Разоблачение Меттатона: попытка вторая

Папирус поудобнее устроился на диване прямо напротив большого выключенного телевизора. Шоу Меттатона, которого он с нетерпением ждал, должно было начаться с минуты на минуту. «И всё-таки жаль, что человек решил уйти так скоро! Наверняка ей бы понравилось шоу, и она изменила бы своё мнение насчёт Меттатона!» — с лёгкой грустью подумал скелет, но тут же отбросил печальные мысли, чтобы не омрачить просмотр любимой программы. Папирус наконец взял пульт и включил телевизор. Перед ним предстали помехи, сопровождающиеся весёлой музыкой, но совсем скоро это должно было измениться. Он принялся дожидаться знаменательной минуты, когда на экране покажется самая известная — и единственная — звезда Подземелья. В то же время из своей комнаты выглянул Санс. Познакомиться с Эмбер ему так и не предоставилось возможности, но он не переживал на этот счёт. Он помнил, что леди за дверью просила присматривать за человеком, который выйдет из Руин. Но этого привела Альфис из своей лаборатории. В таком случае Санс мог позволить себе расслабиться и не напрягаться, поглядывая, не поранился ли попавший в Подземелье человек. К тому же, Альфис уже позаботилась о том, чтобы главная угроза — Андайн и Королевские стражники — осталась позади. Однако, несмотря ни на что, это вовсе не значило, что Сансу неинтересно, как прошло знакомство с Эмбер у его брата. Пока не началось шоу, он решил немного поболтать с братом. — Хей, бро, как встреча с человеком прошла? — прямо спросил он. — О, всё было отлично! Конечно, бывали моменты, когда она расстраивалась, но я старался сделать всё, чтобы поднять ей настроение! Рано утром Эмбер — да, её ведь так зовут — даже заходила, чтобы извиниться за вчерашние моменты, когда вела себя отстранённо. Она очень добрая, раз не хочет, чтобы я расстраивался! Только немного обидно, что она так и не захотела посмотреть шоу Меттатона. Он ей почему-то не очень понравился. Но это ничего! Андайн тоже не любит смотреть его шоу, но она всё равно моя классная подруга, так что я не вижу в этом проблемы! Тем не менее... Я думаю, человек к нам ещё когда-нибудь заглянет! — гордо заявил Папирус, важно приподняв голову. Но вдруг он нахмурился, точно заранее догадался, что Санс вот-вот выскажет нечто глупое. — И ещё... Я не успел её ничем угостить. Не знаю, почему я это говорю, но внезапно мне показалось, что я должен это отметить! — Круто, — максимально кратко ответил Санс. — Ну, главное, что вы повеселились, я думаю. По городу побродили, позанимались классными вещами. Хотя я даже немного удивлён, что ты ничем не угостил нового друга. Или, правильнее сказать... укостил? — он улыбнулся ещё шире обычного и негромко посмеялся. — Санс! — прервался Папс. — Это абсолютно глупый каламбур! Ты же знаешь, что они совсем не смешные! К тому же, этот почему-то ещё и звучит так, будто ты его уже рассказывал, — немного неспокойно объяснил он, недовольный очередным каламбуром брата. — Да ладно? А я был уверен, что смогу впечатлить тебя своей оригинальностью, — он расслабленно пожал плечами. — Что ж, прости, Санс, но у тебя не вышло! Может быть, в следующий раз ты придумаешь что-нибудь получше! — понадеялся Папирус. — Окей, окей. Ладно, пойду я, возьму что-нибудь на кухне, — нейтральным тоном ответил Санс в итоге и неспешно побрёл в нужном направлении. Папирус вновь устремил взгляд на телевизор. В тот же момент скучные помехи наконец пропали, и на экране, на фоне, как показалось скелету, завораживающего танцевального клуба, появился яркий мерцающий логотип «МТТ». Золотой, покрытый блёстками и попросту заманчивый. Похоже, шоу обещало быть зажигательным и красивым. Танцевал Меттатон, несмотря на обычную квадратную форму, просто невероятно! По крайней мере, Папирусу казалось именно так. Но вот из телевизора послышался знакомый голос робота: «И вновь приветствую всех вас, дорогие телезрители! Прямо сейчас вы увидите новый невероятный фильм Меттатона! Фильм о...» — ненадолго он замолчал, будто бы предлагал зрителям самим догадаться о теме предстоящего выпуска. «... танцевальной битве! — неожиданно для самого себя воскликнул Папирус и с удивлением обнаружил, что абсолютно верно угадал замысел фильма, ведь Меттатон повторил его следом, — Ваушки, я смог угадать задумку фильма Меттатона! Наверное, он окажется даже интереснее, чем я думал!» — обрадовался он и позабыл обо всём на свете, когда стал пристально глядеть в экран, на фильм, декорации в котором почему-то показались скелету немного знакомыми. Однако это ни в коем случае не позволило ему усомниться в оригинальности Меттатона. Танцы часто мелькали в его шоу, но каждый раз обыгрывались по-разному, и именно это впечатляло как Папса, так и многих других жителей Подземелья, любящих наблюдать за своим кумиром. «Сегодня ваша любимая телезвезда выступит против других, абсолютно настоящих и не созданных с помощью компьютерной графики, танцоров! Кто же победит? Они, невзрачные и неизвестные, или ваш блистательный Меттатон? Узнаете совсем скоро!» — со всей присущей ему надменностью и хвастовством рассказывал он о шоу. Папс с радостью зааплодировал, готовый увидеть, как робот сражает всех наповал и разгромляет соперников, которые точно не смогли бы превзойти его в танцах. Так шоу и началось, так что скелет предпочёл не отвлекаться больше ни на что и следить за каждым движением как Меттатона, так и его совершенно настоящих соперников-монстров. В то же время Санс, прихватив на кухне пачку чипсов, поплёлся назад в комнату. Мог бы использовать для этого короткий путь и не переутруждаться, но хотел понаблюдать немного за братом. Вот только тот уже полностью погряз в начавшемся шоу и больше не обращал на Санса внимания. Он едва заметно пожал плечами. Похоже, Папирус был рад увидеть передачу независимо от того, смотрел её человек вместе с ним или нет. Энтузиазм младшего скелета всегда поражал. И всё же, Санс не стал ему мешать, пусть и любил порой подколоть брата. Он удалился, а Папс так и остался радостно сидеть перед экраном, наблюдать за действиями, за всем происходящим экшеном. «Ваушки, это шоу очень интересное! Хотя сюжетные повороты чуточку более предсказуемые, чем обычно... Но всё-таки жаль, что Эмбер не захотела его увидеть. Интересно, как у неё сейчас дела...» — задумчиво произнёс он, но только в своих мыслях...

