Рабочие (и не только) склоки.

Глава 4

      Как может начаться смена у техника? Может, с планового осмотра? Обхода пиццерии? Нет. Сегодня день начинался сразу с концерта, так как Кэтрин опоздала на работу. Монти, естественно, её не заложил перед начальством, ведь нынче даже он был на нервах. Никто не ждал, что самая горячая пара так поссорится. Да ещё не просто поссорится, они разосрались жуть как сильно. Без подмоги тут не справиться. Кэтрин всю ночь из-за этого не спала, размышляя над создавшейся ситуацией и вариантами её решения. Что сделать? Что сказать? Как не усугубить? Она просчитывала все варианты. Но предугадать всё было невозможно, так как Беатрис она знала пятьдесят на пятьдесят, а Бонни, кроме Беатрис, никого к себе не пускал. Потому Кэт не выспалась и опоздала.       Сейчас было уже почти двенадцать часов дня. До концерта десять минут, потому Монти и Кэти бежали буквально скачками до зала, где справлялось день рождения какого-то Джефа Бейкера. Мальчишки семи лет. Кэтрин надеялась встретить на этот раз Софию и посоветоваться с ней, так как во время концерта техники отдыхали рядом со сценой. Из-за работы, они с подругой почти не виделись и не разговаривали. Кэтрин всеми мыслями была уже рядом с Софи и обсуждала ссору в отношениях ББ, как их все называли.       Концерт был на этот раз в большом зале для празднований, так как народу тьма. Люди набились в зал, точно огурцы в бочку. Создавалось ощущение, словно тут весь город собрался, хотя это было не так. Мальчик просто позвал всех своих знакомых. Естественно были заказаны маскоты: Фредди, Рокси, Чика и Монти. Странно, что не было Бонни или Фокси. Неужели Бонни так плохо или же его не заказали? Слабо верится.       Кэтрин распрощалась с Монти возле входа на сцену. Они дали друг другу «пять», звонко шлёпнув ладонями. Но взгляды у обоих были беспокойные, а у Кэт улыбка вышла натянутой. Монти поспешил скрыться за сценой с остальными аниматрониками, дабы обсудить с ними последние сплетни и успеть подготовиться к концерту. Последнее, что увидела Кэти — кончик зелёного хвоста Монти, скрывшийся за кулисами.       Кэтрин стала беспокойно оглядываться и бродить по залу, от волнения мешая детям и взрослым. Софии нигде не было видно, а телефон Кэт оставила в гримёрке Монти вместе с рюкзаком. Блятство. И что теперь делать? Без подруги Кэтрин чувствовала себя потерянной девочкой. Девушка путалась в шариках, летающих тут и там, запиналась о коробки с подарками, но последним стало то, что она врезалась в одного из ботов, который разозлился и отправил её прочь, так как здесь технику быть не полагалось.       Оказавшись в зоне для нахождения техников, Кэти устало плюхнулась на один из мягких пуфиков, закрыв лицо руками. Противное чувство беспомощности. Она топнула от злости ногой. Кэт помолилась, что София тоже придёт в зону для техников и поговорит с ней обо всём, что вообще сейчас беспокоило девушку. Кэтрин выпрямилась и оглядела зону.       Это был небольшой участок, огороженный чёрными перилами и обставленный пуфиками, диванчиками и столиками с напитками. Отсюда было лучше всего видно сцену и аниматроников на ней. В зоне уже было несколько техников. Люси и какой-то незнакомый мужчина лет тридцати с хвостиком. Кэтрин насторожилась.       Если судить по аниматроникам, то техников должно быть всего трое, так как у Чики не было техника. Тогда вопрос. Где София? И ещё один. Чё за мужик? Кэтрин прищурилась в его сторону. На его рубашке был бейджик, и Кэти привстала, дабы видеть лучше. Она уловила только его имя. Реджи. Какое-то слишком знакомое… Стоп…       Кэтрин вспомнила, где она его слышала. Когда Беатрис показывала ей и Софи аниматроников, то это имя прозвучало в гримёрке Рокси. Её бывший техник. Что-то здесь неладное… Какого чёрта он тут? Восстановился в должности? Где же София? В этот момент Реджи и Люси сидели, прижавшись друг к другу в объятиях. Реджи смотрел на что-то а телефоне Люси, а та улыбалась весело и мягко, словно она сидела не с каким-то коллегой, а с самым родным человеком в мире. Почему именно так? Девушка не должна говорить о своих чувствах и любви, всё видно по её глазам. Пусть говорят мужчины. И мужчина говорил. Реджи шептал на ухо что-то Люси, и та краснела.       Не медля больше ни секунды, Кэтрин подскочила с места и унеслась пулей из зала для праздников. Но уже вдалеке она сообразила, что абсолютно не знает, где Софи и как её найти. У Кэт не было никакого понятия и даже мысли о том, куда она могла подеваться. Кэтрин взъерошила свои волосы и огляделась. Она была рядом со служебным входом, что вёл в Детский сад. Этот вход был самым ближайшим к залу для выступлений. Кэти задумалась. С подругой они были похожи во многом, да и знали друг друга давно.       Девушка закрыла глаза и попыталась представить себя на её месте. Если бы она сильно расстроилась, то куда бы пошла? Тёмное, тихое и укромное место, где никого нет, а если и бывает, то крайне редко. Кэтрин устремилась к служебному ходу, ведущему в Детский сад, по которым ходили только сотрудники, аниматроники и боты. Она надеялась найти подругу в одной из подсобок или хотя бы в какой-нибудь кладовке…

***

      София сидела в темноте подсобного помещения рядом с Детским садом. Она была в позе эмбриона на полу, уткнувшись носом в колени. Девушка сжимала на голове волосы, безвучно давясь слезами. Трёх дней не прошло, а её уже променяли. Что за хуйня? Всё шло отлично! Они с Рокси так отлично ладили, пока…       Подсобку пронзил луч света, когда вошла Кэтрин. Она прищурилась в темноте, пытаясь хоть что-нибудь разглядеть, пока глаза привыкали после яркого света. Её сразу же озадачил всхлип, а затем и хныканье. Безошибочно она могла определить, что ноет София. Ну а кто ещё так может давиться крокодильими слезами? Разве что Монти, да и тот аллигатор.       — София? — хриплый шёпот от Кэт, так как она всё же переживала за свою подругу, искренне волнуясь.       — Кэти, иди нахуй… — прохныкала Софа, обнимая свои колени. — Вообще сейчас не до тебя!       — Придурошная! Я здесь, чтобы помочь! — Кэрин включила фонарик на часах, так как дверь за ней закрылась сама из-за доводчика, который притягивает дверь и закрывает её. — Заебла уже своей самостоятельностью… Если ты закроешься в себе, я убью тебя.       — Да убивай… Плевать уже… — когда Кэти села рядом с Софией и притянула её к себе, та послушно подалась объятиям и уткнулась в её плечо носом. — Вообще похеру…       — Да что случилось то? — пробормотала Кэтрин, поглаживая её по спине. — Я вообще не врубаюсь чё у вас там стряслось…       — Рокси меня променяла! — вскрикнула София, сжав в объятиях Кэтрин так сильно, что она почувствовала каждое ребро в своём теле и едва не задохнулась. Бешеный поток слов понёсся из рта Софы. — Сегодня утром заявился ебанутый Реджи и заявил, что он скучает по Рокси и хочет к ней вернуться! Рокси сразу же его приняла! С распростёртыми объятиями! Она забила на нашу дружбу и наладившееся общение! Кэтрин оглушило этой волной от обычно молчаливой подруги. Столько эмоций в одном теле… Кэти явно недооценила свою подругу. Сдавленно выдохнув, она пригладила её волосы.       — То есть, если я правильно поняла… У тебя забрали Рокси, и теперь ты техник без маскота? — нахмурилась Кэти. Сейчас она поняла, как сильно возненавидела Реджи, которого даже толком не знала.       — Да… Сука, да! — уже злобно говорила София, но плакала только сильнее. Кэтрин никогда не умела поддерживать других. Даже родных. И сейчас у неё из головы словно удалили весь словарный запас, оставив пустоту и ненависть в груди. Хотелось помочь подруге, но как? Тут ничего не попишешь. Беатрис в заебальнике из-за ссоры с Бонни. Вообще не стоит сейчас касаться её с чужими проблемами. Ей бы свои решить. Кэтрин поджала губы. Как хотелось обсудить это с подругой. Может, стоит отвлечь её чужой ссорой?       — Эй… — нерешительно пробормотала она, потрепав Софию по плечу. — Слышала о сраче недавнем?       — Только глухой про срач ББ не слышал… Сейчас это на устах у всех аниматроников. Я слышала, как Чика сплетничала с Рокси, обсуждая, как им помочь. — Включилась в разговор Софа, ещё глотая слёзы и громко шмыгая.       — Да они оба гордые… Сукины дети… Их мирить нужно. — Проворчала Кэтрин, стиснув Софию в объятиях. — Я их обоих так мало знаю, но уже тяжело видеть порознь этих двоих… Наша менеджер очень эмоциональная, я боюсь, что она может сорваться. Во всех смыслах.       — Честно, мне поебать на них, но конкретно Беатрис жалко… Она заводная, может руководить, придумывать что-то интересное… Если она зачахнет… Умрёт всё заведение. — Вторила София, отвлекаясь от своих переживаний.       — Если это произойдёт, я расхуярю Бонни так, что вся команда фиксиков ахуеет. В нашем случае команды техников и инженеров. Проще будет нового маскота купить, чем этого монстра собрать. Дешевле обойдётся! — прорычала со злостью Кэтрин, но её террада прервалась, когда пикнули часы в виде головы Монти на запястье.       — Что там? — тут же подняла голову София, щурась в темноте на свет часов Кэт.       — Монти написал… Концерт кончился. Просит сходить с ним на зарядную станцию, чтобы ему было не скучно. — Она вздохнула и выпустила Софию, вставая с пола и идя к двери подсобки. — Давай как-нибудь потом, м? Я всё ещё думаю, как помирить этих долбоёбов…       — Нужно заставить Бонни действовать. — Сказала София, снова садясь в позу эмбриона. — Она безумно любит его. Даже после ссоры. Может и обижена сильно, но утром в кафе я спалила её дневник. Там все страницы в рисунках его тела и портретах. Кэтрин замерла на секунду, сжав дверную ручку в руке. Она подумала над этой информацией, затем кивнула и вышла из подсобного помещения.       Кэтрин решительно шла по тёмному служебному коридору вперёд. Её глаза пылали молниями от озадаченности. Столько проблем решать в этом чёртовом месте. Зачем ей это надо? Кэт сама не знала, но это очень весело и прикольно. Хоть какое-то развлечение. Ебаться с этими дырочками — один из способов забить на собственные дела и проблемы. Гениально? Пятьдесят на пятьдесят. Как жаль, что за сование нос не в свои дела администрация не даёт премию.

