Climb together

«У вас пару непрочитанных» Элина с мокрыми глазами вновь обращает свое внимание на всплывшее уведомление, смахивает его и вновь возвращается к чтению книги. — Опять цветы, — кричит Катя. — И от неизвестного, — рыжая подруга заходит в комнату, где Элина все эти дни заглушала свою боль. А ведь прошла только долгая неделя. За семь дней Бог создал мир, за семь дней Элина разрушила свой. Катерина ставит букет розовых пионов на стол к остальной куче, которую привез курьер. Рядом с ними валялись также нетронутые упаковки разных сладостей, которые Катя, с большой благодатью, помогала Эле скушать. Впрочем, последняя даже к подаркам Никиты не притрагивалась. — Это, что, пандора? — Катя подходит к Эле, под ногами которой таились пару пакетиков с ювелирными украшениями, — Черт, а он знает толк в примирениях. — с радостью за подругу, Катя рассматривает один из браслетов, перед этим аккуратно вытащив его из коробки. — Можешь забрать себе, — равнодушно фыркнула Эля, переворачивая страницу книги. — Может тебе стоит поговорить с ним? — после этих слов в Катю прилетает очередная подушка. — Нет! — перебивает Эля, — Даже слушать его оправдания не хочу. — Он так старается, — Катя демонстративно надувает губки, обиженно сводя брови вниз. — Ты его недооцениваешь. — Сорить деньгами все мастера, — Эля закатывает глаза, вновь принимаясь за чтение. — Меня еще не уволили? — Я сказала, что ты заболела, — Катя крутит браслет в руках и обратно упаковывает его на место. — Это твои подарки. Я не буду трогать их. — Тогда я их выкину, — даже не поднимая взгляд, отвечает Эля. — Забирай, если хочешь. — Если ты так настаиваешь… — Катя натягивает улыбку, — Эй. — она садится рядом с подругой, замечая у последней влагу в уголочках глаз. Приобнимая Рязанову, Катя кладет свою голову ей на плечо, мягко поглаживая, пытаясь успокоить. — Тч-ч-ч, — шепчет рыжая. — Не стоит плакать из-за таких идиотов. — Как я могла влюбиться в него? — Эля откладывает книгу, даже не оставляя на ней закладку и закрывает лицо ладонями, всхлипывая, — Он ебаное клише. — добавляет Рязанова. — Эй, — Катя убирает руки с лица Эли, подбадривая подругу. — Сходим погулять? В четырех стенах ты скоро сойдешь с ума. — Нет, — хоть и в глубине души понимала, что действительно стоит выйти на свежий воздух, однако осознание, что она, возможно, встретит Никиту меняло все планы на противоположные. — Я не хочу, спасибо, — успокоившись, Эля обнимает Катю в ответ. — Я не сойду с ума, потому что есть ты. Подруги улыбаются, но улыбки те были скорее натянутыми, чтобы сгладить положение. Внутри Кати бушевал самый настоящий пожар, готовый на своем пути разжечь абсолютно всё и каждого. У Эли наоборот — Рязанова всю свою боль направляла на что-то нужное, стараясь не давать контроль эмоциям, однако Катя каждую ночь слышала нытье Эли. Кате было больно не меньше Эли. — Я схожу за продуктами, проветриться, — Катя аккуратно встает с кровати. — Надену этот браслет? — она в надежде кидает взгляд на один из пакетиков. — Бери, что хочешь, — смахивая слезки, отвечает Эля, шмыгая. — И купи вина. — Не наделай глупостей, — Катя забирает пакетик, улыбаясь. — Я скоро буду. Поспи лучше. — Мне так жаль, что я стала буквально инвалидом, — потянувшись, Эля о чем-то задумывается. — Прости за весь этот беспорядок. — Ничего, — поджав губы, Катя выходит из комнаты, собирая огненные волосы в хвост.

