Глава 13: Иллюзия правды.

      Звонил телефон. Вера быстро схватила его, надеясь на звонок от сестры. Ей так и не удалось нормально поспать этой ночью, но ближе к утру Вера всё же задремала.       — Алло, — проговорила она в трубку.       — Вер, ты как там? Нормально всё? Я всю ночь переживал за тебя. Были в больнице? Что врачи сказали? — Антон закидал её вопросами. — Я даже Арсению звонил, но этот придурок не ответил, — грубо возмутился он.       Вера закрыла лицо рукой, всё ещё пытаясь пробудиться ото сна. Она слышала гул машины в телефоне, Антон точно уже давно не спал. Видимо, ехал куда-то.       — Всё хорошо, не переживай.       — Отлично. Я уже еду к вам.       — Что? — Вера подскочила с кровати. — Зачем? Антон, не стоит этого делать.       — А что такого? Просто поговорить с тобой хочу. Я и раньше приезжал к нему. Забей, Верчик, всё норм будет.       Вера вздохнула. Нет, он действительно ничего не понимает. Если он приедет, то точно будет скандал. Она вчера то кое-как предотвратила их драку, пришлось больной прикидываться.       — Слушай, не надо сюда приезжать, — просила она. — Арсений сильно разозлится, он же ненормальный, ещё и набросится на тебя. Мне кажется, что он начинает подозревать нас в чем-то, я ведь не рассказывала ему про…ну, про наш план, — Вере было сильно неловко. — Давай встретимся в кафе напротив фитнес-зала? Через час, окей?       В трубке повисла недолгая тишина.       — Ладно.       Вера сбросила звонок и со всей силы кинула телефон на кровать. Наверное, стоило давно уже рассказать всё Арсению, но разве в этом был смысл? Он точно всё неправильно поймёт и постоянно начнет припоминать это. Она быстро переоделась. Вера решила обмануть Арсения, но дала себе обещание, что это будет в последний раз. Хотя, нельзя сказать, что совесть её за это сильно гложила. Он ведь тоже обманывал её, да и не настолько у них доверительные отношения, чтобы переживать из-за этого. Он использует её, а она всего лишь один раз обманет. Он поступил хуже.       Вера столкнулась с Арсением внизу, уже почти около выхода. Он быстро рассмотрел её, задерживая взгляд на большой спортивной сумке в её руках.       — Доброе утро, — Арсений остановился.       — Привет, — она кивнула. — Я собираюсь на пилатес.       — Понятно, — он пожал плечами. — Возвращайся к вечеру. Я забронировал нам столик в ресторане на ужин.       Вера облизала губы. Он действительно пытается наладить их отношения. Только вот Вера считала, что налаживать то и нечего. Было тошно от мысли, что она для него всего лишь замена. Но Вера не его бывшая жена и заменить её не получится.       — Да, хорошо, — Вера натянуто улыбнулась. Не дождавшись реакции Арсения, она вылетела из дома. Избегать его — плохой выход, но другого она не нашла. Стоило бы просто смириться и не обращать на это внимание, ведь других вариантов не было, она уже вышла за него замуж, назад пути нет. Но Вера не могла так просто принять это, всё ещё было сложно принять мысль, что она связана узами брака с мужчиной, который совсем не влюблен в неё.       До места встречи Вера доехала быстро. Она забежала в кафе и нашла Антона, что сидел за столиком около окна. На столе перед ним стояли две чашки кофе.       — Привет, — она села перед ним. — Антон, что случилось? Мне пришлось соврать Арсению, чтобы приехать сюда, — призналась Вера, со вздохом дотрагиваясь до горячей чашки кофе.       — Это ты мне скажи, что там у вас происходит, — Антон обидчиво поджал губы. Она сказала это так, словно он в чем-то виноват, он ведь просто хотел поговорить. — Ты ведешь себя странно, почему я не могу приехать к вам?       — Я просто не хочу портить ваши отношения. Пойми, Арсений сильно злится, когда видит нас с тобой вместе, — Вера покачала головой. — Он явно подозревает меня в чем-то, я это вижу, но он молчит. Ничего не спрашивает.       — Я совсем перестал понимать тебя.       — Мне кажется, что он ревнует меня. Очень сильно ревнует. Чертов собственник! — вспыхнула она. Антон скрыл свою неприязнь.       — А тебе не кажется, что он ещё сильнее разозлится, если узнает, что ты соврала? Верка, я его знаю, он ненавидит, когда ему врут.       — Он бы в любом случае разозлился, — Вера закатила глаза. — Слушай, Антон, я очень рада, что мы с тобой всё решили и оставили в прошлом, — она чуть наклонилась вперед. — Но, прошу, дай мне немного времени. Пусть всё забудется. Пройдет время, Арсений успокоится и всё будет нормально. Ты мой друг, мне тоже тебя не хватает, поверь, — Вера слабо улыбнулась.       — Вер, ты себя слышишь? — Антон вздохнул. — Ты его боишься или в чем дело? Между нами ведь действительно ничего нет и не было никогда, — он закусил губу, грустно признав это вслух. — А ты предлагаешь мне прятаться, словно я любовник твой! Совсем девочка с ума сошла!       — Антон, тише, пожалуйста, — Вера шикнула.       — Слушай, я знаю Арсения и знаю его лучше, чем ты, поверь мне. Поэтому я спрошу лишь один раз, но ответь честно. Ты действительно всем довольна? Ты счастлива с ним? Клянусь, если ты скажешь, что ты в порядке и ты правда влюблена, то я больше никогда не подниму эту тему.       Вера испуганно скрестила руки. Стоит соврать, конечно соврать. Нельзя говорить ему правду, нельзя сказать, что между ними с Арсением вообще ничего нет. Если она признается в этом, скажет прямо, что всё совсем не так, как думают все, то Антон обязательно возьмётся за старое. Вновь возомнит себя героем, соберется спасать её. Не нужно вмешивать его в это, его это не касается. Она взглянула на своё обручальное кольцо. Разве оно вообще что-то значит? Тошно от своей собственной жизни. Вышла замуж за человека, которого вовсе и не знает, за того, кто бросил её на второй день после свадьбы, за того, кто без стеснения знакомит со своим любовницами, за того, кто всё ещё любит другую, за того, кому она нужна просто ради статуса. Ему ведь положено иметь жену, положено иметь детей, вот он и выбрал самую лучшую. Самую красивую, самую образованную и с самой чистой репутацией.       — Вера!       Голос Арсения, словно гром, заставил Веру сжаться. Она задрожала, боясь даже оборачиваться назад. Вера взглянула на то, как Антон медленно перевёл взгляд ей за спину. Вера поёжилась. Он тут.       Арсений видел, как Вера сидела за столиком с Антоном, видел, как он что-то оживленно говорил ей, видел, как она отвечала. Внутри все похолодело от ужаса и предчувствия катастрофы. Он почувствовал, как его охватывает гнев, смешанный с болью и разочарованием. Значит, соврала? Этого он не ожидал. Внутри все кипело от ярости. Хотелось броситься туда и устроить скандал, разорвать их на части, высказать все, что он о ней думает. И он сделал это.       — Ну, привет, милая, — Арсений опустил руку на Верино плечо. Ей казалось, что эта рука буквально тащит её вниз. Он крепко сжал её плечо, Вера поморщилась.       — Какая встреча! Арсений, давай, садись. Будешь кофе? — Антон помахал руками, несмело поглядывая на испуганную Веру. — А я, прикинь, выходил с зала, а Верка заходила. Ну, я её и позвал кофе выпить. Да ещё и кое-как заставил, она всё отказывалась и отказывалась. Вот такая вот встреча!       Вера благодарно взглянула на него, хотелось верить, что Арсений не станет раздувать из этого скандал.       — Действительно…такая неожиданная встреча, — медленно произнёс он. Вера подняла на Арсения взгляд. — Вставай, — приказал он, бросая в неё ледяные взгляды.       Вера нахмурилась. Она, конечно, ожидала, что он разозлится, но не думала, что станет вести себя так, словно она его собственность. Чувство гордости заставило Веру хмыкнуть. Арсений не ожидал подобного.       — Вера, мы уходим, — он грубо потянул её вверх. Вера шикнула.       — Арсений… — Антон не мог просто сидеть и смотреть на это.       Арсений бросил убийственный взгляд в друга, если его ещё можно было считать другом. Вера даже не старалась вырвать свою руку, понимая, что у неё не получится. Он сжимал её слишком сильно, на утро наверняка появится синяк.       — Извини, — она кивнула Антону. — Спасибо за кофе.       Вера молчала всю дорогу, пока они не вышли на улицу. Он вел, даже чуть ли не тащил её за собой. Вера уже привыкла к физической боли, но не хотела ещё и позорить себя при всех, поэтому просто молча плелась за Арсением. Только лишь на улице, когда они свернули на большую парковку, она начала вырываться.       — Пусти меня, — пропищала она. Арсений словно не слышал, он лишь продолжал тащить её вперед. — Арсений, отпусти, мне больно!       Они остановились. Он впервые взглянул на Веру, впервые посмотрел ей в глаза. Она сжалась под его презрительным взглядом. Арсений резко отпустил её руку. Вера прижала её к себе. Взглянула на своё запястье: оно покраснело и немного опухло.       — Ты больше никогда не выйдешь из дома без сопровождения.       Вера не верила своим ушам. И что? Он теперь собирается сделать из нее пленницу?       — И не посмеешь больше подходить к нему. Поняла? Если ослушаешься, то сильно пожалеешь, — его голос был пропитан холодом и сталью. — Я пытался тебе доверять, но ты этим лишь пользуешься. Больше такого не повторится. Не понимаешь по-хорошему? Тогда будет по-плохому.       — Я не твоя собственность, Арсений, — она возмущенно фыркнула. — Я живой человек, я сама в праве решать, что мне делать и с кем разговаривать.       — Ты сводишь меня с ума! — он со всей силы шлепнул рукой по капоту машины. — Ты соврала мне! Зачем? Разве оно того стоило, Вера? — сказал, словно выплюнул все слова прямо в лицо.       — А что мне ещё оставалось делать? Арсений, ты душишь меня! Я же вижу, как ты реагируешь, стоит Антону лишь появиться. Хочешь обвинить кого-то? Тогда обвини себя! Это ты виноват в том, что я соврала тебе, — Вера взорвалась. — Если бы ты был нормальным и адекватным человеком, то я бы не стала врать! Но нет, ты же маньяк! Ты бы избил бедного парня только лишь потому что я говорю с ним.       Арсений нервно рассмеялся. Она действительно хочет свести его с ума.       — Ты сейчас слышишь себя? Вер, я начинаю сомневаться в твоей адекватности, — он по злому усмехнулся. — Это ты соврала мне. А виноват, что, я по-твоему? Я пытался быть хорошим, правда. Я каждый чертов день пытался понравиться тебе, но ты всегда всем недовольна! Строишь из себя недотрогу, делаешь вид, словно я тебя заставил выйти замуж! Как будто бы последнее слово было не за тобой. Да, я пытался тебя затащить в этот брак, но позволь напомнить: это ты отправила ко мне своего деда, когда поняла, что лучшего варианта, чем я, ты не найдёшь, — грубо бросил Арсений, заставляя Веру ахнуть.       — Что ты несёшь? Ты ненормальный! Никого я не отправляла к тебе!       — Ох, да брось, прекрати уже притворяться, Верочка! — Арсений взмахнул рукой. — Ты прекрасная актриса, браво тебе. Браво! — он похлопал в ладоши. — Но прекрати уже притворяться хорошей. Ты всё хорошо обдумала, поняла, что со мной будешь купаться в деньгах, что станешь хозяйкой моего дома, что лишь в браке со мной не будешь ни в чем нуждаться. Ты абсолютно обычная, Вера. Ты такая же, как и все.       Вера обиженно надула губы. Вот какого он мнения о ней.       — Но я был терпелив, клянусь, я терпел всё. Я не спросил у тебя ничего про Антона ни разу, хотя постоянно наблюдал за тем, как вы разговаривали, за тем, как смотрите друг на друга, — он прищурился, подойдя ближе. — Я не спросил у твоего деда к чему такая срочность со свадьбой, когда он пришел и сказал, что нам надо пожениться в ближайшие дни. Я ничего не спросил только лишь из уважения к тебе. А сейчас понимаю, что мне стоило всё разузнать, — Арсений подходил всё ближе и ближе, Вера попятилась назад. — Может ты опозорила свою семью? А вдруг ты вообще залетела и вы с дедом нашли решение во мне? Решили спихнуть на меня нагулянного ребёнка? Или может ты просто не такая невинная, как твой дед уверял меня? Давай же, рассказывай, что тебя связывает с Антоном. А ещё не забудь рассказать мне, что у тебя было с тем пацаном, из-за которого ты попала в полицию. Ну, когда я ещё тебя вытащил, помнишь? А я ведь даже банального спасибо от тебя не получил!       — Что ты имеешь ввиду? — пропищала Вера, упираясь спиной в машину.       — Я ведь правда пытался быть хорошим, — он ухватился рукой за Верину шею, заставляя её смотреть в глаза. — Я выделил тебе целую комнату, понимая, что ты не готова ложиться со мной в кровать, я купил тебе все эти шмотки, цацки и всё прочее. Я даже не спросил с тебя, когда увидел, как Антон снял с тебя кольцо. А что ты, Вера? Только представь каково мне жить в одном доме с той, кто тебя даже не хочет. Представь каково мне смотреть в твои глаза и видеть в них лишь ненависть, прямо как сейчас, — Арсений усмехнулся.       — Так значит это тебе от меня нужно? Хочешь, чтобы я легла с тобой в постель? — Вера сглотнула.       — А почему ты так этого не хочешь? Ты боишься, что я узнаю правду, так ведь? Тогда тебе придется признаться, что ты не так невинная, как все говорят, — его гнусные обвинения попали Вере прямо в сердце. — Сколько у тебя было мужчин, Вера?       Она скривилась от ненависти к нему. Только она решила, что еще хуже быть не может, что он не унизит её ещё сильнее, как он опровергает всё. С каждым разом он делает всё больнее и больнее.       — А ты кто такой? — ядовито проговорила Вера. — Кто ты такой, чтобы спрашивать у меня подобное? Какое тебе дело до моего прошлого? — она со всей силы ударила его в грудь, отходя в сторону.       — Я твой муж.       — Это поправимо.       Её слова повисли в воздухе. Арсений мрачно улыбнулся.       — Садись в машину, я не хочу больше с тобой разговаривать, — презрительно кинул он, открывая ей дверь.       Вера закрыла лицо руками и отвернулась, не веря в то, что он действительно думает, словно она сядет к нему в машину после всего, что он наговорил.       — Садись! — он настаивал. — Вера, не делай ещё хуже, потом пожалеешь, — пригрозил Арсений, вновь хватая её за руку.       — Заткнись! — Вера вдруг подняла вторую руку и со всей силы ударила его. Звон пощечины заполнил тишину.       — Не смей так…       — Да ты мне нахер не сдался, понял? — она, словно фурия, громко закричала. — Не нужны мне твои деньги, твой дом и твоя сраная фамилия! Я не хочу тебя, я не люблю тебя, ты мне противен, — она цокнула. — Я тебя ненавижу и, видит Бог, я никогда не хотела быть твоей женой! Ты мне всю жизнь испортил, ты больной, ты просто псих! — Вера со всей силы ударила его кулаком по груди. — Иди ты к черту!       Арсений заткнул её, резко прижав ладонь к её рту. Щека всё ещё горела от Вериного удара, но эту боль он не замечал.              — Вера, успокойся, — он удивленно разглядывал её. Не узнавал. Вера выглядела бешено, её бы стоило опасаться в такие моменты. Она явно не понимала, что творит, была не в себе.       — Не смей трогать меня! — она скинула его руку.       — Садись в машину.       — А то что? Что ты мне сделаешь? — Вера усмехнулась. — Можешь ударить меня или убить, но я больше не переступлю порог твоего проклятого дома! Я не хочу даже видеть тебя, понял? Я бы назвала тебя свиньёй, но бедные животные не заслуживают такого оскорбления.       Арсений не дал ей и шага ступить, преграждая собой путь. Вера не выдержала и топнула ногой от злости и досады.       — Поехали домой, — на его челюсти задергался мускул, он не собирался никуда отпускать Веру. Только лишь в этот момент он сумел признаться самому себе, что не хочет, чтобы она уходила, что он боится этого. Ему стало жаль, что он вновь не сдержался, снова накричал на неё, но гордость мешала извиниться.       Они уставились друг на друга в молчаливом состязании на упрямство.       — Это твой дом, не мой, — она покачала головой. — Я не хочу даже смотреть на тебя, Арсений. Мне противно даже имя твоё произносить.       Он тихо вздохнул, впитывая каждое слово Веры. Она его ненавидит и теперь уж точно никогда не сможет принять. Глаза Веры смотрели на него с таким презрением, что стало не по себе.       Арсений выпустил её руку.       — Сегодня же я подам на развод, — напоследок бросила она.       Вера не уходила, она убегала. Бежала так быстро, что даже не смотрела под ноги. Нужно было уйти как можно дальше от него. Она шла, а глупое чувство беспокойства сжимало грудь, как будто кто-то вцепился в нее крепкими пальцами. Она чувствовала обиду за его резкие слова, которые, казалось, пробили ее насквозь. Но одновременно с этим не покидало ощущение вины. Возможно, она тоже погорячилась. Вера быстро выгнала эту мысль из головы. Нет, в этом нет её вины. Это он позволил себе лишнего, он обвинил её в том, о чем ей даже было неловко говорить вслух. Вера не сдержала слез, когда шла к своему дому. Она знала, что так и будет, ей все об этом говорили. С Арсением бы всё равно ничего не получилось. Вера вдруг подумала о том, что будет, если они прямо сейчас разведутся. Она бы вновь стала свободной. Вера поняла, что после развода она уже не будет ничего бояться. Она уже не чувствует того страха, что прежде.       Она постучалась в дверь. Вере казалось, что прошла целая вечность с момента как она уехала из своего дома.       Надя открыла дверь:       — Какие люди, да не в Голливуде! — весело приветствовала она, не заметив настроения сестры.       Вера взглянула на неё заплаканными глазами, а Надя нахмурилась.       — Верка, что случилось? Ну-ка, давай, иди ко мне, — она бережно взяла сестру за руку и потянула в свои объятия.       Дверь захлопнулась, и Вера уткнулась лицом в шею Нади. В коридоре повисла тишина, нарушаемая лишь всхлипываниями Веры. Надя чувствовала обиду сестры, её хотелось успокоить её. Глядя на покрасневшие, заплаканные глаза сестры, сердце Нади наполнялось состраданием. Она видела, как отчаяние и боль буквально разрывают ту изнутри, и ей самой хотелось заплакать, разделяя её страдания.       Надя отвела сестру в комнату, Вера, словно безвольная кукла шла за ней. Голос Нади был мягким и заботливым, словно бархат, укрывающий душу от боли. Вера постепенно успокоилась, дыхание стало ровнее, а слёзы перестали течь.       — Я ненавижу его, — пробормотала Вера, шмыгая носом.       Входная дверь снова хлопнула, Вера обернулась.       — Верочка? Что-то случилось? — зашла мама, удивленная визитом       младшей дочери. — Милая, что ты тут делаешь? И где твой муж? — она бросила сумку на стол и подошла ближе к девочкам.       — Я не знаю, где мой муж, мама, — Вера фыркнула. — И мне всё равно, если честно.       — Что ты такое говоришь? Что у вас случилось? — она ахнула.       — Мам, не сейчас, — Надя требовательно взглянула на мать.       — Я же говорила вам, что не хочу за него замуж. Говорила, что ничего нормального из этого не выйдет, — Вера сжала губы. — Вот! Теперь вы можете убедиться в этом наверняка! — она истерично усмехнулась.       — Вера, не забывай с кем разговариваешь, я всё же твоя мать, а не какая-то подружка. Не повышай на меня голос.       — Извини, мама, — она поднялась на ноги. — Ты хочешь узнать, что случилось? Легко! — Вера вскинула руки вверх. — Я его ненавижу, а он презирает меня. Он обвинил меня в том, что я мол опозорила всю нашу семью и спросил не беременна ли я случайно, а то вдруг нагуляла и на него спихну ребёнка. Сказал, что дедушка подозрительно настаивал на такой скорой свадьбе, — она ехидно улыбнулась. — Можешь себе представить? Он прямо в лицо спросил сколько мужчин у меня было!              Мать покачала головой, устало падая на кресло.       — И что в этом такого? Он ведь твой муж, он в праве знать такие подробности.       — Какое ему дело вообще? Стыд и позор ему! Кто может спрашивать такое у девушки? Гребанный идиот! — Надя была полностью на стороне сестры.       — Муж? — Вера усмехнулась. — Да какой он муж то? Только если на бумаге, — она презрительно скорчилась. Вера хотела бы рассказать всё матери, упомянуть о том, что они спят в разных комнатах, рассказать про то, что он без зазрения совести познакомил её со своей любовницей, но от чего-то промолчала.       — Не глупи.       — Я знала, что ты меня не поймёшь и не ждала поддержки, — Вера поставила руки в боки. — Но я больше никогда не вернусь в тот дом, завтра же я подам на развод.       Мама вспыхнула, осознав лишь сейчас всю серьёзность дочери.       — Что ты такое говоришь? А о нас ты подумала? Да, он закрыл все наши долги, но что будет, когда вы разведетесь? Он ведь потребует с нас все деньги, и мы вновь будем в долгах!       — Я отдам ему всё до копейки! Устроюсь на работу.       — На какую? Не смеши меня, — мать махнула на неё рукой.       — Не знаю ещё, — Вера дернула подбородком. — Продам все свои вещи, если потребуется, не знаю…но я верну ему эти грязные деньги!       — Верка!       — Всё, хватит, — Надя прервала мать. — Нам всем нужно остыть, остановитесь, пока не наговорили глупостей друг другу. Давайте спокойно поужинаем и отдохнём? А завтра утром всё решим.       Мама громко и демонстративно вздохнула, и, бросив гневный взгляд в Веру, ушла к себе.       — Завтра проснёмся раньше матери и поедем подавать заявление на развод, — прошептала Надя, взяв сестру за руку. — Ты главное не бойся ничего, я буду с тобой, — она поддерживающе улыбнулась.       — Спасибо, — Вера кивнула. — Я так люблю тебя, ты даже не представляешь, — она поцеловала ладошку сестры.       — Ну всё, давай без соплей, — Надя хихикнула. — Иди отдохни, я пока закажу нам ужин.       Вера ушла в свою комнату. Все её вещи продолжали стоять на своих местах, это на секунду обрадовало её. Ровно до того момента, как она не вспомнила Арсения. Что-то противоречивое боролось в ней. Она не хотела с ним быть, с ним было тяжело, не хватало кислорода, он словно душил её. Но в то же время иногда, пусть и редко, но с ним было так хорошо, что хотелось навсегда остаться в этом моменте.       Она долго думала о том, от чего именно она бежит. От него? От себя? Или от осознания, что, хочет она того или нет, но она привязывается к нему. Вера с грустью поняла, что больше всего её задели даже не его грубые слова, а та фотография его бывшей, которую он до сих пор так бережно хранит на своем столе.       Вера не могла так просто отбросить эту мысль. Она помнила, как её кормили сплетнями о том, что Арсений собственноручно убил свою жену, помнила, как ей все внушали его образ монстра. Но разве можно теперь в это поверить? Да, он очень плохой человек, но неужели он настолько бессердечен, чтобы убить свою жену, а после хранить её фото на столе, чтобы смотреть на нее каждый день?       