Спокойной ночи

Один день сменялся другим. Мы просыпались ни свет ни заря, прогуливались до Ли Юэ, брали поручение и принимались за работу. Чем больше практиковались на легких заданиях, тем больше начали брать средних: оплата выше, да и тренировались потихоньку. Когда с поручениями заканчивали — возвращались, получали награду и на радостях пробовали всевозможные деликатесы города. К счастью, к тому моменту всё необходимое оборудование для путешествий мы уже приобрели. Мирай купила себе меч инадзумской ковки, я взял клинки и сюрикены. Умели ли мы ими пользоваться? Не-а. От того было больше мотивации тренироваться. В этом нам помогали задания с истреблением монстров и ворами. У девушки выходило лучше, чем я мог ожидать. Бои, погони, переговоры — всё давалось относительно легко. Гадким утенком, омрачающим молодой талант было управления планером. Но "Просто так падать я не собираюсь!" и регулярное чтение теории полетов чуть успокоили меня. На жилье мы экономили. Мирай так понравилось спать под открытым небом, что каждый раз, когда погода позволяла, мы ночевали в укромных местах на свежем воздухе. Пару раз на нас хотели напасть то похитители сокровищ, то хиличурлы. Хорошо, что я не спал и дежурил. Хорошо, что Мирай так крепко спит. Но вот близилась полночь, а лежащая на подстилке девушка всё глядела на полный месяц. Весь день какая-то неразговорчивая, вся в мыслях. Решила, что пора заканчивать? — Ей, Странник. — её тон был расслабленым, но я почему-то подскочил. — Давай дальше в Мондштадт. Я неловко повернул голову к Мирай, она тоже развернулась ко мне. Всё, что смог из себя выдавить — глухое "Мгм". Стало спокойнее. — Тогда, попрощаемся завтра с Катериной и отправимся в путь. Девушка хихикнула, предвкушая новые тропы, виды, места. Я всё задавался вопросом, зачем было прощаться с встречающейся везде куклой, но возможность ещё раз посетить город перед уходом только радовала. Пока я мысленно планировал наиболее красивый маршрут, девушка уже тихо сопела. На утро мы снова прошлись по городу, встретились к Катериной и, получив наставления о пути и пожелания удачи, отправились в путь. На одном дыхании мы обошли перевал Линцзю, Гробницу Дуньюй. Даже успели заглянуть в Разлом на последок. Ближе к вечеру мы уже зашли в Яшмовый лес. Чтобы лучше осмотреть окрестности на сундуки или интересные места, взобрались на скалы Каменного леса Хуагуан. — Вид просто нечто. Мирай с придыханием любовалась закатным солнцем. Что-то, а сюда мы пришли вовремя. По плану, скоро мы уже должны были двигаться дальше, но я не мог оторвать девушку от такого чудесного вида. Достав приобретенный фотоаппарат, я направил объектив на Мирай. Силуэт обволакивало розовыми лучами. Заметив, что я снимаю, девушка развернулась к камере и стала позировать. Я сделал снимок. Выходило весело, опыта у неё явно не было, зато старалась она на славу. Отошла немного назад. Ещё на пару шагов. Я не услышал даже короткого вскрика. Она просто оступилась, подалась назад. И упала. Подбежав к краю, я уже собрался нырять за ней, но Мирай успела зацепиться за небольшой выступ скалы. Спрыгнув к нужному камню, я остановился чуть выше неё. — Хватайся. — Н- Девушка не могла оторвать руки от камня. Мертвой хваткой держалась за выступ, боясь пошевелиться. Но и вечно висеть не могла. Пальцы стали дрожать, по одному отрываясь от камня. Я коротко рыкнул, выдохнул и за обе руки поднял Мирай на выступ. Ещё немного, только бы дать ей опереться на него ногами. Ещё чуть-чуть. Наконец Мирай оттолкнулась от камня и смогла сесть на траву. Но это место доверия не внушало, оставаться нам тут точно не стоило. Я взял девушку на руки и, раскрыв свой планер, насколько возможно контролируемо, стал снижаться к реке. Мы приземлились. Думал-думал, что сказать, но в голову не лезло ничего, чтобы описать ситуацию. Хотелось отчитать девушку за беспечность на такой высоте, тем более при неумении пользоваться планером. Но навернувшиеся слезы Мирай заставили молча присесть рядом. Всего пару тихих всхлипов, и она тряхнула головой, скидывая слабость. На меня старалась не смотреть, но взгляд в пол только помог мне увидеть красные следы. Там, где я за руки вытаскивал её. Они, пережал. Дурацкое волнение, не был я готов к экстренной ситуации. Снова, ужасно непредусмотрительно, особенно с учетом ландшафта. Боги, какой же идиот, ей сейчас помощь нужна, а я тут самобичеванием увлекаюсь. Достав из рюкзака повязки и смочив их раствором, я бережно приложил ткань к её коже, обмакивал синяки и царапины. Судя по выражению лица, щипало знатно. Мирай старалась отвлечься. Как я успел понять, главным оружием в её арсенале на такие случаи были шутки. Даже тут подготовилась лучше меня. — Ну и руки у тебя, конечно. Странные такие, как камень. Я смутился, одернул руку. Но девушка тут же выхватила её назад, приложив к ушибу. — Странные, но приятные. Холодно немного, а так очень даже хорошо. — она помедлила, но закончила. — Спасибо, что помог. Мои губы сжались в линию. Вот как людей понять? Вроде делаешь им больно, а они только о хорошем думают. Ладно, не так уж это и важно. Хорошо, что она цела. Я продолжил смотреть на трясущиеся руки. Мягко взял каждую там, где сам же и оставил синяки. — Всегда помогу. Мы отдохнули у реки, пока Мирай не набралась достаточно сил. Потом снова в путь. Так мы шли и шли, уже избегая скал, и остановились у берега возле Заоблачного предела. Решили продолжить путь завтра. Вечером много болтали, шутили — и в том была доля правды —, что девушке поскорее нужно освоить скалолазание и полеты. Жевали сладкие травинки, доедали купленные на рынке овощи. И собирались спать. Луну заволокло тучами, готовился дождь. Перебравшись в небольшую берлогу, мы расстелили простыни там и зажгли небольшой костер. Поставив на входе перегородку — чтобы и дым выходил, и монстры не сбежались — я лег возле спящей девушки. Сегодня даже мне захотелось отдохнуть. Я лег совсем рядом. Решил убедиться, что ей комфортно на новых набитых пухом тканях. Девушка поерзала, повернулась ко мне. На лоб спала непослушная прядка. Я аккуратно потянулся поправить её, как Мирай, устроившись поудобнее, перехватила мою руку и прижала к земле. На её лице мелькнула улыбка. Мои щеки необычно защипало. Не придав этому значения, я закрыл глаза. Тихо прошептал: "Спокойной ночи". То ли мне показалось, то ли я услышал ответ. — Сладких снов.