Глава 12

             Следующая стезя, ожидавшая Эндро Перска – стала космической. Множество недель теперь Эндро пребывал в расположении научного корабля, принадлежащего военным силам миротворческого альянса дальних рубежей. Под началом капитана Уэйна Вильфора и ученого Станислава Стейниса теперь проходил очередной – как потом окажется в дальнейшем, важнейший – виток жизни Эндро Перска.       Теперь он был погружен в изучение территорий дальних рубежей Конфедерации. Мирных и неспокойных ее секторов. Помимо дальних рубежей, научно-исследовательская экспедиция Стейниса находила маршруты и на территории зарубежья, все больше соприкасаясь с запретными для человеческого мира территориями, принадлежащими расе протосс.       По началу Эндро с трудом понимал все происходящее, все больше находясь на корабле в качестве недалекого помощника. Он выполнял грубую и в какой-то степени, как считал он сам – тупую работу. Пребывание неизвестно где, не известно зачем, сильно напрягало и раздражало его. Внешне он не показывал недовольства, но внутренне он кипел от негодования и нетерпения найти лазейку вырваться оттуда и, наконец, заняться поиском ответов на вопросы, касаемо всего того, что устроили ему шугамарцы.       Научные экспедиции включали в себя сбор миритовых ископаемых. Наблюдение за звездами и планетами. Корректировкой территорий Конфедерации. Занимались поиском и наблюдением прочих живых существ, населяющих тот или иной сектор галактики. Много проводилось работы по изучению химических и физических составов планет, астероидов, атмосферы и прочих чисто научных вещей.       Но постепенно Эндро начал интересоваться работой. Проникаться ею. Изучать. Его стал интересовать научный материал, который был больше теоретическим, но после проведенных работ в экспедициях, приобретавший фактическое и материальное значения. Особенно его увлекло зарубежье. В частности, запретная протосская земля стала объектом его внимания и какой-то, даже страсти.       Чем больше они пролетали космических протосских пространств, не без риска для себя, тем больше Эндро занимался изучением данного вида живых существ. Много научного материала было доступно ему, чем он непременно пользовался, осознавая теперь, что подобного шанса может и не быть больше.       Разница между жизнью в научной экспедиции и той, какая была прежде, была огромной, но сравнивать с целью поисков положительных и отрицательных моментов, Эндро не видел необходимости. Каждая грань жизнь была ценна по-своему – единственное, что он подчеркивал для себя. Чем дальше, тем больше, изучая материалы и философию миров протосс, пусть и гипотетическую, Эндро приходил к выводу, что его наставник был прав. Нигде и никогда он бы не открыл для себя другую сторону жизни, если бы не здесь.       Обладая колоссальной для обычного человека работоспособностью, Перск успевал не только много работать, но очень много читать. Стейнис также оценил рвение и потенциал нового члена команды, вскоре знакомя его все с большей и интересной информацией касаемо не только жизни протоссов, но и его взаимодействия с человечеством. Много потрясающего сознание было открыто Эндро в экспедициях. Много и по долгу он размышлял, отвлекаясь от прошлого, но всяческий раз возвращаясь, как только выдавалась минута отвлечения.       Каждое мгновение жизни, неустанно и удивляя многих, Эндро пребывал в движении, открывая для себя что-то волнующе новое. Он открывал для себя нечто необычное, но ожидаемое. Не понимая до конца, но чувствуя, он осознавал важность происходящего с ним, впитывая подаренный шанс всем своим могучим существом, как фантома, так и обычного человека, не лишенного, может быть, не просто таланта, а даже одаренного гением.       Еще более утвердился он в своих убеждениях и вере однажды, когда экспедиция зашла на один из астероидов глубоко в системе Макронтас. Именно с виду незначительные вещи, которые он там завидел и прочувствовал, странным образом начали давать ему ответы на те вопросы, которые с первого взгляда, не должны были как-то пересекаться друг с другом.       На одном из астероидов близ протосского мира был обнаружен незаселенный астероид с пещерой, изнутри которой исходило псионическое излучение. Подобного явления не должно было быть, если живые существа отсутствовали, а значит, была какая-то пусть не тайна, но как, минимум, что-то, в том астероиде, что непременно должны запечатлеть люди.       