***

Эмбер вновь храбро, решительно отправлялась к Меттатону, перед этим купив немного еды у Герсона. Первая её попытка разоблачить робота провалилась из-за лишней настойчивости и неосторожности. На этот раз ей стоило быть внимательнее, играть перед Меттатоном шокированного фаната, которому он полюбился сразу же, но который раскрыл его страшную тайну и считает теперь, что он — страшный обманщик, который пытается предстать перед публикой идеалом, а на деле совершил множество чудовищных поступков. Конечно, обмануть другого актёра было трудно, но Эмбер и сейчас не боялась рискнуть. А если не получится и с этим вариантом — придумать что-то ещё. Всё равно девочка не отдавала всю надежду этому способу. Догадывалась, что может не получиться. Знала она лишь то, что действовать придётся как можно более естественно. Вновь поговорить с Брэтти и Кэтти, которые, как она помнила, могли выдать дополнительную информацию о роботе, пусть и основанную на своих предположениях. Бургерпэнтс же мог подтвердить, что Меттатон поступил с ним жестоко. Добавить ко всему этому тексты из дневников — и Эмбер заявит прямо перед роботом, что сопоставила все факты и всё поняла. На самом деле он является призраком, бросил кузена и Альфис, да ещё и принизил своего бывшего фаната, страстно мечтающего работать с ним! Она заранее чувствовала, что Меттатон начнёт отговариваться, как и в первый раз. Но если она не будет столь навязчивой и умело разыграет разрывающее душу разочарование... Возможно, он задумается. Хотя бы для того, чтобы не терять и остальных зрителей. Совсем скоро Эмбер прибыла в Хотленд и приблизилась к курорту. Всё та же толпа монстров, что и в первый раз, блокировала проход, но прошло несколько минут, и почти все члены компании ушли в здание. Недовольный огненный монстр вновь встал у стены, и девочка невольно поразилась чувству дежавю, которое испытала, пусть даже знала, что сейчас оно абсолютно логично. Она уже видела эту сцену, эту толпу, этот спор, к словам из которого не прислушивалась, то, как обиженный монстр остаётся снаружи и не отправляется поразвлечься с остальными. Тут же Эмбер наконец осознала, что не спросила его имя, когда заговорила с ним до перезагрузки. «Ох уж эта моя привычка... Ну да ладно. В этот раз он всё равно мне вряд ли понадобится. Тем более он сам говорил, что он не фанат Меттатона», — с этой мыслью девочка поторопилась пройти к Брэтти и Кэтти, чтобы поговорить с ними. Продавщицы быстро заметили её приближение и тут же взбодрились. «Хе-е-ей, — протянула Кэтти. — Это же ты, наша шикарная покупательница. Ну что, пришла отдать нам побольше своих денег?» — с довольной улыбкой поинтересовалась она. Эмбер могла бы замяться, но вовремя собралась. Она должна была выяснить у обеих всю информацию, пусть даже уже знала её. Только бы вышло достовернее. Только бы никто не подумал, что она ведёт себя странно и жутко, слишком много знает для человека, только попавшего в Подземелье. Девочка уверенно подошла к Брэтти и Кэтти поближе, пока они одними хитрыми взглядами старались заманить её к себе. И пусть действовало на неё совсем другое, они всё ещё были рады встрече с покупателем, который принёс им безумно большой доход. — Привет, девчонки. Увы, пока мне больше ничего покупать не нужно. Но я хотела бы с вами немного поговорить! — радостно произнесла Эмбер, чтобы расположить продавщиц к себе. — Типа, и о чём же? — с лёгким недовольством спросила Брэтти. — Ну... О звезде всех монстров. О Меттатоне, рядом с курортом которого вы расположились, — не стала скрывать та. — О мой бог, Меттатон! — влюблённо воскликнула Кэтти. — Он, типа, такой красавчик! Ладно, так уж и быть, здесь мы с тобой поболтать можем. Если, конечно, новые покупатели не заглянут. Потому что мы с Брэтти — типа, самые преданные фанатки Меттатона! Нам в нём нравится вообще абсолютно-преабсолютно всё! Да, Брэтти? — Ну конечно! Типа, а как же иначе? Меттатон способен покорить чьё угодно сердце! — мечтательно согласилась крокодилиха. — Да-а, это очень здорово, — Эмбер сделала вид, что заинтересована. — А вы можете рассказать о нём побольше информации? Ну, кроме того, что он красивый и классный. Как он появился? Почему он решил стать именно звездой, а не кем-то другим? Может быть, вы, как самые преданные фанатки, знаете о нём какие-нибудь необычные факты? — ненавязчиво предположила она. — Хм-м, ну, Меттатона создала Альфис. Типа, она Королевский учёный, что все и так знают, — грубовато подметила Брэтти. — Скорее всего, она сделала робота с душой, чтобы впечатлить Асгора. Ну, типа, знаешь. Души — это по его части. Ну и Асгор был очень впечатлён. Вроде как. В любом случае, нам всем очень повезло с таким шика-а-арным изобретением, как Меттатон! — Вот только... — негромко начала рассказывать Кэтти, слегка нахмурившись. — Почему-то Меттатон ведёт себя так, будто его создание было его же идеей! А с Альфис после своего создания он общался так, будто они были друзьями. Странно, не правда ли? — Но, типа, Альфис его больше не интересует. И вообще они больше не друзья. — Ого... Быть не может... — Эмбер всеми силами старалась изобразить неподдельное удивление, словно бы складывала в голове только что полученные факты и собирала их в единую картину. — Но это получается, что Меттатон просто бросил Альфис, несмотря на то, как много она для него сделала? — Ну, типа того, — легко ответила Кэтти. — Похоже, их дружба оказалась не очень крепкой. Не то что у нас с Брэтти! — с этим горделивым заявлением она придвинулась к Брэтти поближе. — О да, Кэтти, ты такая классная! — Ладно, спасибо вам за информацию. Я пойду... Эмбер оставила невзрачный магазин Брэтти и Кэтти и вернулась к курорту МТТ. Первый этап нового плана был пройден. Ей удалось поговорить с продавщицами-фанатками и получить