Глава 2. «Подростки»

Казалось, в парке собралось не меньше половины населения города. Здесь, в центре, в кучу поотрядно собирали детей, чтобы на автобусе поехать в зону лагеря. Народу было столько, что не протолкнуться. Лера чувствовала себя загнанной в тиски маленькой мышью, схватившись за табличку с номером отряда с такой силой, будто она спасёт от невыносимой давки. На неё, насмехаясь, смотрела свора парней из её отряда. Они были выше неё по меньшей мере на голову. Да во что она вообще вписалась..? Данил отважно вышел вперёд сверять список детей в отряде, что ласково здесь называли «чайками» — как сначала подумала Лера, в честь названия лагеря. Но потом поняла, что галдели они не меньше, чем одноимённые птицы. Лера мысленно благодарила Данила, что он всё же согласился заняться сверкой, потому что её некоторые из этих «чаек», чуть ли не в два раза больше неё самой, гарантированно бы затоптали и не заметили. Её ключевая задача была лишь держать табличку высоко над головой, чтобы их было видно издалека. Рост девушки едва ли это позволял, потому что вид таблички перекрывали головы пары мальчишек, переевших в какой-то момент уж больно много «Растишки»*. Руки уже невыносимо ныли от напряжения. Когда весь отряд был в сборе, вожатые стали загонять детей в автобус, который доставит их на территорию лагеря. Лера всех пересчитала. Двадцать три головы в самом расцвете пубертатного периода, за которые ей нести ответственность… От этой мысли её бросило в холодный пот, а ноги подкосились. Она и предположить не могла масштаб собственной трагедии. А теперь, когда смотрела на «чаек» глаза в глаза, хотелось биться в истерике от полного осознания своих обязанностей. Когда девушка села на сиденье, заметила, как дрожат руки — то ли оттого, что не меньше часа держала табличку над своей головой, то ли от непреодолимого волнения и страха. Данил сел рядом после того, как выдвинул какую-то вдохновляющую речь о предстоящих планах, которую Лера пропустила мимо ушей, путаясь в собственных мыслях. — Нет, ну ты видел их? — прошептала она коллеге. — Они выглядят так, будто это они должны за мной присматривать, а не я за ними. — Ты справишься. Я успел заметить, что ты ещё та командирша. Первые несколько дней Лере пришлось подготавливать всё в их корпусе. Она отправляла напарника за постельным бельём, не досчитавшись пары комплектов, наказала навести порядок в их комнате для вожатых и хотя бы не разбрасывать свои носки. Данилу оставалось лишь послушно подчиниться, склонив голову, потому что милая на личико девушка оказалась гордой и непреклонной особой, которой перечить — себе дороже. — Да я от одного их вида сжимаюсь до атома. Они же меня в угол загонят, придавят и не заметят! — Для них главное обозначить границы с первых дней. Тут важно не переборщить. Нужно сразу показать всю свою строгость. — Да какая из меня строгость! Я привыкла дружить с детьми, а не пугать их. Между кнутом и пряником я всегда выбирала пряник. — Если тебе будет проще, можем договориться о ролях. Я буду плохим копом, а ты — хорошим. — Думаю, я смогу управиться и без этих ролей. — Как скажешь, командирша. Лера бросила на него обиженный прищур и отвернулась к окну. «Командирша»… Ну он и выдумщик. — А теперь соберитесь в строй, — постаралась произнести Лера так, чтобы её услышали. Но жалкие потуги докричаться не увенчались успехом: тоненький голосок утонул в невыносимо громком гуле бурных обсуждений отряда. — Всё ещё отказываешься от ролей? — усмехнулся Данил. — Заткнись, — сквозь зубы процедила девушка. — Кто меня слышит — хлопните раз, — Лера хлопнула в ладоши, привлекая внимание. Среди подростков послышалась пара вялых ударов. — Кто меня слышит — хлопните два, — синхронных хлопков стало чуточку больше. — Кто меня слышит — хлопните три, — громкий гул прекратился, прерываемый единым громким хлопком. — Детский трюк, — заметил Данил. — Но работает безотказно, — улыбнулась Лера. Следующие слова она произнесла в разы громче и строже. — А теперь быстро встаньте в строй. Подростки тут же засуетились. Через пару минут они действительно выстроились в два ряда, кто-то даже схватился за руку соседа. Лера победно улыбнулась Данилу, на что тот в ответ лишь закатил глаза. Дорога в корпус вела по живописным местам лагеря, одним из которых была линия моря. Лера на секунду прикрыла глаза, наслаждаясь солоноватым воздухом бриза и звуком накатывающих к берегу волн. Издалека можно было заметить будку спасателя и выстроенных вдоль сеток для пляжных командных игр, одна из которых уже была занята. Стоило девушке на них взглянуть, как волейбольный мяч улетел в тайм-аут. В самом сердце лагеря стояла большая статуя чайки. Выполненная из белого камня, она со временем стала отдавать каким-то серым оттенком от безжалостых природных стихий и не менее щадящего времени. Это могло быть незаметно, если бы на кончике её клюва не было белого пятна: как объяснил Данил, среди детей есть поверье, что если схватить чайку за клюв, то они обязательно вернуться в лагерь. Лере это показалось глупым, ведь чтобы оказаться здесь вновь, родителям придётся отсыпать немалую сумму за путёвку. Но, раз у детей возникает такое