И это что-то там оказалось. Приземлившись на астероиде, переодевшись в специальные облегченные скафандры, взяв с собой специальную аппаратуру, люди выдвинулись пешком в неизведанное. Эндро Перск к тому времени был уже полноценным членом группы, безукоризненно зарекомендовавшим себя. Отношение к нему было на равных даже с учетом того, что он не имел ни ученых степеней, ни даже не обучался подобному. Его потенциал бы виден не вооруженным глазом, и обойти стороной его было равносильно преступлению. Помимо прочего, он был бывший военный-призрак, что также сказывалось на его необходимости в случае, если вдруг будет какое столкновение с агрессивно настроенными чужаками. Помимо Перска в экспедиции принимали участие и другие военные, но среди них, призраком (не говоря уже о качестве фантома) он был единственным, а значит, стоявшим выше, чем кто-либо, относящийся к военному ремеслу.       Оказались люди в мрачном месте. Сине-черная земля, черное небо приветствовали гостей. Просканировав еще раз земли, и убедившись в том, что протоссов там нет, люди двинулись вперед. Преодолев с километр расстояния пустошей, люди оказались перед пещерой. Показалась она небольшой, что нельзя было сказать о ПСИ, исходящем изнутри.       Эндро Перск настороженно и внимательно относился к новому месту, вспоминая свой первый и такой далеко не дружелюбный контакт с представителями протосского мира. Невольно он вспомнил и о встрече с Эмилем Нарудом – том самом начале отсчета этапа своей жизни, после которого произошли разительные перемены во всей его жизни. Псионическая сила проникала в существо Эндро, совершенно игнорируя сопротивление, создаваемое имплантатом.       – Будьте очень внимательны, – предостерег он, все глубже проникаясь протосской энергией, – держитесь вместе и готовьтесь быстро убираться отсюда в случае чего. Вы четверо (указал он на вооруженных позади солдат) остаетесь у входа, и, если что-то пойдет не так, сразу же докладываете мне. Остальные рассредоточиться и слушаться моих команд. Это территория не просто вражеская, а инородная. Мы не знаем, что нас там может ждать, потому держимся друг друга и слушаемся строго меня. Не паниковать, не своевольничать. Дадите слабину и если здесь есть враг – мы все трупы!       – Здесь нет живых существ, – категорично заявил один из группы.       – Тем не менее, – сверкнул взором Эндро, давая понять, что не настроен на шутки.       – Хорошо, выдвигаемся, – ответил Стейнис, делая шаг в направлении пещеры.       – Сильно далеко не отходите, – предупредил Перск, включая фонарь, прикрепленный на его винотовке.       Ученый махнул рукой и пошел с прежней скоростью, не оборачиваясь на взволнованного Перска.       Группа прошла метров сто, может сто пятьдесят, ничего не обнаружив. Скалы были – как скалы, пещера – как пещера. Но было это только внешне. Приборы фиксировали увеличение ПСИ протоссов. То же фиксировал и Эндро Перск, чувствуя, как ему становится все труднее преодолевать подобное воздействие внешних сил.       – Я уйду под невидимый покров, слишком тяжело сопротивляться здешнему излучению, – предупредил Эндро, начав постепенно растворяться.       – Если вам так будет проще, – ответил Стейнис, рассматривая окружающий людей каменный мир.       Люди еще немного прошли вперед, но вскоре перед ними оказался тупик.       – Дальше прохода нет! – отозвался один из ученых, внимательно рассматривая темную стену, прервавшую путь.       – Какая странная стена, – подошел, озаряя светом своих фонарей, к стене Стейнис. Он провел по преграде рукой, удивившись тому, насколько поверхность темной стены была гладкая. В ней словно в зеркале отражались все те, кто находился позади.       Эндро Перск тоже не без любопытства подошел к находке, начав ее сканировать своими псионическими силами.       – Она пропитана псионическим излучением. Очень сильно. Я чувствую: через щели просачивается невообразимо мощный поток псионической силы.       После слов Перска все переглянулись между собой.       – Надо как-то попасть вовнутрь, – констатировал Стейнис.       – Взорвать не вариант, все эти древности могут обвалиться, – ответил худощавый парень, державший в руках планшет и что-то старательно на нем то ли считая, то ли писав.       – Сломать так мы не сможем, – заключил один из военных, примечательной вещью которого была крупнокалиберная пушка за правым плечом.              – Аккуратно прорежем плазменной резкой, – ответил Стейнис, давая команду своим коллегам, чтобы они распаковывали многочисленные сумки и ящики с оборудованием. Народ подчинялся.       