(Katekyo Hitman Reborn) Fran — Emerald eyes

Босс, как глава одной из семей альянса, послал Софию на обучение в отряд Варии для укрепления дружественных связей, но это не было встречено с таким энтузиазмом, как ожидала София. Вонгола — приятные и спокойные люди, но Вария, казалось, не имела к ним никакого отношения и была отдельной семьей. У них с Вонголой не было ничего общего. Все с самого начала пошло не так, потому что босса Варии не предупредили о том, что она прибудет. Единственный, кто об этом знал, был Скуало, но он не посчитал нужным рассказывать остальным, а потом и вовсе оказалось, что у него нет на это времени. Девчонка из другой страны его совсем не интересовала, и он был в негодовании из-за того, что Занзас скинул это дело на него. Занзас тоже был в негодовании из-за того, что принимать какую-то гостью должен он, а не действующий босс Вонголы. Поэтому Скуало поручил заботу о ней Франу. Они как будто ровесники, и, хотя на Франа нельзя было положиться, он даже что-то умел, если не ленился. А главная цель приезда этой Софии — научиться новым техникам боя. И вот София тут уже целый месяц, и не прошло ни дня, чтобы она не хотела домой. Что за жуткая, безумная семья! Даже назвать их семьей можно с натяжкой. Оказалось, что Занзаса все-таки предупредили об ее приезде — почтой, и поэтому письмо пришло только спустя несколько дней. И почему босс Вонголы не мог позвонить? Теперь понятно, почему Софию никто не встретил в аэропорту, а ведь она так плохо говорит по-итальянски! Но на фоне остальных пугающий Занзас не так уж и плох — он, по крайней мере, так редко выходит из своих комнат, что его почти никто не видит. София даже думала, что он пользуется отдельным входом, о котором она не знала. Скуало был вечно чем-то взбешен. Наверное, одна из причин — ее приезд сюда. Ужасно! И почему послали именно ее? А еще он разговаривал так громко, что София уже не могла это слушать. Его голос резал, как пила, и к нему невозможно было привыкнуть. Бела она старалась избегать. Сначала она решила, что он старается быть дружелюбным, но эта застывшая улыбка, которая никогда не сходила с его лица, начала пугать, когда София узнала, что его прозвище — «Принц-потрошитель»! Правда, Бел не уловил перемены — все-таки он уже привык по вечерам пить чай вместе с Софией. Даже оказалось, что она ему понравилась, и он надеялся, что она останется тут подольше. Все-таки все здесь ужасно недружелюбные, а София хоть как-то разбавляла серые будни. Это передал ей Фран, что и стало очередным поводом для шуток над Белом. В доме было скучно, а у Софии даже проблемы какие-то смешные. Со злобным торжеством Бел любил наблюдать за неприятностями, в которые она постоянно попадала. Фран — причина, по которой София боялась, что вернется домой такой же сумасшедшей, как и остальные. Не было ни одной вещи, которая укрылась бы от внимательного взгляда Франа. Итальянский тоже не был его родным языком, но он изъяснялся намного лучше, чем София, настолько лучше, что он не мог удержаться от комментариев. — София, — он снисходительно вытягивал ее имя чуть ли не по слогам, — ты каждый раз будешь загибать пальцы, когда тебе нужно назвать цифру? Что будет, если кто-то спросит тебя, какой сейчас год? Она часто попадала в удивительно неприятные ситуации. Как-то капитан попросил ее выполнить маленькое, очень маленькое, поручение — раз уж она и так собиралась в город, он передал ей пакет для одного человека. София с радостью согласилась — может, у нее, наконец, появится шанс подружиться с этим хмурым капитаном? Но она взяла не тот, поэтому передала этому человеку пакет, где были ее колготки, туфли и еще кое-какие мелочи. Как неловко! Когда София и Фран отправились в торговый центр, они застряли там в лифте (Фран был уверен, что это из-за ее патологического невезения). После того, как они полтора часа просидели в лифте, он заявил, что больше никуда не пойдет с ней. София тоже не особо обрадовалась такой компании. Целых полтора часа выслушивать угрюмое ворчание — у нее, должно быть, стальные нервы, раз она это выдержала! Луссурия (еще один странный тип, от которого