***

      Когда София осталась одна, в голову снова полезли эти мрачные, полные одиночества и отчуждения мысли. В любви не везло, в работе тоже. И куда теперь деваться? Софа зашлась в тихих рыданиях, спрятав лицо в своих коленях. Темнота подсобки была для неё защитой, местом безопасности и спокойствия. Гнетущая тишина сейчас была для неё лучше всего. Но так казалось ей. Что тишина лечит, одиночество помогает, а мрак успокаивает. Но она только глубже вгрызалась в саму себя. Чёртово место работы, не стоило вообще сюда соваться! Работала бы себе спокойно в службе доставки и в ус не дула бы.       Солнце очень нервно шёл по служебному коридору, идущему от Детского сада вперёд. Он даже подпрыгивал вверх от волнения, так как в любой момент к нему могли спуститься дети, а его не было на рабочем месте. Да как на зло в мысли прибавлялся ещё назойливый голос Луны, который знал каждую его мысль и добавлял ещё сверху свои собственные укоры.       — Ну каким конченным нужно быть, чтобы пролить последний бутылёк клея с блёстками?! Да ещё и на ковёр! — Луна бесновался, а его громкое рычание перекрыло все мысли Солнца.       — Не сквернословь… — прошептал Солнце, тяжело прикрывая глаза. Он и так чувствовал себя виноватым, ещё и Луна добивал. — Ты же знаешь, что я не специально…       — О да, просто ты самый рукожопый аниматроник на свете! — взревел Луна. Его голос сильно бил внутри головы Солнышка, от чего бедолага морщился, чувствуя боль. — Ещё и блёсток под рукой нет! И откуда мы их стрясём? С твоей позитивной задницы?!       — Прекрати на меня орать! — прошипел Солнце. — Сейчас все дети должны быть у Фокси… Ну или ещё где-нибудь… А блёстки есть в подсобке. Я увере… — Солнце подошёл к подсобке и прервался, когда услышал всхлипы за дверью.       — Ну отлично… Там ещё кто-то плачет. Зайди, проверь. Вдруг что-то важное. — Проворчал Луна, словно старый дед своим шипящим голосом. Может, он и был врединой, но сочувствие умел проявлять.       — А если это личное? — мялся Солнце, топчась возле двери. Его лицо отражало полную неуверенность и страх. — Мы не должны ввязываться в чужую жизнь, Луна…       — А если это Беатрис? Этот уебан Бонни повёл себя как последний гнилостень на этой земле. Ненавижу его. — Ворчал Луна. — Мы нужны тому, кто бы там ни был. Прекрати быть уже тряпкой, ради Христа. Солнце сильно волновался и даже дрожал слегка. Он нажал вниз на дверную ручку и открыл её.       Глаза Солнца осветили золотым светом темноту комнаты, сразу заметив на полу сидящую Софию. Она плакала, дрожа всем телом и громко шмыгая. Солнце словно водой в этот момент окатили, а Луна полностью замолк, как будто его нет. Вообще-то у него и Софи общение не заладилось сразу… Но даже ему стало жаль.       — София? — шёпотом окликнул её Солнце, всё ещё стоя в дверном проёме, освещаемый светом из коридора. Она подняла голову и посмотрела на него глазами, которые напоминали море из-за большого количества влаги в них. Девушка поджала губы и шмыгнула носом. Вечно весёлый Солнце, который мог успокоить любого ребёнка и найти выход из любой ситуации, сейчас сдулся, как шарик.       — Подойди к ней, увалень! Ты же видишь, что ей плохо! Мы должны помочь! — начал рычать Луна, бьясь в его голове.       — Софи… — прошептал Солнце, игнорируя Луну. Он остался на месте, не желая нарушать личное пространство девушки, боясь её спугнуть. — Что произошло? Но София отрицательно покачала головой, пряча лицо в коленях. Она сжалась в дрожащий маленький комочек, словно один из детишек в Детском саду. Солнце сделал непроизвольный шаг вперёд, оказываясь в комнате. Луна орал в его голове, бесясь, что Солнышко медлит. Оказавшись в темной комнате, рука Солнца соскользнула с дверной ручки, и дверь автоматически закрылась от доводчика. Подсобка погрузилась в темноту.       Луна тут же вступил в дело. Глаза его светились красным в темноте, когда он оказался рядом с Софи. Но он не действовал резко. Сел рядом на пол и посмотрел задумчиво на Софи. Узнать бы в чём её проблема, подумал Луна. Он откинулся на стену спиной и скрестил руки на груди. Немного подумав, произнёс такие простые, но нужные слова.       — Дерьмо случается, София. — Коротко шепнул он и без того шипящим грубым голосом. — А куда без него в жизни? Никуда не деться… Луна запнулся, когда София прилегла на его плечо. Он скосил на неё взгляд и… Что это? Уголки его губ дрогнули в мягкой улыбке. Он приобнял её за плечо, ближе прижав к себе.       — Луна, а личные границы?! Она же… Мы же… — мямлил звонким голосом Солнце.       — Заткнись. Хоть кто-то в этом месте должен быть мужиком. — Холодно отдёрнул его Луна, крепче обняв Софию. Девушка прижалась к нему, позволяя сейчас делать с собой всё. Ей хотелось в этом моменте забыться. Утонуть хоть раз в близости, пускай и с роботом. Бездушным, но одновременно таким живым. Таким… Помогающим. И пускай, что вредный ворчун этот Луна. Она внимала каждому его слову.       — Жизнь ломает только тех, кто силён собой. Тех, кто способен подняться. В слабых уже и ломать нечего, они и так на коленях. Да и не встанут никогда… — Луна усадил Софию на свои колени, поджав их и обняв её полностью. Он уложил её голову к себе на грудь и закрыл глаза, переходя на шёпот. — Ты же сильная. Я видел это в твоих глазах. Просто нужно чуточку успокоиться и вдохнуть полной грудью. София жалась к нему и держалась за его плечи, как утопающий за спасательный круг. Разве можно было сейчас сопротивляться этому голосу, который гипнотизировал её? Луна в свою очередь кратко прислонился губами к её виску, зарывшись острым носом половинчатого лица в её волосы. Его пальцы очерчивали изгибы спины Софии сквозь одежду, проводя их кончиками по жёлтой блузке девушки. Она кратко выдохнула, более спокойно. Руки обвили грудь Луны, скрестившись у него на спине. Она ответно обняла его. Луна плотно закрыл глаза, стискивая её в объятиях, но не сильно.       — Всё хорошо… Просто не твой день… — шептал он, стараясь звучать как можно тише. Губами он нашарил в темноте её лоб, сдув с него пряди волос и мягко поцеловав. — Не расскажешь, что тебя так расстроило? Может, я кому-то в глотку вылью сегодня остатки клея с блёстками. София улыбнулась такому утверждению. Ей очень нравилась данная идея. Перспектива увидеть Реджи, захлёбывающимся жидким клеем, так ещё и кашляющим блёстками, как фея, соблазняла. И она рассказала Луну всё, что было на душе. Даже гораздо больше, чем Кэтрин. Слова сами лились из неё, когда она рассуждала у него на коленях, словно на важном заседании о том, как с ней плохо обошлись. Софи предлагала варианты, которые были более рациональными в данной ситуации. Луна слушал её с улыбкой, держа за бёдра на себе. Его взгляд блуждал по её лицу, такому спокойному и сосредоточенному, когда она объясняла ему все свои мысли. Луна чуть мял бёдра Софи, кивая каждому её слову. Она говорила полностью расслабленно, без негатива и каких-либо эмоций. Он добился всего этого и сейчас был готов сидеть с ней так целую вечность в подсобке, просто рассуждая и делясь мыслями.       — И он так сказал тебе? — удивлялся Луна, лаская её талию, но при этом всё время глядя в глаза Софии. — Придурок…       — Я пыталась поговорить с Реджи нормально, он наотрез отказался. — София поправляла воротник на его шее, ласково перебирая синюю блестящую ткань в руках.       — Давай я залью ему глаза, нос и рот клеем? Я специально добавлю побольше блёсток! — с улыбкой говорил Луна, сверкая во мраке своими острыми зубами.       — Да забей на этого несчастного… — София двинулась на его бёдрах, от чего вдруг в штанах у Луна что-то засветилось синим цветом, ярко блестя сквозь ткань. Девушка скосила глаза вниз, а потом посмотрела аниматронику в глаза. Он неловко отвёл взгляд в сторону, поджимая губы и отпуская талию Софии.       — Ну и что там светится? — София выглядела достаточно весело, хотя Луна ожидал обратного.       — Н-ночник… — пробормотал он, не смотря ей в глаза. А светилось ярким томным синим светом.       — Да ладно? Для детей? — София вернула себе привычную манеру общения — стебать всех и каждого.       — Ой, дурак… — простонал Солнце. Луна закрыл глаза и спихнул Софию со своих коленей, самостоятельно решая придержать коней. Он пару раз тряхнул головой, но штаны у него всё ещё светились. Ебать, прикольно, подумала София. Хуй светится. Кайф. София была теперь бодра и находилась в хорошем расположении духа. Они сидели рядом друг с дружкой, освещаемые светом «ночника» Луны. Он упорно отводил глаза в сторону, не желая встречаться с ней взглядом.       Но через пару минут Луна встал и направился прочь к двери выхода из кладовки, попутно схватив первые попавшиеся блёстки, что хранились здесь в пластмассовой упаковке. София его не удерживала. Ну переволновался аниматроник, с кем не бывает? София только улыбалась как-то по-глупому, смотря на него. Луна остановился ненадолго, чтобы произнести, не оборачиваясь.       — Я буду просить у администрации, чтобы ты стала моим техником. Забей хуй на этого писюшного Реджи и зазнавшейся Рокси. — И он хлопнул дверью, не дав сказать ни слова Софии. Софа же была просто поставлена перед фактом и возражать не имеет права. Луна сам всё рассудил и решил. Пускай мужчинка командует, подумала София. Хоть кто-то, кто смог вынести её характер. Но Луна всё ещё казался ей мутным. Нужно получше выяснить с ним отношения и наладить контакты с Солнцем. Если их двое, то и отношения нужно держать на ровне.