Эндро тем временем прислушивался к тому, что просачивалось изнутри все сильнее. Спустя некоторые мгновения он обратился к Стейнису:       – Может на этом закончим?       – Исключено, – парировал Стейнис, хмуря не молодое лицо, – надо как-то оправдать наше присутствие здесь. Будем копать глубже.       Ученые без промедления стали срезать гладкую породу. Яркое свечение плазмы разлилось по всему месту, в котором пребывали люди, озарив немного даже, оказавшийся довольно высоко пещерный свод.       – Он идеальной формы, – удивленно смотрели ввысь люди.       – Согласен… – выдохнул Эндро, вглядываясь в вибрирующую тусклым светом высоту.       Казавшаяся снаружи скалистая пещера результатом природного творения теперь уже ощущалась иначе. По энергетике, по строению и тому, как сложно люди прорезали гладкую преграду к псионическому излучению, складывалось впечатление, что все это творение дело рук исключительно разумных организмов.       Эндро перестроил режим видимости одной из камер, встроенных в своем шлеме скафандра, после чего еще раз устремился вниманием наверх. В сине-сером своде под увеличением он смог разглядеть мелко высеченные элементы, напоминающие какие-то схематичные изображения.       – Как странно! – удивленно произнес один из резчиков.       – Что? – тут же среагировал Стейнис.       – Вначале плазма не брала этот материал, а теперь плавит, словно горячий нож масло.       – В самом деле, – завороженно глядя на стекающую раскаленную породу из-под плазменного резака, ответил Стейнис.       – По всей видимости, был установлен щит, – подытожил Эндро, заостряя внимание на процессе взлома. Также он заметил снижение присутствия псионического фона.       Вскоре порода поддалась и внутри гладкого монолита образовалось тлеющее отверстие, в которое могли пролезть только существа габаритом схожим с людским. Охладив проход, ученые и солдаты двинулись в неизвестное.       Войдя внутрь монолита, люди ахнули. Их приветствовало нечто напоминающее внутренний уклад храмов. Небольшое помещение округлой формы с купольным сводом находилось внутри основной скалы. Стоит отметить, что данная находка источала свечение. Тусклый и немного мрачный свет длинными, тягучими потоками простирался в некоторых местах стен, свода и, словно бархатных, полов. Скалы вокруг были выделаны под нечто напоминающее барельеф. Выпуклые и вогнутые схематичные рисунки красовались по всему периметру пещеры, как на стенах, так и на ее своде. Местами по темным стенам виднелись продолговатые золотистые элементы, от которых исходило некоторое голубоватое свечение. В центре располагалось нечто, напоминающее алтарь. Возвышалось это нечто на конструкции, выполненной также из мрачного синего камня, золотых и серебряных вкладок, больше дополняющих нечто своими неповторимыми узорами. Поодаль от входа, на диаметрально противоположном конце виднелась конструкция, которая станет известна человеку, как энергетический пилон. Огромный кристалл, слегка озаряемый отблесками плазменных щитов, был окаймлен золотистым ободом, проходящим в три горизонтальных хомута, и два вертикальных, выходящими за пределы корпуса кристалла, предавая ему интересный внешний вид. Погружен он был в нечто, напоминающее золотой постамент, встроенный в основание. К темному бархатному основанию от кристалла, а точнее от хомутов и подставки плавными, словно корни от деревьев, отходили вьющиеся элементы. Присутствовал едва уловимый вибрирующий гул.       – Размещайте сканеры и камеры. Аккуратно исследуем объекты. Под чутким руководством начальников групп, производим манипуляции и прочие действия, – предупредил Стейнис, начавший активно шевелиться народ.       Началась работа знакомства с наследием неизвестных рас. Тут же люди принялись изучать все увиденное не только визуально, но и тактильно, где, просто касаясь к находкам, а где применяя весьма грубую силу. Станислав Стейнис то и дело резко поправлял своих коллег, грубо оскверняющих чужие владения, напоминая им, что они имеют дело с неопознанным, далеким от человеческого мира. Но люди, чем глубже проникали в своем познании, тем грубее и не аккуратнее становились.       На несколько суток по универсальному времени затянулась работа по изучению артефактного места обнаружения. Досконально люди обследовали крупицу за крупицей таинственной пещеры. Каждый ее объект, уголок были отсканированы и проверены как техникой, так и лично людьми.       