Она вновь начала копаться в сплетнях. Вера открыла крышку ноутбука и тут же включила браузер. В поисковике она написала: «Бывшая жена Арсения Попова подробности смерти». Вера нервно постукивала пальцем по столу, когда на экране была загрузка. Она заходила на каждый сайт. Там писали одно и то же: где у них прошла свадьба, подкрепляли это всё их совместными фото, потом писали о том, что сразу после свадьбы она открыла свой собственный фонд поддержки больных детей, тут они уже прикрепляли её фото с тех самых благотворительных вечеров, рассказывали о жизни девушки до свадьбы, о том, что она родилась в Америке, а после переехала учиться в Испанию, о том, как они с ним познакомились на отдыхе. Но нигде не было написано про детали её смерти. Ничего. Лишь вскользь упоминали о том, что уже спустя год после свадьбы она трагически погибла, а спустя пару месяцев после смерти, её фонд перешёл в руки одной из женщин, что называла себя её подругой. Вера ничего не понимала, не было ни подробностей смерти, ни фотографий с похорон, ещё и этот фонд… Разве Арсений мог так просто отдать его какой-то женщине? Он ведь столько денег туда вложил, это было ясно наверняка. До знакомства с ним Моника работала обычной официанткой, у неё явно не было так много денег.       Вера закрыла все вкладки. Но не выключила компьютер. Она вновь написала свой запрос в поисковике, на этот раз ей хотелось получше рассмотреть погибшую девушку. Вера жадно рассматривала Монику на каждой её фотке, что были в открытом доступе. И с каждым разом Вере становилось всё хуже и хуже. Она была не просто красивой, она была невероятной красавицей. Вера ещё никогда не видела таких натуральных красавиц. Было в Монике что-то, что отличало её от всех. У неё не было больших пухлых губ, не было большой накаченной попы или длиннющих ресниц, но она была настолько красива, что Вера даже и рядом не могла себя поставить. Моника была высокая, у неё были длинные стройные ноги, её кожа была чуть смуглой, что придавало ей экзотической яркости, её глаза были черными, а тёмные волосы настолько длинными, что доставали до поясницы. А ещё у неё была невероятная фигура: осиная талия, которую она подчеркивала чуть ли не каждым своим выходом. У неё были длинные тонкие пальцы с ухоженными длинными ногтями красного цвета, и красивая женственная шея, на которой она носила украшения. Её красота была не милой и не детской, она выглядела по-взрослому, с красивыми и тонкими чертами лица.       Вера не могла даже и сравнить себя с ней. Вера не была высокой, её ноги были не такими уж стройными, да ещё и короткими, она была более округлой что ли. Грудь была больше, бёдра шире, ладошка явно меньше, да и пальцы свои ей теперь уже казались сильно короткими и пухлыми. У Веры не было таких ровных и тонких черт лица, она выглядело мило, и явно по-детски. Не было скул, нос был маленьким, но вздернутым, глаза были слишком большими, щеки ей тоже казались огромными, и губы были пухлыми. Её красота была другой, они сильно отличались.       Расстроившись и разозлившись на саму себя, Вера упала на кровать, громко хлопнув крышкой ноутбука. Её самооценка явно пострадала после этого. Вера, как обычно это бывает в такие моменты, пообещала себе заниматься спортом чаще, чем раз в неделю, решила сесть на диету, подумывала даже записаться к косметологу, поставить какие-нибудь уколы, чтобы придать своему лицу угловатости.       Звонок в дверь. Вера, словно почувствовав Арсения, подскочила на ноги и выбежала из своей комнаты. Мама удивленно вскинула брови, замечая нервозность дочери. Вера схватила сестру за руку, когда та намеревалась открыть дверь.       — Ты чего? — Надя мягко улыбнулась. В дверь продолжали настойчиво звонить. — Это курьер, я заказала нам доставку из ресторана на ужин.       Вера недоверчиво покосилась на дверь.       — Совсем с ума сошла уже, — пробубнила мать, громко цокая.       Вера отошла в сторону. Она действительно сходит с ума. Прошло уже столько времени, уже вечер, а Арсений всё ещё не объявлялся, так что вряд ли он объявится сейчас. Если бы хотел, то уже давно бы пришел. Да и чего она боится? Она ведь была так уверенна в себе утром, разве сейчас есть поводы бояться? Вера уже давно поняла, что каким бы ужасным человеком не был Арсений, тем не менее, он не поднимет на неё руку.       Надя быстро открыла дверь, даже не стала смотреть в глазок, уверенная в том, что это пришел курьер. Но когда вместо курьера она заметила Арсения, то Надя действовала быстро. Она тут же попыталась захлопнуть дверь, но Арсений был быстрее, он ловко поставил ногу в проём и схватился за ручку с обратной стороны, не дав ей это сделать.       Вера закрыла лицо руками, она ведь чувствовала, что так будет.       — Уходи, — прошипела Надя.       — Нет, — он уверенно взглянул ей за спину, замечая Веру.       — Что случилось опять? — недовольно протянула мать девочек, возвращаясь в коридор. — Ох… Арсений? — она ахнула. — Надя, что ты делаешь? Пусти нашего зятя! — приказала она, раскрасневшись от неловкости перед ним.       — Мама, не лезь, — грубо бросила Надя, даже не оборачиваясь. Она не шевелилась, казалось, что она вросла в пол. Надя крепко держала ручку двери в руках, готовая в любой момент хлопнуть ею у него перед носом. Она и не собиралась впускать его. Он обидел её сестру, забрал её к себе домой, женился, а потом снова обидел. Надя не могла позволить ему вновь забрать её. Надя любила Веру больше всего на свете, она была готова защищать её даже ценой своей жизни.       Арсений долго смотрел на Веру, она стойко выдерживала его взгляд, хотя и не могла унять дрожь и волнение.       — Арсений, уходи, пожалуйста, — Вера сглотнула. — Мне больше нечего тебе сказать.       — Нет, Вера, — он даже не обращал внимание на Надю, которая так отчаянно не пускала его. — Я уйду, но только с тобой.       — Надька, пусти его! Он же её муж, — раздраженно крикнула мать.       — Ну муж и муж! Мне то что? Что мне теперь прикажете сделать? Обосраться? Пусть катится отсюда! — в привычной пренебрежительной манере воскликнула Надя. — Плевала я на то, что ты её муж! Не смей больше подходить к моей сестре! — она бросила в него убийственный взгляд, загораживая собой сестру.       Арсений дёрнул подбородком. Иногда невыносимо было терпеть Веру, а тут таких как она аж двое. Арсений закатил глаза на грубость Нади, хотя она и вызывает уважение своим поведением, хочет защитить сестру. Только вот не понимает, что он им не враг.       Арсений ловко вошел, отодвинув Надю. Конечно, пришлось применить силу, но этого хватило, чтобы она на секунду опешила. Надя всё это время думала, что держит его, а он ведь даже не пытался зайти. Хотел решить всё по-хорошему.       Он сделал шаг вперед и взял Веру за руку, перекидывая её себе на плечо. Вера вскрикнула от неожиданности. Надя не могла проверить в происходящее. Он ведь просто крадёт её!       — Что ты делаешь? — Вера брыкалась. — Пусти меня! Ты маньяк!       Арсений отбивался от ударов Веры, когда тащил её по подъезду. Вера не переставала болтать ногами, надеясь хоть как-то вырваться.       — Надя! Надя, звони в полицию! — орала Вера, пока Арсений пытался зайти вместе с ней в лифт. — Надя, он меня похитил! Надя!       — Вера, хватит уже, — недовольно пробубнил Арсений, когда они зашли в лифт. Вера не слушала его, она начала со всей силы бить свободной рукой его по спине. — Вера, мне же больно, — он поморщился, продолжая держать её за ноги.       — Ты кем себя возомнил? Ты ненормальный! Тебе лечиться надо, псих!       Она не собиралась мириться с этим. Вера неугомонно брыкалась и била его по руке, ноге, спине, один раз даже сумела дотянуться до головы. Она громко кричала, но было бесполезно. Казалось, что Арсению это даже нравилось, она слышала, как он смеется.       — Константин? — Вера похлопала глазами, когда Арсений донёс её до своей машины. — Костя, спасите меня! Он меня похищает, понимаете?       Водитель был удивлен, но молчал. Он вышел из машины.       — Открой дверь, — скомандовал Арсений и тот, как послушная собачка, выполнил его просьбу.       Арсений буквально запихнул Веру в машину. Почувствовав свободу, она со всей силы ущипнула его за руку. Арсений рассмеялся.       — Я тебя в тюрьму посажу, придурок, — прошипела Вера. Арсений пытался закрыть дверь, но она крепко схватилась за его руку и также крепко укусила.       — Ай, — прошипел Арсений, выхватывая руку.       — Костя! Костя, быстро помоги мне! — она, словно умалишенная, стучала в стекло машины. — Костя, открой дверь! Ты слышишь меня? Козёл! Я уволю тебя, быстро открыл машину!       Водитель лишь отвернулся. Вера со всей силы ударила по стеклу, из-за чего рука заболела.       — Пошёл отсюда! — она не пускала Арсения в машину, когда тот пытался сесть за руль.       Арсений рассмеялся, она буквально обезумела. Вера била его руками, бросалась в него его же вещами, что лежали в бардачке. Вера кинула в него пачку сигарет, та рассыпалась по всему салону машины.       — Малышка, хватит уже, я ведь домой тебя везу. Домой! А ты орёшь как резанная, словно я тебя убивать еду, — раздраженно кинул он, заводя машину.       — Это не мой дом, придурок! Ты только что украл меня из моего дома, понял? Ну ничего, я этого так не оставлю. Клянусь, я засажу тебя в тюрьму! Бандос вонючий!       Арсений посмотрел на неё и разразился звонким смехом. Вера неловко покосилась на него, не понимая, что такого сказала.       — Что? Чего уставился? — она хмуро скрестила руки на груди. — А-а-а, ты, наверное, смеешься потому что знаешь, что тебе ничего не будет. Что? Всех ментов уже подкупил, да?       — Кто бы мог подумать, что ты такая грубиянка? — подначивал Арсений, улыбаясь.       Вера дернула подбородком. Ему всё это нравится. Он точно больной. Вера со вздохом подтянула к себе ноги, он забрал её из дома без обуви и телефона. Оставил лишь в домашних тапочках. Она уставилась в окно, успокаиваясь. Они всю дорогу ехали в тишине. Вера молча смотрела в окно и, назло Арсению, царапала боковую панель машины своим ногтем. Арсений не сказал ни слова, хотя было заметно, что ему это совсем не нравится. Вера уже знала, что будет делать дальше. Она не станет даже и выходить из машины. Посмотрим, что он сделает тогда. Снова закинет через плечо и насильно потащит? Вера была готова ко всему.       Машина остановилась около дома. Ворота открылись, и они проехали во двор. По всему дому горел свет.       — Извини меня, — Арсений заговорил первым. Должно быть заметил враждебное настроение девушки.       — За что?       — За то, что сорвался на тебя днём.       Вера хмыкнула.       — А за похищение ты извиниться не хочешь? Это так-то статья, — она фыркнула.       — Ты не оставила мне выбора, — он подмигнул. — Да и разве это похищение? Без крови, оружия и насилия?       — Ты ужасен!       — Ты ведь сама вынудила меня. Я же не виноват, что у тебя такой странный флирт. Ты от всех мужчин, убегаешь? Или только от тех, в кого влюблена? — он широко улыбнулся.       — Извини? То есть ты думаешь, что это я так флиртую с тобой? Ты точно психопат! — она вскинула руки вверх. — И, прошу заметить, что я не убегала от тебя. Я от тебя ушла, Арсений. Ушла, потому что ты унизил меня. Унизил перед Антоном, перед всеми в том кафе! Да и что я вообще такого сделала? Он мой друг. Друг! Я имею право видеться с ним, — Вера обиженно надула губы.       Арсений вышел из машины и громко хлопнул дверью, Вера аж вздрогнула. Она говорила одно и то же, словно заезженная пластинка. Это начинало бесить.       — Давай. Выходи, — он открыл ей дверь.       — Нет, — Вера даже и с места не сдвинулась.       — Не заставляй меня снова тащить тебя на руках.       — Я сказала, что не выйду, значит не выйду. Всё! — Вера закатила глаза. — Ты слишком большого мнения о себе, раз считаешь, что можешь извиниться и я так быстро забуду всё, что ты мне сказал. Я не твоя вещь! Я имею право общаться со своими друзьями и тем более, тебя не касается сколько мужчин у меня было, понятно? Да и что я такого сделала то? Выпила кофе с Антоном! Разве это преступление? Я тебя совсем не понимаю, потому что ты на голову больной. Тебя поймут только такие же психи, как ты сам! — грубо бросила она, пожимая плечами.       — Потому что я не могу снова этого допустить! — вдруг вспыльчиво признался Арсений.       Вера опешила.       — Что? Что ты только что сказал?       Арсений шумно вздохнул и почесал переносицу. Он явно нервничал, Вера это сразу поняла. Арсений покачал головой, он выставил руку вперед, приглашая её выйти из машины.       — Пойдём уже домой.       Вера всё ещё сидела на месте, но в этот раз не потому что собиралась с ним спорить, а потому что не могла до конца понять смысла его слов. Арсений пару секунд ещё смотрел в её глаза, а после, когда подумал, что она вновь упирается и не выйдет, он хмыкнул и захлопнул дверь, оставляя Веру сидеть одну в машине.       Она поняла, что Арсений имел ввиду, но просто не могла в это поверить. Ведь не может быть такого, что его бывшая жена…       — Арсений, стой! — она выбежала из машины и быстро остановила его, схватив за руку.       Арсений повернулся, по взгляду Веры он сразу понял, что она собирается спросить. Вопрос вертелся на языке, и Вера не сразу сумела его произнести. Она нервно покусывала губы, а после, когда заметила, что её молчание лишь злит, всё же заговорила.       — Она тебе изменяла?       Арсений закрыл глаза, чувствуя себя жалким. Никогда и ни с кем он не говорил об этом и не собирался даже обсуждать эту тему. Вера буквально вырвала это признание из глубины его сердца и сейчас жаждала подробностей. Арсений разозлился на себя за свою слабость, а после снова посмотрел на Веру. Она даже и не верила до конца в то, что сама же и спросила. Арсений хотел соврать или заткнуть её, снова нагрубить, разозлиться и сорваться на Веру, а после вспомнил её заплаканные и полные обиды глаза. Вспомнил как пылко и громко она поставило его на место, тогда, днём. Какая-то девчонка, что младше него, сумела его постыдить. Если бы Арсению такое сказали раньше, то он бы никогда не поверил.       — Пойдём в дом, пока ты не замерзла, — он кивнул на дверь. — Я всё тебе расскажу. Пойдём.