***

      Это произошло через несколько часов после окончания концерта. Кэтрин на ходу допивала колу из пластмассового стаканчика и листала в телефоне инструкции о строении тела Монти. Всё было написано достаточно понятно… Если не считать тот факт, что семьдесят процентов текста состояло из каких-то заумных слов, которые придумали всякие мамкины инженеры и техники. «Но кого и когда-либо это всё ебало?» — подумалось в этот момент Кэтрин, когда она бросила под ноги боту-уборщику свой стаканчик. С этими белыми железяками у неё была война, которую она прекращать совершенно не собиралась. Бот раздражённо поднял стаканчик и посмотрел вслед удаляющейся спине Кэт. Если бы не программа, он бы со всей силы швырнул пластик обратно ей в голову. Но это случится только в следующей жизни.       Кэтрин продолжала читать файлы, пока не наткнулась на вкладку «возбуждение и половая активность». Девушка задумчиво ухмыльнулась, понимая, что тут точно написано не про ламинат и веселье кафеля, а про роботическую репродуктивную систему, но это она уже оставит на ночь, чтобы почитать все эти микросхемные дела консервных банок под одеялом. Она выключила телефон и подняла взгляд.       Кэтрин находилась рядом с локацией Фокси «По волнам». Сейчас у неё был целый час для того, чтобы пинать где-нибудь со скуки хуй. Оглядевшись, Кэт мельком посмотрела на часы. Монти сейчас был на диагностике, которая будет длиться ещё примерно полчаса-час, поэтому никаких забот и волнений у неё быть не должно. Как же девушке хотелось побесоёбить вместе с малышнёй в этой потрясной локации, где можно бегать от щупалец осьминога, прятаться в бочках от тупых ботов и много чего ещё. Если говорить в общих красках, то просто сойти с ума и творить херню. Кэтрин остановилась возле прозрачной двери, что вела в локацию. У Беатрис был пропуск от всего и везде, как считала Кэт, но она была не уверена, что её пропуск сработает в данном месте, ведь она служебный персонал, а не менеджер всех и вся дел. Вдохнув и выдохнув, она вновь поглядела на дверь. Стекло любезно было отмыто ботами-уборщиками, так как в противном случае здесь всё ещё был бы отпечаток хрючева девушки. Она достала пропуск и дрожащей рукой приложила его к сенсору. Момент истины… И дверь не открылась. От злости Кэтрин захотелось убивать топором. Она отошла в сторону и мрачно начала смотреть на детей и их родителей, которые, используя свои купленные пропуски, спокойно проходили в локацию и веселились там. Прикусив нижнюю губу, Кэтрин фыркнула.              Но тут девушку привлёк громкий смех детей и тяжёлый грохот стальных аниматронных ступней. Кэт повернулась в сторону, откуда исходил этот звук. Взрослые, прижимая к себе детей, сторонились, так как по коридору шёл огромный и статный Фокси, виляя пушистым хвостом, который мог ненароком убить зазевавшегося ребёнка. Одно дело видеть своего любимого персонажа на сцене, а другое дело стоять с ним лицом к лицу и бояться, как бы он тебя не раздавил. Как поняла Кэт, Фокси проводил экскурсию для маленьких детей, руководя их поведением и сосредотачивая внимание на себе, чтобы родители, которые вывалили огромные суммы денег на такое удовольствие, могли забыть о родимых чадах хотя бы на час. Но Кэтрин сомневалась, что Фокси может один управлять такой гурьбой, так как этому отчаянному долбоёбу тоже нужен управляющий, что будет отвечать за его поведение. И Кэтрин не ошиблась. Она не удивилась, когда обнаружила, что рядом с Фокси идёт Беатрис. Би позволяла малышне цепляться за её руки, отбирать у неё фотоаппарат, что должен вообще висеть на кожаном ремне на шее, и тянуть её чёрное худи. Лицо у менеджера было страшнее смерти, так как мешки под глазами были больше обычного, а кожа на щеках на пару тонов белее. Девушка подумала, что может затесаться где-нибудь в толпе детей, чтобы пройти в локацию и нахаляву наиграться на аттракционах. От этой мысли у Кэт радостно заблестели глаза, но она так ничего и не сделала.       Фокси заметил Кэтрин и с широкой ухмылкой замахал ей крюком. Но тут он понял, что махать крюком крайне невежливо, да и выглядит это устрашающе, потому он неловко спрятал его за спину и отошёл в сторону, поманив за собой девушку. Кэт, естественно, не отказалась от его компании. Беатрис, ведя детей в сторону локации, грозно зыркнула на Фокси и показала ему пальцем на часы, как бы говоря «не задерживайся, пидрила». Но долго смотреть ужасным взглядом она не смогла, так как дети утянули её за поворот, когда разблокировалась дверь. Фокси незамедлительно начал разговор с Кэтрин.       — Хей-хо, прихлебательница нашего чешуйчатого друга. Какие сплетни принёс ветер? — Фокси лучезарно ухмыльнулся, словно какое-нибудь невидимое солнце могло бросить блик на его искуственный золотой зуб, сделанный из хрен пойми чего.       — Вообще-то, я ждала, что сегодня моим сундуком со сплетнями будешь ты, волосатый гадёныш, — укоризненно произнесла девушка, хлопнув Фокси по плечу. — Я думала, что Беатрис с тобой именно по этому поводу: обсуждать вонючего Бонни, который ведёт себя, как ебучий обмудок.       — Почему «как»? — оскалился Фокси. Его задумчивый взгляд, которым он рассматривал посетителей и их отпрысков, стал грозным, совсем не предвищающим ничего хорошего. Он затащил Кэтрин в служебный проход, где их не могли увидеть и услышать. Зрители не должны видеть своего любимчика таким злобным. — Он и есть ебучий обмудок. Все хуи мира я посылаю в его сторону, несмотря на то, что он мне коллега.       — Это всё понятно… Но ты мне не сказал главного. Как Беатрис? — Кэтрин интересовало всё, что было связано с ссорой самой горячей пары на диком Пицца-плексе.       — Как она себя чувствует? Как жопа в грядке. — Проворчал Фокси, откинувшись спиной на стену, где как раз по случаю был плакат с рожей Бонни. Лис цыкнул и резко разорвал плакат остриём крюка, поделив ебало Бонни на две половинки. — Она не обсуждала это со мной, но сегодня утром я застал её в фойе в слезах. — Фокси держал лицо, но на этих словах его хвост сжался в кольцо, а уши поникли и прижились к голове. — Наша капитанша очень эмоциональная, но при этом легко отвлекается. Конечно же я подставил ей крепкое…       — Дружеское плечо? — подсказала заинтересованная Кэтрин.       — …крепкое и огромное количество дел, для которых она нужна мне и моей локации. — Закончил лис, скосив взгляд на нахмурившуюся девушку. — Лучшее отвлечение от мыслей — занять самого себя. Пока она работает, она не убивает себя. Это временное решение проблемы, но очень рабочее. Ей нужно пережить свои эмоции, прожевать их и проглотить, как горькую, но очень нужную пилюлю. Если она не сможет прожевать и проглотить, то так и останется в своём подвешенном состоянии. Когда у неё это получится, она посмотрит на ситуацию проще и пойдёт по жизни дальше.       — Ты когда успел психологом стать, недопират? — пробормотала ошарашенная девушка. По мнению Кэт, даже самый заядлый фанат Фокси никогда бы не догадался, что у этой рок-звезды есть такая грань характера.       — Подрабатываю на полставки… — уклончиво ответил Фокси, умолчав о том, что на самом деле понахватался всего этого у самой Беатрис, когда она занималась моральной поддержкой Фокси. А поддерживать себя он требовал очень часто. — Но не суть. Я тебе к тому, что ей надо время. Наша работа в том, чтобы не дать ей за этот период спиться и застрелиться.       — Подожди… Нам же нужно помирить Бонни и Беатрис. — Воспротивилась Кэтрин, которая верила в их любовь и особую связь, несмотря на то, что Бонни был роботическим существом.       — Нет, не нужно, — отрицательно качнул головой лис, подавляя в себе раздражение от слов Кэтрин. — Он грубый, невоспитанный и грязный нахал! Совершенно ей не пара! Я считаю, что им даже разговаривать не нужно. Этого Бонни нужно замуровать.       — Да ты очумел совсем?! — прорычала девушка, сверкнув в его сторону раздражённым взглядом. — Как смешно слышать о ласке и воспитании от пирата, который ещё к тому же и лис! — Фокси хотел ответить ей, но она продолжила говорить. — Их нужно обратно помирить ради баланса Вселенной и во имя регулярного секса!       — Баланс Вселенной невозможно держать вечно. Рано или поздно этот тонус падает, и на место одних отношений приходят другие. А регулярный секс я и сам могу ей обеспечить, и он сто процентов будет лучше, чем у неё с Бонни. — Фокси был полностью уверен в своём мнении, словно кроме него больше ничего не было.       — Отличный секс? Это потому у тебя до сих пор нету техника? — на этой фразе, которую произнесла Кэтрин, Фокси ощетинился и зарычал, оттолкнувшись от стены и нависнув над ней. По его взгляду стало понятно, что ей сейчас вспорят брюхо за такие слова. Девушка отпрыгнула от него, выставляя вперёд руки. — Но-но-но! Без руко и крюкоприкладства! — она прищурилась, смотря в пылающие жёлтые глаза Фокси, а затем понимающе ухмыльнулась. — Погоди-ка… Кто-то точит саблю на нашего менеджера?!       — Заткнись, гадина рыжая! В былые времена тебя бы уже давно спалили на костре! — Фокси щёлкнул челюстями и резко от неё отстранился, отводя взгляд. — Не твоё дело, кто и зачем что-либо шлифует… — Но взгляд лиса как-то обмяк.       — Так-так… Ах ты маленький ушлый пират! В семье раздор, а он и рад в лагуне Беатриче якорь бросить! — она хлопнула его по плечу, но тут же отпрыгнула в сторону, когда лис рыкнул на неё. — Без обид, но это правда. Ты блохастый разлучник!       — Ничего я не разлучник… — хрипло произнёс Фокси, сверля стену рядом с собой взглядом, словно все его проблемы могли решиться, если он сумеет прожечь в ней дыру. — Сами они поругались… Да, я хотел её отвлечь и перебросить внимание на себя, но это из лучших побуждений. Мне же тоже больно видеть её в таком состоянии. Кэтрин перестала ухмыляться и спокойно посмотрела на этого бумажного романтика, который боролся с самим собой столько раз, сколько видел Беатрис и Бонни вместе. Кэт не исключала и тот факт, что ушлый лис мог следить за Би, подслушивать её секс с этим фиолетовым гением и ещё что-нибудь в этом роде, но история умалчивает о таких фактах. Девушка ощутила в себе сочувствие. Фокси нельзя было назвать благородным, но он хотя бы не уводил Беатрис напрямую, а показывал ей, что просто готов принять её с распростёртыми объятиями. Кэт было интересно, как Бонни ещё не забил Фокси насмерть лопатой.       Фокси же в этот момент чувствовал себя до кошмарного паршиво, словно он съел протухшую устрицу. Так ещё и эта назойливая Кэт теперь была вкурсе того, что происходило внутри Фокси на протяжении всего этого времени, когда он хотел девушку и не мог её добиться, так как она была с другим. Уводить было подло, ведь она вместе не с кем-то, а с его коллегой, с которым он работает уже достаточно крупный период времени. Фокси закрыл своё лицо, или лучше сказать морду, ладонью, чтобы девушка не увидела, как болезненно скривилась его мимика. Очень часто Фокси думал о том, что лучше бы он стал бездушным тупым тостером, чем аниматроником с выдающимися умом и способностями. Дерьмово чувствовать и радость, и горе. Особенно горе, связанное с эмоциональным одиночеством.       — Не волнуйся, я сохраню твой секрет, — самым искренним и добрым тоном, на который она вообще была способна, произнесла Кэтрин. — Я всё понимаю. Твоё состояние знакомо многим людям. — У девушки не повернулся язык сказать, что у неё была подобная ситуация в школе, когда за место тебя выбирают другую девушку. — Наверное, ты чувствуешь себя от этого неполноценным?       — Нет… — голос Фокси, обычно такой громогласный, рычащий и уверенный на пиратский манер, впервые прозвучал так тихо, что граничил с шёпотом. Но лис тут же оправился и грубо произнёс. — Я чувствую, что хочу расхуярить Бонни еблище. Если бы у меня была Беатрис, я бы никогда не посмел ей сказать… Вообще ничего бы не сказал такого, что может ей навредить!       — Главная частичка во всех твоих словах «бы», — с улыбкой произнесла Кэтрин. Теперь уже она расслабленно опёрлась на стену. В этом тёмном закутке они были недоступны для окружающих. — Ещё скажи, что пылинки бы с неё сдувал, отлиз устраивал два раза в день, завтрак в постель и монологи о любви каждый раз при встрече. Мгм, я так и поверила. Фокси, никогда не знаешь, что будет, если у тебя действительно появится то, что ты так отчаянно желаешь. Ты так судишь на фоне своих эмоций, но на деле сам знаешь, какой ты. Это всё равно, что судить о миллионе рублей. Куда потратить, что с ним сделать и всё такое. Фокси, поверь мне…       — Ты не знаешь, как могут любить пираты. Как могу любить я. Ты не знаешь, кто я и что находится за моей прошивкой, — злобно прервал её Фокси. — У тебя нет никакого права судить о том, что я могу, когда не знаешь, что действительно входит в мой эмоциональный спектр. И я прекрасно знаю, что Беатрис со мной будет лучше, чем с этим… Я даже не знаю, как его уже назвать! — лис рассерженно ударил кулаком в порванный плакат Бонни.       — Но ты всё равно не прав. Ты не имеешь полномочий решать за кого-либо что-либо. Только сам человек может для себя решить, что ему действительно будет лучше. Ты предполагаешь, но на деле… — Кэт тяжело вздохнула, взъерошивая свои курчавые рыжие волосы, которые и без того торчали во все стороны. — Послушай, я знаю, что это очень тяжело, но не забивай Беатрис голову. Ты сам сказал, что ей нужно дать время. Беатрис решит свою жизнь и сделает выбор, когда прожуёт и проглотит. Ты не должен отвлекать её на этом пути своими «утешениями». И я говорю сейчас не о куче работы, которую ты ей выдал.       — Я буду поступать так, как посчитаю нужным. Осуждать ты меня можешь, но судить обо мне не смей. Я тоже сделал свой выбор и меня не ебёт, как ты к этому относишься. Если она решит со мной остаться…       — …то ты наконец-то начнёшь заниматься здоровым сексом, а не будешь стирать свою несчастную ладонь о член. Или ты с помощью крюка самоудовлетворяешься? Хотя нет, крюком ты не сожмёшь свой член так крепко, представляя в голове образы Беатрис, — начала ехидно травить Фокси похабными шутками Кэтрин. И сейчас она делала это из злобы, так как в её планах склеить парочку обратно. Если Фокси начнёт пускать свои пиратские туманы в голову Би, то процесс может затрудниться. Понадобятся противотуманные фары на тележку любви.       — Соси жопу… — фыркнул Фокси, а затем отвернулся и направился прочь, в сторону дверей своей локации, так как он уже давно должен был вернуться к Беатрис.       — И куда ты направился?! — Кэтрин побежала следом за Фокси, стараясь успеть за его широкими шагами. Походка у пирата всегда была быстрой.       — Иду дрочить. Тебе какая разница? — мрачно прорычал он, скосив взгляд на торопящуюся рядом Кэтрин, которая уже нагнала его и старалась соблюдать ритм ходьбы у него под боком.       — И я с тобой! — заявила она, а потом вдруг сконфуженно осеклась. Фокси же лишь усмехнулся. — То есть… Я… Мне надо в твою локацию, но я не могу туда пройти.       — Если бы ты не была такой тупой, то давно бы уже обошла через служебные ходы, к которым у тебя есть доступ, так как ты рабочий персонал. — Но как бы лис не бранился, он вздохнул и более мирно произнёс. — Так и быть, пошли через парадный… Кэтрин, радостно подпрыгивая рядом с пиратом, терпеливо ждала, когда он даст ей доступ в столь прекрасное место, хозяин которого не был точно также восхитителен, но что поделать, мелкие нюансы никто не отменял. Фокси отсканировал свою ладонь. Дверь отворилась, и противоречащая друг другу парочка скрылась за ней. Фокси отправился развивлекать детей, а вот Кэтрин решила найти всеми обожаемого менеджера.