информацию, которая могла бы поразить новичка, ничего не знающего о Меттатоне. «Так, ещё раз... Я разузнала о нём от монстров, он мне понравился, а потом так уж вышло, что я наткнулась на эти дневники и узнала о пропавшем призрачном кузене Напстаблука. Потом выяснила, что Меттатон подозрительно дружелюбно вёл себя с Альфис с самого начала... Сопоставила факты, всё поняла, ещё и узнала, что он Бургерпэнтса занизил. Вот с ним я сейчас и поговорю!» — утвердила она и зашагала внутрь курорта. Там её вновь встретила расслабляющая атмосфера и сияющая точка сохранения, которую Эмбер по-прежнему не стала использовать. Новый план обладал множеством изъянов, и она бы предпочла вернуться к моменту у дома Напстаблука, если уж придётся опять начать сначала. Однако сейчас она устремила взгляд в сторону фастфуда. «А ведь чтобы поговорить с Бургерпэнтсом, придётся что-то купить. Ну ладно, денег пока достаточно. Звёздное парфе там самое дешёвое, так что возьму его», — спокойно рассудила девочка и заодно представила, как расслабленно уплетает десерт, попутно беседуя с Бургерпэнтсом и рассуждая о несправедливости, которую вызвал в Подземелье Меттатон своим появлением. Звучало забавно, но Эмбер была настроена серьёзно и даже не усмехнулась. Правда вот, в фастфуде ей пришлось немного подождать своей очереди. В игре ей повезло, и она могла свободно приходить и покупать предметы, когда вздумается, но в реальности всё оказалось несколько труднее. К счастью для неё, впереди было всего трое монстров. Антропоморфный волк из той самой компании, которую она видела перед входом (остальные её участники, очевидно, уже сделали свой заказ), монстр-птица фиолетового цвета, с ярким хвостом, а также ящер, немного напоминающий Альфис, но отличный от неё по цвету. Он был тёмно-зелёным в противовес яркой учёной. И всё же, Эмбер пришлось терпеливо ждать, пока разойдутся все. И, несмотря на лёгкую, повседневную, расслабляющую обстановку, она знала, что спокойствию скоро придёт конец. Как только она поговорит с Бургерпэнтсом, изобразит из себя окончательно разочарованного фаната и отправится к Меттатону, ей предстоит очередной важный разговор. Как бы он ни закончился — расслабиться Эмбер не сможет. Она подозревала или даже больше склонялась к тому, что робот вновь найдёт хитрые отговорки, только бы доказать, что он не совершал подлостей, но у неё не оставалось иного выбора. Всё равно пока ей так и не удалось придумать более совершенный план. С другой стороны, во время первой попытки Меттатон прямо заявил, что не намерен терять фанатов и драгоценную репутацию. Осознание того, что в нём разочаровался сам человек, на которых он тщетно пытался быть похожим, должно, обязано было заставить его задуматься о своём поведении хотя бы немного! Монстры из очереди скоро разошлись один за другим. Эмбер заранее обернулась и поняла, что за ней стоит ещё парочка посетителей. Разговаривать нужно было быстро, но перед этим она стремительно сделала заказ, несколько невнятно проговорив из-за спешки: «Мне звёздное парфе!» Бургерпэнтс наигранно улыбнулся ей и взялся за готовку. Девочка же присмотрелась. Кроме двух монстров больше никто не подходил. Ей стоило подождать, пока не разойдутся все, чтобы поговорить с котом, иначе она только задержит очередь и подставит его... Это определённо было сложнее магазина Брэтти и Кэтти, в который никто не заглядывал. По крайней мере, совсем скоро Бургерпэнтс выдал Эмбер заказ, и вот уже она отошла в сторону, чтобы дождаться, когда наконец фастфуд покинут все. К счастью для неё, ещё больше монстров в фастфуд не заглянуло. По крайней мере, пока что. Эмбер покончила с парфе и, не задерживаясь, вернулась к Бургерпэнтсу, что всё так же вымученно улыбался. Очевидно, Меттатон заставлял его выглядеть как можно более дружелюбным и приветливым, чтобы не распугать покупателей. И это вместо того, чтобы рассмотреть его в качестве актёра... Девочка недовольно вздохнула. «Так, времени на лишние рассуждения сейчас нет. Сюда вот-вот может кто-то заглянуть. Лучше всё делать быстро, — с этой мыслью она подбежала прямо к коту и начала говорить с ним уже вслух. — Привет! Тут пока нет никаких посетителей, так что я подумала, что мы могли бы о чём-нибудь поболтать!» — прозвучало излишне наигранно и наивно, но, как и сам Бургерпэнтс, она была обязана расположить монстра к себе. — Поболтать? Это шутка? — улыбка на его лице преобразилась на ещё более некомфортно-скривленную. — Ты не видишь, что я работаю? У меня ешё полно покупателей, и босс убьёт меня, если я буду улыбаться на секунду меньше, чем обязан! — тут он наконец додумался посмотреть в сторону и обнаружить, что новые монстры пока не подходят. — А, так вот в чём дело. Хочешь воспользоваться моментом? Ну, раз ты всё равно сделала заказ, то у меня нет выбора. Тем более босс говорит, что я должен быть очень приветливым с покупателями. Ну, и о чём же ты так хочешь поболтать? Только поскорее. А то за болтовню на рабочем месте я тоже могу от него получить. — Твой босс ведь Меттатон, да? Ты о нём так негативно отзываешься! Можешь рассказать, что он такого натворил? Видишь ли, сначала он мне понравился, но затем... Я начала понимать, что он не такой уж и идеальный, каким себя представляет. Неужели он и с тобой плохо обошёлся? — Ну, если разбить мечты — это плохо, то вполне. Знаешь, подруга, вот что я тебе скажу: не связывайся с такими, как Меттатон. Это они только на сцене такие хорошие. А вот если почуют в тебе конкурента, сделают всё, чтобы принизить тебя, избавиться от тебя, показать всем, что никому ты не нужен со своими мечтами. Знаешь, я хотел быть актёром! И надеялся, что Меттатон примет меня! Что я буду выступать вместе с ним, таким крутым и знаменитым. Ага, конечно. Никакого актёра он во мне не увидел. Отправил