Глава 7: Хаос на торговой площади

      На рынке было оживленно, люди суетились, продавцы зазывали потенциальных покупателей на все, что угодно, от зерна до ювелирных изделий, свитков с заклинаниями и древних сказок. Дети смеялись, а мужчины торговали, в общем, здесь кипела жизнь. Это место вызвало у Рены такую улыбку, что она просто не могла сдержать ее и, тихонько напевая, переходила от одного прилавка к другому, разглядывая все эти разные вещи. — Юная леди, подойдите, посмотрите на мои прекрасные шелка! — Позвал ее высокий мужчина в красном тюрбане, его круглый живот ударился о прилавок, когда он вытащил из ассортимента тканей, представленных на рынке, шелк медного цвета. — Посмотрите, он почти идеально подходит к вашим волосам. Такой красивый шелк для прекрасной девушки. — проворковал он, надеясь на выгодную продажу. Рена провела пальцами по мягкому переплетению, прослеживая линии нитей, переливающихся на солнце. — Это прекрасно... — сказала она, и что-то в глубине сознания заставило ее шею зачесаться. — Я.… я думаю, что когда-то, давным-давно, у меня было такое платье... — в памяти всплыл смутный образ девушки, стоящей перед зеркалом. Отражение ее самой, одетой в длинное струящееся платье из меди, бронзы и золота, сияющее в лучах света, падающих из ближайшего окна. Но когда она снова вгляделась в свое отражение, лицо, смотревшее на нее, было печальным и пустым, как будто всей красоты, которую она носила, было недостаточно, чтобы заставить ее улыбнуться. Крик вырвал ее из этого видения, когда множество людей начали пробегать мимо нее с лицами, полными ужаса. Визг летающего зверя заглушил крики, когда его тень проплыла над головой. Торговец выхватил у нее свою ткань и, собрав все, что мог унести, тоже убежал в страхе. Когда зверь приблизился, зрелище было поистине отвратительным: с его клыков капала слюна, а желтые глаза жадно смотрели на добычу. Он начал нападать на мирных жителей, и остальная толпа в панике бросилась бежать. Хотя Рена пыталась спрятаться за стеной, на нее натыкалось слишком много народу, и ей пришлось последовать их примеру. Шатенке удалось ухватиться за стену здания и спрятаться в изгибе переулка, пока остальные бежали дальше. Глядя мимо бегущей толпы, она увидела, как чудовище сделало круг и вскоре снова налетело на толпу, вытянув когтистые лапы, готовое вырвать человека из кучи, прежде чем цветное пятно пролетело мимо и направилось прямо на зверя. Это был юноша. Парень на ковре-самолете отбивался от монстра. Он спрыгнул с ковра на балкон, сражаясь с существом, и скрылся из виду. Ей нужно было видеть, что происходит, поэтому она нырнула обратно в темный переулок и обогнула здание. Петляя по закоулкам и улочкам, она поднялась по лестнице, ведущей в переулок. Теперь Рена могла разглядеть парня - без рубашки, но в фиолетовом жилете и красной феске, с обезьянкой на плече. Он с кем-то разговаривал и выглядел недовольным. Прежде чем она успела приблизиться, на ее пути возникла стена. Живая стена в виде мужчины, который смотрел на нее сверху вниз своими черными глазами-бусинками. — Посмотри сюда, Амар, на меня налетела симпатичная краля. — сказал мужчина, опуская голову, чтобы заглянуть ей в глаза. — Ты заблудилась, красотка? Рене не понравилось нехорошая искра в его глазах, и она отступила на шаг, только чтобы наткнуться на другую стену, на этот раз гораздо меньшую, но его глаза выглядели точно так же. —Она действительно выглядит потерянной, Иуда. Может быть, нам стоит проводить ее домой. Рена переводила взгляд с одного мужчины на другого. — Простите, йа сахби, но я не думаю, что вы могли бы отвезти меня домой, это ужасно далеко. Так что, если вы меня извините... — она увернулась, пытаясь обойти невысокого мужчину, Амара, который, в свою очередь, преградил