***

      Кэтрин с открытым забралом шла по локации, словно была здесь в первый раз. Она крутилась так активно и быстро, что врезалась в какого-то вредного мужика, у которого из кармана торчала пачка сигарет. Почему вредный? Кэт не знала, но харя у него была какая-то мутная. Девушка бегло огляделась, наконец-то отвлекаясь от пускания слюны на здешние аттракционы, чтобы найти главную цель всего похода. Фокси где-то рядом со сценой горланил свои пиратские песни, явно исполняя их вне концерта только потому, что дети, на родителях которых Беатрис сегодня сделала крупные бабки, попросили грубого лиса их исполнить. Кэт встала на носочки, пытаясь разглядеть в толпе, где же менеджер, но ни рядом с детьми, ни рядом с Фокси её не было. Кэтрин раздражённо выругалась себе под нос и отошла в сторону призового уголка, где торговал невзрачный и худощавый паренёк. Кэтрин казалось, что он день ото дня скончается, так как выглядел, как недоделка какого-нибудь некроманта. Девушка поискала взглядом ближайшую лавочку или какое-нибудь место, чтобы посидеть. И в этот момент она невольно увидела очень знакомую макушку. Пока она шла ближе к лавке, Кэтрин успела различить, что эта была Беатрис. Менеджер сидела на лавочке, склонившись и положив подбородок на ладонь, рука которой была согнута в локте и упёрта в колено. Взгляд её был таким пустым, словно она смотрела в темноту или небытие. Кэтрин плюхнулась рядом на лавочку и пихнула локтём Беатрис, чтобы привлечь её внимание, так как она ни на что не реагировала. Би словно отошла от сна, так как вздрогнула чуть ли не всем своим телом.       — Ты чего шугаешься? — вскинула брови Кэтрин, позволяя себе улыбку, но эта улыбка вышла очень натянутой и сдавленной, так как улыбаться искренно и тепло у неё возможности не было из-за тяжёлой ауры вокруг менеджера.       — Я… Да так. Просто задумалась. Всегда, когда задумываюсь, я забываю о том, что творится вокруг, — Беатрис тяжело провела обеими ладонями по лицу и протёрла глаза, в которых застыли мучительные красные жилки. — День не задался.       — По-моему, у тебя не только день не задался, — пробормотала Кэтрин, но потом сразу же произнесла громче, — какие мысли? То есть… Что планируешь дальше делать?       — Планирую отвести детей обратно к их родителям, что должны будут забрать их в фойе, а потом займусь некоторыми организационными моментами, об исполнении которых меня попросил Фокси. Я даже не думала, что в его локации настолько всё неоформлено, хотя можно придумать столько всего… — Би оживилась, когда разговор перешёл на её работу, хотя эту тему начала именно она. — Питер должен был всё это делать. Сложно совмещать две должности — продавца игрушек и менеджера «По волнам», но чтобы так запустить…       — Питер, это который задохлик за прилавком? Да он сам скоро ласты склеит, а ты мне про оформление затираешь, — Кэт закатила глаза и фыркнула, скрестив руки на груди, но в итоге вернулась к основной теме. — Беатрис, ты же понимаешь, что я говорю с тобой не про работу.       — Я понимаю тебя, — коротко шепнула Беатрис, прикусывая нижнюю губу. У менеджера всегда была такая привычка, особенно если вспомнить её тревожность. Кэтрин очень бесило, что ей приходилось вытягивать из Беатрис слова чуть ли не щипцами.       — Что насчёт Бонни? Ты собираешься с ним что-то решать? Ну или хотя бы не знаю… Намекнуть ему о чём-нибудь. Я понимаю, ты гордая и всё такое, но нельзя же так резко. Столько лет, такая связь…       — Я ничего решать не буду. Всё кончено. Кэтрин в этот момент словно ледяной водой окатили. Так резко, холодно, совершенно не думая ответила ей Беатрис, что у Кэт сердце сделало двойное сальто. Ей всегда казалось, что Бонни и Беатрис, этот великолепный дуэт ББ, просто созданы друг для друга, а теперь… Кроме троеточия в голове у Кэтрин ничего сейчас не было. Би была готова отринуть от себя абсолютно всё, чтобы начать двигаться куда-нибудь ещё, дальше. Работать в той же сфере и пробиваться в правящие вышки Пицца-плекса, но при этом забить на свои эмоции и любовь, пускай даже если существо, которое ты любишь, а оно в свою очередь любит тебя, робот с крутыми программами.       — Беатрис, так нельзя. К чему такая резкость? — воспротивилась Кэтрин. — Почему ты так решила?       — Кэт, я отдаю свои лучшие годы этому роботу. Подумай сама, мне уже двадцать три, а я до сих пор не состояла в серьёзных отношениях! — Би пыталась быть спокойной, но не выходило. Кэт в этот момент поняла, что на работу поступила девушка в 18 лет, когда уже отучилась в университете первый курс. Кэт ощутила родство с Би. — Я сосредоточилась только на нём, вместо того, чтобы найти себе нормального мужика. Да, у меня были отношения с несколькими парнями, но с Бонни было больше и ближе. Может, я бы уже давно замуж вышла, если бы не привязанность к нему! Да, у нас с ним было много хорошего, но… Я выросла из этих отношений. Кэтрин, я не маленькая девочка, я состоятельная женщина со стабильной работой и хорошим местом. А Бонни меня опекает так, словно я слепой котёнок. — Беатрис откинулась спиной назад, стукнувшись затылком о стену, что была обшита старыми корабельными досками. — Я устала… Очень устала.       — Так обсуди это с ним, а не высказывай свои притензии мне, — проворчала Кэтрин, смотря на самого крутого менеджера на свете мрачно и жёстко. — У вас просто возникло недопонимание. Всё можно решить простым разговором.       — Он робот. Бонни никогда не изменится. Люди-то редко меняются, а ты веришь в какую-то консервную банку с ушками. Я не собираюсь стоять на месте из-за него. Он тянет меня назад, заставляет терпеть свои выходки. Но я не половая тряпка, которой он может круглосуточно протирать свой ламинат. На эти грабли я больше не наступлю. — Беатрис говорила сейчас так убедительно, что все планы по воссоединению, которые планировала Кэт, рухнули. — Я мечтаю о семье, где будет мужчина, который поймёт меня и поддержит во всём. Я бы ему детей родила…       — Как ты можешь говорить такие вещи? Сутки назад ты мне и Софии заясняла, что каждый из аниматроников живой, настоящий! Что все они способны чувствовать! Они тоже живут житню!       — Да? Знаешь, я очень много болтаю. Надо бы завязывать с этим… Зашью себе рот и баста. — Беатрис отмахнулась от собственных слов и убеждений, словно от назойливой мухи, хотя сейчас плюнула в душу своим аниматронным друзьям и коллегам. Но Кэт знала, что Беатрис сейчас на эмоциях и говорит всё в сердцах. Кэтрин ощутила себя несостоявшимся Наполеоном, так как её бонапартские планы по восстановлению крепкой и взаимной любви расщепились в прах. Кэтрин постаралась взять себя в руки, мысленно убеждая свой мозг в том, что Би просто перенервничала. Стресс, плохой сон, работа… да вообще всё на свете на неё давит, вот она и сжигает мосты. Кэт могла себя успокоить лишь тем, что Фокси не сможет влюбить в себя Беатрис. Или сможет? Эмоциональное состояние менеджера сейчас похоже на кардиограмму мышки перед смертью — то вниз, то вверх.       Кэтрин уже собралась читать нотации и разводить целую демагогию, как вдруг на горизонте появился Питер. Его худющее тело, на которое без слёз не взглянешь, пробиралось сквозь живое море из детей и взрослых. По лицу Питера невозможно было что-либо понять, но в глазах у него было беспокойство. Да такое сильное беспокойство, что в них даже пустота рассеялась, а взгляд приобрёл осознанное состояние. Беатрис тут же подорвалась с места, как будто она приняла силы откуда-то свыше.       — Питер? Что произошло? — она устремилась к работнику, но тот не успел начать говорить, так как споткнулся о мимо бегущего ребёнка. Беатрис любезно подхватила его тело.       — Там мужик опять объявился. Ну курящий который. Из-за него в прошлый раз пожарная тревога была. — Голос Питера был настолько безэмоциональным, что скрипел, словно несмазанная дверь. — Я сделал ему замечание, но, по-моему, ему глубоко насрать.       — Мужик? Это который такой неприятный и в кармане сижки дешёвые? — спросила Кэт у Питера, на что тот утвердительно кивнул. Девушка ухмыльнулась. — А мне он сразу не понравился!       — Значит, опять курит в неположенном месте? — Беатрис задумчиво потёрла подбородок, смотря куда-то в сторону Фокси, что усиленно пел песни. — Надо бы ему прочитать инструкцию, как правильно вести себя в общественных местах. — Беатрис знала, что этого мужчину ловили уже не в первый раз. Он водил в эту локацию своего маленького сына. Кэтрин решила, что пойдёт за компанию. Питер отвёл их в дальний уголок «По волнам», минуя сцену Фокси, парочку аттракционов и тир. Мужчина курил в нескольких метрах от знака «Курить запрещено». Его видно почти не было, да и дымил он не так активно, но если бы он делал более частые затяжки, то сработал бы датчик. Закоулок был как раз между стеной и декорациями, которые изображали морских рыбок и нескольких тюленей. Кэт отметила, что и сам мужик со своим пивным пузом напоминал тюленя. Питер, вообще не интересуясь происходящим, вернулся на своё законное место, а вот Беатрис закатала рукава своей кофты и лучезарно улыбнулась.       — Мужчина, здравствуйте! — весело поздровалась Би, коснувшись плеча мужика. Как только он к ней обернулся, она лихо схватила его за воротник клетчатой рубашки и прижала к стенке. — Сколько ещё раз вам нужно повторить, чтобы вы курили в специально отведённом месте? — лицо менеджера исказилось яростью, а вот курящий опешил и не смог ничего произнести. Она прихватила его за тыльную сторону шеи и лицом развернула к знаку «Курить запрещено». — Что тут написано? Читай!       — Курить запрещено… — Пробормотал мужчина, стараясь не уронить сигару, с которой сыпался пепел.       — Беатрис, не надо, ради Бога! — прошипела Кэтрин, подходя к Беатрис сзади. Она взялась за её локоть, стараясь оттащить, но Би лишь пихнула её.       — Громче читай! — прорычала менеджер.       — Курить запрещено! — крикнул замученный мужчина, обескураженный гневом и импульсивностью девушки.       — А теперь вникай, вникай, вникай! — с каждым словом она била его лбом в эту самую табличку, а затем резко оттолкнула его от себя и поправила растрёпанные волосы. — Ещё раз узнаю, что вы курите — убью.       — Да вы… Да я… — Мямлил потерянный мужик, бросив свою сигарету, которая угодила на холодный пол и сразу потухла. — Я напишу на вас жалобу! На всю вашу шарашкину контору!       — Да ну что вы! — выплеснула руками Беатрис так, что чуть не зашибла побледневшую Кэтрин, которая прекрасно знала, что бывает с персоналом после слов «напишу жалобу». — А я оформлю на вас документ, что из-за вас была ложная пожарная тревога, и почти все гости и вся аппаратура были обрызганы водой. А это, мой золотой, уже штраф на круглую сумму. Думаю, будет лучше, если мы договоримся, что гадости друг другу делать больше не будем. По рукам? — Беатрис вспыхнула так же быстро, как и потухла в своём гневе, а потому спокойно протянула руку мужчине для рукопожатия.       — Я согласен, — тут же ответил он, больше не собираясь спорить, так как встрять ему явно не хотелось. Кэтрин, открыв рот от восхищения и удивления, проследила за тем, как мужчина и Би крепко пожали друг другу руки. И так, стоя рядом друг с дружкой, Кэтрин и Беатрис наблюдали, как мужчина самым быстрым образом из возможных схватил в охапку сына и покинул локацию, едва не сбив несчастного бота. Би всё это время широко ухмылялась, уперев руки в бока. Кэт скосила на её довольное лицо взгляд.       — А как бы ты доказала, что это из-за него произошла пожарная тревога? — шёпотом спросила Кэтрин.       — А я хуй знает, но упоминание вынужденных трат денег в особо крупных размерах всегда работает безотказно. — Девушка глубоко вдохнула, выдохнула и потянулась, вытягивая руки вверх, но сразу после этого она наклонилась, подняла упавшую у мужика сигарету и бросила её в мусорное ведро, что было неподалёку. — Немножко фантазии и множко денег — вот лучший экстракт, чтобы добиться успеха. Учись, пока я жива.       — Я в восхищении, — девушки подпрыгнули, когда за их спинами раздался голос Фокси. Его рычащий бас прозвучал так игриво и бархатно, что дети рядом с ним заулюлюкали. Лис явно услышал окончание спора, а его начало мог только лицезреть со стороны. — Мы в восхищении! — и под его слова дети стали аплодировать. Фокси лукаво подмигнул Беатрис и ушёл вместе с детьми, подгоняя их в сторону выхода, так как теперь требовалось передать малышню их родителям. Кэтрин смотрела на лицо Беатрис в этот момент. Её мимика никак не изменилась, даже кожа на щеках не приобрела алого оттенка. Кэт была рада и этому — пока менеджер переживает раздор с Бонни, она не сможет подпустить к себе кого-нибудь ещё. Период нулевой романтичности.       — Я пойду в фойе, пока Фокси не перепутал там всех детей, — произнесла Беатрис, махнув Кэтрин на прощание рукой. Кэт махнула ей в ответ, грустно улыбнувшись. Ей было глубоко жаль Би, ведь с её состоянием нужно лежать под пледом, есть мороженое и смотреть документальные фильмы про маньяков. Ну или хотя бы сходить и выпить в бар. Кстати про бар. Может, Марионетка что-нибудь знает? С этой мыслью Кэт вернулась к той самой скамейке и задумчиво на неё опустилась. Но долго посидеть ей не удалось, так как вместе с образом Мар-Мара пришёл и Монти в её голову. Что-то от него нет вестей. Диагностика должна была уже давно кончиться. Куда делся её зеленожопый? Кэтрин поднялась и стремительно пошла на выход из локации. Стоило проверить гримёрку этого бедокура.