***

Никита и Егор в квартире у последнего. Коробыко теряется в ликере, пока Юницкий помогает справиться ему со всей душевной болью. — Оля когда придет? — в полутрезвом состоянии спрашиваем Никита, закуривая третью по счету сигарету за этот вечер. — У родителей она щас, — огрызается Егор. — Самому не надоело? — парень бегло смотрит на пачки сигарет и алкоголь, — Почему не у себя дома? — Всё напоминает о ней, — Никита протягивает слегка разочарованный смешок. — Я ей снова цветы прислал. Курьер сказал, что дверь открыла рыжая девушка. — Это Катя, да? — Егор устало протирает веки и вздыхает, — Тёма ничего не писал тебе? — Нет, я ему врезал. Парни замолкают, услышав скрежет двери. Переглядываются. Егор встает первым, медленно проходя из кухни по коридору к прихожей, максимально тихо дыша. Он совсем позабыл, что после Никиты не закрыл входную дверь. На пороге рыжая девушка стоит. Не стоило и напрягать память, чтобы понять кто это. Вздохнув с облегчением, Егор проходит к ней, любезно проводя её вглубь квартиры. — Откуда ты узнала, где я живу? — Катя проходит на кухню, пока Егор верно плетется за ней. — Женя проболтался, — в смешке отвечает девушка, встречая Никиту. — Видок, конечно, у тебя паршивый. — Как она? — вскакивает Коробыко, поправляя засаленные волосы назад. — Блять, сходи в душ, — Катя смеется, язвительно затыкая нос. — Хуево ей, Никит. — Ему тоже не сладко, — добавляет Егор, явно недовольный приходу Катерины. Скрестив руки, Юницкий облокачивается об арку. — Зачем пришла? — За Никитой, — девушка сверлит Юницкого хмурым взглядом. — Потому что он зря тратит деньги. — Это всегда срабатывало, — добавляет Никита. — С Элей вряд ли, — Катя показывает свое запястье, обхваченное серебряным браслетом. — Красиво? Егор и Никита переглядываются. Юницкий пожимает плечами, уходя в гостиную. Он давно перестал понимать своих друзей, стараясь не участвовать во всей драме, которую они устроили. Егор хотел для себя и для Оли спокойной жизни, хотел такой жизни и для остальных, но ребята сами создают себе проблемы. Юницкий порой считал отношения Эли и Никиты чересчур наигранными, поскольку те начались с простого секса. Только потом, пораскинув мозгами, он осознал, что всё не так просто, как кажется на первый взгляд. Эля с ними шестой год подряд, познакомились они на выпуске, и Рязанова ещё ни разу не давала усомниться в себе. Никита всегда был влюблен в Элю, как и она в него. Не желая рушить прекрасную дружбу, они искали друг друга в разных знакомствах, что порой доходило до беспорядочных половых связей (только со стороны Коробыко). Егор всегда знал, что Эля боевая девушка — ей не нужны другие люди, чтобы забыть одного единственного. Только этот один единственный сам не давал забыть о себе. И обычная влюбленность переросла в нечто большее. Егор в любовь не верил до того, пока не встретил Олю. Такого же мнения был и Никита. А Шиловец, в свою очередь, слишком романтичный, давал постоянно разбивать себе сердце, за что и заслужил себе образ непутевого парня, которому никогда не везет в отношениях. А Егор знал, что Шиловцу не в отношениях не везет, а не везет в людях, с кем он эти отношения и начинает. До поры до времени все считали, что Егор самый везучий в плане отношений. Егору в принципе в жизни везло больше, чем Артему или Никите, только Юницкий сам того не признавал, отнекивался, хотя всё было на виду. Но Никита доказал совсем обратное. Начав отношения в более осознанном возрасте, он решил полностью поменяться и доказать себе старому, что любить одного человека — это самое лучшее, что есть вообще в мире. Коробыко, поняв, переосмыслив все свои старые ошибки, ухватился за отношения с Элей, и оставался только один маленький нюанс. Это верность, которую будут хранить он и она. Верность, которая в нынешнем мире так просто потерять. За верностью прячется и доверие, к которому приходят только единицы. Никита свою верность давно доказал во время туров в разные города. А Эля — нет. Сама идея проверки пришла ему спонтанно, однако его терзало только одно — как это совершить? План был совершенно прост и понятен, и Элина не должна была ничего понять. Только Никита не учел то, что его будет мучать чувство вины и отсутствие доверия к девушке. «Я доверяю ей», — повторял изо дня в день, получая только холодный игнор в ответ. «Она простит меня», — уверял себя, в очередной раз заказывая ей на дом доставку цветов или украшений. Но чем дольше длился холод, тем сильнее он сходил с ума. Катя ему сказала ехать на свою квартиру и приводить себя в порядок, а она сама поедет к Эле, посмотрит её самочувствие.

