Глава 30: Бронзовый город

      — Почему я должна делать это снова? — спросила Рена, оглядывая себя в многочисленных зеркалах, установленных перед ней.       — Потому что я сказал тебе заткнуться и стоять смирно. — сказала Мозенрат, сердито посмотрев на свое отражение в зеркале. Он ухмыльнулся, когда она вскрикнула, а мамлюк дернул ее за спутанные волосы.       Она ударила упомянутого зомби и выхватила расческу, сама причесываясь и ворча. —  Я имею в виду, почему я должна одеваться в...В ЭТО?       Черноволосый колдун оглядел ее с ног до головы. Она надменно стояла перед ним, едва сдерживаемая в бархатистом черном дамасте, с золотыми браслетами на лодыжке, отделанными красной эмалью и жемчугом, а также с золотыми монистами, зашитыми в пояс, который, позвякивая, спускался низко к бедрам. Он позаботился о том, чтобы вырез платья был глубоким и открытым, а спина обнаженной, что больше открывало ее кожу сливочно-карамельного цвета. Если этот наряд не отвлечет торговца Салазара достаточно надолго, чтобы Мозенрат получил то, что хотел, он не знал, что смогло бы. Черт возьми, даже у мамлюков, похоже, были проблемы с концентрацией внимания, а они нежить. У него самого руки чесались прикоснуться к ней.       Подойдя к ней сзади, он взял полоску черного шелка и обернул ее чуть ниже ее груди, чтобы нижняя часть платья не открывала слишком много, если ей понадобится пошевелиться, и завязал ее небольшим бантом посередине спины. Улучив лишнюю секунду, он провел костяшками пальцев по остальной части ее позвоночника, отметив, как ее спина напряженно выгнулась от его прикосновения и вздрогнула.       — Потому что ты отвлекаешь похотливого старика.       Рена застонала, недовольно взглянув на себя в зеркало. — С таким же успехом любой скупердяй мог бы называть меня просто своей наложницей, как и ты.       Мозенрат фыркнул, отходя от нее. — Пожалуй, это последний человек, которого я бы хотел взять с собой... — он заметил странное выражение ее лица и впился в нее взглядом. Молодой человек как обычно ведут себя путешествующие дворяне и землевладельцы, и как они почти всегда привозят с собой по крайней мере одну наложницу, когда их приглашают в другие страны. Он никогда не нуждался ни в чем подобном и не хотел этого. По его мнению, они были скорее обузой. Инцидент в ванне начал возвращаться в его мысли, и он покачал головой. — Просто собери мои вещи, мы уезжаем утром.       Она неловко поклонилась, стараясь не выпасть из платья. —  Да, хозяин Мозенрат.              Когда она вышла из комнаты, он нахмурился. Колдун начинал презирать этот когда-то гениальный план. Несмотря на его невозмутимый вид, даже его начинал возбуждать ее... эротический образ. И снова эта сцена попыталась всплыть у него в голове, на этот раз ее платье сменилось на новый черный дамастовый наряд, который был более свободным и его было легче отодвинуть, когда рука хозяина двинулась вверх по ее бедру, чтобы схватить ее... воу! Откуда, черт возьми, это взялось?       Сжав руки, он ушел, направляясь в лабораторию для последних приготовлений, стараясь держаться подальше от подобных мыслей.