Место, напоминающее алтарь было разобрано на отдельные части. Гармонии ныне не наблюдалось. Золотые куски были разломаны и растащены кем на память, а кем для работы. Довольно печальной стала картина в конце проведения изучения среды.       Эндро Перск больше наблюдал, не касаясь ни к чему чужому. Недовольно он наблюдал за процессом, чувствуя себя, как минимум вандалом. Существом он осознавал, что подобное делать даже в рамках постижения окружающего мира было неправильно. Он делился своими мыслями с руководителями экспедиции, но те, в свою очередь, посмеиваясь, махали рукой, уверенно заявляя, что не делают ничего противозаконного.       В итоге, почти, полностью люди вывезли всю пещеру. Только зафиксированная трехмерная съемка сканерами теперь напоминала о том, какой она была. К счастью с протоссами встретиться не случилось. Воодушевленные люди во главе с Стейнисом, после некоторого отдыха и осмысления найденного, решили продолжить подобные экспедиции.       Отдано все было в изучение лабораториями, находящимися под начальством Эмиля Наруда. Как заметил Эндро Перск теперь, в самом деле, его наставник занимал высокое место среди элит Конфедерации.       Стоит сказать, что людьми, когда им удалось вскрыть первый предмет, напоминающий алтарь, была обнаружена интересная находка, внешне напоминающая сферы сил, что находились у протосского народа в областях груди или поясов. Данная сфера не имела никаких признаков какой-либо энергии, но ее наличие и следуемый вопрос – чем она была, волей-неволей заставляли людей не только копать дальше, но и стараться применить полученные знания на практике.       Даже Эндро Перск занялся профессиональным обучением, тесно связанным с тем, чем занимался. Пусть он обучался дистанционно, но и этого было немало в его положении. Он чувствовал, что полученные знания необходимы будут ему в будущем. Помимо всего прочего, как только он оказывался на большой земле, он не забывал о главной своей цели, о которой уже никому не говорил, но все равно держал в уме. Расследование, связанное с шугамарцами то и дело будоражило его кровь. Пусть без колоссальных средств и поддержки, но он верно продвигался все дальше.       По большей части самостоятельно на свой страх и риск, Эндро занимался отслеживанием потоков финансов, которые выделялись на экспедиции, содержание лабораторий, армии и прочих средств. Также Эндро Наладил контакт с Майком Зиане, что когда-то работал под его началом и был тоже отстранен от прежних дел. Издалека приходилось действовать Перску, чтобы пусть и бывший верный коллега, начал сам того не понимая помогать в расследовании. И так происходило с каждым, кто мог худо ли бедно помочь пролить свет во все происходящее.       Экспедиции и изучение мира протосс продолжалось в те моменты, когда завершалось расследование. Эндро Перск не отдыхал совсем. Последние месяца он только работал и работал. Даже невероятная выносливость под напором немыслимого перенапряжения начинала давать сбои. На грани своих сил действовал Эндро Перск, движимый познанием истины.       Сектор за сектором давался экспедициям конфедератов. Семь успешных рейдов насчитывалось у капитана Вильфора, когда Конфедерация определила еще пару на ту же работу, в целях ускорить и увеличить процесс изучения.       Но, как это не показалось странным. В первом же рейде на территорию протоссов, добавленная научная экспедиция капитана Дарингова попала в неприятности. Неприятность завершилась тем, что по не известным обстоятельствам научный корабль со всей экспедицией был уничтожен. Как показало расследование: произошло столкновение с протосскими жителями. Впервые за долгое время конфликт между протоссами и людьми привел к жертвам. Никто не ошибался в том, что протоссы устроили расправу над людьми. Оставался открытым вопрос: почему они сделали это именно там и тогда...       – Близко подошли мы, – отвечал Стейнис.       – Может тогда не стоит настолько близко летать к ним? – спрашивали коллеги.       – Это зависит не от расстояний наших, а от знаний. Думаю, скоро произойдет нечто в нашем познании, что приведет к нешуточному конфликту между мирами.       – Может, тогда стоит остановиться?       – Не получится… – обреченно отвечал Стейнис, по всей видимости, уставший от постоянной работы и риска на запретных территориях.       