лучше держаться подальше) не пускал Софию на кухню, потому что никто до сих пор не отмыл стену после того, как София опрокинула кружку с кофе (никто и не собирался). Такое пятно можно было поставить только намеренно. Но она все равно ходила на кухню — где ей еще есть? К тому же, можно было не переживать, что ее кто-то побеспокоит. Отряд не собирался на совместные завтраки, и у каждого был собственный распорядок дня. Только Бел не оставлял попыток подружиться и периодически показывался на кухне, когда там была София, начинал непринужденную беседу со своей обычной улыбкой, будто у него нож в кармане. Все в Софии казалось Франу смешным, хоть он никогда и не смеялся. Оказалось, он наблюдал за ней, чем ставил ее в неловкое положение. — Это самый отвратительный день, — сказала София, как только вошла в особняк. Она опять попала под дождь, потому что забыла зонт. — Да ладно? Но все-таки это не тебя длинноволосый капитан-придурок заставил возиться с новичком, — заявил Фран с поразительным хладнокровием. Ему пришлось придумывать специально для Софии программу тренировок, потому что ей нужно будет отчитаться перед боссом по прибытии домой. — Длинноволосый капитан-придурок? — изумилась она, но в этот момент как раз спустился со второго этажа капитан. — Врой! — закричал он, видимо, подумав, что это о нем. София до сих пор не знала, что означало его любимое слово. Вероятно, какое-нибудь ругательство. Она повернулась к Франу, смутившись из-за такой подставы. Фран даже не изменился в лице, но его глаза смеялись. Теперь ей точно не подружиться со Скуало! София все никак не могла привыкнуть к тому, что у Франа для всех были дурацкие прозвища. Она узнала от Бела, что ее Фран тоже первое время называл просто «дамочка из Словении» (хотя она не из Словении). — Да ладно тебе. Разве тебе не весело? — отмахнулась София, направляясь на кухню. — А что, похоже? — уныло ответил Фран, тем не менее, следуя за ней. — Мы будем сегодня тренироваться или ты опять будешь отлынивать? — сказала София и так загремела чайником, что Фран выхватил его у нее из рук. Все-таки он тоже хотел попить чай, а София на прошлой неделе устроила тут пожар, потому что кто-то забыл полотенце прямо возле плиты. Оставив чайник, она ушла в ванную. Повезло, что капитан рано просыпался и смог потушить огонь. — И это я отлыниваю? — сказал Фран, даже не обидевшись, и стал делать чай им обоим. София села за стол, наблюдая за ним с улыбкой. Только когда он повернулся, она постаралась эту улыбку скрыть. — Ты вчера весь вечер просидела возле телевизора. — А ты просидел рядом со мной. — Лень заразна, — протянул Фран и уселся за стол напротив Софии, посмотрел ей в глаза таким внимательным взглядом, что она смутилась. — А вообще это виноват Бел-семпай. Он же принц лени. — Как всегда, я во всем виноват, — пробубнил Бел, появившись на кухне. — Хотя это вы двое устроили здесь пансионат. Только смотрите телик и жрете. А я думал, ты на задании, София. Они и правда в основном не делали ничего — только сидели дома, иногда выходили гулять, хотя Фран не любил гулять. Скуало самоустранился — он искренне полагал, что Фран покажет Софии и город, и свои приемы в бою. Кто знает, может, и София чему-нибудь научит Франа? Такое взаимовыгодное сотрудничество между семьями также станет первым шагом для налаживания отношений с Вонголой… Но Скуало заблуждался, потому что самое продуктивное, чем занимались эти двое, это один единственный спарринг, во время которого Фран даже не потрудился достать оружие. Поэтому и София не могла атаковать его в полную силу. Они решили не продолжать драку понарошку, а София еще и обиделась из-за того, что Фран делает такую тайну из своего оружия. — Просто Фран мне совсем не доверяет, — сказала София, повернувшись к Белу. Он тоже сел за стол и налил себе чай. — Я же не могу атаковать безоружного. — Ничего удивительного, что я не доверяю первой встречной, — непринужденно ответил Фран и с шумом отпил из чашки. София была поражена его прямолинейностью. Она уже так долго живет с ним под одной крышей; с ним она проводила больше всего времени, но до сих пор