Подростки

— Так, молодёжь, — Хомяк стоял перед группой потенциальных перваков, которых скинули на его шею, — Меня называть исключительно Хомяк. Мало кто между собой на журфаке у нас использует имена. Особенность менталитета интернетчиков в частности и вуза в целом. Иногда даже преподы будут забывать как вас зовут. Но ваши прозвища они будут помнить. Моя задача показать вам реальность жизни в нашей шараге. — И сделать так, что бы вы нашу шарагу выбрали, — со спины к нему подошла остальная компания, — Меня называть Анархия, и я сегодня помогаю этой шпале не потерять вас в наших коридорах.        По рядам бывших школьников прошлись шепотки. Компанию они оценили. Все ж видок у творческих людей был подстать друг другу. Хомяк был высоким, рыжым-рыжим, и весь в веснушках. Анархия отличалась таким же высоким ростом, мужской одеждой, и цветными прядями в каштановых волосах. За ними стояли две полторашки, одна с черными друга светлыми волосами. Заканчивали процессию девушка с розовыми волосами, выбритыми висками и в очках, и парень среднего роста, с настолько уставшим лицом, что больше походил на зомби. — Такс, начнем мы с библиотеки, потом столовка, кафедра и в итоге синий зал, — Хомяк снова взял слово, и повел группу к лестнице, — Меня не терять, далеко не отходить, художников не кормить, танцоров не пугать, с рекламщиками не разговаривать. — А можно вопрос? — девочка из школьников подняла руку. — Рекламщики разведут на бабки, художники сожрут с потрохами, танцоры просто нервные. Еще вопросы? — Анархия усмехнулась, явно что то вспомнив, — Хао, есть нашатырь если что? — Есть вся аптечка, — кивнула Хаотичность, полностью довольная собой, — Есть вообще все.       Довольно кивнув, компания поднялась на второй этаж, и свернула в коридор между корпусами. Небольшой светлый коридор, за ним хол где стояли шкафы в которых были различные награды вуза, с одной стороны дверь в столовую и несколько крючков для вещей, а прямо вход в библиотеку.        Бывшие школьники крутили головами, с каждой минутой норовя открутить их с концами. Сопровождающие их студенты только посмеивались. Вообще, никто из их компании на день открытых дверей в вузах не ходил. Им было так кристально пофиг. ЕГЭ занимало все возможное и не возможное время. А еще забирало силы и все радостные эмоции. Возможно, как дементоры даже высасывало душу. Но, к счастью, для них это уже в прошлом. У них впереди ГОСы. А это страшнее. — Итак, с лева дверь где выдают учебники. Вы там появитесь примерно никогда за все четыре года учебы. Вверх по лестнице будет читальный зал, мы туда сходим, но там вас тоже будут видеть только на официальных мероприятиях, — взялся снова вещать свою речь Хомяк, — Говоря честно, многих из вас преподы будут видеть чисто на сессиях. — А если у кого-то в голове живет тот самый, романтичный, светлый и красивый образ студенчества из американских фильмов… Забудьте, — Анархия злобно усмехнулась, — Спать вы будете часа по два, на сессии спать не будете вообще. У вас только полтора месяца летних каникул. Много лишних предметов. Вот эти все крутые истории про общагу, про ламповые посиделки… Неа. Нифига. Самый большой романтик будет у вас с курсачами и расписанием. Все посиделки максимум на берегу реки, или в курилке. Ну, в столовке, если сможете пробиться через толпу наших голодающих танцоров, музыкантов, актеров, художников. И отбиться от народников. И вообще, бойтесь этих людей. А то по котелку балалайкой получить конечно по-русски, но все-таки больно. — Совет, — подала голос Хаотичность, — Еда, вода, лекарства первой необходимости, все всегда с собой. А вот таскать свои обеды гиблое дело, вы к микроволновке не пробьетесь. Ну, и естественно, нет холодильника, что бы оно все хранилось. — Если смотрели фильмы Гай Германики и Балабанова, то бытность студентом у нас больше похожа на их творение, — Рыжий замер на входе в библиотеку, даже не собираясь входить в помещение, — Правда все это с примесью Оруэлла. В общем, я жрать, кто со мной? — Сука… — прошипел себе под нос Хомяк, потому что он как раз свалить не мог.       Остальная компания оставила друзей на растерзание подростков, и смылась ожидать их в столовку. Потому что друг, это хорошо, но еда к душе как-то ближе.

***

      Все тот же состав, все те же лица, но другое место действия. Возле входа на территорию Вуза толпились школьники. Они щебетали как стайка птичек. На их фоне студенты походили на вылезшую под свет дня нечесть. Бледные до синевы, с синяками под глазами, кто в краске, кто в угле, кто вообще ехал на плечах своих собратьев по несчастью. Они все останавливались возле входа, что бы вкурить жизнь, поговорить с одногруппниками, или просто помолиться перед зачетами.       Школьники смотрели на них восторженными глазами. Почти все. Группа которую водил хомяк пыталась собрать разорванный в клочья шаблон, и склеить осколки мечтаний о жизни в институте. Все же, лучше разочаруются сейчас. Их учителя только довольно кивали. Видимо садизм у преподавателей был всегда. Но у школьных учителей его было больше. — Я тут вспомнил, — Рыжий встряхнул пустую пачку, и недовольно нахмурился, — Бля, дайте сигу… — осмотрев своих, он взял у кого-то из художников палочку чапмана, — Мерси. Короче, у нас училка была в школе, как из гестапо. Злющая, что цербер. Всех кто старше десяти лет ненавидела до пены в рта. Она общагу вела, и упрямо твердила что из нас выйдут только уголовники. Мы в одиннадцатом, пиздюки как эти, — он кивнул головой на кучки школьников, — Все время спорили кому она аттестат испоганит. Я тогда вообще ебу дал, решил сдавать общагу. Мне как результат пришел, она тут же стала твердить, что если бы не она, я бы никогда ничего не сдал. — Рыжий, ты ж не просто так это начал, — Ворона, хоть и была не курящей, но уже успела приложится к банке с коктейлем (7° тоже не плохо по жаре в +25). — Да просто я ее на выпускном от чистого сердца послал прямым ходом, — заржал парень, — А сделать она мне нихера не могла. Аттестат уже все, на руках! — А я на декабрьском сочинении отожгла так, что потом маман в школу вызвали… — задумчиво протянула Хаотичность, — Пусть и на пробнике, но сука, впервые весь класс был на моей стороне. — Как отожгла? — все повернулись к ней, ожидая историии века. — Написала свое отношение к ЕГЭ и системе образования, — пожав плечами, Хаотичность забрала у Рыжего сигарету, — С примерами Высоцкого и Оруэлла. — Это еще что, — Хомяк пакостно захихикал, — Я на выпускной поджег дымовуху с цветным дымом. А сделать или доказать ничего не смогли. — Это ж административка! — Горыныч задорно рассмеялась, — У нас в школе такое бы не пропустили. Хотя, я как золотая медалистка, могла и не такое сделать. Но вместо этого просто протащила на выпускной ящика вискаря. — Я просто не пришла на выпускной, — Анархия довольно потянулась, — Я в это время сидела в местном кпз за вандализм. Потом папа еле доказал, что это был наш гараж… — Мы были не совсем адекватными подростками… — тяжело вздохнула Ворона. — Мы и сейчас не адекватнее.