заниматься фастфудом. Можно сказать, для испытательного срока. Бесконечного, — Бургерпэнтс отвёл взгляд, в то время как улыбка на его лице стала более искренней, но всё ещё кривой и полной недовольства. — Но ведь это ужасно! Он поступил с тобой нечестно! Почему ты не попытался ничего с этим сделать? — на этот раз Эмбер удалось изобразить неподдельное удивление. — А что тут сделаешь? Меттатон зациклен на себе и никого не послушает. Ему главное — свою популярность не терять. Что там с другими, его не беспокоит. Не знаю, что должно произойти, чтобы он задумался, что окружающие его монстры — не просто безвольные одинаковые фанатики. Но я не жду такого чуда. Слишком уж хорошо звучит, — кот расстроенно пожал плечами и вновь взглянул в сторону входа в фастфуд. — Ладно, иди. Там уже посетители подходят. А с ними нужно изображать из себя замечательного, доброго и очень довольного жизнью и работой в этом блестящем месте работника! — он наигранно рассмеялся. Эмбер оставила его. Что ж, Бургерпэнтс оказался куда более разговорчивым собеседником, чем она ожидала, и вывалил на неё множество информации, описанной во всех красках, эмоционально и интригующе. Девочка встала у стены и попробовала притвориться, что раздумывает о серьёзных вещах, складывает в голове всё, что узнала из дневников и от монстров. Построенный Альфис робот с душой по имени Меттатон, который по загадочным для монстров причинам вёл себя с учёной так, словно сам попросил её его построить. Затем её бросил и не дал Бургерпэнтсу шанса проявить себя. Вместе с тем в Водопаде пропал кузен Напстаблука, любящий людей и упоминающий в дневнике кого-то, кто продемонстрировал ему чертежи тела. Если бы Эмбер заранее не знала, что к чему, в этот момент её осенило бы. Она поняла, что готова. В своих же мыслях сложила образ сбежавшего от кузена призрака, который получил тело робота за счёт учёной, зазнался, бросил её, а потом ещё и принизил своего бывшего фаната. Об этом должны были знать все! А сама Эмбер больше не выглядела жутким всезнающим человеком, говорящим вещи, которые никак не мог выяснить из ниоткуда за короткий промежуток времени. «Да, в этот раз я провозилась немного дольше, но оно того стоит. Лучше потороплюсь к его кабинету», — решила она и устремилась вперёд, чтобы не терять ещё больше времени. По крайней мере, на этот раз не пришлось уточнять, где он находится. Эмбер всё отлично запомнила с прошлого раза, и меньше, чем через минуту, оказалась перед громоздкой дверью. «Так, короткая репетиция, чтобы не повторить прошлый раз. Я — человек, который поначалу очень заинтересовался таким классным роботом, как Меттатон. Но тут мне стали открываться жуткие детали его прошлого! Прочитала эти дневники, поговорила с Брэтти и Кэтти, с Бургерпэнтсом, и поняла, как ужасен Меттатон на самом деле. Я больше не могу оставаться его фанаткой и считаю, что все должны знать правду. Что он, такой жестокий, эгоистичный и злобный, не заслуживает популярности, которую получил нечестным путём! Конечно, импровизировать всё равно придётся, иначе ничего не выйдет, но в общих чертах план вроде понятен. Значит, пора начинать», — с этой мыслью она громко, почти бесцеремонно, застучала в дверь офиса Меттатона. «Входите, только мою прекрасную дверь не сломайте!» — сразу же отчитал её робот. Эмбер проигнорировала его просьбу и молча зашла в офис, чем вмиг привлекла его внимание. Меттатон с интересом рассматривал человека, который показался ему крайне интересным и необычным, но в то же время немного знакомым. В его душе от вида Эмбер промелькнул лёгкий негатив, но тут же угас, когда она присела напротив. Ничто не могло омрачить встречу с человеком! Человеком, который мог стать его фанатом и рассказать всё о своём мире, чтобы с выходом на Поверхность он сразу же приобрёл известность среди людей! «Ну здравствуй, дорогуша? Хочешь мне что-нибудь рассказать? Уже успела оценить мою деятельность?» — ласково поинтересовался он, как если бы пытался заигрывать. Эмбер вовремя сдержалась, чтобы её лицо не скривилось от неприязни к этому тону. — Да, Меттатон, я хочу с тобой поговорить. И поговорить очень серьёзно. Могу ли я это сделать? — она старалась вести себя мягко, чтобы не злить робота. — Ну конечно! Надеюсь, ты очень серьёзно расскажешь мне об устройстве человеческого мира. Видишь ли, мне не помешало бы подготовиться к выходу на Поверхность заранее, чтобы там не показать себя в худшем свете, — не успел разговор начаться, как Меттатон надменно заговорил о себе. — Я не совсем про это. Видишь ли... Когда я услышала о тебе, невероятной звезде Подземелья, я была поражена! Робот с душой, популярный и невероятный! Я даже захотела с тобой познакомиться! — девочка не боялась умело врать, пока это было нужно. В то же время она открыла портфель и снова стала доставать дневники. — Вот только... Довольно быстро мне стали открываться довольно негативные детали твоей истории. Я нашла эти дневники в доме исчезнувшего кузена одного призрака. Его зовут Напстаблук. В них рассказано о привидении, которое обещало не оставлять Напстаблука одного, но в итоге познакомилось с кем-то... Его новая подруга показала ему разработки тела мечты, в которое он мог бы вселиться. И он сбежал. В то же время я узнала от двух продавщиц — Брэтти и Кэтти — что ты, Меттатон, с момента создания вёл себя так, будто сам предложил себя построить и будто вы с Альфис, которая тебя сделала, старые друзья. И ты её бросил. Складывается просто идеально. Призрак, любящий людей, увидел разработки невероятного тела, как твоё, которые могла создать только учёная. Нарушил обещание и бросил кузена. А потом и её саму. И позже неуважительно отнёсся к фанату, совсем зазнавшись. Бургерпэнтс ведь хотел быть актёром. Он мне сам рассказал. Но ты отправил