желание, значит, им здесь действительно нравится. Жилые корпуса были выстроены вдоль кромки леса. Там уже вовсю щебетали птицы, а меж толстых стволов деревьев можно было заметить проворных белок, что перебегали с ветки на ветку. Листья ласкали слух, шелестя от приятного тёплого ветра. Про лес тоже бродило поверье, что там живёт леший, который ест непослушных деток. Так младшие отряды запугивали, чтобы они не забегали чащу. — Меня зовут Данил Викторович, а это… — собрав детей в общей комнате корпуса, начал Данил. — Валерия Валерьевна, — закончила за него Лера. — Мы будем вашими вожатыми. Убедительная просьба слушаться нас и соблюдать правила лагеря, если не хотите со свистом улететь отсюда раньше положенного. Правила довольно простые: соблюдать расписание… Девушка быстро пробежалась по основным ограничениям, выученным наизусть слово в слово. Данил даже опешил от серьёзности подготовки: даже ему за столько проведённых смен приходилось хотя бы изредка подглядывать, чтобы рассказать все пункты без запинки. На секунду он даже испугался такой завидной памяти: скажет что-то не то сейчас, а она ему припомнит в конце смены. Да уж, с этой дамой шутки плохи… — За несоблюдение правил будут жёсткие наказания, о которых вам лучше не знать, — закончила Лера. — Теперь давайте знакомиться, — произнёс Данил. — Предлагаю сыграть в «снежный ком». Каждый должен назвать своё имя и имена всех предыдущих. Можно немного рассказать о себе: чем увлекаетесь, что любите… Начнём с меня. Меня зовут Данил Викторович и я люблю играть в волейбол, — парень посмотрел на Леру, передавая эстафету. — Данил Викторович, Валерия Валерьевна. Я люблю… — девушка задумалась. Первой мыслью было «смотреть сериалы», но она быстро поняла, что является вожатой оздоровительного лагеря, а значит должна подавать пример. Быстро перебрав в голове все виды спорта, наконец, ответила. — Играть в бадминтон. — Данил Викторович, Валерия Валерьевна, Вика, — перехватила их миловидная блондинка. Её распущенные волосы вились на концах и подпрыгивали всякий раз, когда она делала резкие движения. Лера её запомнила: эта девочка интересовалась отрядом парней из соседствующего лагеря «Олимпиец», что маршировали неподалёку от зоны КПП**. — Я уже шесть лет занимаюсь танцами. — Так долго? — не смогла скрыть удивления её соседка. — А почему не пошла в «Отражение»? На территории комплекса «Заря» помимо оздоровительной «Чайки» находилось ещё два лагеря: «Олимпиец» и «Отражение». Первый — спортивный, там отряды состоят в основном из подростков с хорошей физической подготовкой. Туда чаще всего идут ребята, которые планируют в будущем уходить в большой спорт. Лагерь «Отражение» — творческий. Отряды, как и в «Чайке» делятся по возрасту, их направленность — искусство: танцы, песни, музыка и рисование. «Чайка» же не имела чёткой направленности, она сочетала в себе все активности предыдущих двух лагерей. Здесь было важно, чтобы дети чувствовали себя хорошо и отлично провели время. — Я была там в прошлом году. Мне не понравилось, — пожала плечами Вика. Пару раз цепочка сбивалась, но это было ожидаемо: с первого раза всех не запомнить. Но ребята внимательно слушали и, если было необходимо, подсказывали. Лера даже удивилась их внимательности и участливости. Она ожидала, что подростки будут бесконтрольно болтать и перебивать, но они сидели молча, лишь изредка шёпотом перебрасываясь между собой парой слов. Более того, девушка думала, что идею со «снежным комом» непослушные подростки воспримут в штыки, не желая заучивать имена, но они покладисто согласились сыграть и никто даже не пискнул. Лера мысленно ликовала, что они не оправдали её ожиданий. Но надолго ли..? Последнему в цепочке вожатая не завидовала — ему пришлось перечислять и вспоминать все двадцать четыре имени. Он так увлёкся, что забыл после назвать своё. Их отряд, ожидаемо, был «сборной солянкой» из всех возможных увлечений — здесь были и спортсмены, и певцы, и танцоры, и художники. Пожалеют ли они о том, что поделились своими увлечениями или нет, вопрос риторический… После окончания игры дети разбрелись занимать свои комнаты, а Лера выдохнула с облегчением. — Зря переживала, — поддел её Данил. — Рано расслабляться, — натянуто улыбнулась в ответ она. — Они пока стесняются. Посмотрим, как ты запоёшь, когда они тут освоятся. Но отчасти ты прав: я ожидала, что будет гораздо хуже… — Тем не менее, держалась ты отлично. На КПП так грозно отдала приказ, что мне самому от страха захотелось встать в строй, — он по-братски потрепал её за плечо, а сердце отчего-то на мгновение замерло. В последние дни Лера упрямо избегала взгляда Данила. В окружении других людей она будто отыгрывала свою роль: подтрунивала его, смеялась и сама заводила разговор. Стоило им остаться вдвоём, как Лера тут же заминалась: слова не складывались в предложения, язык заплетался, а в голове была каша. Так случилось и сейчас. Поэтому вместо колкого ответа она лишь вымолвила: — Да иди ты. *«Растишка» — серия натуральных кисломолочных продуктов для детей, обогащенная кальцием и витамином D. В простонародье часто шутят, что она способствует росту. **КПП — контрольно-пропускной пункт.