***

Зайдя за порог своей квартиры, Катя сразу же поставила на пол пару пакетов с продуктами. С кухни доносился приятный аромат. Улыбнувшись и уже предвкушая, что Эля в хорошем настроении, Катя вновь взяла пакеты в руки и дошла до кухни. — Вижу ты пришла в чувство, — девушка кладет пакеты на стулья, улыбаясь. — Пришла? — знакомый до чертиков голос. Катя поворачивается, замечая Островского, который жарит курицу в сливочном соусе. — Ты что тут делаешь? — вскрикивает Катя, — Кто тебя впустил? — Эля, — Женя довольно улыбается. Вздохнув, Катя ухмыляется. Обнажив пакеты и расставив все продукты по полочкам и в холодильник, Катя достает изо дна шоколадку, протягивая Островскому, который раскладывал еду по тарелкам. — Я не знала, что ты умеешь готовить, — Катя покрывается румянцем, наблюдая за Женей в такой спокойной и непринужденной обстановке. — У всех из нас есть скрытые таланты, — пацан одолевает рыжую легкой улыбкой, снимая с себя фартук. — Это мне шоколадка? — с горящими глазами спрашивает у Кати. — Да, тебе, — одобрительно кивает девушка. — Спасибо, — он обнимает её, чувствуя на себе приятный аромат её духов. — Вкусные духи, — отходит, облизнувшись. Эля выходит на кухню, замечая Катю и Женю. Последнего она пригласила по личным соображениям. Да, не хотелось как-то напоминать себе о Никите, но с другой стороны, Кате нужна более хорошая компания, чем страдальческая от неудачных отношений подруга. — Вкусно пахнет, — Эля сразу чувствует скручивающийся голод внизу живота. Катя улыбается, замечая в проеме Рязанову. Все втроем вскоре садятся за стол. Катя по бокалам разливает вино, купленное в супермаркете по дороге. — Женя, тебе можно? — с усмешкой глядит на младшего. — Мне уже есть восемнадцать, — закатывая глаза, отвечает Островский. Девушки растягиваются в ненатянутом смехе, заполняя своим голосом всю кухню. Женя тоже улыбается, приступая к трапезе, аккуратно глотнув вина из фужера. Не успевают они насладиться столь теплой и домашней атмосферой, как в дверь оглушительно начинает кто-то стучать. На радостях и явно подшафе, Элина встает первая. — Я открою, — улыбнувшись, девушка идет к коридору, даже не посмотрев в глазок. Открыв дверь, она замечает перед собой Никиту. С очередным букетом цветов, в белой застиранной футболке и в черных свободных джинсах, что очень отличается от его обычного аутфита на выступлениях. Сглотнув тяжелый ком, Элина смотрит на него из-под густых ресниц, исследуя его лицо своим прожигающим взглядом. Она уже хочет захлопнуть дверь, но Коробыко выставляет вперед ногу, укусив губу. — Нужно поговорить, — он заходит, протягивая ей цветы. Из кухни выходит сначала Женя, затем и Катя. — Без лишних ушей, — Никита щурится, замечая Островского. — Это моя квартира тоже, — настаивает Катя. Никита поднимает брови, ухмыляясь. — Ладно, — рыжая поднимает руки в качестве проигрыша. — Жень, пошли в кино? — Пошли, — послушно кивает Островский. Вскоре, не проходит даже и пяти минут, Катя и Женя со звоном выходят из квартиры, оставляя Элю наедине с Никитой. Закрыв глаза, набрав в грудь как можно больше воздуха, Никита встает на колени, смотря на Элю снизу вверх. — Прости меня, — молит он. — Прости, пожалуйста. Отводя мокрый взгляд, Эля сглатывает очередной тугой ком, чувствуя, как начинают подкашиваться ноги. — Не могу, — с гордостью отвечает Рязанова. — Ты хотел выставить меня как… — Прости, — он обнимает её за ноги, не давая девушке тронуться. — Что мне еще нужно сделать? — Исчезнуть, — грубо выпаливает Эля, пытаясь отстранить себя от объятий Никиты. — Встань, не позорься. — Буду позориться, — перебивает Никита. — Пожалуйста, давай поговорим. Я всё понял. Эль, эта