его работать в фастфуде. Меттатон, я думала, ты идеальная звезда, что ты — просто пример для подражания. А ты так жестоко поступаешь с окружающими... Я больше не хочу быть твоей фанаткой и считаю, что все должны узнать о твоих преступлениях! — громко выпалила она и отдышалась. Во рту пересохло после длинной речи. — О-хо-хо, дорогуша-а-а! — заливисто рассмеялся Меттатон. — Тебе стоит слушать поменьше некрасивых сплетен. Кому ты веришь? Грубиянкам, продающим мусор? Бургерпэнтсу, который завидует моей популярности и всеми силами старается доказать, какой я плохой, когда его об этом не просят? Ну что за глупости! А что касается призраков... Я и вовсе не понимаю, о чём ты говоришь. Если один призрак сбежал от другого, я ничего с этим поделать не смогу, прости. Но, если хочешь, я сделаю из этого драматичное шоу! Молодой монстр уходит от семьи в погоне за мечтами... И добивается невероятных успехов, потому что не все хотят тратить жизнь в скукоте, когда есть прекрасное! — рассказал он вариант сценария. — Нет! Всё слишком уж хорошо сходится. И дневники я тебе не отдам. Я просто не понимаю, зачем ты врёшь и скрываешься. Ты... считаешь, что это очень сильно ударит по твоей репутации? Но ты ведь можешь скупить свою вину и произведёшь на фанатов лучшее впечатление! Ты так не думаешь, Меттатон? — Эмбер на удивление доброжелательно улыбнулась и протянула вперёд руку, наивно понадеявшись, что Меттатон задумается и пожмёт её. — Хм-м... Нет, не думаю. Потому что я ничего ужасного не совершал. Призраком не был, Альфис могу прямо сейчас позвонить и доказать, что мы всё ещё можем общаться, а Бургерпэнтс... Ну, он просто не подходит на роль актёра, вот и всё. Если уж он даже не может изобразить из себя счастливого работника, что уж говорить о настоящих ролях. Так что не верь глупым сплетням, красотуля. Завистники, которые попытаются понизить репутацию знаменитости, всегда найдутся. — Но... — А за эту странную настойчивость я могу самолично выставить тебя из кабинета. Прости, но мне нужно разрабатывать сценарий для следующего шоу. Так что я бы попросил тебя уйти, дорогуша. И не распространять глупые слухи, — вежливо попросил он. Эмбер промолчала. Даже разочарование фанатки, пусть она и притворялась таковой, не посеяло в душе Меттатона семена сомнения, что заставили бы его задуматься о своём поведении. Она сложила дневники обратно в портфель и поплелась прочь из кабинета, совсем не зная, что придумать теперь. Новый план никак не приходил в голову, особенно после настоящего, ещё более глубокого разочарования в Меттатоне. Эмбер всё больше убеждалась, что он не дорожит никем, кроме себя. Конечно, если бы разочарованность распространилась среди фанатов, ситуация наверняка бы изменилась. Но для девочки было невозможно за раз рассказать всем любителям робота, каков он на самом деле. Подлый и эгоистичный. Трус, что боится признать и исправить свои ошибки! С этой печальной мыслью она вернулась ко входу. Монстры совсем не обращали на неё внимания. Она могла бы вновь заглянуть к Бургерпэнтсу, предложить ему самолично поговорить с Меттатоном, но знала, что так кот рискует совсем остаться без работы. Если бы такое случилось с ним по вине Эмбер, не только Бургерпэнтс не простил бы её, но и она сама. С ним она уже сделала всё, что могла. С другими же работниками Меттатон, как ей показалось, обошёлся более прилично. Девочка недолго побродила по курорту. Заглянула в коридор, откуда можно было попасть в номера, вернулась к фонтану, забрела в ресторан, который был переполнен монстрами, но новая идея так и не посетила её. У Эмбер оставалось два варианта: уйти или вернуться к Меттатону, чтобы высказать претензии более твёрдо. «Хм, а почему я вообще должна его жалеть? Я — разочарована. Меттатон — не заслуживает популярности. Он продолжает нагло врать фанатам, а я должна перед ним распинаться и подыскивать как можно более вежливые слова? О, вот если бы только был кто-то, кто мог бы подтвердить мои слова о том, какой Меттатон на самом деле и почему он эгоист, у него бы не осталось выбора! Хотя... Хм, если подумать, одно такое существо всё же имеется. Конечно. Флауи. Единственный, кто ни за что не захочет мне помогать. Впрочем, можно было бы и попробовать. Позвоню Альфис и попрошу у неё, чтобы отправила Флауи ко мне. Его любопытство и желание вечно пробовать что-то новое может мне пригодиться!» — Эмбер буквально осенило. С победной улыбкой она метнулась прочь из курорта. Она пробежала мимо огненного монстра, который до сих пор нетерпеливо ждал, пока его друзья закончат веселиться без него, и встала у дальней стены здания — там, где в качестве игрока проходила с Сансом по короткому пути. Отыскать номер Альфис в телефоне оказалось несложно. Она звонила Эмбер не так давно. Послышались гудки. Она ожидала, что ящерица будет находиться внизу и не расслышит звонка, но ей повезло: как раз в это время у той был перерыв. Совсем скоро она взяла трубку и неуверенно произнесла: «П-привет! Если ты про машину... Пока не готово, п-прости. А ещё... Сейчас у меня перерыв. Так что тебе повезло, что ты именно сейчас позвонила. Да... Так, эм, ты что-то хотела?» Эмбер решила обозначить проблему сразу же. «Да, мне нужна небольшая помощь, — прошептала она, чтобы не привлекать ничьё внимание. — Я нахожусь возде курорта МТТ, и тут возникла маленькая проблема. Но ты можешь не отвлекаться от работы. Попроси Флауи, чтобы отправился сюда. Если откажется — ладно. Это не настолько обязательно. Но я была бы рада, если бы он появился. Возможно, он не захочет, чтобы его видели... Но я в укромном месте, так что беспокоиться не о чем», — заверила она Альфис. Та недолго подумала, но всё же решила рискнуть. Всё равно Флауи заинтересовался человеком. Значит, он мог отправиться к Эмбер и никому