***

      Монти после диагностики поднялся на лифте и прошёл по длинному коридору в свою гримёрку. Против обыкновения, в ней было чисто, красиво и убрано. Даже пол блестел, как попка молоденькой феи. Но думал сейчас аллигатор не о попках фей, а о Кэтрин. Образ рыжеволосой низенькой и смешной девушки плотно засел в его голове, словно какая-то наглая швея вшила ему это в мозг. Монтгомери плюхнулся на свой диванчик и раздражённо рыкнул. Нет, совсем не выходит забыть улыбку, блеск глаз и огниво волос этой ужасной бестии. Нужно как-то сказать ей о своих чувствах, обсудить… Нет, нельзя! Он же не какой-нибудь лох? Надо что-то сказать, что-то сделать, но она догадается. Монти стал думать и думал очень долго, так как не заметил, как прошёл почти час. Царапая когтём диванную обивку, Монти перебирал в голове варианты, у кого лучше всего спросить про отношения с девушкой. У Рокси? Нет, она слишком заносчивая, так ещё и расскажет по секрету всему свету. У Чики? Тоже не вариант, потому что она на него обижена. Скажет какую-нибудь херню специально, чтобы Монти запоролся. Фредди вообще не шарит за всё это, так как Люси самостоятельно начала их контакт. Бонни… А что Бонни? Он мудак неотёсанный с горой проблем. Беатрис в тоске. Круг лиц сужается. Уже победа. Монти подумал о Марионетыче, который может ему подсказать, ведь он не просто какой-то там аниматроник, а крутой бармен, у которого всегда самые лучшие отзывы на сайте компании Фазбера. Вариант спросить ещё Луну, но в это время активен только Солнце, а этот тип в отношениях жёсткий тормоз. Хлопнув рукой по подлокотнику, Монти решился. Он не стал отправлять Кэтрин сообщение на часы, так как знал, что она точно придёт искать его в гримёрку, ведь эта гениальная женщина явно забыла про многофункциональность её часов, через которые она была способна его вызвать. Это играло Монти на руку, так как у него будет больше времени подготовить ей сюрприз. Он написал ей своим корявым почерком записку «Ушёл в бар» и оставил её на самом видном месте, а сам газанул в убежище Марионетки, стремительно покинув свою гримёрку.       В этот самый момент, пока Монти ждал лифт, Кэтрин спокойно себе ехала на эскалаторе, оперевшись на поручень. Она задумчиво рассматривала мелькающих мимо взрослых, которые в этот момент поднимались на второй этаж для того, чтобы сдать детей на попечение Солнце и Луны. Как она определила, что они хотят? Да взять хотя бы ту несчастную парочку родителей, у которых младший ребёнок ругался со старшим, и один готов был сбросить со ступенек другого, чтобы избавиться от такого назойливого существа. Старшего можно было отправить в зал игровых автоматов, а младшего от всей души спустить вниз по горке, где ждёт бассейн с шариками и весёлый Солнышко.       Пока Кэтрин обо всём этом думала, она едва не запнулась, ведь эскалатор кончился. Девушка неловко оправилась и медленно зашагала вперёд, направляясь в гримёрку Монти. Может, хотя бы там она сможет перевести дух и поспать минут двадцать… Концерт должен был быть только в шесть часов вечера. Там Монти заказали для выступления в паре с Роксаной. Кэтрин, конечно же, планировала не сидеть там, а смотаться в какое-нибудь укромное место. Если она пересечётся с Реджи снова, то не сможет себя контролировать и набьёт ему рожу. Кэт хотелось обладать силой, какая была у Беатрис, когда она злилась или находилась в эмоционально нестабильном состоянии, чтобы наказывать всяких писюшных мужиков. Девушка даже смогла представить, как бы со всей силы била Реджи мордой об плакат Роксаны, приговаривая «Если ушёл с должности, так нехуй возвращаться!». С этими идеями Кэтрин дошла до гримёрки. Когда она разблокировала её своей картой, то очень сильно нахмурилась, ведь комната оказалась пустой, и наглого аллигатора там не обнаружилось. Её взгляд упал на чёрный столик перед диванчиком, где лежала записка от Монти. «А это что ещё за хуйня?» — подумалось Кэтрин, когда она подошла ближе и взяла бумажку в руки. Корявый подчерк легко угадывался, ведь Монти никогда не старался в своих письменных способностях. Когда Кэтрин прочитала, куда направился аллигатор, она в гневе смяла листок и бросила его на пол, топнув по нему ногой так, словно бумажка виновата в том, что Монти пошёл бухать. Кэтрин не трогало то, что он решил выпить средь рабочего дня, нет. Она злилась, что он не позвал её с собой! Не написал, не позвонил, не подождал её в гримёрке. А ведь рыжей-бестыжей тоже нужно было в бар, чтобы перекинуться парой фраз с Мар-Маром. Кэтрин выбежала из гримёрки Монти и на всех парах понеслась к эскалатору, чтобы с помощью него как можно скорее добраться до бара. Она надеялась перехватить там заодно и Монти, чтобы оторвать ему хвост и пришить ему его на лоб.

***

      В этот момент Бонни, самый печальный любовник на свете, после науськиваний Марионетки, решил, что точно помирится с Беатрис собственными руками. Бонни заметил, что мимо него пронёсся Монти и быстро зашёл в бар, но это аниматроника сейчас не волновало. В руках аниматронный кролик держал крупный стаканчик с латте, который был заправлен щедрой порцией шоколадного топинга, который так любила Беатрис. Бонни был достаточно в спокойном состоянии, чтобы взять и нормально поговорить со своей девушкой. Ночь, которую он провёл в переживаниях, стенаниях и бессильной ярости ему не забыть никогда. Одиночество убивало его во всех смыслах. Если Бонни не начнёт с этим что-то делать, то он скончается, и никакой инженер не спасёт его бренную роботическую жизнь.       Бонни ещё раз скептически оглядел кофе в своих руках. Всё сладко, очень много пенки, так ещё и рисунок в виде головы с кроличьими ушками из тёртого шоколада получился отлично. Фирменный эскиз Марионетки. Бонни был готов к дискуссии, он во все оружии, способен обыграть любой поворот событий, несмотря на то, что Беатрис вообще непредсказуемая и отчаянная личность. Но в Бонни сейчас слабоумие и отвага, так как его разум затмила любовь, что после расставания на целую ночь взыграла в нём с новой силой. Сила есть, много ума тоже, а чего ещё для примирения нужно? Желание? У Бонни и желание, и вожделение. Он знал, где находится Беатрис, так как до сих пор имел доступ к часа на руке девушки, а значит и к её геолокации, потому двигался в ей навстречу. Далеко от бара ему уйти не пришлось, ведь Беатрис как раз была в толпе. А произошло это всё напротив эскалатора, по которому поднялась Кэтрин.       Кэт спокойно сошла со своего пути, когда перед её глазами развернулась картина маслом. Бонни отвёл Беатрис к искуственным цветам, что росли в импровизированной клумбе. Они стояли, скрываемые пышными глянцевыми листьями… По крайней мере, Беатрис они скрывали точно. Было очевидно, что Бонни только-только успел создать более интимную обстановку для них, которая вообще возможна в жилом комплексе. Кэтрин, смешавшись с толпой, подошла ближе и прислушалась. Разговор начал Бонни, голос его был настолько мягким и сладким, словно являл собой образ сладкой ваты.       — Би, знаешь, я тут у Марионетки был и заказал тебе твой любимый кофе. Ты наверняка устала, совсем заработалась, а тут я с латте. Между прочим, шоколадный. — Бонни говорил без запинки, словно репетировал эту фразу несколько часов. От его слащавого тона Кэт захотела выблевать свой завтрак в искусственную клумбу. Но что тут можно было поделать? Гордый мужчина извиняется, делает шаг к примирению, сам добивается внимания. Кэт понадеялась, что Беатрис таки примет его обратно. Но лицо менеджера было непроницаемым, и молчала она так, словно воды в рот набрала. Бонни не растерялся, а спокойно протянул ей кофе. Кэтрин скрестила пальцы вместе, следя за всем происходящим с предельной внимательностью и игнорируя недовольное бормотание прохожих, у которых она стояла на пути. Кэт едва не подпрыгнула от счастья, когда Беатрис протянула руку за стаканчиком кофе. Бонни ощутил слабость в ногах, хотя его роботическая суть этому противоречила. Он отдал стаканчик ей. Беатрис открыла крышку, увидела рисунок из шоколадной крошки, что изображал на мягкой пенке тень кролика. У Би даже не дрогнули кончики губ. Никакого намёка на довольствие, хотя в обычной ситуации она бы уже давно радовалась и обнимала Бонни. Беатрис взяла и демонстративно вылила кофе в клумбу, что была как нельзя кстати рядом, тем самым повторяя вчерашнее действие Бонни. У Бонни дрогнули руки, глаза его стали тусклыми, словно из него забрали всю энергию. Кролик понял, что был совершенно не готов к встрече со своей любимой.       — Беатрис… — прошептал он, но не успел опомниться, как менеджер вернула ему пустой стаканчик и крышечку от него в руки. Кэтрин в кровь прикусила свой язык, чтобы не закричать. Беатрис даже не коснулась Бонни, а просто отвернулась и пошла абсолютно другой дорогой, хотя явно планировала купить себе кофе, ведь сейчас у неё был обед. Бонни остался стоять на том же самом месте, провожая спину девушки взглядом. Кэтрин поддалась порыву и подошла к Бонни. Он даже не заметил её присутствия, чем так напомнил Би, когда та сидела одна на лавочке в локации Фокси. Кэт протянула руку и легко коснулась предплечья Бонни. Аниматроник дёрнулся и отстранился, переводя на неё испепеляющий взгляд.       — Ну… Ты хотя бы попытался. Это уже прогресс, так как она могла плеснуть тебе этим кофе в лицо, — попыталась поддержать его Кэт, но Бонни был сейчас таким зловещим, что она боялась говорить ему что-либо.       — Какая тебе разница? Это моё дело. Я сам справлюсь без твоего сочувствия. — Бонни решительно бросил стаканчик в мусорку вместе с крышечкой, а потом двинулся вслед за Беатрис.       — Бонни, ты должен дать ей время! Ты же не танкист, чтобы сразу искать пробитие! — Кэтрин не позволила ему от неё так легко отвязаться и последовала за ним.       — И без тебя знаю, — прорычал он с горечью, что так и чувствовалась в его тоне.       — Тогда зачем ты за ней идёшь? Что тебе это даст? Не лучше ли продумать план действий? — всё ещё старалась девушка его остановить.       — Я должен… — Бонни вдруг прервался и остановился, увидев что-то впереди. Кэт едва в него не врезалась, но успела остановиться. — Вот зачем… Голос аниматроника стал в этот момент каким-то сдавленным, концовка предложения едва была различима для Кэт. Она выглянула из-за его плеча и обомлела. Бонни и Кэтрин лицезрели, как Фокси, обнимая Беатрис за талию и прижимая её к своей груди, гладит волосы и пропускает русые пряди между когтистыми пальцами. Бонни сразу понял, что Би плачет. От него не укрылось, как сильно она дрожит и прячет своё лицо. Пират же, не долго думая, легко поднял её на руки, уходя в темноту служебного коридора, через который можно было без лишних глаз и шума посетителей дойти до локации «По волнам». Бонни сжал пальцы в кулаки, его глаза загорелись красным цветом, чего Кэт ещё никогда не видела. Она подумала, что Бонни сейчас бросится вперёд, разломает Фокси и раскидает его части так, что потом лис будет их собирать по всему Пицца-плексу, но… Бонни резко отвернулся и пошел в обратном направлении. Фанаты расступились перед ним, дети показывали на него пальцем и смеялись, потому что у многих он был любимчиком, но для Бонни всё происходящее вокруг лишь усугубляло ситуацию, так как смех и тычки пальцем казались ему укором, что он неудачник и придурок. Кэтрин провожала его глазами, но идти следом не рискнула. Что-что, а инстинкт самосохранения ей подсказывал сидеть и не высовываться, ведь в данной ситуации Бонни мог тупо оторвать Кэт голову. Она взъерошила рукой свои волосы, делая это уже по привычке, а затем медленно и неуверенно двинулась в бар. Она уже не знала, на что надеяться. Девушка даже не была уверена в том, что у неё получится соединить обратно Бонни и Беатрис…       Где-то там, на заднем фоне, между размышлениями Кэтрин и страданиями Бонни, прикрываясь искусственным фикусом, прошёл из бара в другую сторону Монтгомери. Ему требовалось подняться на третий этаж Пицца-плекса так, чтобы не попасть на глаза Кэтрин, ведь тогда план точно пойдёт коту под хвост. Решив с Мар-Маром свои личные дела и проблемы, Монти решил, какой лучше всего сделать сюрприз Кэтрин. Он подарит ей пышный букет цветов, который она точно не будет от него ожидать, ведь аллигатор просто аниматроник. Где же ему раздобыть цветы. А действительно. Где? Монти, словно запнувшись об собственные мысли, понял, что снова угодил в просак. В призовом уголке и сувенирной лавке точно не было никаких таких букетов, которые он себе навыдумывал. Зачем ему тогда идти на третий этаж? Если заказывать цветы, то нужны деньги. Если нужны деньги, то нужен человек. А кто у него есть из знакомых человеков? То есть, людей, конечно же. Монти не такой уж неграмотный, каким может показаться на первый взгляд. Монтгомери пораскинул микросхемами и вспомнил, что у него из ближайших знакомых был только Крис, что раньше был его личным техником. А Крис как раз таки в сувенирной лавке торгует, что на третьем этаже, куда изначально и собирался Монти. Аллигатор поспешил добраться до этого места, пока у него ещё было время. Сюрприз для Кэтрин превратился для него в целый квест.