неделя была ужасной без тебя. — Я нуждалась в тебе, а ты, как самый настоящий страус, засунул лицо в песок и пытался откупиться от меня, — Эля насильно поднимает Никиту с колен. — Мне к черту не нужна вся эта хуйня! — она переходит на крик. Никита слышит, как у Эли дрожит голос, — Ты просто оставил меня. — Я не виноват, что ты не брала трубку, — оправдывается Коробыко. — И впустила ли ты меня, если бы я лично пришел? — Сейчас впустила же, — уже потише добавляет Эля. — Уходи отсюда и забирай всё обратно. — Нет, — Никита значительно преодолевает расстояние между ними, зажимая Элю между своим телом и стенкой. — Не уйду, — глядит на неё, глубоко дышит, разбирая на таком кратчайшем расстоянии стук её сердца. — Уйди, ты близко, — изворачивается Эля, стараясь не смотреть ему в глаза, ведь понимает, что посмотрев лишь раз — она проиграет. — Посмотри на меня, — цедит Никита, так низко, что по телу Эли проходит табун мурашек. Эля не слушается, уткнув свой взгляд в пол. Тогда, прикоснувшись кончиками пальцев к её подбородку, он заставляет углубиться в его голубые острия, находя в её карих частичку себя и всю ту любовь, которую Элина прятала под пеленой хладнокровия и равнодушия. — Так лучше, — приподнимает уголки губ, поднимая свою ладонь чуть выше, касаясь щеки, скул, ушей. — Прошу, — Эля закрывает глаза, покрываясь очередной волной мурашек из-за одних только горячих прикосновений. — Это одна большая ошиб… Не давая ей договорить, Никита с жадностью впивается в её губы, не давая Эле и шанса на отступление. Поднимает её руки над головой, изучая со всем энтузиазмом податливый рот девушки, проходя языком по самым изощренным местам. Эля ему в рот постанывает, чувствуя изнывающий узел внизу живота, сжимается, еле как стоя на двух подкашивающихся ногах под натиском Никиты. Он её аккуратно за попу приподнимает, облапывая самые желаемые кусочки. Отводит в спальню, закрывая ногой дверь и не замечая всех его подарков, подаренных девушке за все эти семь дней. Бросает девушку на кровать, оказываясь сверху. Смотрит на неё с жадностью и вновь губами прилипает, но уже к шее, оставляя алые и фиолетовые засосы. Целует он неаккуратно, с зубами, лижет после каждого укуса, как бы извиняясь. Эля свои ручки к нему на голову кладет, в блондинистые волосы заводит, сжимает. Никита рыкает, продолжая мокрыми и слюнявыми поцелуями вниз идти, задирая её футболку, открывая себе вид на голую грудь, вставшие, как бусинки, соски от столь перенапряженного возбуждения. — Не надо… — шепчет Эля, вскоре ощущая губы Никиты, изучающие её грудь, посасывающие каждый сосочек. — Просто замолкни, — предупреждает Коробыко, шлепнув по плоти. Обведя один, затем второй сосок своим языком, он чуть прикусывает и идет дальше, щекоча своими поцелуями её ребра, оставляя под ними такие же до безумия, скорее, последние поцелуи. Эля жар чувствует по мере того, как Никита опускается все ниже. Наткнувшись на её домашние шортики, Никита ухмыляется, взглянув на Элю, а затем спускает ненужную ткань, за ней и голубые трусики. Целует голую плоть, проводя языком, срывая первый стон с губ Элины. Он вставляет внутрь её лона язык, медленно водя им, издеваясь. Эля в спине выгибается, стараясь отпихнуть его, но Никита остается на своем. — Расслабься, — низким баритоном чеканит блондин. — Разве ты не хочешь этого? — полностью дурманит её. — Х-х-хочу, — а Эля справляться больше не может. Расслабляясь, растягивается на всей кровати, изгибаясь. Он теребит кончиком языка её клитор, затем добавляет пальцы. Сначала медленно один вставляет, затем, чувствуя, как влагалище девушки обхватило тугим кольцом первый, он добавляет второй. — Не