ей путь на узкой дорожке. — Мы не говорили, что проведем тебя к тебе домой, красотка. — ответил Иуда, делая шаг вперед, чтобы преградить ей путь. В такой ситуации Рене пришлось соображать быстро, она посмотрела вниз и увидела груду ящиков и деревянных коробок, сложенных у ближайшей стены. Не желая оказаться в руках этих двух грубиянов, она запрыгнула на край дорожки и прыгнула на штабель ящиков. Когда она приземлилась, штабель обвалился, и она с грохотом упала на землю, повсюду разлетелись щепки. Когда пыль и ящики осели, она лежала в синяках и страдала от боли, но вдали от незнакомых мужчин. Ее зрение начало слегка затуманиваться, голова и правая лодыжка заныли от боли, в поле зрения появились два размытых пятна, и по очертаниям она поняла, что это те самые, что были раньше. Иуда потянулся к упавшей девушке, но чей-то крик остановил его. — Эй, вы там! Что вы двое делаете? — Королевская стража! — крикнул Амар Иуде. — Быстрее, уходим отсюда! Оставь ее! Двое головорезов бросились прочь, когда переулок заполнился солдатами, самый крупный преследовал их до тех пор, пока они полностью не исчезли, когда мужчина вернулся, он посмотрел на полуобморочную девушку и усмехнулся. — Что это у нас тут? Другой стражник, чернокожий мужчина с большим животом, опустился на колени, чтобы повернуть лицо Рены. — девушка все еще в сознании. — Королевская стража! — крикнул Амар Иуде. — Быстрее, уходим отсюда! Оставь ее! Двое головорезов бросились прочь, когда переулок заполнился солдатами, самый крупный преследовал их до тех пор, пока они полностью не исчезли, когда мужчина вернулся, он посмотрел на полуобморочную девушку и усмехнулся. — Что это у нас тут? Другой стражник, чернокожий мужчина с большим животом, опустился на колени, чтобы повернуть лицо Рены. — девушка все еще в сознании. — Похоже, она прыгнула. —сказал другой, долговязый с вытянутыми руками и ногами, указывая вытащенным скимитаром на проход, из которого она выпрыгнула. — Пожалуйста... — прошептала Рена. — Помогите мне. Моя лодыжка... Темнокожий мужчина посмотрел на первого. — Что нам делать, капитан? Она ранена. Капитан свысока посмотрел на упавшую женщину. — Оставь ее. Я уверен, что рано или поздно кто-нибудь появится. Надежда Рены рухнула, когда такой крупный мужчина посмотрел на нее сверху вниз. Она никогда раньше не чувствовала себя такой жалкой и беспомощной. Они действительно оставят ее там? Как она вернется в Цитадель? А как же Мозенрат? Заметит ли он вообще, что она ушла? — Капитан Расул. Вы действительно собираетесь оставить эту бедную девушку вот так в канаве? —вмешалась принцесса. Крупный мужчина напрягся, хотя теперь он был всего лишь размытой тенью, его слова были нечеткими, но понятными. — Нет... мы отведем ее к... к... э-э.… — Отведешь... во дворец... сейчас же... — голос брюнетки начал затихать, пока, наконец, все не погрузилось во тьму. Когда Рена проснулась, она лежала на мягкой подушке, забинтованная, обтертая лекарствами, и чувствовала себя намного лучше. — Ты проснулась, я так рада. — раздался тот же женский голос. Служанка повернула голову и, к своему удивлению, оказалась лицом к лицу с принцессой Аграбы. Она напряглась, пытаясь сесть, чтобы, по крайней мере, поприветствовать королевскую особу в комнате, но нежная рука принцессы на ее плече остановила ее. — Ты не обязана этого делать, не в твоем состоянии. Рена остановилась и оглядела себя, до этого момента не замечая, насколько сильно она была забинтована. Она отделалась царапинами и ушибами, а одежда была разорвана почти в клочья. — Должно быть, я упала сильнее, чем думала. Принцесса усмехнулась и села напротив нее, взяла чайник и налила каждой из них по чашке. — Ты действительно очень сильно упала. Что стало причиной этого? Там были двое мужчин, принцесса. Они