она просто первая встречная. — И не стоит за меня переживать. Я не чувствую боли, — добавил он. Заметив ее грустное лицо, он вздохнул так, словно собирался сделать одолжение, и сказал: — Ладно. Так уж и быть, уговорила. Когда София увидела миниатюрного Бела, которого Фран достал из коробочки, она никак не могла успокоиться, все смеялась и смеялась. Бел, который всегда был в приподнятом настроении, нахмурился, но ничего не сказал, а София, уже задыхаясь, сказала: — Просто это так мило. — Это совсем не мило, — парировал Фран. Хотя он даже не улыбался, у него было доброе выражение лица, словно его порадовал ее смех. — Атаки, которые отражает это оружие, это то, что я бы сделал с Бел-семпаем, если бы мог. Для этой цели он и служит. Софию не только позабавил вид прелестной коробочки. Она была рада, что Фран, наконец, раскрыл этот секрет. Хотелось думать, что она все же больше не первая встречная. — Что здесь за суматоха? — проворчал Скуало, спустившись на кухню. Увидев наполненный чайник, он тоже налил себе чай и уселся рядом с Белом. До приезда Софии члены отряда Вария вообще не собирались вместе на кухне. Взглянув на коробочку Франа, он хмыкнул: — Да уж, чудная игрушка. — Это настоящее безобразие, — хмуро сказал Бел и попытался выхватить коробочку, но Фран уже ее убрал. — Сделай с этим что-нибудь. — А что я сделаю? — развел руками Скуало. — Любое оружие пригодится в бою. Но польза от этих двоих все-таки была — например, Франа и Софию посылали в магазин за продуктами. Фран согласился на это только из корыстных целей — на выделенные деньги он покупал то, что любит сам (и София), а Белу, наоборот, покупал то, что он терпеть не может (назло ему). Скуало не был в такой сильной немилости у Франа и ему Фран не покупал вообще ничего. Не стесняясь, он спокойно отвечал на это что-то вроде: — Ой, забыл. София радовалась, пребывая в наивной иллюзии, что она, наконец-то, может быть полезна в этом доме. Хотя она так плохо читала по-итальянски, что в продуктовом магазине от нее не было толка. Довольно быстро София привыкла к жизни в этом доме и даже пришла к выводу, что все не так уж и плохо. Все-таки ей выделили комнату в самой дальней части дома, чтобы ее никто не беспокоил (или чтобы она никого не беспокоила). Жить тут стало веселее, если относиться к этому проще. Ее комната была с отдельной ванной, чего нельзя было сказать об остальных, поэтому каждое утро Бела и Франа начиналось со спора в коридоре. Пока они стояли в очереди, София старалась не посмеиваться над их угрюмой ссорой или хотя бы делать это незаметно. У капитана уже давно оторвалась лейка в душе, но у него все не было времени починить ее, поэтому первым ванную занимал он. А комнату, где жила София, оказалось, пришлось освободить Франу (потому что там была ванная), и, наверное, это стало еще одной причиной, по которой он так ее не любил. — Капитан решил устроить там бассейн? — кисло прокомментировал Фран, стоя возле занятой ванной. — Мы с Софией торопимся, поэтому я пойду первым, Бел-семпай. — Знаю я вас. Никуда вы не торопитесь, — фыркнул Бел. — Но это правда. Босс сказал, что нужно встретить какого-то ее человека, который прибыл в страну впервые, а София заблудится, если пойдет одна, — заявил Фран. На самом деле он просто хотел пойти в ванную первым. — Она даже в торговом центре вчера потерялась. — Я не потерялась, — буркнула София. Она стояла с ними в коридоре за компанию, хотя уже давно собралась, и в удивлении разглядывала ночной колпак Франа. Утром все выглядели забавно. У Бела за ночь так растрепались волосы, что он был похож на одуванчик, а Скуало как-то показался из комнаты в длинном пушистом халате и клетчатой пижаме. У него был такой домашний вид, что Софии совсем не хотелось выходить из дома в дождь и грязь. — Если у нас тут происходит культурный обмен между семьями, — сказал Бел, — надо предложить боссу, чтобы мы и со своей стороны кого-нибудь отправили в Словению. Например, тебя, Фран. — Я никуда не поеду один. Тем более, в Словению, — буркнул он. Подумав, добавил: — Только если с Софией. — София повернулась к нему, гадая, что бы это значило, но