Настал тот день, когда его экспедицию определили в гиблое место. Противиться не было возможности. Подавленные, в том числе и Эндро Перск, люди держали путь к месту уничтожения экспедиции Дарингова. Во время отправки, Эндро Перск силился понять суть происходящего, а в частности перемен не в лучшую сторону своего наставника Эмиля Наруда. Чем больше проходило времени, тем более они отдалялись друг от друга. Более того, Эмиль отдалялся от всех, с кем когда-то был связан. Он все больше начинал жить на только себе понятной волне. Перестал открыто делиться соображениями касаемо полученных знаний. Замкнутым и скрытным стал когда-то открытый, пусть и жесткий, самый близкий в этом мире для Эндро человек.       Как заметил Эндро: на этот раз большинство людей, задействованных в экспедиции, состояло из солдат-призраков. Выданное вооружение было одним из последних в своей модификации. В полной мере ничего не освещалось, но что-то неладное готовилось точно.       Стейнисом непосредственно перед высадкой на враждебной территории, был проведен брифинг. Все было сказано сухо, но по делу. Ключевым стало то, что люди вынуждены будут вступить в боевой конфликт с хранителями необходимого артефакта. Любые вопросы были пресечены. Никакой углубленной информации не полагалось, под предлогом того, что лишние знания могли отрицательно сказаться на результате миссии.       – Мы уже превращаемся в бандитов, преступающих мировые соглашения, – как-то высказался Эндро, заострив на себе внимание.       – Не тебе решать. Знай себе – выполняй приказы… – был получен ответ, сильно не нравившийся тому.       Интересной частью задания, не прошедшей мимо внимания Эндро, стала одна вещь в виде использования уже порядком забытого телепортационного диска. Эндро словно кипятком окатило, когда он увидел на борту научного корабля то самое, внешне похожее на элементы отделки полов, что присутствовали как в секретной лаборатории, которой он когда-то руководил, так и на участке в его ведомстве. Он вспомнил и выкраденные прототипы телепорта. И тут его стали озарять пугающие и леденящие душу подозрения. Пока Эндро размышлял, была указана точная инструкция, каким образом использовать это последнее достижение науки и техники.       Задание заключалось в десантировании на место. Поиске артефакта, коим являлась некая наиважнейшая сфера, в отличие от прошлых, источаемая свечение. Возможным вступлением в конфликт с хранителями и завершить все телепортацией обратно на корабль, который будет ожидать своих героев на уровне нижних слоев атмосферы – при этом все равно достаточно далеко от солдат.       Как показалось Эндро Перску, миссия еще до своего начала была провальной. Интуитивно он понимал, что никому из людей даже близко невозможно подобраться к той силе, которая не является человеческой. Ни по состоянию защиты, но по состоянию атаки, люди не могли ничем похвастаться. С другой стороны, судя по важности миссии, собраны были лучшие из лучших, а значит этот артефакт крайне важен для государства и собственно Эмиля Наруда. Убивать их всех там было дорогим и нерезонным удовольствием. Более того, Эндро не мог свыкнуться с той мыслью, что Эмиль Наруд приравнивает его – лучшего из своих подопечных ко всем прочим и совершенно не дорожит им. До последнего агент Перск не верил в то, что между его бывшим наставником и ним была непреодолимая пропасть.       «Неужели здесь собрались фантомы, такие же как я – не больше и не меньше… Что же ты хочешь достичь, учитель?» – задумался Эндро, пытаясь слегка проникнуть в сущности окружения. Ему ничего не удалось. Каждый из призраков умело скрывал свои ПСИ от других. Все были действительно равны друг другу. Каждый был силен и уверен в своей силе.       Эндро стало тошно. Он понял, что отношение, которое ему казалось отеческим и наставническим со стороны Наруда, было лишь иллюзией. Он был одинаково расположен ко всем собравшимся здесь. Всем тем, кого он определил на задание… Или верную гибель.        Наруд нарушал мировую конвенцию о запрете создания подобных боевых единиц как фантомы. Но даже не то, что Наруд занимался созданием оных, сколько факт его работы, идущей в разрез закону, сильно настораживал Эндро. К тому же, эти телепорты. Во что бы то не стало надо было возвращаться живым с этой миссии, как понимал Эндро – с последней своей миссии, связанной с покровительством наставника.       Уже вскоре настал такой момент, когда вдруг агент Перск все понял, касаемо террористической организации Шугамар и связанного с ними. Но для убедительности нужны были доказательства, и теперь он понимал, где их взять. Место их поиска оказалось намного ближе, чем могло показаться…