сказали, что отведут меня домой, но у меня было тяжелое предчувствие, что у них были другие планы. — объяснила Рена, принимая чашку из протянутой руки брюнетки. — Пожалуйста, зови меня Жасмин. — она улыбнулась и отпила из своей чашки. — Так ты прыгнула, чтобы сбежать? Рена мягко улыбнулась. — Думала, у меня получится. Жасмин усмехнулась. — Тогда ты очень похожа на моего жениха. Он проделывает такие трюки чаще, чем мне хотелось бы. Шатенка изогнула бровь, глядя на принцессу, естественно, в замешательстве. — Что ты имеешь в виду? — Мой жених, Аладдин, вырос на улице, уличная крыса, если хочешь, поэтому он умеет прыгать с крыши на крышу и тому подобное. Как раз сегодня днем он спрыгнул со своего ковра-самолета, чтобы сразиться с каким-то зверем, появившимся на рыночной площади. Рена чуть не выплюнула свой чай. — Это был твой жених? Принцесса Жасмин сияла от гордости. — Да. Хотя оказывается, что все это было испытанием, устроенным каким-то колдуном. — Что? — на этот раз мулатка сдержала плевок, но вместо этого уронила чашку. — О! Извини, это было такой неожиданностью, что я.…ух... это что, тигр? — Рена тихонько пискнула, когда большая кошка, тихо рыча, подошел посмотреть, из-за чего переполох. — Это Раджа. Он славный котенок, не так ли? — Жасмин ворковала с большим котом, который, вилял хвостом, когда любимый человек погладил его. Затем тигр обратил свои большие глаза на новоприбывшую и неторопливо подошел, чтобы принюхаться и исследовать. При этом служанка осторожно положила руку на голову тигра и начала гладить его, улыбаясь, когда он замурлыкать, даже несколько раз почесала его под подбородком, отчего зверь замурлыкал еще громче. — Ты ему нравишься. — Я часто почесываю Ксеркса, и он тоже мурлычет, что странно, но мило. — просто сказала ей Рена, когда Раджа вернулся к своей хозяйке. — Ксеркс твой кот? — спросила Жасмин, когда ее новая знакомая взяла чашку и поставила ее обратно на поднос… — Нет, он принадлежит моему Хозяину. Я служанка. — просто ответила шатенка. Она знала, что, если скажет слишком много, принцесса догадается, кому именно она служит, поэтому придерживалась простых ответов. — О, значит, ты тогда делала для него покупки на рынке. Рена усмехнулась. — Едва. Я искала ткань для одежды. Перешиваю свои туники и платья в приличный вид, готовлю и убираюсь для него, постоянно в поиске новых вещей, которые можно надеть. При этом высказывании Жасмин, казалось, просияла. —Одежда? Как чудесно! На нашем рынке представлены одни из лучших в округе. У меня есть несколько платьев, сшитых местными жителями здесь, в Аграбе, — ее улыбка, казалось, стала почти озорной от волнения. — Не хочешь примерить несколько? Забинтованная шатенка удивленно моргнула. — О нет, я не могу, принцесса не должна позволять такой служанке, как я, примерять ее вещи. — Почему бы и нет? Эти платья, предназначенные для ношения, кто сказал, что их должна носить только я? — Жасмин уже поднялась на ноги, помогая подняться своей новой подруге. — Доктор сказал, что твоя лодыжка не повреждена, только небольшой ушиб, так что ходить ты будешь нормально, по крайней мере, до моего шкафа. Кроме того, я хочу подарить тебе что-нибудь из одежды для дома, поскольку, во-первых, твоя нынешняя одежда разорвана в клочья после падения, а во-вторых, с тобой так грубо обошлись королевские стражники. Вкусная еда и новое платье — это мой подарок тебе, как другу. Рена остановилась, ковыляя к шкафу, и ошеломленно уставилась на принцессу. — Подруга? —принцесса улыбнулась ей и кивнула, отчего на медово-карие глаза девушки навернулись слезы. — У меня никогда раньше не было подруги. Во всяком случае, я не могу вспомнить. Жасмин мягко улыбнулась и протянула плачущей девушке носовой платок. —Пойдем, найдем тебе что-нибудь красивое.