Фран даже не изменился в лице. — С чего вы вообще взяли, что я из Словении? — изумилась София. — Мне сказал Фран, — пожал плечами Бел. — А мне — Капитан, — ответил Фран, правда, ему нельзя было верить. — Я не из Словении! Я из Болгарии, — сказала София. — Ну, это там тоже где-то рядом, — отмахнулся Фран. Ждать, пока Фран соберется, пришлось долго. Ее человек уже даже позвонил и сказал, что он в аэропорту, и София хотела отправиться одна. — Ты умеешь читать? — едко сказал Фран, появившись на кухне. София уже не знала, чем заняться, поэтому села почитать книжку, которую тут оставил капитан. — У тебя такое сосредоточенное лицо, будто это учебник по математике, — добавил Фран, заглядывая в книгу. Он встал так близко, что София недовольно захлопнула книжку. — Ты меня бесишь, — объявила она. — А ты мне нравишься, — простодушно заявил Фран, и она повернулась к нему в изумлении. — Ты тут самая нормальная. Единственная. — Он постоянно все говорил прямо в лицо, и София никогда не знала, как реагировать. — Жаль, что ты уедешь. — Мне тоже, — грустно ответила она. — Может, ты останешься? — Он заглядывал ей в глаза, даже не моргая, и София отвернулась первой. Он постоянно смотрел так, будто хотел заглянуть в душу. — А что мы скажем моему боссу? — нерешительно сказала она. Ей все еще казалось, что это какая-то шутка. — Ну… что тебя похитил Бел-семпай? Это вполне в его духе. Думаю, он поверит, — серьезно ответил Фран и уселся за стол. Несмотря на то, что они уже опоздали, он еще собирался завтракать. — Эй, ты! — воскликнул Бел, услышав из гостиной. — Ты у меня сегодня договоришься. — Теперь ты точно должна остаться, — продолжал Фран, — чтобы защитить меня от принца-мясника. София не знала, что на нее нашло, но она не смогла сдержать порыв обнять его. Придвинувшись ближе на стуле, она положила голову ему на плечо и обхватила руку, счастливо улыбаясь. Фран смутился — хотя по его лицу ничего нельзя было понять, он напрягся всем телом. София думала, что она ему не нравится, но, видимо, она ошибалась? Это было неожиданно уютно и комфортно вот так посидеть с ним рядом. — Так это значит, ты остаешься? — Он не двигался, чтобы она не отстранилась, и не дышал. София растерянно перестала улыбаться, невольно подумав о том, каким образом это стало бы возможным. Уйти из семьи, вступив в другую семью? Так просто переехать в чужую страну? Остаться тут навсегда? Заметив ее нерешительность, Фран добавил: — Подумай. — Он, наконец, пошевелился, и София отодвинулась. — Поехали в аэропорт. Твой знакомый уже ведь ждет нас. На ходу он стал жевать сэндвич, и, хотя его лицо, как обычно, было бесстрастным, она заметила грустную задумчивость в его глазах. Молча они последовали в прихожую, стали одеваться. Фран добавил: — Мы все будем очень рады. — София радостно улыбнулась, но тут он сказал ехидно: — Особенно Бел-семпай, ведь он влюблен в тебя. Бел в гостиной от возмущения чуть не перевернул на себя кружку чая. Он изумленно воскликнул: — Я? Я влюблен? С каких это пор? Да ведь это же ты… — Пошли, София, мы торопимся, — заговорил вместе с ним Фран и даже подхватил Софию за руку, чтобы поскорее выйти из дома. Она так смутилась, что не сопротивлялась. Какое–то время они молча шли по улице, и она не знала, как заговорить. Фран равнодушно смотрел перед собой, как если бы Софии тут не было. Подумав, она сказала: — Я правда пробыла тут слишком недолго. И я до сих пор не научилась ничему полезному. — Вот видишь. Лучше тебе остаться. — Фран легко, почти незаметно улыбнулся, и София подумала, что впервые за это время видит его улыбку. — А еще Бел подал хорошую идею. Босс обрадуется, если кто-то из вас захочет погостить у нас. — Удивившись, Фран повернулся к ней. — Когда мне придется уехать, поедешь со мной? — Немного смутившись, она добавила тише: — Если ваш босс разрешит… На несколько мгновений он замолчал, и София даже подумала, что он откажется. Но он сказал в своей манере: — Почему бы и нет. Наверняка босс не против куда-нибудь сплавить меня. Один бы я не поехал, а с тобой можно. Я тебе доверяю. — Правда? — просияла София. — Я тоже тебе доверяю.