при этом не навредить! Ящерица убедила Эмбер, что поговорит с ним прямо сейчас и, если откажется помогать, тут же перезвонит. А если не откажется — объявится сам. Цветок не заставил себя ждать. Совсем скоро он объявился прямо перед Эмбер, выбравшись из-под земли. Он язвительно улыбался и одним взглядом намекал, что хотя бы немного, хотя бы частично, но прознал о её приключении и намерениях. Флауи поглядел вдаль. Наличие там одиноко стоящего монстра и огромного курорта в принципе нисколько не радовало его, но он не мог не отметить, как Эмбер позаботилась о более безопасном месте для их встречи. Выжидать им было нечего, так что девочка предпочла перейти к сути разговора. Флауи с любопытством уставился на неё. Он был совершенно не против стать участником путешествия и перевернуть этот мир с ног на голову, теперь уже с помощью человека. — В общем, — едва слышно начала Эмбер, — я тут хочу разоблачить Меттатона. Я узнала, что он на самом деле призрак. А ещё бросил кузена и Альфис, а также унизил бывшего фаната. Мне не нравится, что в Подземелье такой монстр самый популярный. Но когда я говорю ему, что узнала правду, он притворяется, будто не виноват, а я просто наслушалась сплетен. Мне нужен кто-то, кто мог бы подтвердить мои слова. И я знаю, что ты можешь. — Неужели? И откуда же, мне интересно? И как ты умудрилась один раз умереть? Так жаль, что я пропустил всё веселье! — Флауи почти захихикал, но сдержался, чтобы не шуметь. — Хм-м... Если скажу, разболтаешь другим или нет? — Постараюсь молчать. По крайней мере, первое время, — посмеялся он над Эмбер. — В общем... Об этом мире я знаю. Не всё-всё, но многое. Потому что в моём Подземелье тоже, так скажем, существует. Только... в виде игры. Из неё я и знаю многих персонажей, которые в этом мире являются полноценными личностями. В том числе и тебя. Понимаю, что ты уже многое видел из-за своей Решимости, благодаря которой пробовал самые разные варианты развития событий. И я знаю, что история Меттатона тебе тоже известна. Так что было бы здорово, если бы ты мне помог. Ну же. Если хочешь рассматривать это, как издевательство... Представь, как Меттатон будет расстроен, когда упадут его рейтинги, — Эмбер делала всё, чтобы уговорить Флауи. — Занимательно. Ладно, убедила. О твоём мире поговорим немного позже. Всё равно это займёт больше времени, чем разборки с Меттатоном. Иди к нему. Я появлюсь, когда буду нужен, — с этими словами цветок спрятался под землёй. — Ладно... — произнесла Эмбер словно самой себе и направилась назад на курорт. — Эй, — послышался вдруг со стороны уже знакомый голос. Взгляд девочки пал всё на того же огненного монстра, с которым она разговаривала до возвращения к сохранению. — А ты довольно странно перешёптываешься в тёмном углу неизвестно с кем. Ты задумала какой-то план или что-то вроде? — Да я так, просто по телефону разговаривала, — солгала Эмбер. — Я тут узнала ужасные вещи про Меттатона и... О, зачем я вообще это обсуждаю, у меня всё равно нет времени... — опомнилась она и пошла прочь. — Про Меттатона? Ужасные? Удивительно, — на удивление добродушно усмехнулся тот. — Хотя если ты хочешь расстроить всех его фанатов, чтобы монстрам потом было нечего смотреть, жаловаться лично ему нет смысла. Я бы просто сделал вид, что хочу взять у него интервью в прямом эфире, а потом рассказал всем о его плохих поступках. Хм, но с чего я вообще взял, что ты хочешь лишить его фанатов... — призадумался он. — Ладно, забудь. Делай, что хочешь. — Да, верно. Но спасибо за идею с интервью! Я запомню... — девочка украдкой посмотрела на него и забежала на курорт. В этот раз незапланированный диалог с этим монстром продлился куда меньше, но при этом показался Эмбер куда более странным. По крайней мере, в конце. Она была уверена, что в его подсознании промелькнули моменты из её прошлой попытки разоблачения. И пусть в игре порой тоже виднелись моменты, когда монстры после неполного сброса считали игрока кем-то знакомым или догадывались о его намерениях, обычно это случалось не из-за мелочей! Эмбер невольно вспомнилось её же качество души. «Стоит быть поосторожнее. Наверное, Храбрость действует на память жителей не так хорошо, как самая сильная Решимость, и им проще вспомнить прошлое. Не хватало ещё запутать всё Подземелье из-за своих приключений», — рассудила она и побежала наверх, обратно к Меттатону. У дверей девочка оказалась быстро. Могла бы прямо сейчас позвать Флауи, но было слишком рано. Он должен был выбраться из-под земли в самый подходящий момент, когда Эмбер начнёт разоблачать Меттатона открыто, не стесняясь. Поклянётся ему, что есть ещё одно существо, знающее о его проделках, и воскликнет имя Флауи. Если он не обманул и на самом деле готов был помочь в таком странном деле, он бы показался. Эмбер уже было собиралась яростно застучать в дверь, но поняла: ей это не нужно. Не после того, как Меттатон со всей присущей ему наглостью и высокомерием выпроводил её вон. Он не церемонился с ней — и она не собиралась поддаваться ему. Девочка злостно распахнула дверь и решительно зашла в кабинет робота, чем мгновенно отвлекла его от работы. В душе Меттатона поселилось ни с чем несравнимое удивление. Не только из-за того, что человек грубо ворвался к нему, но и потому, что её настойчивость показалась роботу загадочно знакомой... «Милая, что же ты опять хочешь? Я уже всё сказал. Обсуждать больше нечего», — хитро посмеялся он. «Что ж, я ещё не закончила с тобой разговаривать! — грозно заявила Эмбер. — Я знаю, что ты продолжаешь скрываться, потому что не хочешь терять фанатов, но поверь. Если уж я узнала о твоих подлостях, в итоге выяснят и другие, — твёрдой походкой она приблизилась к нему. — И я уже знаю одно существо, которое тоже знакомо с твоими проделками. Флауи, можешь