ஜ═════════ஜ☼☀︎☼ஜ═════════ஜ

Рена вошла в дверь и закрыла ее, снова заперев за собой, прежде чем положить волшебный ключ в сумку и прислониться спиной к двери. Вздох облегчения вырвался из ее легких. Она откинула голову назад и улыбнулась, ее животик был полон вкусной еды с банкета, который она устроила с Жасмин, когда султан отбыл в соседнюю страну, а Аладдин со своим отрядом из Джина, попугая, обезьянки и ковра-самолета отправился домой, в свою "холостяцкую берлогу". Она провела вечер, слушая все любимые истории Жасмин о каждом из них, особенно об Аладдине и о том, как он прошел путь от скромного уличного мальчишки до помолвки с принцессой. Рена была поражена рассказом о герое Аграбы, нашедшем джинна и ковер в пещере чудес, и о заговоре злого великого визиря Джафара с целью захвата королевства. Джафар во многом напоминал ей Мозенрата, за исключением того, что визирь был намного старше и жаждал власти, заставляя ее задуматься, таким ли станет Мозенрат в ближайшие 10-15 лет. Они также перерыли шкаф Жасмин, полный одежды, и нашли платье, которое ей подошло. Мягкое, но яркое красное с отделкой из золотого кружева на плечах и тонкими рукавами на три четверти длины рук. Узор на платье был очень простым, выполненным не золотой нитью, а блестящей темно-бордовой, которая повторялась по всей юбочной части платья. Принцесса даже позволила ей надеть на банкет золотые браслеты и ожерелья, которые, по ее настоянию, она вернула, за исключением одного: массивного бронзового браслета, который, по словам Жасмин, "неудобно сидел на ее запястье", поэтому она отказалась забрать его обратно. Когда ужин закончился, брюнетка даже настояла, чтобы Рена осталась на ночь, чтобы утром она могла отправиться домой, предоставив ей красивую комнату рядом с ее собственной, но служанка просто не смогла этого вынести. После того, как Жасмин легла спать, Рена потянулась к своему обычному карману, но вспомнила, что на ней нет привычной одежды. Что еще хуже, ее другое платье все еще было в комнате Жасмин. К этому времени принцесса уже спала, и, возможно, ей удастся без проблем пройти мимо неё, она все еще была ранена, и все еще был определенный тигр, которого она, вероятно, разбудила бы, будучи слишком взвинченной, чтобы быть исключительно незаметной. Рена вздохнула и села на край плюшевой кровати, проводя руками по мягкой ткани постельного белья. Ее тело начало болеть, а матрас звал её, пока, наконец, она не сдалась, опустила голову и погрузилась в глубокий и успокаивающий сон. На следующий день Рена проснулась от того, что солнце светило ей в лицо. Ее разум, казалось, проснулся, и она резко выпрямилась, оглядываясь в незнакомой комнате. Когда к ней вернулись воспоминания предыдущего дня, ее мышцы расслабились, и она свесила ноги с кровати. Она осторожно перенесла вес на ушибленную лодыжку и обнаружила, что может стоять практически без боли, хотя она все еще немного напряжена. Девушке удалось добраться до двери, но по другую сторону ее стоял Расул, подняв кулак, чтобы постучать. — Э-э, — он удивленно замер, прежде чем выпрямиться. — Принцесса просит вас присутствовать на завтраке во внутреннем дворе. Кроме того, если вам это потребуется, я должен отнести вас туда, если ваша лодыжка все еще повреждена. Несмотря на его свирепый взгляд, она не смогла удержаться от улыбки, потому что он явно не привык помогать женщине при ходьбе. — Спасибо, но нет, меня не нужно нести. — он кивнул и повернулся, чтобы уйти. — Но я не знаю, как пройти во внутренний двор. Может быть, вы могли бы проводить меня туда? Она услышала его раздраженный стон, но он повернулся к ней, махнув рукой. — Давай уже. Несколько минут они шли молча, пока ей не удалось завести с ним разговор. Она говорила обо всем, в основном поддерживая беседу, в отличие