***

      Кэтрин толкнула дверцу бара и с удивлением обнаружила, что заведение наполовину пустое. За барной стойкой стоял Мар-Мар, вальяжно натирая бокал. Сегодя на нём была белая рубашка, заправленная в чёрные брюки клёш. Его талия была как всегда великолепна, а с помощью рук, которые могут удлиняться до невообразимых размеров, он мог до всего дотягиваться, не сходя со своего места и не двигаясь из стороны в сторону. Джаз звучал из колонок под потолком, а полумрак создавал уютную атмосферу, которая расслабляла посетителей, позволяя пить им ещё больше. Маркетинговый ход отличный — создать иллюзию того, что тебя никто не видит и стыдить за алкоголь не будет. Кэт спокойно прошла к барной стойке и села на стульчик прямо перед Марионеткой. Он кратко бросил на неё взгляд и в лице не изменился, даже не приветствуя её. Почти сцена из фильма, когда герой приходит к крутому бармену за информацией. Но когда Кэтрин открыла рот, то Мар-Мар её перебил одной короткой фразой.       — Я тебе ничего не скажу.       — Но почему? — возмутилась Кэтрин, сложив руки на барной стойке и нахмурившись.       — Потому что мы с тобой не в дешёвом детективном романе, а на рабочем месте. Делать мне нечего, как с тобой сплетничать, — проворчал бармен, поставив стакан на стойку. Кэтрин увидела по его глазам, что он зол и яростен из-за Бонни. Кэтрин была готова дать руку на отсечение за то, что у Мар-Мара уже штык в горле стоит от постоянных разговоров о Беатрис. — Я тебе не тёлка, чтобы слухи по всему зданию собирать.       — Да брось ты, вредина, — прошептала с лукавой ухмылкой Кэтрин, наклоняясь к стойке и опираясь на неё локтями. — Ты всё знаешь. И знаешь истинную правду.       — Бармен — это первый и самый важный психолог. Если у психологов врачебная тайна, то у меня пивная тайна. Так вот. Из нашего пивного омута слова никуда не уходят. — Мар-Мар был крайне категоричен в своём решении. Он не хотел даже слушать Кэтрин.       — А почему бармен первый и самый важный психолог? — вдруг удивилась девушка, удивлённо смотря на аниматроника.       — Потому что именно от бармена будет зависить реально ли человек пойдёт к психологу или останется у разбитой кружки, — фыркнул он ей в ответ, берясь вновь за стакан, который был и так чистым, чтобы его протереть.       — Ну серьёзно. Лучше расскажи мне о состоянии Бонни, чем об этом. Какого чёрта ты вообще трёшь посуду? Дырку хочешь проделать? — взъелась на него Кэт от досады.       — Потому что, если бармен не будет что-либо протирать, ты начнёшь чувствовать себя тревожно, — уверенно произнёс Марионетка, после чего отвернулся от девушки, чтобы она не заметила его раздражение. — Уходи. Я не хочу сейчас разговаривать.       — Разве ты не понимаешь, что если ты не скажешь мне ничего, то я не смогу помирить Бонни и Беатрис! — повысила голос Кэтрин, пытаясь убедить в своей правоте бармена.       — Да кто тебе такое право дал? — глухо пробормотал он, поправляя на полочках бутылки с алкоголем, чтобы создать образ того, что Марионетка работает, а не бездельничает. Когда Мар-Мар не услышал от неё никакого внятного ответа, он отмахнулся и бросил ей через плечо. — Бонни гордый и упёртый баран. Я его три часа уговаривал подойти к ней и поговорить обо всём, а в итоге он как додик прокололся. Придурок на танке. С ним надо разговаривать, чтобы он что-то делал, но он же никого не слушает! — Марионетка так усердно поправлял бутылки, что уронил одну, и та разбилась вдребезги. Аниматроник разъярился, вытягивая руки, чтобы собрать осколки. Бутылка оказалась пустой, но она была очень красивой. — Чёрт! Ненавижу нахуй тупых мужланов! Ещё и любимую бутылку разбил… Кэтрин поджала губы и решила уйти по-доброму, по-здорову, пока Марионетка ругался сам себе под нос. Все знали, что бармен собирает необычные и красивые бутылки, расставляя их у себя в задней комнате за баром. Но именно эта бутылка была самой любимой, потому стояла на рабочем месте. Большая потеря, ничего не скажешь. Разбить бутылку в виде черепа из-под абсента. Теперь Кэтрин знала немного больше, так как под действием гнева и раздражения Марионетка рассказал ей малую информацию о Бонни. Что же, если с Бонни надо разговаривать, то Кэт ему это устроит. На Монти ей даже стало всё равно. Кэт ощущала себя героем компьютерной игры, в которой нужно обязательно со всеми поговорить. Дипломат из Кэтрин никакой, но она пообещала самой себе, что сделает всё так, как запланировала, даже если на этом пути она запнётся.       Пока Кэтрин думала о главном, наш герой-любовник Монтгомери уже дошёл до сувенирной лавки, где хозяйничали Мангл и его бывший техник Кристиан. Крис был нервным и мягкотелым парнем, потому не был готов работать вместе с Монти, так как аллигатор был взрывным и яростным. Именно поэтому у Криса часто случались истерики и нервные срывы. Не редко Монти мог бросить в своего техника стул, гитару, подушку — предметы были разной опасности и тяжести. Крис не мог поддерживать Монти, не способен был даже успокоить. Не каждый мужик может успокоить буйного аллигатора, а особенно это не может сделать тот мужик, которому это вообще не нужно.       Проще говоря, Монти точно не был способен поладить с Крисом. Монтгомери был уверен, что оставил глубокое впечатление у парня. И теперь перед аллигатором была почти невозможная задача, которая может испортить его план о покупке букета. Как бы то ни было, Монти открыл дверь и вошёл внутрь, оглядываясь. Полки с игрушками, сами игрушки на них — миллиард вещей, на которые ты потратишь ещё столько же денег. Монти закрыл за собой дверь, перевернув вывеску на ручке стороной с надписью «Закрыто». Найти Криса не составило труда. Он сортировал новые игрушки, расставляя их по полочкам. Лицо его было скучающим и спокойным. Монти зашагал к нему, радушно раскрыв руки, словно собирался обнять Криса.       — Эй, Крис, дружище! — звонко произнёс Монти, растягивая рот в ухмылке. Крис резко обернулся и побледнел, хватаясь за рядом стоящую коробку и бросая её в Монти. Его глаза были так широко раскрыты, что они могли вывалиться из своих гнёзд. Крис торопливо бросился к кассе, прячась за прилавок так быстро, что он уронил парочку упаковок со сладостями. Монти в этот момент коробку поймал, поставил её на пол и проводил взглядом рухнувшие вниз сладости. Аллигатор закатил глаза, шагая к прилавку.       — Не подходи, грёбанный изверг! — заголосил Крис, ныряя под прилавок.       — Вернись! Я по делу… — Монти подошёл, наклонился и запустил руку под прилавок. Кристиана он вытащил буквально за шиворот и поставил перед собой. — Мне нужна твоя помощь в одном деле… — Монти вздохнул. — Ты можешь купить мне цветы?       — Цветы? Ты хочешь, чтобы я подарил тебе цветы? — Крис не поверил собственным ушам и вскинул брови в удивлении.       — Нет! — крикнул Монти, смутившись. — То есть… Да… Но цветы не для меня, а для одной девушки. Закажи букет. Пожалуйста. — Аллигатор тяжело выдохнул, отстраняясь и прикрывая глаза.       — А что за букет? — оживился Крис, садясь за рабочий компьютер, что стоял рядом на прилавке. — Ты не знаешь предпочтения этой девушки? Ну или хотя бы любимый цвет?       — Я вообще ничего не знаю, — проворчал Монти, подходя к нему со спины и склоняясь к компьютеру, где Крис уже открыл сайт с различными букетами цветов. — Я знаю, что она очень любит Испанию…       — В таких случаях берут красные розы — никогда не ошибёшься. А из скольки ты хочешь букет? — Кристиан уже решился заказывать, так как он очень любил выполнять какие-либо задачи. — И есть ли у тебя деньги?       — Я хочу букет из тридцати трёх цветов. Денег нет. — Монтгомери взволнованно взмахнул хвостом, когда увидел красивый букет из нужного количества роз. — Давай обёртку чёрную с вот этими узорами, а ленту зелёную. Да! Вот это!       — Но это дорого. Как ты собираешься заказывать без денег? — Крис бросил взгляд на Монти. — Я за тебя платить не собираюсь.       — Ну закажи. Для меня это очень важно, — вдруг взмолился несчастный аллигатор, сжимая край прилавка. Когда он нервничал, то всегда не мог контролировать свою силу. Когти оставили несколько борозд на дереве. — Ну хочешь, я на колени встану?       — Стоп-стоп! Всё. Достаточно. Я закажу, только отвяжись от меня… — Крис замахал руками, так как заметил, что Монти серьёзно был готов встать ради этого на колени. — Я не хочу видеть этого. Просто не трогай меня, и я закажу.       — Понял! — и Монти отошёл на шаг назад, поднимая свои руки вверх. — А когда цветы приедут?       — Через двадцать минут. Вот код на заказ, — Крис написал ему на листочке номер и отдал. — Только не потеряй. Монти, радостно помахивая хвостом, стал благодарить Криса, держа этот листочек так, словно это самое сокровенное в мире, конечно же, после Кэт. Кристиан проводил счастливчика взглядом и расслабился, откидываясь на спинку стула. Он удивлялся, что аллигатор стал так суетиться ради кого-то. Крис вспомнил, как он в первый раз ухаживал за своей первой любимой, и грустно улыбнулся. К чёрту этих людей. Он поправил фотографию Мангл в рамке, что стояла у него рядом с компьютером, и поджал губы. Когда же ему вернут его конфетку?