ஜ═════════ஜ☼☀︎☼ஜ═════════ஜ

      Рена разглядывала город, когда они проезжали через главные ворота. Бронзовый город был очень похож на Аграбу тем, что дома и стены в нем были сделаны из глины, но многие двери и изразцы сверкали, когда солнце отражалось от их бронзовых вставок. Она смотрела мимо идущих пешком людей, когда они с Мозенратом ехали верхом по лабиринту базара, направляясь к центру города... ко дворцу.       Ее глаза расширились, когда она посмотрела вверх и увидела сверкающую башню, более высокую, чем любая другая часть дворца, и от крыши до основания покрытую кованой бронзой. Что-то в этом было такое ... знакомое и в то же время далекое. У нее от этого ощущения тяжесть легла на сердце. Рена была так увлечена, что подпрыгнула, когда Мозенрат схватился за поводья и остановил лошадь перед массивным многоуровневым глинобитным домом, расположенным недалеко от квартала знати, где проживало все высшее общество, за исключением королевской семьи.       — Ты вообще обращаешь внимание на то, куда едешь? — спросил он, свирепо глядя на нее, прежде чем слезть.       — Извини, я смотрела на башню. — она тоже начала слезать, приземлившись одним прыжком, все еще глядя вверх. — Похоже, в ней нет окон.       — Дверей тоже нет... — девушка услышала, как он пробормотал что-то себе под нос, его тон был странным и немного отстраненным. Брюнет передал поводья конюху, который вышел им навстречу, и направился к дому. Она сделала то же самое и последовала за ним, сделав вид, что идет позади него, как хорошая служанка.       Сопровождающий встретил их у главных дверей и ввел в просторный дом, провел на этаж ниже по длинному коридору, который казался длиннее, чем сам дом снаружи, прежде чем они оказались у больших дверей из дерева и бронзы, каждая из которых была украшена большим дверным молотком в центре. Сопровождающий трижды ударил дверным молотком, прежде чем дверь распахнулась сама по себе.       Внутри было просторное помещение, освещенное факелами на колоннах, циклично расставленных по всему пространству. С потолков и вдоль стен свисали драпировки, скрывающие голый темный камень под ними, а огромные ковры покрывали выложенные плиткой полы насыщенных красных и пурпурных тонов с отделкой золотой нитью и кистями. В дальнем конце стояла огромная груда подушек ярких оттенков, на которых лежал на боку крупный пожилой мужчина лет сорока, которого кормили, обмахивали веером и со всех сторон баловали красивые женщины. Наблюдали, как две скудно одетые танцовщицы живота двигаются по пустому центру комнаты, а небольшая музыкальная группа в дальнем углу наполняет помещение мелодичными звуками.       При виде них мужчина выпрямился, его козлиная бородка изогнулась, а губы приподнялись в улыбке. — Ах! — громко взревел он, раскинув руки. — Мозенрат! Ты рано! Я не ждал тебя до заката!       Юноша не улыбнулся в ответ, а просто сказал. — Ты продуктивней проводишь время, когда путешествуешь налегке. В отличие от тебя, Салазар, мне не нужен целый караван и 20 наложниц, следующих за мной из города в город.       — Но именно они согревают меня по ночам! Тепло женщины намного лучше любого одеяла, которое у меня было! — Салазар рассмеялся и встал, его рост был на добрую голову выше, чем у Рены и Мозенрата. Он двинулся к ним, его бардовая мантия слегка волочилась за ним по земле при ходьбе. Теплые карие глаза смотрели на них сверху вниз, в них был медовый оттенок, похожий на мерцание глаз Рены на свету. Взгляд мужчины переместился с колдуна перед ним на девушку, предлагая ей руку, которую она неуверенно взяла. — Но на этот раз ты привел кого-то ещё! И что же это за прекрасная роза пустыни?       Хватка Салазара внезапно усилилась, когда он потянул ее гибкое тело вперед, в свои ожидающие объятия. Его темные глаза скользнули по ее обтянутому шелком телу, и, когда он игриво улыбнулся, она увидела жемчужно-белые зубы. — Может быть, подарок, чтобы навсегда остаться в моем благосклонном расположении от правителя черных песков?       —  Вообще-то, моя новая служанка. —  беспечно сказал Мозенрат. —  И я бы предпочел, чтобы ты освободил ее как можно скорее.       Салазар не остался в стороне и сразу заметил, что тело молодого человека теперь было неподвижным и раздраженным, а рука в перчатке, сжатая в кулак, дрожала от гнева. Он предпочел не обращать внимания на ярость юноши и просто отпустил молодую женщину, излишне драматично вздохнув. — Жаль, что она всего лишь твоя служанка, — надулся он, беря ее двумя пальцами за подбородок и заставляя посмотреть себе в глаза. — Если бы ты была моей, то давно стала бы моей наложницей. Возможно, даже новой фавориткой. — притянув ее лицо к себе, он прижался губами к ее губам.       Глаза Рены расширились, и она инстинктивно среагировала, подняв руку, когда вырывалась и ударила наглеца по лицу.       В зале воцарилась тишина. Музыканты прекратили свою веселую мелодию, танцоры замерли, даже обслуживающий персонал прекратил свою легкую болтовню и ошеломленно уставился на сцену. Казалось, воздух замер, когда Салазар коснулся своей покрасневшей щеки, широко раскрыв глаза на мгновение, прежде чем разразиться громким смехом — А она с огоньком, не так ли? Хa! Она мне нравится! Гораздо лучший компаньон, чем этот твой чертов летающий угорь.       Мозенрат инстинктивно схватил Рену за запястье и притянул к себе, защищая то, что принадлежало ему. Он был готов выколоть Салазару глаза, если бы она не отстранилась и не дала старику пощечину. Никто не прикасался к тому, что принадлежало ему. Никогда.       Мужчина просто продолжал смеяться, махнув рукой в сторону длинного низкого стола, который стоял прямо перед его кучей подушек. — Располагайтесь поудобней! Садитесь рядом со мной и поешьте от души, прежде чем мы поговорим о делах. Я ожидаю, что скоро появятся и другие гости       — Еще гости? — раздраженно спросил Мозенрат. — Кто еще придет?       —  О, только Кассим и несколько его людей. —  Салазар отмахнулся от вопроса. —  Они привезут мне новую партию египетских специй. Довольно дорогих, и их трудно перемещать ... но для меня это не помеха, конечно.       Темный колдун чуть не застонал, плюхнувшись слева от хозяина дома. — Всего несколько? Скорее всего, не меньше дюжины.       — Кто такой Кассим? — поинтересовалась Рена, пересаживаясь по другую сторону от своего хозяина, как можно дальше от Салазара.       — Нет, нет, — упрекнул он, беря ее за руку и дергая на подушку между двумя мужчинами. — Сядь сюда. Видишь ли, Кассим - лидер сорока разбойников, одной из самых известных и безжалостных воровских банд в семи пустынях. И хотя они могут быть очень интересной компанией, не все из них могут держать свои руки при себе, даже в присутствии своего предводителя. Но не бойся, хабибти, я позабочусь о твоей безопасности, не беспокойся.       Рена посмотрела на Мозенрата, не зная, что делать, но он ничего не сказал, просто проигнорировал ее, не сводя глаз с дверей в другом конце комнаты, которые вскоре распахнулись, и в зал ввалилось более дюжины громких и угрожающего вида мужчин.