больно? — спрашивает у неё. — Нет, — в дурмане отвечает Эля. Он пальцами толкается в ней, а языком продолжает свою пытку, изнуряя девушку на самые грязные стоны в его жизни. Шлепает по ляжкам, нагло сжимая мягкую кожу, а затем ускоряется, доводя Элю до дрожи. — В тебе так тепло, — ухмыляется, вновь целуя клитор. — Прости, — снова, издеваясь, проводит языком, облизывая каждую складочку, раздвигая. Убедившись, что она достаточно готова для члена, Никита со всей осторожностью выходит из неё, лизнув свои пальцы. — Ты еще и очень вкусная, — он улыбается, протягивая ей свои пальцы. — Будешь хорошей девочкой? — размыкает её пухлые губы пальцами, вставляя их внутрь. Эля кивает, облизывая средний и безымянный. Он выходит, вскоре шлепая по влагалищу, улыбаясь. Спустив с себя черные джинсы, он как бы хочет, чтобы Эля сделала это за него, но понимает, что сегодня её день. Он справится и без её помощи. Те летят вниз, остаются боксеры. Спускает их с такой же точностью, как и джинсы, только быстрее, ощущая появившийся дискомфорт в паху. — Он так разбух, — Эля кусает губы, смотря на член, обвивающий по кругу пульсирующие вены. — Потому что я хочу тебя, — со вздохом отрезает Никита. — Раздвинь ножки. Эля слушается, предвкушая сладкий и изнурительный жар, которого, если признаться честно, ждала слишком долго. Входит в неё до середины, опираясь на кулаки по каждую сторону от тела Эли и со стоном входит глубже, чувствуя весь липкий жар, узость. Рязанова выгибается, подставляя грудь. Никита ухмыляется, начиная медленно двигаться в ней. — Прости меня, — молит он, делая толчок. Эля ничего не отвечает. Она с закрытыми глазами, только постанывает. Стыдно ей было. Растянув её достаточно, Никита выходит, поднимая девушку и ставя её раком, под низ кладя подушку. — Если будет больно, скажи, — вдруг произносит он. — Что? — но Эля не успевает опомниться, чувствуя в себе член Никиты, — Ох. — протягивает девушка. Никита давит на её спину, заставляя Элю прогнуться сильнее, опустив голову полностью на подушку, как и руки. Пред ним открывается только обтянутый зад. Коробыко шипит, проходя звонким и пылким шлепком по её попе, заставляя Элю вскрикнуть. Ускоряясь, он скользит рукой до её ануса, надавливая на него и массируя. Эля выкрикивает пару стонов, но их вновь перебивает грубый шлепок. Его член изнутри распирал её, заставлял быть послушной, заставлял забывать обо всем, прожигал. Он долбит её, тянется к длинным волосам и натягивает их на кулак, заставляя голову назад откинуть. — Стони погромче, — целует Элю в шею, кусая тонкую кожицу. Она вновь его слушается. Их стоны смешиваются воедино, заполняя квартиру. Хорошо, что Женя и Катя ушли, так как Никита не хотел, чтобы Островский был свидетелем его совокупления. Никита отпускает её волосы, давая Эле вновь упасть головой в подушку. Хватается за её бедра и жадно насаживает на член, раздирая её, не боясь никаких последствий. Вытирает пот со лба, снова возвращаясь к её заду. — Тебе нравится? — спрашивает Коробыко, снова шлепнув, — Не боишься, что останутся следы? — он чуть нагинается, скользит руками к её грудям и хватается за них. — Нет, не боюсь, — между стонами отвечает Эля. — Боже, да, быстрее. — Умница, — он шлепает по груди, улыбаясь, снова возвращаясь на искомое место. Его движения и толчки вмиг становятся резкими, грубыми, с некой периодичностью. Никита полностью выходит из неё, трется головкой об клитор, раздвигая каждую влажную складочку и затем снова входит по самое основание, долбя. Шлепки, стоны, хлюпанья. Это так быстро и точно заполняет комнату. Никита забывает обо всех вещах, сконцентрировавшись только на девушке. Он любит её. Он хочет