***

      Кэтрин на цыпочках прошла мимо детей и родителей, что играли в боулинг, к коридору, который вёл в гримёрку Бонни. Она разблокировала дверь своим пропуском и заглянула внутрь. Горела только тёмно-синяя подсветка под потолком. Обитель печали и одиночества, а не гримёрка суперзвезды — подумалось Кэт. После яркого зала она не сразу смогла увидеть Бонни из-за низкой освещаемости комнаты. Но она безошибочно угадала его очертания на диванчике. Он сидел, сгорбившись и уткнувшись мордой в свои ладони. Бонни ничего не видел, никого не слышал и ничего больше от этой жизни не хотел. Перед ним лежала фотография. Кэт не смогла её разглядеть, нужно было подойти ближе. Выдохнув, она рискнула и вошла. Не скрываясь, девушка подошла прямо к кролику и остановилась возле столика. Теперь ей была хорошо видна фотография. Бонни держал Беатрис у себя на шее, а менеджер ярко улыбалась в камеру, показывая свой бейджик. Видимо, эта та фотография, которая запечатлела момент с праздника, на котором отмечалось повышение Беатрис. Кэт вздохнула и произнесла:       — Бонни, прекрати жалеть себя и иди добиваться Беатрис, — голос у неё вышел жёстче, чем хотелось, но произнесённые слова было уже невозможно вернуть.       — Отвали от меня. Уходи отсюда. — Бонни говорил едва слышным голосом, который звучал так, словно у него не хватало батареи — глючно и жалобно.       — Нет, я не уйду, пока ты не встанешь и не пойдёшь к ней. Попытайся удовлетворить не только её сексуальные потребности, но ещё и душевные. Разве ты не замечал, что ей часто больно он твоей категоричности? — Кэт говорила и говорила, а Бонни пропускал это всё мимо ушей, пока девушка не произнесла одну очень интересующую его фразу. — Я разговаривала о тебе с Беатрис.       — И что? Что она сказала? — Бонни подскочил и схватил Кэт за плечи. Его глаза очень ярко светились красным цветом, освещая собой комнату точно также, как и подсветка гримёрки. Только вот глаза светились у него сильнее. Бонни был в отчаянии.       — Она настроена… Не очень… — у Кэтрин не повернулся язык сказать кролику, что она уже мысленно порвала с ним. Отстранившись от Бонни, девушка перевела дыхание и собралась, чтобы сказать, так как утаивать это было нельзя. — Бонни, она больше не хочет с тобой быть. Как только она сказала это, Бонни взревел нечеловеческим голосом. Ни то животное, ни то монстр, он развернулся и с грохотом перевернул диванчик. Кэт отошла назад, вжимаясь спиной в стену, пока Бонни с кошмарной силой крушил всё вокруг себя. Он сломал стул, разбил стекло зеркала и оставил огромные следы когтей на стене, разодрав покрытие включья. Но гнев его угас очень быстро, так как эта ярость была на самом деле агонией. Глубокая печаль, тоска по времени, что он провёл с Беатрис. Бонни сник, поставил диванчик на место и рухнул на него. Его взгляд стал осоловелым.       — Перескажи мне весь ваш разговор. — Шёпотом попросил Бонни. Кэтрин выдохнула, возвращая себе самообладание после погрома, который устроил Бонни. Она сглотнула и начала говорить. Рассказывала Кэт долго, описывая всё то, что произошло. Девушка продолжала держаться подальше от Бонни, боясь новый его приступ гнева. Кролик же в этот момент встал и начал ходить из стороны в сторону перед Кэтрин, скрестив руки у себя за спиной с хмурым выражением.       — Семья, дети… Что за сказка о потерянном времени? Почему она не верит, что я могу измениться ради неё? Я же… Я… Я люблю её. — Шептал Бонни себе под нос, ходя из стороны в сторону от волнения. — И я спокойно заменяю ей семью.       — А ты уверен, что ты любишь её? — Кэтрин подошла ближе, рассматривая выражение лица Бонни. Она понимала, что он привык к тому, что с Беатрис нет никаких проблем и что у них всегда всё классно. Кэт знала, что если бы Бонни любил, то он делал бы всё для её счастья. Даже если это значит расстаться и отпустить её.       — Люблю?.. Да… Очень люблю… — Бонни впервые высказывал кому-то свои эмоции. Да высказывал не просто, а так искренно и эмоционально. Он шептал с горечью, Кэт едва могла его слышать. Но тут кролик стал говорить более внятно, хоть он произносил слова с дрожью, сильным трепетом. Кэт казалось, что если бы аниматроник был человеком, то по его щекам стекла хотя бы одна слеза. — Как же я могу её не любить? В груди так жжёт… Так жжёт, словно я жар с печи сглотнул. — Бонни опустил голову вниз, закрывая свои глаза. Кажется, темнота его успокаивала. — Я ебучий обмудок… — Бонни говорил отрывисто, делая длинные паузы.       — Если ты не продолжишь её добиваться, то потеряешь Беатрис совсем, — ответила ему Кэтрин. Девушку растрогало то, как Бонни переживал за всё это. Она поняла, что Бонни всегда дорожил и любил Беатрис. Кэт жалела Бонни, но могла лишь подтолкнуть его к действиям.       — Иди к чёрту. — Бонни вновь разъярился от одной лишь мысли о том, что Беатрис перестанет принадлежать ему. Он грозно посмотрел на Кэтрин, возвращая самому себе привычный облик. — Проваливай из моей гримёрки. Бонни отвернулся, игнорируя присутствие Кэтрин. Девушка. Пожала плечами и ушла, обрадованная тем, что наконец-то покидает потенциально опасное для себя место. А вот кролик опять сел на диванчик и погрузился в свои мысли. Столько лет он вместе с Беатрис, очень многое их связывает. Как же тогда его любимая могла просто взять и перечеркнуть всё это? Невозможно. Бонни был уверен, что она просто обижена, что в ней горят эмоции, которые мешают ей рассуждать здраво. Бонни протянул руку к фотографии на столике и взял её, рассматривая счастливую улыбку Би. Он провёл по ней пальцем, поглаживая самым нежным касанием щёку девушки. Кролик судорожно выдохнул и откинулся назад на спинку дивана. Положив голову на спинку, он закрыл глаза и с силой сжал фотографию, пробуждая в своей голове воспоминания с Беатрис.       Бонни не знал, сколько времени он так просидел. Наверное, много, потому что ему пришло оповещение, что он находится без движения слишком долго, что может повредить его телу, так как он не в спящем режиме. В этот момент кто-то опять разблокировал дверь. Лёгкие женские шаги раздались по комнате, отрывая Бонни от мыслей. Он был уверен, что это опять пришла Кэтрин со своими бесконечными нотациями. Бонни разозлился не на шутку.       — Бонни… — голос был слишком знакомым, словно говорила Кэтрин, что была тут пару часов назад.       — Я тебе уже всё сказал! Проваливай! — прорычал Бонни грубо, поднимая голову и смотря на пришедшую. Тут он замер. На пороге стояла Беатрис. Он перепутал голоса девушек. В красном свете её лицо казалось ещё более бледным, чем есть сейчас. Менеджер держала в руках документы. Она резко подошла к столу, бросила их Бонни, отвернулась и почти бегом покинула его гримёрку. Бонни ощутил себя идиотом. Нет, даже не так. Он чувствовал себя дауном.       Кролик подавил в себе желание броситься следом и опустил взгляд вниз на документы. Выговор, пропущенное мероприятие, штраф в размере месячной зарплаты, угроза быть уволенной… Слова замелькали перед Бонни, у него перегрелась голова. Он совсем забыл о вечернем дне рождении маленького мальчика, на котором Бонни должен был выступить вместе с Фредди. И вся кара небесная свалилась на голову Беатрис из-за него, потому что он забыл, а она не уследила за ним. Беатрис пришла к нему, он обязан был ползать у неё в ногах и умолять о прощении, а в итоге наорал на неё и прогнал. Ох уж эта Кэтрин. Но теперь Бонни явственно ощутил, что должен хоть что-нибудь делать, а не сидеть в гримёрке и ныть. Теперь от его следующих действий зависила их любовь с Беатрис.

***

      За эти несколько часов уже много всего успело произойти. Кэтрин брела по этажу, не смотря на проходящих мимо людей и детей, которые готовились покинуть Пицца-плекс до закрытия. Кэт терялась в собственных мыслях. Она устала. Так сильно устала, что просто хотела лечь и не вставать несколько лет. Но тут на неё налетела весёлая София, у которой теперь были новые часы и униформа. Кэт хотела было оттолкнуть налетевшее на неё тело, но узнала в этой туше Софию.       — Во что ты нарядилась? — задумчиво произнесла Кэтрин. — Я тебя в обед помню совсем другой.       — Котёнок мой, ты не поверишь! Луна предложил мне работать с ними в детском саду! Ты не представляешь, как там круто. Детей минимум, а свободное от них время можно проводить на горочках и каруселях там. Мы с Солнцем лепили из пластилина и на скорость рисовали рисунки. Я выиграла, но мне кажется, что он мне поддался. — София говорила и говорила, и Кэт показалось, что она может бесконечно рассказывать одно и тоже. — В общем, я теперь техник и помощник одновременно. — Софа довольно указала на свой бейджик. — А ты чего такая кислая? Неужели фаз-шипучки наелась?       — Не обращай внимание… Я всё о том же… — Отмахнулась Кэтрин и выдавила из себя подобие улыбки, чтобы не расстраивать подругу. Хоть у кого-то в этом месте всё хорошо. — Вы же с Луной не ладите. Чё это ты переобулась из кросовок в валенки?       — Ой, да там такая история… Какой там «не ладим»? У него хуй светится! Ты просто представь себе! Фонарик, что светит и в горе, и в радости без батареек! — Софи с восхищением изобразила размер Луны, сложив ладонями образ. — Я беру свои слова назад о том, что ночники бесполезны.       — Ого… Это вот так у вас всё стремительно развивается? А мы с Монти ещё даже не целовались, — пошутила Кэтрин, пихнув её локтём в бок.       — Я не уверена до сих пор хочу ли я заводить отношения или нет… Думаю, ты понимаешь моё состояние. Шутки шутками, а трахаться в этом заведении я ещё не намерена. — На эти слова Софии Кэтрин согласно кивнула. Обеим хотелось присмотреться к аниматроникам.       Кэтрин сплетничала ещё некоторое время с подругой, стоя прямо там и наблюдая за тем, как людей становилось всё меньше и меньше. София подкинула парочку историй о том, что Люси на самом деле та ещё потаскуха. Эта девушка за один месяц успела по разу переспать с каждым аниматроником мужского пола здесь, кроме Бонни и Фокси, которые банально её желания продинамили, и она ушла в итоге к Фредди. Фредди ревновал её пассивно и очень злился, когда она оказывалась слишком близко к мужчинам. Кэтрин удивилась, когда узнала, что Люси ведёт интрижку даже с Реджи. После того, как они полили Реджи грязью, девушки распрощались и разошлись. Кэт направилась в гримёрку Монти, где аллигатор уже во всю готовил сюрприз.

