и нужно потом быстро переодеться и подготовиться к концерту, так что, снова ускорившись, он сношает девушку, не стесняясь своих грубых толчков и шлепков, не боясь оставленных на ней красных отметин. Чувствуя приближение, он резко выходит из неё, надрачивая и изливается Элине на спину. Она полностью ложится на животик, вздыхая. Со стола берет влажные салфетки и протирает ими девушку. Элина привстает. Её ноги дрожат, а в горле неимоверная сухость. Девушка садится на диван, облокачиваясь об спинку. — Боже, — протирает лицо. — Сколько осталось до концерта? — Сорок минут, — он улыбается. — Душа нет, так что… — Ладно, — Элина находит свои вещи, попутно протираясь влажными салфетками. — Тебя красить или так будешь выступать? — Я так устал. Лучше так.

***

Элина и Никита стоят около двери, ведущей прямо на сцену. Никита держит в руках микрофон, еще не подключенный к аппаратуре. — Я волнуюсь, может со мной выйдешь? — просит Никита, вечно поправляя волосы. — Нет, — Элина смеется, целуя парня в щеку. — Всё будет хорошо, я рядом. — Спасибо, — Никита вздыхает, обнимая девушку. — Я выхожу. Парень в последний раз целует девушку, выходит на сцену. С той стороны Эля слышит возгласы довольных фанатов и сама улыбается, радуясь за него.