доказать эту любовь. Он также резко выходит из неё, простанывая. — Повернись, — цедит он. Эля устало переворачивается, наблюдая за тем, как он надрачивает свой член. — Открой ротик, — просит он. Девушка ложится на животик, размыкая губы. Никита, наклонившись, заполняет её рот своим членом и, в очередной раз простонав, кончает. Горячее семя попадает на язык, затем, растекаясь, бежит по стенкам горла. Сморщившись, Эля глотает, вытирая рот. Никита устало ложится на кровать, притягивая за собой Элю. Она на нем, он обнимает её. — Так и будем лежать? — спрашивает она, положив свою голову на его грудь. — Будем, — соглашается Никита, приобнимая её и проводя пальцами по обнаженной спине девушки. — В любой момент Катя придет, — предупреждает Рязанова. — И что? — он усмехается, — Тебе понравилось? — Да, — отводя взгляд, Эля вздыхает. — Мы так и не поговорили. Никита приподнимается, смотрит на неё, облизываясь. — Я поступил ужасно, я это признаю. Не только тебе было плохо все эти дни. Прости меня, — кажется, блондин провел не одну ночь за репетицией этих слов. — Думаешь, все станет как прежде? — Эля прожигает его взглядом, — Ты попросил Влада, ты… — Я знаю, я козел, — Коробыко не находит нужных слов. — Я оборвал с парнями все отношения. Я даже врезал Артему. — Что? Что ты сделал? — Эля привстает тоже, — Ты ударил Шиловца? — невольно растягивается в улыбке. — Егор мне рассказал, что Артем сказал тогда в баре, — шмыгает Коробыко. — За это, думаю, можно навалять. — Дурак, — смеется Эля, обнимая его. — Пошли в душ? — Пошли.

***

Катя и Женя заходят на студию в надежде, что здесь никого нет. Девушка захотела ознакомиться с помещением поближе и быть может, провести время с Островским наедине. Однако, они слышат недовольные крики Юницкого в одной из комнатушек. Переглянувшись, Женя прислоняет указательный палец к губам и, тихо притаившись, ведет Катю за собой к той комнатушке. В проеме парочка замечает спорящих Егора и Артема. До них доносились только обрывки фраз, но Катя смогла все расслышать: — Он стал другим, — голос Артема. — Из-за этой… — Ну? Продолжай, — Юницкий закатывает глаза. — Эля влияет на него, и я не спорю, только он меняется в лучшую сторону. — Ты понимаешь как это чревато для его репутации? — Шиловец кусает губы, — Мы заключали контракт. — Ты не имеешь права ограничивать его в отношениях, — Егор хмурится. — Мы, в первую очередь, друзья. Ты должен быть рад. Никто не виноват, что тебе нравится Эля. На секунду Артем замолкает. Он ходит кругами по комнате, бросая взгляды на разные диски, прикрепленные на стены, на подарки от фанатов. — Я ухожу, — Шиловец вздыхает. — Какой толк, скажи мне? Только я и Женя вечно зависаем здесь, только я придумываю новое звучание. Какой толк от тебя? Никита светит мордашкой, а ты? Эти слова ранят Егора. Он отступается, сверля Артема самым беспощадным взглядом за всю их дружбу. — Все мы что-то да значим, — уже тише добавляет Егор. — Уходи, — он пожимает плечами. — Я музыкой живу, я ей горю. Не только ты стараешься. Слышишь? Не только ты. — Я так не думаю, — Шиловец протирает веки. — Я нашел крутой лейбл в Питере. Если хочешь… — Заткнись, — Егор закрывает глаза. — Просто вали уже. Катя замечает как Женя потускнел. Она видит в его глазах слезы, она видит его удручающее состояние. Резко взяв юношу за руку, она вместе с ним выбегает из студии, создавая шум. Но это было уже неважно. Женя и Катя добегают до какой-то кафешки. Заходят внутрь, переводя дыхание. — Они не могли, — Островский смотрит на обеспокоенную Катю, сглатывает ком. — Это распад? Они не могли, они. — Тише, — девушка обнимает парня, поглаживая его по спине. — Они разберутся.