***

      Монтгомери подпрыгнул, когда услышал, что пришла Кэтрин. Он обернулся и увидел её уставшее тело на пороге. Его руки замерла над столом, где он расставил столовые приборы для ужина. Кэт скользнула взглядом по свечам, тарелке с хамоном, бокалом и бутылке с сангрией. Был даже салат, но вот он уже самый обычный овощной. Монти постарался на славу, и Кэт даже удивилась, что такое можно заказать в местном ресторане Пицца-плекса. Девушка пообещала себе, что закажет там ещё что-нибудь.       — Ты решил себе ужин устроить? — с успешкой произнесла Кэт.       — Вообще-то тебе… — сконфузился Монти. Ему пришлось очень долго ныть, чтобы повора перед уходом приготовили ему всё это. — Я хочу сделать тебе подарок. Кэтрин вскинула брови и села на диванчик за низкий накрытый столик. Подарок? Ведь Монти и так накрыл ей целый роскошный стол. Но тут аллигатор достал роскошный букет, который он спрятал под этим самым диванчиком. Букет красных роз был огромным, роскошным. Такого ей никто и никогда не дарил. Кэтрин в миг покрылась румянцем.       — Как?.. Зачем? — промямлила она, беря цветы и утыкаясь в них носом.       — Я просто хочу сделать приятно тебе… — Монти никогда не признался бы Кэтрин, что зависел от её улыбки и блеска в глазах. А сейчас он лицезрел и то, и то.       — И неужели не хочешь ничего за это взамен? — она жадно вдыхала запах свежих роз, которые так давно не чувствовала.       — Хочу… Переночуешь со мной сегодня? — Монти сам охренел от своей смелости, но решил идти до конца. — Можем поиграть в карты, погулять по ночному Фаз-комплексу и без очереди пройти на любой аттракцион. Только поужинай. Воодушевившись, Кэтрин так и решила сделать. Пока она торопливо ела, запивая всю еду терпким алкоголем, Монти стоял в стороне, завороженно наблюдая за тем, как его подопечная поглощала еду, которую он с таким трудом добыл методом нытья и поклонения. Да, он забыл о своей гордости ради того, чтобы удивить своего любимого техника. Монтгомери был готов добиваться её всеми своими силами, чтобы показать, что он готов и открыт для отношений.       После ужина Кэтрин и Монти действительно пошли гулять по Пицца-плексу. Но гуляние кончилось сразу после того, как они оказались в фойе. Там развернулась сцена. Бонни умолял Беатрис к нему вернуться. Девушка стояла с сумкой на плече, готовая уйти после конца смены, а он держал её за руку, что-то тихо ей говоря и пытаясь поймать её взгляд. Монти и Кэтрин притаились за углом, смотря на них из своего укрытия. Кэт рискнула и подошла ближе, чтобы слышать разговор.       — Беатрис, пожалуйста, не молчи. Я не хочу разговаривать со стеной, — дрожащим голосом говорил Бонни, прижимая её ладонь к своему лицу и целуя каждый палец менеджера. Но лицо Беатрис было непроницаемо. Она стояла так, словно была не здесь, а где-то совсем далеко. Би не хотела разговаривать с Бонни, потому попыталась отстраниться и уйти домой, как и планировала ранее. Грохот, металлический и тяжёлый удар об пол. У Кэт расширилась глаза, когда Бонни пал перед Беатрис на колени и обхватил руками её туловище. Он прижимал Би к себе в самом крепком объятия, зарываясь носом в её живот и отчаянно втягивая запах менеджера. У Бонни дрожали уши и плечи, пока он судорожно цеплялся за её тело, не желая отпускать.       — Пожалуйста… Я умоляю тебя… Беатрис, я не хочу… Ты слышишь меня? Я не хочу больше этого… Давай поговорим? Дай мне шанс исправиться… Я сделаю всё, что ты мне скажешь… Не бросай меня… Не бросай… Би… — голос Бонни скатился почти до слезливого. Он ещё никогда не в жизни так ни перед кем не унижался. — Я придурок, я ублюдок — называй меня, как хочешь, я полностью с этим согласен… Я скучаю… Я безумно скучаю, Беатрис… Если ты уйдёшь, я не смогу без тебя… Би… Всё, что говорил Бонни, превратилось в беспомощное и почти бессвязное бормотание. Он говорил без умолку, а Беатрис молчала и смотрела на выход из здания. Но тут… Её ладонь медленно поднялась и легла на его макушку между кроличьих ушей. Короткая ласка, во время которой её пальцы едва двигались по макушке Бонни, поглаживая мягкую поверхность. Кролик поджал уши и отчаянно прижался к её ладони, жмуря глаза. Он не знал, когда ещё сможет получить подобное, потому впитывал в себя всё по-максимуму, чтобы пережить одиночество. Прикосновения не продлились долго. Беатрис отстранилась и ушла, пряча слёзы в уголках глаз. Но ушла она не на выход, а в сторону лифта, явно собираясь напиться в баре. Бонни никуда не пошёл. Он даже не двинулся, так и остался стоять на коленях, словно Би продолжает его гладить по голове.       — Кэтрин, прости меня, но я планировал наше свидание не так. — Раздался хриплый голос Монти за спиной у девушки. Он понимал трагедию Бонни, но он был настроен на времяпрепровождение с Кэтрин. — Пошли, — он подставил ей свой локоть для прогулки. Кэтрин вздохнула, выпрямилась, взялась за него, и они под руку вместе пошли придаваться романтики и веселью. Первая их остановка была локация Фокси «По волнам», куда так хотела попасть Кэтрин.

***

      Люси на носочках прошла в гримёрку Фредди. У этого пунктуального медведя по режиму сейчас должен быть сон, поэтому она не боялась, что он застанет её. Но как только она переступила порог, то в гримёрке зажёгся ослепительный свет. Перед ней во всей своей ревнивой стати стоял Фредди. Он был зол, но подавлял в себе агрессию, из-за чего выглядел достаточно спокойным.       — Где ты была? — бархатным голосом спросил Фредди, уперев руки в бока. Он смотрел только в глаза Люси, которая избегала взгляд. Опять этот его вопрос, на который она уже устала врать. Многие знали, что Люси и Реджи видятся, проводят вместе время и даже занимаются сексом. Реджи был отличным любовником, из-за чего Люси стал наскучивать её Фредди, который живым теплом не обладал. Только настоящая женщина способна принимать разницу между мужским членом и членом аниматроника. Люси была такой женщиной, так как у неё очень уж много половых партнёров было. И она продолжала держать себя в тонусе, несмотря на отношения с Фредди. Тот в свою очередь принимал её шлюшью сторону и пытался с ней бороться, но у него не выходило. Люси каждый раз находила себе приключения на жопу.       — Какая разница, где я была? — пожала она плечами, принимая невозмутимый вид. Она отошла к столу с зеркалом и стала поправлять свои макияж и причёску. Реджи опять сожрал у неё с губ всю помаду. — Я же пришла. Между прочим, во время.       — Тебе вообще не положено уходить от меня. — Огрызнулся Фредди, подходя к ней сзади. Его взгляд стал мрачным. Он прижался бёдрами к её ягодицам, а руками упёрся в края стола по бокам от неё, запечатывая девушку между своим телом и столом. — Скажи мне открыто — я тебе надоел?       — Нет, меня всё устраивает. Всё отлично, — Люси закрыла свою помаду и очаровательно улыбнулась зеркалу, в котором было злое отражение Фредди. Люси нравилось держать медведя в подвешенном состоянии. Она чувствовала наслаждение от того, что Фредди копался в себе и расстраивался. В этот момент Фредди не выдержал и с силой схватил Люси за волосы, разворачивая её к себе. Он поцеловал её, а затем повалил на пол, грубо и сильно, даже не собираясь переходить на кровать, чтобы взять её. Люси уронила всю свою косметичку, вскрикнув, когда она посыпалась со стола на пол рядом с её головой. Фредди сегодня был бесцеремонен и груб из-за накативших эмоций. Не прошло и минуты, как он, держа Люси за шею, грубо и сильно её трахал, заталкивая в неё всю свою привязанность, которая успела образоваться у него за весь этот месяц. Его цилиндр свалился вниз, пока толчки ускорялись всё больше и больше. Шлепки, стоны, хрипы… Фредди пытался доказать что-то себе и Люси.

***

      Беатрис, уткнувшись в свой локоть, спала на барной стойке в стельку пьяная. Рядом с её рукой стояли стопки из-под водки и бокалы от виски с колой. Её вынесло очень быстро, так как она почти никогда не пила — хватило всего трёх стопок и двух бокалов. Мар-Мар стоял рядом, поглаживая её своей чёрной ладонью по макушке. Он задумчиво перебирал её волосы, наматывая пряди и пропуская их между длинными пальцами. Почти с отеческой заботой Марионетка разглядывал её спящее и очень бледное лицо. Даже после алкоголя кожа не приобрела румянец. Бармен убрал все стопки и уже хотел было взять менеджера на руки, как увидел в дверях бара Бонни. Он тяжёлыми шагами подошёл к Беатрис со спины и сам коснулся её волос. Мар-Мар напрягся.       — Прошу тебя, не делай глупостей… — прошептал он обеспокоенно, но тут заметил, как Би в этот момент просто расслабилась под его рукой. Теперь она не была в своём пьяном сне такой сжатой, её тело безошибочно узнало Бонни. Бонни ему не ответил. Ему нужно сейчас быть рядом с ней. Тогда, когда она не оттолкнёт его. Кролик наклонился к ней, обхватил обеими руками за талию и мягко обнял, закрыв глаза и нырнув лицом в её волосы. Марионетка нервно протирал бокал, смотря на всё это. В любой момент он был готов вмешаться.       — И всё-таки я тебе проспорил, — шептал Марионетка, смотря на Бонни, который прижимался отчаянно к телу Беатрис.       — О чём ты? — хрипло спросил Бонни, подняв на него взгляд.       — Она реально пришла пить… А мы спорили на твою гитару, что она не придёт. — Мар-Мар усмехнулся. — Жаль… Я очень хотел научиться на ей играть. Бонни проигнорировал бармена. Он был поглощён только Беатрис. Провёл по её волосам когтями, зачёсывая пряди назад, затем оставил поцелуй на плече. Би сонно поёжилась, что-то мыча себе под нос, пока Бонни её касался. Марионетка достал из-под барной стойки плед и протянул его Бонни. Тот кивнул, завернул менеджера в плед и поднял к себе на руки, садясь вместе с ней на барный стул. Устроив её поудобнее в своих руках, Бонни расслабился. Впервые по-настоящему расслабился за все часы ссоры. А он считал каждую минуту, которую провёл без любимой.       — Я хочу, чтобы всё было, как раньше, — произнёс Бонни, рассматривая макушку Беатрис с русыми волосами. Слова кролика были правдивы, он каждую секунду себя корил за то, что решил качать права перед Беатрис.       — Смирись, что как раньше уже не будет. Тебе нужно стараться, либо забить хуй. Второй вариант проще, но первый способен восстановить ваши отношения, из которых она уже выросла. Беатрис хочет идти дальше, а с тобой у неё не перспектив. Бонни прижал к себе Беатрис крепче. Ему было тошно от одной мысли, что Беатрис уйдёт к другому мужчине, родит от него ребёнка или двух, а про него забудет. Кролик очень быстро и легко сломал всё между собой и менеджером, а вот построить на этом новое долоо и сложно. Бонни посмотрел на Марионетку. Его взгляд был усталым, измученным, совсем как у Беатрис до выпивки.       — Какие вы с ней идиоты… — прошептал Мар-Мар, протягивая руки к Беатрис, чтобы забрать её у кролика. — Всё, возвращай давай. Ей нужно нормально поспать. Я думаю, она расстроится, если узнает, что я позволил тебе оставить её у себя. — Бонни не стал спорить, и отдал бармену Беатрис, провожая её тоскливым взглядом. Мар-Мар скрылся в застенках бара. В этот момент в баре потух свет, оповещая о закрытии. Марионетка заботливо положил Беатрис спать к себе на кровать и плотно укрыл одеялом, чтобы она не замёрзла. Сам Марионетка вернулся в бар, чтобы подготовить напитки и пополнить запасы льда. Как он заметил, Бонни здесь уже больше не было. Видимо, кролик пошёл обратно в своё логово тьмы и одиночества. Хотя бы короткий промежуток времени он смог пережить с Беатрис. Теперь всем и каждому в этом заведении просто оставалось ждать и надеяться на лучшее.