от его односложных ответов. Когда они дошли до ступенек, ведущих во внутренний двор, он поклонился ей. К его удивлению, она поклонилась в ответ с легкой улыбкой и словами благодарности. Несмотря на ворчание по поводу того, что ему приходится нянчиться с маленькими девочками, она могла бы поклясться, что заметила легкую улыбку на его лице, когда он повернулся, чтобы уйти. По мере того, как день тянулся, ей каким-то образом удавалось провести все утро и вторую половину дня с Жасмин, в основном разговаривая. К концу дня принцесса знала о потере памяти, о симпатиях, антипатиях, интересах, но избегалась тема Мозенрата и то, как она ему прислуживает. Жасмин, должно быть, поняла это, но никогда не настаивала на этой теме. К тому времени, когда солнце село, Рена обнаружила, что провела весь день во дворце. Рена больше не сдерживалась. — Жасмин, я ненавижу так убегать, но мне нужно домой. — Рена тихо сказала своей новой подруге — Я отсутствовала на день дольше, чем должна была, мой хозяин будет в ярости. Пожалуйста, мне нужно идти. Принцесса кивнула. — Я понимаю, но к тому времени, как ты выберешься за стены дворца, уже стемнеет. По крайней мере, подожди до утра. Я отправлю с тобой записку, чтобы у тебя не было проблем. Служанка знала, что лучше сразу начать настаивать на немедленном отъезде. — Тогда можно мне, по крайней мере, забрать свои вещи, чтобы я могла упаковать их для завтрашней поездки? Я люблю собираться с вечера, чтобы утром было меньше забот. Жасмин согласилась и велела отнести вещи девочки в ее комнату, прежде чем поспешила навестить Аладдина, который, по-видимому, только что вернулся и был немного не в духе. Пока принцесса была занята со своим возлюбленным, Рена прокралась в свою комнату и вытащила ключ из кармана. Она оставила Жасмин записку с благодарностью и обещанием вернуться, как только сможет, и отправилась в Цитадель. С наступлением ночи в залах было тихо, поэтому она вздохнула с облегчением, решив, что Мозенрат, вероятно, уже в постели или, как обычно, усердно работает в своей лаборатории. Она сняла свое единственное украшение и спрятала его в тайнике в кладовой. По коридору раздались шаги, сначала приглушенные, но к тому времени, когда она повернулась, чтобы открыть дверь, она уже распахнулась, и очень сердитый темный колдун снова ворвался без стука. — Где, черт возьми, ты... — начал он, но вскоре его слова потеряли темп, так же, как и его шаги, когда он встал перед ней. — Где ты взяла это платье? — Я купила его на рынке. Женщина продавала его так дешево, что практически отдала даром. — солгала Рена. — Тебе нравится? Мозенрат отступил назад и оглядел свою служанку с головы до ног, прежде чем заметить. — Ты выглядишь как разодетый цыплёнок. Теперь переоденься, мне нужно, чтобы ты навела порядок. Где, черт возьми, ты вообще была?! — Что значит "навести порядок"? — она уклонилась от его вопроса, когда он начал выходить из комнаты, следуя за ним в коридор. — Когда я уходила, все было О БОЖЕ! — Воскликнула она, кухня выглядела так, словно ее буквально перевернули вверх дном и по ней прошелся пыльный смерч. — Моя кухня! — Остальная часть Цитадели в том же состоянии. Так что, если ты не хочешь начать уборку в том хорошеньком платьице, которое ты только что купила на МОИ деньги, переодевайся и ПРИСТУПАЙ К СВОЕЙ РАБОТЕ! — Завопил он, в ярости пнув кастрюлю с такой силой, что она пролетела через всю комнату. Он направился к выходу из кухни, когда ее голос остановил его. — Кто это сделал? — спросила она мягким, почти жалостливым тоном. — Кто разрушил наш дом? Колдун оглянулся на нее и увидел слезы в глазах, чего он от нее никак не ожидал. Не совсем уверенный в том, что делать, он просто опустил глаза в землю и пробормотал имя преступника, сжимая правую руку в кулак.— Аладдин.