Глава 8.

Утром, вернувшись в свою хижину, Лира увидела Дэрим, которая ждала её, свернувшись комочком в кресле. — Где ты была? — спросила Нининхэ, только Лира вошла в комнату. — У Хивации на костре, — ответила та, закрывая дверь. — Думала и тебя позвать, но тебя не было вечером. — А, тогда ладно. — Кстати, хотела спросить: что у вас с Рихиþэб? С чего вы так друг друга избегаете? — спросила Лира. — Рихиþ, — задумчиво протянула Дэрим. — Я её боюсь, она это чувствует. Она ведь почти что Лао Гумма, только опаснее. Во всяком случае, мне так кажется. Говорят, она не отсюда и приняла ритху только в самом конце жизни. — Коли так, может, ты знаешь и что у неё с глазами? — А что не так с её глазами? — удивилась Нининхэ. — Нормальные зелёные глаза, ну, оттенок необычный, это из-за интересного цвета глаз при жизни. — То есть, они зелёные? — недоумевала Лира. — Ну да. Лира окончательно перестала что-то понимать и решила сходить к Щирифэб. Шигэγимаимиммсааγ, к счастью, просто отдыхала дома. Когда Лира вошла, она обрадовалась и спросила, что ей надо в такое время. — Ты же знаешь Рихиþэб? — уточнила Лира. — Да, но не очень долго. Она ушла незадолго после моей смерти. — Какого цвета у неё глаза? — Искрасна-оливковые, — надежда на то, что Щирифэб что-то знает мигом развеялась. — Интересный оттенок. — Значит, ты не можешь ответить на мой вопрос, — разочарованно сказала Лира. — Я вижу её глаза ярко-красными. — Да, значит, не смогу, — подтвердила Щирифэб. Лира вышла и понуро побрела куда-то по деревне. Вдруг кто-то дёрнул её за плечо. Лира обернулась — Шимирхэб Хивации стоял за её спиной. — Воγасиг, наконец-то! — сказал он, немного отдышавшись: видимо, он бежал за Лирой. — Я тебя искал. — Зачем? Чего ты хотел? — Рихиþ помнишь? Со вчерашнего костра? — Да, и что? — В общем, я встретил её, пока шёл к Нэфэб и... короче, у неё глаза красные. На костре я думал, это просто блики от огня, а сейчас... А Нэфэб этого не видит, говорит, искрасна-оливковые. Я и побежал тебя искать. — Так ты тоже это видишь?! — Лире хотелось чуть ли не обнять Шимирхэба. — Я только что ходила к Щирифэб про это узнавать, она тоже говорит, искрасна-оливковые. А Нэфэб знала Рихиþ до этого? — спросило она. — Нет, но она живёт здесь довольно давно, — ответил Шимирхэб. — Надо ещё кого спросить, как он видит. Рино вчера, когда Рихиþ только вошла в деревню, тоже видела красные, надо её тоже спросить. — Пошли, я с тобой. Сперва они пошли к Минирмэ. На вопрос, как она видит глаза Рихиþ, она ответила: "искрасна-оливковые", но потом спросила: — И ещё меня смущает, что вчера, когда она только пришла сюда, я видела красные. Не знаете, что это? В итоге Минирмэ пошла с ними. Потом оказалось, что Химмэ тоже видит красные. Уйдя в хижину Шимирхэба все вчетвером стали обсуждать глаза Рихиþ. — Может, исконные ритху видят искрасна-зелёные, а остальные — красные? — предположила Минирмэ. — Мы же спрашивали Хэба, он тоже видит искрасна-оливковые, — помотал головой Химмэ. — Мне кажется, это зависит от того, сколько времени ты живёшь здесь, — сказал Иван-чай [иногда я буду называть так Шимирхэба]. И тут всем разом пришла в голову одна мысль и все разом её озвучили: — Надо спросить Лао! — Она говорит, что знает тут всех анихэ наперечёт, может, и Рихиþэб знает, — вспомнила Лира. — И ещё надо идти в соседний лес по речке Винме. — Да я к Лао через каждые два дня хожу от нечего делать! — сказала Минирмэ. — Погнали! Все четверо вышли из хижины и направились к плющовой занавесочке. Как-то не задумываясь они сцепились руками в одну цепочку и шли так. Выйдя за занавесочку, Лира с удивлением обнаружила, что дышится здесь совершенно по-другому: не то воздух более влажный, не то пыльца какая летает. Минирмэ вела остальных какой-то тропкой и вскоре они увидели серебрящуюся на солнце Винму. Эта узкая неглубокая речка брала начало где-то у вершин хребта и стекала вниз, кончаясь в озере в соседнем лесу. У этого озера и жила Лао Гумма.