выходить», — мрачно приказала она, и Меттатон с ещё большим удивлением обнаружил, как из-под земли появляется очень большой в сравнении с остальными растениями Подземелья золотой цветок с лицом, на котором красовалась жуткая ухмылка. Вместе с пустыми, не выражающими никаких эмоций глазами она смотрелась ещё более ужасающе. Меттатон напрягся, пусть его панель и не могла передать эмоций в полной мере. — Человек прав, Меттатон. О тебе, как и о многих других, я знаю мно-о-ого чего. Можешь даже считать, что это моё хобби — раскрывать чужие секреты, хи-хи-хи. Так что я знаю, что ты призрак. И что кинул эту Альфис. Как и своего вечно ноющего родственничка, — в отличие от Эмбер, Флауи даже не пытался выражаться сдержанно. Безжалостно оскорблял всех. — А, ну и одного из фанатиков отправил работать в фастфуд. Кому на него не плевать? — Ну что за выражения! — возмутился Меттатон. — Знаешь, человек, я поражён. Вломиться в мой кабинет, да ещё и подговорить этого... Флауи так нелестно обо мне отзываться. Я был уверен, что люди прекрасны, но, похоже, тут есть огромные исключения! — Вот только она мне ничего не говорила, — ответил цветок за Эмбер. — Я не настолько идиот, чтобы всё мне разъяснять. Так что я знаю и про то, что уже отметил, и про других твоих родственников, двое из которых повселялись в манекены, и про вашу сгнившую улиточную фирму. Про вашу подружку Шайрену и её павшую сестру... О, поверь, ты не захочешь знать, что в итоге с ней случилось, хи-хи. Этого тебе достаточно? Теперь сознаешься? — со злобной усмешкой предложил он. — Что ж... — Меттатон выехал из-за стола, за которым сидел, подобрался к двери и плотно закрыл её. — Могу похвалить вас обоих за сообразительность. Вот только я не собираюсь терять фанатов из-за того, что человек и его друг решили унизить меня. — Так не унижайся, а признай свои ошибки и извинись перед теми, кому сделал больно! — выпалила Эмбер. — Неужели это так сложно? — О-хо-хо, дорогуша, очевидно, ты не понимаешь... Монстрам нужен идеальный кумир. Если только кто-то из них прознает о моих маленьких ошибочках — особенно так, как ты их преподносишь — я перестану быть звездой. А мне это не нужно. Так что давай поскорее с этим разберёмся, — Меттатон вытянул свою металлическую руку далеко вперёд, схватил портфель девочки и рывком снял его с неё. — Прости, но это я заберу себе. Если уж там... те самые дневники, пусть лучше они исчезнуть навсегда, чем ты используешь их для своих гадких целей. — А ну отдай! — яростно закричала Эмбер и побежала прямо на робота. К сожалению для неё, тому не составило труда увернуться, просто отъехав в сторону. — Вот чёрт... Если бы только у меня было хорошее оружие... Хотя в квадратной форме тебя всё равно не пробьёшь, верно? Тут Флауи догадался, что мог бы немного помочь. Вступить в битву он никогда не боялся, а если уж у Эмбер не было с собой оружия для сражения с монстрами, ему стоило использовать свои атаки: опасные лозы, лепестки-пули. Он приготовил первые, намеренно заострив их, чтобы разбить панель Меттатона. Тогда тот растеряется или вовсе потеряет контроль над металлическим телом, из-за чего расправиться с ним будет проще простого. Флауи принялся атаковать, пока Эмбер отбежала прочь, чтобы отыскать хоть один предмет, похожий на оружие. «Значит, битва? — поразился Меттатон. — Как печально! Что за варварство, что за позор... Только не разгромите офис!» — стал наигранно жаловаться он и в то же время приготовил парочку молний, чтобы обезвредить соперников. «Флауи, будь осторожен и не переборщи! Убивать я никого не собираюсь — только забрать у него свои вещи!» — прикрикнула Эмбер, но цветок, кажется, совсем не обратил на её слова внимания. Он принялся беспощадно ударять Меттатона лозами, в то время как тот запускал в него маленькие молнии. Флауи успешно уворачивался, то и дело уходя под землю, а робот изящно объезжал все лианы. Те же, которые попадали по нему, не причиняли никакого вреда из-за непробиваемости квадратной формы. Эмбер отметила, что Меттатон неспроста закрыл верь в офис. Если бы кто-то зашёл и обнаружил битву, они были бы шокированы. И пусть девочке хотелось бы это увидеть, проскользнуть к двери и с лёгкостью открыть её для неё не предоставлялось возможности. Она лишь надеялась, что снаряды, запускаемые как Флауи, так и Меттатоном, не убьют её, пусть и сомневалась, что выйдет из сражения невредимой. Цветочек вновь собирался запустить острую, как лезвие, лозу чётко в панель Меттатона, но тот догадался о его намерениях, создал пару маленьких бомбочек и бросил в сторону Флауи. Лиана была уничтожена, а сам он тихо прорычал от недовольства. «Слушай. Ты же знаешь, что разоблачить тебя — даже не моя идея. Предлагаю разойтись. А ты просто отдашь человеку эту штуку. Не так уж и сложно, верно?» — неожиданно он предложил мирное решение проблемы, но Эмбер не могла не заметить, как в его глазах промелькнула хитрая искорка. Он что-то задумал, но она пока не поняла, что именно. Девочка всё щё тщетно надеялась найти достойное оружие и в то же время винила себя за трусость. Она всё пряталась и отлынивала от битвы, пока Флауи делал всё за неё. Не то чтобы она хотела сражаться с Меттатоном вот так, с атаками и физическим вредом, но это вовсе не значило, что стоит ждать, пока с ним не покончит Флауи. Его план же был предельно прост: убедить Меттатона, что сражаться нет смысла, дождаться, пока он успокоится и откажется от битвы... Но вместо пощады атаковать! Когда монстр не хочет сражаться, его защита слабеет, и Флауи помнил об этом. Эмбер же до сих пор не подозревала. Она открывала все шкафы в кабинете, сбрасывала на пол бумаги и мелкую канцелярию и всё равно не находила среди них ничего ценного. «Достаточно. Я должна забрать портфель так. И я это сделаю! Меттатон не смеет красть мои вещи», — мысленно заявила она и стала красться к роботу, пока он был полностью сосредоточен на атакующем его Флауи. Потом она бы попробовала рассказать жуткие факты про Меттатона фанатам, как хотела сделать в прошлый раз, пока не отвлеклась. Начать стоило с Папируса. Единственного настоящего фаната, которого она лично знала на данный момент... «Так что, Меттатон? Согласен уладить всё мирно? Я думал, монстры очень дружелюбные и хорошие. Зачем же показывать себя с такой негативной стороны? Особенно если ты такая идеальная звезда? — усмехался в то же время цветок. Меттатон остановился, повёрнутый спиной к Эмбер. Идеальный шанс для неё схватить портфель и сорвать его с робота! — Правильно, не стоит впустую силы тратить. Особенно по таким глупым поводам. Так что, разойдёмся? Могу прямо сейчас тебя пощадить и убраться отсюда. С человеком сам всё переговоришь. А я сохраню твой секрет», — предлагал он, но в то же время незаметно приготовил под землёй очередную острую лозу, чтобы моментно атаковать Меттатона и ослепить его. Тому пришлось задуматься, а оттого он всё ещё не замечал, как Эмбер крадётся к нему. Флауи и вовсе игнорировал её. Даже если бы она умерла, вернулась бы к сохранению. Он не жалел её жизнь. — Что ж, хорошо, у меня есть причина не продолжать эту нелепую драку. Согласен на твоё предложение, странный цветочек, если ты действительно покинешь кабинет и позволишь нам с человеком самостоятельно разобраться с проблемой. Я готов быть пощажённым, — всем своим видом продемонстрировал Меттатон. — Чудно. Чу-у-удно, — мрачно протянул Флауи. В тот же миг подготовленная заранее острая лиана резко вышла из земли. Меттатон мог бы застыть на месте от ужаса и позволить плану цветка осуществиться, но он не был глупцом и использовал всю силу, чтобы вовремя отъехать и не позволить острию разбить панель. Едва не попало, и робот мог поклясться, что использовал бы похожую сцену в одном из шоу, в замедленном движении, чтобы продемонстрировать, как герой чудом избежал ранения. Но здесь было одно значительное отличие: за Меттатоном всё ещё стояла Эмбер, которая никак не ожидала, что увидит перед собой лиану из-за того, кто настоящий противник так стремительно избежал атаки. Флауи не успел убрать её, а сама девочка — отскочить, ведь ей никогда раньше не приходилось уклоняться от атак. Вот почему... спустя мгновение её пронзило насквозь. Эмбер безжизненно упала на землю. Напуганный от вида человеческой крови и безумной жестокостью Флауи, Меттатон отъехал назад, пока не упёрся в стол. В глазах девочки помутнело, и она не могла больше произнести ни единого звука, кроме жуткого хрипа. «У-у-упс, неловко получилось, — без капли жалости подметил цветок, пока убирал лозу. — Что ж, вернётся к сохранению. Невелика потеря», — такие слова слышала Эмбер в последние секунды жизни, до возвращения к той самой тёплой сияющей звёздочке. Винить Флауи за жестокость? Меттатона за эгоизм? Нет, она не могла ничего. Эмбер закрыла полные ужаса и паники глаза и дождалась заветного момента, когда страдания кончатся, а боль от кровавой раны перестанет расползаться по всему побледневшему телу. Никто не пытался ей помочь. У неё снова не получилось.

***

Очнулась, испуганно распахнув глаза, Эмбер уже в Водопаде, возле той же точки сохранения. Снова она осмотрела себя и с удивлением обнаружила, что на ней не осталось ни царапины. Никакой дыры в груди или других повреждений. Даже портфель с дневниками вернулся к ней! В то же время девочка начала понимать, чего добивался Флауи. «Ну конечно... Хотел, чтобы Меттатон утерял желание сражаться и ослаб. Надо было мне не лезть и стоять на месте, ждать, пока Флауи закончит... С другой стороны, в том варианте всё и так уже было испорчено», — Эмбер вздохнула и словно обняла саму себя, вновь вспомнив ужасающую рану, из-за боли от которой не удавалось даже закричать. Не хотелось бы ей повторить подобное... С Флауи стоило быть поосторожнее — теперь она это поняла. Но он наверняка запомнил всё, что произошло до возвращения к сохранению. И мог отыскать её. «Только бы Альфис заняла его работой...» — промелькнула мысль в голове девочки. Но теперь ей предстояло изобразить настоящую фанатку, которая хочет взять интервью о единственной звезды Подземелья и заодно рассказать побольше об устройстве Поверхности. «Ещё раз спасибо за идею, огненный парень. На этот раз я разоблачу Меттатона, в прямом эфире. Покажу его дневники всем. Тогда никто не скажет, что я выдумываю или сплетничаю», — загордилась она. Путь предстоял всё тот же: заглянуть к Герсону и перекусить, затем к Лодочнику, прибыть в Хотленд, к курорту МТТ и поговорить с самим роботом. Никаких больше угроз и загадок. Только доброта и неожиданный «сюжетный поворот» в виде разоблачения. Эмбер никак не смела терять времени и поторопилась исполнить новый план! И всё же, теперь она невольно осматривалась: не следит ли за ней Флауи?.. Однако цветок вновь оказался в лаборатории и увидел, как Альфис работает над машиной. «Серьёзно? Этот момент? Она вообще не думала о том, чтобы сохраняться почаще? Впрочем, если у неё есть какой-то план... Хм. Думаю, стоит бросить Альфис и последить за этим человеком немного. А то и вмешаться в её странное путешествие. Иначе она так и продолжит умирать, возвращаясь к этому злосчастному моменту», — разозлился он и незаметно для усердно работающей ящерицы скрылся под полом. Флауи был рад побыть наблюдателем. Или даже чем-то большим... Но пока не произошло ничего интересного, он не вмешивался. Человек был слишком непредсказуемым, чтобы с уверенностью утверждать, что он сделает дальше. Но именно на такое разнообразие цветочек и надеялся, когда заставлял Альфис ремонтировать устройство. Он не желал гнить в её пыльной лаборатории, упуская шанс...